На утро Токиото проснулся. Что-то не давало ему покоя. Тот самый дом на окраине.
Выйдя на крыльцо, он заметил, как тот самый красноволосый молодой человек, которого ранее видел Токиото, небрежно кинул другому мужчине кисет, из которого высыпалось немного белого порошка. Однако Токиото это заметил.
Артём уже уходил, как услышал металлический щелчок. Его рука была скована наручниками, а их вторую часть держал Токиото, направив на парня пистолет.
— Ты пойдёшь со мной, — Токиото произнёс эти слова с властным тоном.
— Ты кто такой, челядь? — спросил Артём с явным пренебрежением и скривил лицо при его виде, будто каждой клеткой своего тела показывает презрение к нему.
Токиото резко сбил Артёма с ног.
— Я — новый шериф, сучка.
— Свою маму-шлюху так называть будешь, голубоглазик, — парень подмигнул шерифу.
Артём ловко откатился назад и с кошачьей грацией быстро поднялся на ноги.
— Слышь, воняющая за пару миль пафосом приблудшая душа, я людей и так не слушаю, а тебя и подавно. Ты даже не отсюда!
— Вау, как ты догадался.
Артём закатил глаза и достал из кобуры под рубашкой револьвер.
— Lucrum, — револьвер окутал фиолетовый свет.
— Раз так... Celeritas.
— Тоже магией обладаешь? — в голосе Артёма проскочила заинтересованная нотка. — Достаточно интересно.
— Да, я даже уверен, что лучше, чем ты.
— Умение хорошо держать ствол и сглатывать мужские эякуляции не делают тебя лучше магом, чем я, — ядовито съязвил Артём.
Токиото пристально смотрел в глаза своему сопернику. На его лице не было ни следа злости или обиды. В лице же Артёма отражалась лёгкая непринуждённость и в то же время нарастающий азарт.
— Твои шутки меня ни капли не задевают, ты всего лишь самодовольный отброс, которого надо поставить на место. Если не хочешь в тюрьму, то мне придётся убить тебя.
Артём полностью осмотрел Токиото и приметил на поясе кинжал. Заметив его взгляд, тот быстро обнажил клинок и направил на Артёма.
— Много на себя берёшь. Я столько раз мог ноги протянуть, но увы. А дохнуть от придурка, которого я вижу впервые... Нет уж, увольте! Если и умирать, то красиво и от достойного соперника.
— От чего предпочтёшь умереть? — проигнорировал его Токиото.
Артём почесал подбородок левой рукой, на которой всё ещё висел наручник, и задумчиво произнёс:
— Всё зависит от того, с какой стороны посмотреть. Если пуля из револьвера попадёт в жизненно важные органы, смерть наступит почти мгновенно. А вот от кинжала смерть наступает медленнее и мучительнее, но в этом есть что-то благородное. Я бы выбрал от кинжала! Радуйся, я редко заговариваю с противниками.
Они навели друг на друга револьверы и прицелились, надеясь сразить противника одним выстрелом.
— Lucrum!
— Celeritas!
В унисон прогремело два выстрела. Ни один из них не попал, и они рванули с места, на бегу стреляя друг в друга.
— Бам!
Если бы Токиото не успел среагировать и уклониться в самый последний момент перед выстрелом, то его лоб бышала бы сквозная кровоточащая дырочка. Артёму пришлось перезарядить револьвер на ходу, попутно уклоняясь от пуль.
— Да что ты сделал с этими пулями? — заинтересованно спросил противника Токиото.
Его пули летели с более высокой скоростью, оставляя позади фантомный след, что могло запутать и усложнить ситуацию. Артём предположил, что он их ускоряет.
Когда Артём почти зарядил револьвер, над его головой пролетела пуля, срезав несколько волосков. Артём широко раскрыл глаза.
— Вау, да ты почти попал! Это было невероятно! — саркастично подбодрил Артём.
Сделав кувырок влево, Артём выстрелом выбил из рук Токиото ствол.
— Ты достаточно неплох, блондинчик, — сказал он теперь не так равнодушно.
— Ты тоже неплох, для ребёнка.
— Просто застрелить тебя было бы неинтересно, — парень спрятал револьвер в кобуру.
Артём достал правой рукой из-за пояса пару метательных ножей, но не попал. А Токиото уверенно сокращал расстояние.
Когда он был в паре метров от Артёма, они взялись за лезвия: Токиото за свой кинжал, а Артём — за припрятанный последний нож. Артём не стоял на месте, и Токиото лишь рассекал воздух, не успевая нанести удар.
— Он не похож на наш, где украл?
— Там, где тебя никогда не было.
— М-м-м, как же плевать.
— Я уверен, что ты даже из этой глуши не выбирался, а так да, я во многих мирах бывал до прихода сюда.
— На потребителя мнемокситола или герметрофина не похож. О, воин, поведай же о себе, а я всё прослушаю, — съязвил Артём.
Токиото резко выбросил кинжал вперёд, но молодой наёмник перехватил его руку, скрутил и, закрутив наручник на правой руке, ударил им по лицу. Затем последовали удары по животу, в грудь ногой и снова наручником в нос. Токиото отшатнулся и не позволил себе упасть. Он вытер струйку крови, которая яростно сочилась из носа.
Не дав даже секунды передышки, в лицо Токиото полетела горстка песка. Ему пришлось закрыть глаза, вследствие чего он был награждён ударом металлического наручника по затылку. Чтобы избежать ударов, он резким рывком отошёл в сторону. Это было правильным решением: совсем рядом с его лицом просвистело лезвие и даже успело оставить след у него на щеке, из которого образовался кровавый подтёк.
— Хей, шериф, веришь ли ты фанатично в светлое будущее?
Токиото ничего не ответил, сочтя это за какой-то отвлекающий бред.
Артём потратил всего лишь секунду на раздумья, но для Токиото эта секунда оказалась решающей. Он нанёс сильный удар в лицо Артёма, и послышался глухой хруст, и тот, чтобы избежать новых атак, сделал красивое сальто назад, работающее больше на эффектность, чем на результат.
— Ангел-полукровка, — решил продолжить Токиото разговор.
— Типа кто-то из родителей умер? Прости, но я не верующий.
Клинок Токиото был нацелен в глаз Артёма. Чтобы отразить удар, он обхватил кинжал двумя руками, чем и остановил его. Из ладоней потекла кровь, но атака была отражена.
— Мх, вот, блять, хвалю. Молодец!
Токиото отдёрнул кинжал в сторону и ударил Артёма в поддых, отчего тот невольно согнулся и прокашлялся.
— Забыл спросить, а что я, собственно, сделал, что ты так привязался ко мне?
— Продавал наркотики.
— Серьёзно?! У меня вообще-то есть достижения и покруче! — недовольно проворчал Артём.
— Да ну?
— Ножи гну, не мешай мне мафию надо идти дальше строить.
Токиото остановился.
— Мафию?
— Оглох или просто не дошло? Да, я со своей командой вещества делаю и гроблю жизнь слабым духом людям.
— Хм, это звучит интереснее, чем быть просто шерифом.
— Чего? Мужик, ты серьёзно?
— Абсолютно, возьми меня в свою мафию.
Артём залился звонким заразительным смехом, который разнёсся по всей улице. Он крепко вцепился в его одежду, делая вид, что просто опирается, чтобы не упасть, хотя на самом деле вытирал окровавленные руки. Он с искренним интересом смотрел на голубоглазого собеседника.
— А ты интересный. Ну пошли.
Они пошли в место сбора всех членов мафии.
— Достань мне сигаретку из кармана.
Токиото достал из пачки очередную самокрутку. Парень довольно закурил.
Они зашли в салун и сели за стол.
— Извини за руку. Просто это моя работа.
— Мда уж, теперь тебе, как воспитанному взрослому мужчине, следует меня угостить.
Блондин кивнул и окликнул бармена:
— Хей, приятель, два виски, пожалуйста.
— Сейчас, — крикнул бармен из подсобки.
— Хех, он, походу, опять угашенный.
— Не сомневаюсь.
— Тебя как звать-то?
— Я Токиото, а ты?
— Артём. Кстати, ты вроде говорил, что ты ангел. Не солгал?
— Да, мой отец — ангел, а мать — человек.
— А моя мать — шлюха, в придачу мёртвая, — с усмешкой произнёс Артём и пожал плечами.
— Не повезло.
— Ваш виски, — сказал чернокожий мальчик лет семи и поставил им на стол бутылку.
Они продолжили:
— Из скольких человек состоит твоя группа?
— Три человека, но есть одна небольшая проблема, поэтому мы с Клаусом вечером пойдём его муча... Кхм, допрашивать.
— Клаус?
— Да, мой друг и некровный брат по совместительству.
— Хм, ясно.
— Куда-то пропали все запасы нашего порошка. Хотя я догадываюсь куда.
Артём потушил сигарету и, не задумываясь, бросил окурок в пианиста, который, сидя в углу, наигрывал незамысловатую мелодию, но при этом умудрялся фальшивить на половине нот.
— А где вы их хранили?
— В заброшенном особняке на краю города.
— А, я как раз думал сегодня пойти туда, до того как тебя встретил.
— Да там ничего интересного. Обычная база крыс и змей, — сказал Артём, допивая стакан крепкого виски. Он облил им свои ладони и поморщился.
Артём демонстративно прокашлялся.
— Может, всё-таки снимешь. Рубить руку у меня в планах не было, — он поднял правую руку, на которой до сих пор висел наручник, испачканный кровью.
Токиото кивнул и ключом снял недооковы с парня.
Артём расстегнул две верхние пуговицы рубашки. Неудивительно, ведь на улице стоит невыносимая жара. Впрочем, как и всегда.
— Я с вами пойду допрашивать вашего третьего.
— Его зовут Харрисон. Тоун Харрисон.
— Понял.
Токиото и Артём обсудили ещё несколько преступных ситуаций Артёма, сам Артём перевязал старыми бинтами руки, они допили и стали ждать Клауса.
— Клаус!
— И тебе привет, Артём, — друзья пожали руки.
— Знакомься, это Токиото — наш новый член мафии.
— Привет, — блондин помахал Клаусу.
— Привет, я Клаус, — неуверенно поздоровался Клаус с нескрываемой насторожностью.
— Да, Артём говорил про тебя.
— Пойдёмте уже проведаем нашего горе-предателя, — махнул рукой Артём.
— Он идёт с нами?
— Ну да.
Они пошли к сараю, где валялся уснувший Тоун. Он был весь в пыли и засохшей крови.
Артём разбудил его пинком по ноге.
— А? Что? Это вы...
Артём достал револьвер и направил на Харрисона.
— А теперь рассказывай, на кой чёрт ты пытался меня завалить?
Хар тяжело вздохнул и устремил взгляд в сторону.
— Опять? Да твою-то мать! Чёрт... Ладно, я расскажу, только уберите эту дрянь.
Артём проигнорировал условие Тоуна и беззаботно зевнул.
— Ладно! Естественно, при знакомстве с вами я солгал про всё, что только можно. Я сбежал из будущего, потому что погряз в долгах, что могло дойти до расправы. Тут я наткнулся на вас и не хотел ни с кем портить отношения, чтобы втереться в доверие. Потом, когда мы начали варить мнемокситол, я задумался, а почему бы не забрать его и продать. Я бы вернулся обратно, да вы, подонки, все мои устройства сломали.
Клаус поморщился и пнул Харрисона по коленной чашечке, отчего тот вскрикнул.
— Ах ты свинья, как ты посмел продать весь наш порошок?!
— Затем я приготовил небольшой наркотический ад, который притупляет разум. Артём — главный ценитель этого напиточка, — его потускневшие глаза блеснули и оживились. Артём же просто кивнул и улыбнулся — видимо, зашла шутка. — Ну а дальше избил Артёма и убежал в будущее продавать мнемокситол. Однако меня там не так гостеприимно приняли, как я думал, и забрали весь порошок. Ну и я вернулся обратно... Всё.
— Ха-ха-ха-ха, ну ты и идиот, конечно, — издевательски посмеялся над ним Артём.
— Артём, позволь мне кое-что сделать, — резко сказал Токиото.
— Да пожалуйста, — подросток, положив голову на плечо, стал следить за тем, как новый знакомый продолжает свои действия.
Он подошёл к Хару, сел рядом на корточки и приставил нож к паху.
— Ты кусок говна, который перешёл дорогу мафии. Я уверен, ты знаешь, чем это может быть чревато. Мы оставим тебе жизнь, но если ты посмеешь ещё раз сделать то, что нам не понравится, я отрежу твои ненужные яйца и пришью ко лбу.
— Уж поверь, они мне нужнее, чем тебе.
Токиото со всей силы пнул его в живот, отчего тот скрючился от боли и зашипел, как полудохлая гадина.
— Понял... — робко ответил Хар.
— Однако же, — удивился Клаус.
— Жизнь многому учит.
— А меня не впечатлил, — сухо прокомментировал Артём. — Много пафоса.
Хар посмотрел на собравшихся.
— А можно мне вернуться?
— Слово за тобой, Артём.
— Хм, ну даже не знаю, — сладостным тоном протянул Артём, — посмотрим, оправдаешь ли ты мою веру в твою беспомощность, — парень добродушно улыбнулся ему и помахал.
— Выберешься сам.
И без лишней мысли они все разом оставили его одного гнить в этой дыре дальше.
— А ты в салуне живёшь? — вдруг спросил Токиото.
— Ага.
— Этот чёрт даже за комнату не платит, — похвастался Клаус сомнительным достижением друга.
— Интересные вы ребята. А как у вас с деньгами?
— Мы на мели, — Клаус сказал это спокойно, уже смирившись со своим положением.
— Просто приготовим ещё порошка и продадим, — предложил Артём.
— Идея неплохая, но нужно снова запасаться ингредиентами.
— Ну, дума, это вопрос времени.
Возле салуна они разошлись: Токиото пошёл домой, а Артём и Клаус остались в салуне.
— Мда, странный тип, я бы даже сказал, жуткий, — недоверчиво произнёс Клаус и осмотрелся по сторонам, вспоминая недавний болезненный опыт.
— Да ладно, а по-моему милашка.
— Главное, чтобы было не так, как с этим отбросом Тоуном.