Сигнал тревоги выл, как раненый зверь. Свист пара вырывался из труб, а под ногами дрожала земля — комплекс готовился к самоликвидации.
— Семь минут до ада, — Джеймс выбил прикладом стекло пульта, тыча пальцами в паутину проводов. — Взрывчатка в цистернах — рванёт так, что от провинции мокрого места не останется.
Я прицелился в тварь, вылезающую из вентиляции — гибрид скорпиона и человека с лицом, как расплавленный пластик. Очередь прошила грудную клетку, но тварь рванулась вперёд, истекая кислотой вместо крови.
— Диск... — Джеймс, сплёвывая кровавую слюну, кивнул на мою грудную клетку. — Если вынесем, они всё повторят.
Стена ангара рухнула, открыв вид на бункерные двери. За ними, в клубках пара, стояли ряды капсул с эмбрионами — новые партии «Джаббара». Над ними возвышался *Он* — король этой мертворождённой утробы. Жало билось в бронестекло, словно молот.
— Ведро с болтами! — заорал Джеймс, швыряя гранату в щупальца, прорвавшиеся из-под пола. Взрыв разметал слизь, но на смену лезли новые. — Тащи динамит к цистернам!
Мы метались меж рвущихся труб, осыпаемые осколками бетона. Джеймс, прикрывая мой отход, стрелял на звук — его левая рука висела плетью, содранная до кости клешнёй.
— Всё! — я впихнул последний блок С-4 в трещину резервуара. Джеймс, прислонившись к стене, жестом позвал к себе. Его планшет показывал 2 минуты до детонации.
— Слышь, — он ухмыльнулся, вытаскивая из-под броника фото трёхлетней дочки. — Скажи ей...
— Сам расскажешь, — я перезарядил автомат, но он схватил меня за плечо.
— Ракетами из подземки не стреляют. — Джеймс ткнул в планшет — «N7» мутировал в воздухе. Взорвёмся тут — споры разнесёт на километры. — Только подземный удар. Всё схлопнется.
Стекло за спиной треснуло — *Он* ворвался в ангар, волоча за собой десяток оживших трупов. Джеймс выдернул чеку из моего пояса, толкнув под набегающих тварей.
— Беги!
Я не успел вскрикнуть. Он выхватил детонатор, стреляя мне под ноги, отсекая путь к себе. Последнее, что я увидел — его улыбку и взмах окровавленной фотографией.
Туннель обрушился за моей спиной. Я бежал, оглохший от рёва взрывов, пока волна жара не швырнула меня в выгребную яму. Выползая на поверхность, я обернулся — земля проваливалась, как в жерло вулкана. Грибовидное облако, прошитое молниями, пожирало небо.
Жёсткий диск жёг грудь. Хрипя, я пополз к радиовышке на горизонте. Тени уже шевелились в дыму — стройные фигуры в биокостюмах подбирали уцелешие образцы.
— Нет уж, — я прислонился к бетонному осколку, доставая гранату. Через развороченное горло смех звучал как бульканье. — Встретимся в аду, браток.
Кольцо блеснуло на солнце.
Спутниковый снимок провинции Аль-Джаббар. На месте карантинной зоны — стекловидный кратер. В радиусе 200 км — ни движения. В секретном отчёте «Феникс-Генетикс» графа «Образцы» помечена зелёным: «Извлечено. Протокол N7-RAGNAROK готов к фазе II».