Глава 5: «Первый камень»
Эйден проснулся от холода.
Огонь в очаге почти погас — только угли тлели, отдавая последнее тепло. Он протянул руки, поднёс их к угасающим углям. Пальцы не слушались, не гнулись. Он дышал на них, тёр друг о друга, но тепло не возвращалось. Тогда он подбросил щепок, которые заготовил вчера, и начал раздувать огонь. Долго, мучительно, с третьей попытки. Когда огонь снова занялся, он сел рядом и долго смотрел на пламя.
Выйдя во двор, Эйден увидел серое небо. Снег не шёл, но воздух был сырым и промозглым. Хозяин таверны вышел следом, бросил ему тряпку и молча показал на гору посуды и бочки с водой. Эйден подошёл, опустил руки в ледяную воду — и через минуту вытащил. Пальцы стали белыми, ничего не чувствовали.
Он начал учиться. Опускал руки на секунду, потом вытирал, дышал на них, снова опускал. Так он мог работать дольше. К обеду кожа на ладонях потрескалась, но крови не было. Мозоли начинали формироваться. Он становился крепче.
Вечером один из работников — молодой парень, чуть старше самого Эйдена — сел рядом. Эйден не понял его имени, но кивнул. Парень начал что-то говорить, показывая на посуду, на свою спину, на Эйдена. Жаловался. Эйден не понимал слов, но улыбнулся. Парень улыбнулся в ответ. Они сидели молча, и это был первый человек, который не смотрел на Эйдена как на грязь. Он запомнил его лицо.
Ночью Эйден не мог уснуть. Он вышел во двор, смотрел на звёзды, думал о Лиане. И внезапно — резкая боль в виске. Острая, как игла. Он схватился за стену, зажмурился. Перед глазами мелькнуло: тот самый угол таверны, где стоит бочка. Но что-то было не так. Он видел себя, сидящего за столом. Рядом — женщина. Она смеялась. Он не видел её лица.
Боль ушла так же внезапно, как пришла. Эйден стоял, тяжело дыша. Он посмотрел на угол — там было пусто. Никого.
«Что это было? — подумал он. — Я схожу с ума? Или... я уже был здесь?»
Он не знал ответа.
---
Через несколько дней Эйден снова шёл по улице. Через дорогу от таверны мужики начинали строить дом. Он остановился, посмотрел. Увидел, как кладут брёвна, как соединяют углы. И сразу заметил ошибку — угол не выдержит нагрузки. Он видел это как архитектор. Сразу.
Он подошёл ближе. Показал рукой на балку, попытался объяснить жестами. Его не поняли. Отмахнулись. Тогда Эйден взял кусок угля и начертил на земле схему — как надо положить балку.
Один из старых плотников — седой, сгорбленный, с руками, покрытыми шрамами — подошёл. Долго смотрел на чертёж. Потом поднял глаза на Эйдена и спросил жестами:
— Ты — строитель?
Эйден кивнул. Одно слово:
— Архитектор.
Плотник позвал остальных. Они смотрели на схему, спорили. Потом переложили балку так, как показал Эйден. Плотник похлопал его по плечу и показал на стройку. Жестами: приходи завтра. Будешь работать.
Эйден кивнул.
Дни на стройке шли своим чередом. Эйден работал. Он не был самым сильным, но он видел конструкцию целиком. Старый плотник учил его: как класть балки, как соединять углы, как ставить опоры. Эйден хватал на лету.
Он замечал, где может просесть крыша. Где нужна лишняя опора. Где треснет бревно. Плотник удивлялся. Спрашивал жестами: откуда ты это знаешь? Эйден пожимал плечами. Он не мог объяснить словами. Но руки помнили.
Один из рабочих ругался, что Эйден слишком медленный. Старый плотник цыкнул на него и показал на результат — углы стояли ровно. Эйден чувствовал, что он на своём месте. Впервые за долгое время он снова строил.
Вечером старый плотник сидел с ним. Он что-то говорил, показывая на его руки. Медленно, чтобы Эйден понимал. Показывал на мозоли, на трещины. Потом на чертёж. Потом на него самого.
Смысл был ясен: «Ты не похож на нас. Откуда ты?»
Эйден ответил жестами:
— Издалека. С неба.
Старик задумчиво кивнул. Верил или нет — непонятно. Он показал рукой на горы и произнёс слово:
— Город.
Эйден запомнил. Он не знал, что там — Лиана. Но он знал, что должен туда попасть.
Старик помолчал, потом добавил, глядя на Эйдена с прищуром:
— Ты не похож на нас. Ты как те двое. Те, что упали с неба давным-давно.
Эйден не понял. Переспросил жестами. Но старик только махнул рукой и поднялся. Ушёл спать.
---
Ночью Эйден сидел во дворе. Взял уголь и начал рисовать на стене. Не механизмы — целые постройки. Мосты. Арки. Башни. Он смотрел на чертежи и чувствовал тоску. По настоящей работе. По созданию.
Он думал о Лиане. Тихо. Пытался не плакать. Смотрел на чертёж и думал: «Когда я найду тебя, я построю тебе дом».
Мысль Эйдена:
«Я не знаю, сколько это займёт. Но я стану сильнее. И когда я найду её — я буду не просто солдатом. Я буду тем, кто может построить ей мир».
Он смотрел на свои руки. На чертёж. На стену. И в этот момент он услышал — где-то далеко, за стеной, за городом, за горами — женский крик.
Он замер. Прислушался. Тишина.
Он тряхнул головой. Показалось. Но внутри что-то сжалось. Он не знал почему. Он смотрел на чертёж. Потом на небо. Потом на горы.
Мысль Эйдена:
«Я иду. Слышишь? Я иду за тобой. Подожди меня»
КОНЕЦ ГЛАВЫ 5