- Разрешите доложить, Ваше величество. Нам пришло письмо из Генеральной ассамблеи!
Громкие слова солдата, появившегося на пороге, раздались по всей беседке и казались для Гебриэла столь неприятными, что он закрыл уши, не желая слушать того, что могло бы быть там написано. Они даже и пяти минут не смогли побыть вместе, как злой рок судьбы снова их хочет разлучить. Хотелось просто встать и закричать о том насколько это о не справедливо по отношению к нему. И матери.
Кристофер с тяжёлым вздохом кивнул солдату и тот взойдя к ним, передал письмо. На конверте была печать Генеральской ассамблеи, скреплявшая бумагу и небольшую красную ленту. Открыв его, он достал документ с официальным обращением к нему. "А судьба похоже не щадит времени для семьи." - пронеслось в голове короля, когда он только начал читать. Со временем его лицо менялось по мере того, как он приближался к концу от безразличия до раздражения и волнения. Закончив читать, он отложил конверт и бумагу в сторону и обратил свой взгляд к семье.
Эсмиральда смотрела на него с молчаливым волнением. Она беспокоилась о том, что там нечто ужасное, раз её муж так реагировал на содержание письма. Кристофер видел, как она хранила в душе это беспокойство. Взглянув на сына, он бы сильно потрясён. Гэбриэл уже был готов податься истерике. Его бледное лицо стало ярко красного цвета, по щекам уже лились ручьём слёзы. Король осторожно положил ладонь на его плечо и тот от испуга вздрогнул. Резко подняв голову, он встретился с уставшим и обеспокоенным взглядом отца.
- Гебриэл...всё хорошо. Нечего напрасно лить слёзы.
Мальчишка опустил руки и тихо шмыгнул. Уже было хотев возразить ему он не смог ничего сказать лишь разрыдавшись. Кристофер выдохнул и встав с места подошёл ближе к Гебриэлу. Опустившись перед ним на колено, король обнял сына и тот резко вцепился в его плечи. Гебриэлу в этот момент казалось, что если он отпустит его, то больше не сможет увидеть. ОН не хотел допустить этого и крепче обнял отца, прижимаясь к нему как можно сильнее.
Кристоферу оставалось только неподвижно стоять, принимая на себя всю боль и переживания своего сына. Эсмиральда тоже встала с места и взглянув на солдата, разрешила ему удалиться. Солдат отдал королеве поклон и ушёл восвояси, а дама подошла к своим родным и опустившись рядом, обняла обоих, прижавшись к плечу мужа головой. Её ровный вздох уже говорил о многом, из всего того, что она чувствовала сейчас. Их ждал серьёзный разговор.
Через время принцу удалось одолеть истерику, и он без сил приник к плечу отца. Ощутив это, он не стал мешкать и встретившись взглядом с Эсмиральдой, кивком обратил её внимание ко дворцу. Она ответила ему тем же кивком, поняв его ход мыслей. Гебриэл потратил много сил, пока изливал своё потрясение в слезах и крике, к тому же приближалось позднее время. Отпустив Кристофера, она встала с места вместе с ним и последовала к дворцу. Голова принца покоилась на широком тёплом плече отца. Он прикрыл опухшие и покрасневшие от слёз глаза, давая им возможность отдохнуть, а вместе с тем постепенно предавался сну, время от времени теряя ясность реальности.
Эсмиральда время от времени поглядывала на Гебриэла, пока они шли в сторону его комнаты. Она сдерживала желание утешить своё дитя на ходу. Так скорее будет не удобно и движения могут показаться резки и грубыми, что не было свойственно ей.
За короткое время оба уже оказались в комнате принца и подойдя к его кровати, осторожно положили уставшее дитя на мягкую ткань. Эсмиральда накрыла его одеялом и ласково провела ладонью по серебристым волосам. И без того засыпавший принц слегка приоткрыл глаза. Через выпуклое стекло круглых очков он разглядел черты матери. Её золотые глаза были подобно закатному солнцу, что скрывалось за белоснежными облаками, коими были её необычайно светлые волосы. Приятные мягкие черты её лица казались самым подходящим холстом для той картины, что воображал себе принц. Зевнув, он удобно расположился под одеялом и прильнул к подушке носом. Эсмиральда вздохнула с тёплой улыбкой и осторожно стянула с мальчишки очки, чтобы они не мешали ему спать.
Кристофер и Эсмиральда убедившись, что принц спит, осторожно вышли из комнаты, стараясь не побеспокоить сон сына. Кристофер выдохнул, когда они оба вышли из спальни. Встретившись взглядами, они оба понимали, понимали о том, что пора перейти к более серьёзной проблеме.
- Кристофер… что было в письме? Неужели Ассамблея созывает королей?
Король опустил взгляд и прикрыв глаза, он осторожно снял очки. Потянувшись к внутреннему карману своего серого фрака, он достал платок, которым чуть нервно стал натирать стёкла в прямоугольных оправах. Он не мог игнорировать письма Генеральной Ассамблеи. Для их континента это был главная организация союза между соседствующими королевствами. Единственное, что ему не нравилось, это то, как бесцеремонно Ассамблея меняет назначенные даты, которые устраивали каждого из королей.
- Боюсь, что да... Генеральская Ассамблея требует прибыть всем королям после получения письма как можно скорее. Мне придётся уехать…
Эсмиральда подошла ближе к Кристоферу и с тоской провела ладонью по его щеке. Король поднял руку и накрыл своей большой тёплой ладонью её прохладную. Выражение лица Дамы было спутанным. Она знала, что к обязательствам короля надо подходить со всей ответственностью, но… Ей было больно от этого. Из-за того, что он отдаёт всего себя народу, его буквально не хватает ей и их сыну. И они все понимали это, только народ принимал всё внимание короля как должное. Из-за этого она была готова затаит на свой же народ обиду, но это было бы слишком для неё и к тому же их заповеди божьи блюстят пример человека, не таявшего обиду и прощающего за всё. Таким и был Кристофер.
- Тогда тебе стоит собираться прямо сейчас… я помогу собрать всё что нужно.
Её полу дрожащий голос был тише, когда она, казалось, смирилась с его скорым уходом. Кристофер не мог спокойно смотреть на печаль в глазах своей жены. Сделав к ней шаг, он осторожно обнял её, вовлекая в свои объятия, она же ведомая его руками и теплом, буквально растаяла, и её голова легла на его плечо. Слёзы сами хлынули из её глаз, и она только сильнее прижалась к нему, пытаясь стать с ним одним целым.
- Эсмиральда, я даю тебе слово, что вернусь домой так скоро, как мне это позволит сила моего коня и моя собственная. Я не могу больше мириться с тем, что я не могу провести чуть больше часа времени с моей семьёй.
- Я верю тебе, любовь моя…
Король и королева после слились в нежном поцелуе, подтверждая терзавшую обоих тоску о друг друге. С неохотой разделившись они взялись за руки и пошагали в ногу к кабинету Кристофера, чтобы подготовить его к пути.
В это же самое время маленький принц, пробуждённый голосами родителей в это время так же, как и мать ронял слёзы в подушку. Он только был убаюкан их любовью, а теперь из-за неосторожных эмоций он услышал то, от чего его так хотели предостеречь. Принц и без того знал, что в письмах от Ассамблеи никогда не было хороших вестей, но он таил надежду о том, что это просто его воображение. Но нет… это была самая настоящая явь. Кошмар, которого он всегда боялся.
Да, он слышал, что отец пообещал вернуться как можно раньше, но стоит ли верить в эти слова, если у него не всегда получалось их выполнить. От этого Гэбриэл не мог сдержать обиду на отца и злость на всех, кто буквально отбирает его. Он так хотел сейчас же вылететь из комнаты и с криком бросится на него. Крикнуть, что он никуда не уйдёт, а люди сами справятся и без него, но от горя в горле встал тяжёлый ком, не давший крику вырваться, а всё тело будто онемело от шока. Принц и не заметил, как скоро наступило утро.
За окном уже светило солнце, пробиваясь своими лучами сквозь тёмные шторы его спальни. Глаза сильно болели и горели от слёз. Слишком долго он горевал и от той горечи остался неприятный осадок в груди и солёный привкус от слёз на губах. Перевернувшись на бок, против окна, он сильнее укутался в одеяло и тяжело вздохнул не желая вставать.
В дверях прозвучал равномерный мягкий стук. Принц чуть дрогнул, обратив своё внимание к ней, ничего не сказал и тогда за дверью послышался мягкий женский голос.
- Молодой господин, пора вставать. Ваша матушка ждёт вас за завтраком.
Гэбриэл тяжело вздохнул и через силу сел на кровати. Девушка, не услышав внятного ответа зашла в спальню принца ахнула. Гэбриэл не различил её лица и потому не сразу понял от чего она удивилась.
- Принц! Что случилось с вашим лицом?! Ваши глаза, они красные! Что с вами случилось?
Девушка быстро подбежала к принцу и начала искать что-то, подозревая, что это нечто вызвало аллергическую реакцию. Не для всех секрет, что у принца аллергия на определённую пыльцу, а именно цветок луноцвета. Он очень похож на лилию, имеет тёмно-синие лепестки с голубоватым градиентом к заострённым кончикам, похожим на перевёрнутые лодочки.
- Боже! Так вы ещё спали не в ночной рубашке!? Сейчас же, нет живо переодеваться! Но для начала умываться!
Девушка подхватила принца за руку и потянула за собой следом к умывальнику, где тщательно старалась привести принца в более прилежный вид. Его серебристые волосы казались чуть побелевшими, но девушка не стала принимать это в особое внимание. Умыв его и протерев лицо полотенцем, она притянула его также к шкафу и поставив перед ним, открыла широкие дверцы, чтобы взять чистую рубашку и брюки с жилетом в комплекте. Гэбриэл всё это время был в недоумении. Он даже не успевал сказать что-то пока его умывали и даже когда тянули к шкафу. А когда всё же его отпустили, он было готов уже высказаться, но с него начали стягивать одежду и одевать другую.
Когда его наконец-то переодели, он тяжело вздохнул и поднял взгляд, предположительно отмечая место лица служанки.
- Что это за суматоха с самого утра!? Я не успел проснуться толком, а ты тягаешь меня как щенка по всей комнате! Где это видано!?
- В дворянских семьях, вот где! – ответила девушка и взяв принца за руку, потянула его к туалетному зеркалу. Посадив его, она взяла его очки у спальни и осторожно одела их на его переносицу. Принц, поправив их, взглянул на себя и чуть испугался. Его волосы были скомканы как какое-то гнездо, а лаза до сих пор были ещё красными. Он невольно вспомнил причину этому, от чего и поник головой. Служанка это не могла не заметить и с тяжёлым вздохом положила ладони на его плечи.
- Ну что вы… Не так уж всё и плохо! Краснота со временем сойдёт и всё будет хорошо.
- Да не в это и дело…
Голос принца был тихим, даже тише по сравнению с тем, как он недавно возмущался на отношение к себе. Он даже и не знал во дворце ли сейчас отец или уехал вчера же вечером. Служанка, заметив, как загрусти ещё сильнее, тяжело выдохнула. Гэбриэл и правда не из тех, кого волнует его внешность и это было заметно с его детства. А служанка, собственно пришедшая к нему, сегодня была самой старшей среди всех и знает Гэбриэла ещё с его младенчества. Считай няня. Её лицо пока не успело покрыться полностью морщинами, их было прилично, но столько, что не позволяли скрыть её приятной внешности. Пепельные волосы с редкими седыми прядками были заколоты на затылке в аккуратный пучок и держались не только на невидимках с видимыми маленькими цветочками концах, но и чёрной ленте.
- Тогда что же тебя так огорчила, что ты рыдал, как маленькая девчонка? Милый принц, вам исполнится двадцать, и вы тоже также будете плакать?
- Конечно не буду! И я не девчонка! Просто… Отец и так дома не бывает, а его при любом удобном случае выхватывают, как куклу… Разве это не честно, Тётушка Марго?
Старая служанка тяжело вздохнула. Теперь то она поняла. Как же она могла забыть ежечасные вопросы принца о том, когда явится отец, чтобы поиграть с ним или почитать в библиотеке. Раньше, когда король был на десяток лет моложе он мог себе это позволить, но сейчас…увы. Годы берут своё и со временем работы становится больше. Народ процветает и ему нужно всё внимание его правителя. Королевство Кросс как второе дитя для Кристофера, что забирает у его всё внимание, не давая и капельку для первого.
- Принц Гэбриэл… Ваш отец уехал тем же вечером, когда и получил письмо. Напоследок он сказал, постарается возвратиться как можно быстрее.
Она посмотрела на мальчишку и заметила, как он надулся после её слов. Ему явно не нравился её ответ. Он с детства иногда вредничал, но для неё это была лишь мимолётная шалость принца. Он лишь выражал своё недовольство, думая, что так он сможет скрыть истинные переживания. Он умён не по годам, пытается казаться ребёнком. Именно это и всегда поражало Марго.
- Давайте мы с вами приведём вас в порядок, и вы отправитесь на завтрак. Ваша матушка вас заждалась.
Принц молча кивнул и вздохнул. Он держал взгляд всё также опущенным. Правда ли то, что отец сможет приехать раньше, ведь дорога не близкая. Выезд из королевства находится на востоке, а Генеральская ассамблея севернее, за карьером. Тёмный лес неподалёку от него и само это понимание заставило принца покрыться мурашками. Его последний визит туда был не самым приятным.
- Ну всё. Теперь готов к выходу.
Принц поднял взгляд и удивился. Тётушка Марго заплела его волосы тёмно-синей лентой с каким-то камнем, который он не мог разглядеть, но выглядел он довольно неплохо. Он редко когда хотя бы просто собирал волосы, а тут и украшение одели. Повернувшись к Тётушке, он вскочил со стула и обнял её.
- Спасибо. Не знаю почему, но это… подняло мне настроение.
- Я просто пока плела тебя делала небольшой массаж головы.
Гэбриэл склонил голову на бок, а Тётушка похлопала его осторожно по макушке и чуть надавила на его пояс, опустив руку, чтобы тот уже пошёл на завтрак.
Попрощавшись с ней, он с приподнятым настроением направился в столовую.
От части он не понял суть ситуации, что сейчас была, небольшая ругань с Тётушкой Марго и ей небольшой массаж головы с приятным бонусом в виде собранных тёмно-синей лентой в низкий хвост волос и украшения. Но даже так это ободрило его.
И вот дойдя до дверей столовой, он открывает их и в большом зале на своём привычном месте увидел сидящую Даму. Взглянув на неё с лёгкой улыбкой, тут же изменился в лице. Приподнятые ранее уголки губ опустились. Дама сидела за столом с такими же красными и опухшими глазами, как и у него. Но… кажется у неё всё было похуже. Гэбриэл осторожно подошёл к сгорбленной над столом матери и медленно положил ладонь на её плечо. Она подняла взгляд на сына и поджав губы, обняла сына и крепко прижала к себе. Прижав его к своему плечу, она продолжала плакать, дрожа в его плечо.
- Матушка… он же сказал, что вернётся как можно скорее… поэтому...давай не будем лить слёзы и держаться вместе. Может я и не смогу заменить его сейчас, но…мы можем поддерживать друг друга и тешить себя верой и надеждой в его слова. Он же хоть и не в срок, но сдерживал свои слова.
Дама, всхлипывая на плече сына, выслушала его и с тяжестью на сердце выдохнула. Он был прав. Несмотря на то, как поздно приходил Кристофер, он был с ними, пусть и совсем коротко. Но… Его след остался в каждом в виде тоски. Отпустив мальчика из крепких объятий, он подняла красные от слёз глаза и выдавила из себя слабую улыбку, на которую ей хватило сил.
- Да... Ты прав, Гэбриэл... Твой отец всегда приходил к нам. Старался быть с нами каждый день. Пусть и совсем чуть-чуть, но он был… Ты молодец, что веришь в его слова. А я… Немного устала… В последнее время в церкви столько работы, но мне помогает Апостол Михаил и Рафаэль.
- Матушка, давайте прогуляемся в саду? Возможно, свежий утренний воздух нам не помешает.
Дама вздохнула и мягко улыбнулась. Она слегка кивнула сыну и встав с места, протянула ему руку. Гэбриэл улыбнулся в ответ и охотно взял руку матери. Она, казалось, повеселела и смахнув рукой нахлынувшие слёзы, пошла с сыном в сад.
Утреннее солнце только начало освещать сад и пробуждать цветущие в нём растения, заливаясь их краской. Это было заметно из окон, когда оба проходили по коридору. Гэбриэл время от времени поддерживал мать за руку, чтобы она удержалась на ногах. Было заметно как она немного петляла. Похоже она довольно долго пробыла в не добром расположении духа. Сам Гэбриэл был подобен тряпичной кукле после ночи в слезах. Конечно было не очень приятно, когда Тётушка Марго тянула его по всей комнате, но она его тем самым растормошила и привела в порядок. За это ей огромное спасибо.
Наконец добравшись до сада, они вышли на каменную дорожку и оба глубоко вздохнули. Свежий воздух наполнил лёгкие и на душе стало чуточку легче. И королева, и принц почувствовали подобие умиротворения. Покой и видимая тишина, слышно только лёгкий шелест листьев и пение птиц. Пройдя чуть дальше по дорожке, с ветром, пронёсшим опавшие лисья деревьев, появилась высокая фигура в белоснежном камзоле с золотой росписью. Волосы цвета угля, заплетённые в высокий хвост, поблёскивали на солнце. Вместо с короткой чёлкой его волосы развивались на ветру. Это был Альберт. С лёгкой приветствующей улыбкой он подошёл к Эсмиральде и Гэбриэлу. Сделав лёгкий поклон, он выпрямился и завёл левую руку за спину, оставив правую приподнятой на уровне живота.
- Доброе утро, ваше высочества. На время своего отсутствия король Кристофер распорядился о том, чтобы я, Альберт Фоск, охранял ваш покой и составил компанию, пока его нет. Буду рад служить вам и выполнять ваши поручения.
Гэбриэл взглянул на Альберта и на его лице сразу появилась улыбка. Отец распорядился о том, чтобы ни просто кто-то, а именно этот парень остался с ними. Даже по самому Альберту было заметно, что он был тоже приятно удивлён, тем, что его не потащили с собой на собрание. Он не очень хотел видеться с представителями соседствующих королевств. К тому же у него был конфликт с пиковой мастью. Королевство Цанинхан было противником королевства Кросс. Пусть и оба королевства считай были оба тёмными мастями, когда-то названными братьями, конфликта было не избежать и теперь короли были друг другу врагами, как и королевства.
Эсмиральда же завидев радость на лице сына почувствовала облегчение. Хоть одному из них будет проще пережить пару дней без Кристофера. Королева не редко могла довольствоваться во время своей работы наблюдением за мужем, когда он появлялся в церкви. Она могла видеть его чуть больше, чем Гэбриэл, но мельком. Хотя иногда Кристофер и сам заходил к ней, чтобы узнать, как она. Она очень любила эти моменты, и они поднимали ей настроение и восполняли силы к работе. Так она была готова помочь всем и каждому и сейчас, когда его не будет какое-то время, она не знала, что делать.
Альберт заметил, что королева немного померкла на фоне своего сына, сияющего от радости. Подойдя ближе, он немного потрепал волосы на макушке мальчика и обратился к Эсмиральде.
- Королева, вас что-то беспокоит?
Дама подняла взгляд и встретилась со светло-голубыми глазами парня. Она мягко улыбнулась и покачала головой.
- Нет. Всё хорошо. Просто… у меня впереди много дел и не знаю, как нам быть… Вы ведь не сможете быть со мной и Гэбриэлом одновременно.
- Это не беда. Мы ведь все может составить вам компанию и помочь. Гэбриэлу будет полезно узнать о том, что происходит в церкви, ведь когда он унаследует престол, он будет часто его посещать.
Эсмиральда взглянула на Гэбриэла и тот по всей видимости был не против. Хоть он и молчал, но его тёмные глаза сияли ярче обычного.
- Матушка, это ведь и правда хорошая идея! Я могу не только увидеть церковь внутри, но и помочь тебе во время работы! Ещё и апостолов смогу увидеть!
Королева ровно выдохнула и кивнула. Привести Гэбриэла в церковь будет не просто для него экскурсией, но и его подготовкой перед его будущим. Он единственный наследник и правда следовало его познакомить с устройством церкви ещё раньше, но… Однажды Гэбриэл уже посещал её и этот опыт был не лучшим. Он испугался одного из Апостолов и убежал, зарёкшись не ступать на территорию церкви. Тогда он был очень мал и впечатлителен. Сейчас он был старше и, кажется, позабыл об этом. Поэтому она не могла не согласиться с предложением.
- Тогда нам следует отправится прямо сейчас.
Альберт правой рукой указал на путь к церкви. Королева мягко улыбнулась и вместе с сыном отправились в сопровождении Альберта к её двору.