Реутово — Никольское
Глава 12 из 22
Настройки чтения
18px
1.8
1

Реутово — Никольское

Глава 12

Реутово — Никольское

Реутово — Никольское

„Ну, хоть сто пятьдесят…” И тогда рассудок: „Ну, хорошо, Веня, — сказал, — хорошо, выпей сто пятьдесят, только никуда не ходи, сиди дома.”.

Что ж вы думаете? Я выпил сто пятьдесят и усидел дома? Ха-ха. Я с этого дня пил по тысяче пятьсот каждый день, чтобы усидеть дома, и всё-таки не усидел. Потому что на шестой день размок уже настолько, что исчезла грань между рассудком и сердцем, и оба в голос мне затвердили: „Поезжай, поезжай в Петушки! В Петушках — твоё спасение и радость твоя, поезжай.”.

„Петушки — это место, где не умолкают птицы, ни днём, ни ночью, где ни зимой, ни летом не отцветает жасмин. Первородный грех — может, он и был — там никого не тяготит. Там даже у тех, кто не просыхает по неделям, взгляд бездонен и ясен…”

„Там каждую пятницу, ровно в одиннадцать, на вокзальном перроне меня встречает эта девушка с глазами белого цвета — белого, переходящего в белёсый — эта любимейшая из потаскух, эта белобрысая дьяволица. А сегодня пятница, и меньше, чем через два часа, будет ровно одиннадцать, и будет она, и будет вокзальный перрон, и этот белёсый взгляд, в котором нет ни совести, ни стыда. Поезжайте со мной — о, вы такое увидите!…”

„Да и что я оставил — там, откуда уехал и еду? Пару дохлых портянок и казённые брюки, плоскогубцы и рашпиль, аванс и накладные расходы — вот что оставил! А что впереди? Что в Петушках, на перроне? — А на перроне рыжие ресницы, опущенные ниц, и колыхание форм, и коса от затылка до попы. А после перрона — зверобой и портвейн, блаженства и корчи, восторги и судороги. Царица небесная, как далеко ещё до Петушков!”

„А там, за Петушками, где сливаются небо и земля, и волчица воет на звёзды, — там совсем другое, но то же самое: там, в дымных и вшивых хоромах, неизвестный этой белёсой, распускается мой младенец, самый пухлый и самый кроткий из всех младенцев. Он знает букву „ю” и за это ждёт от меня орехов. Кому из вас в три года была знакома буква „ю”? Никому; вы и теперь-то её толком не знаете. А вот он — знает, и никакой за это награды не ждёт, кроме стакана орехов.”

„Помолитесь, ангелы, за меня. Да будет светел мой путь, да не преткнусь о камень, да увижу город, по которому столько томился. А пока — вы уж простите меня — пока присмотрите за моим чемоданчиком, я на десять минут отлучусь. Мне нужно выпить кубанской, чтобы не угасить порыва.”

И вот — я снова встал и через половину вагона прошёл на площадку.

И пил уже не так, как пил у Карачарова, нет, теперь я пил без тошноты и без бутерброда, из горлышка, запрокинув голову, как пианист, и с сознанием величия того, что ещё только начинается и чему предстоит быть.

назадназад
1 ... 10 11 12 13 14 ... 22
впередвперед