Стук!
Заместитель отделения, со стоячей причёской, результат неудачного засыпания за рабочим столом, спешил по белому коридору хирургического отделения.
- Нет, нет! Не может быть! Надо убедится...
Казалось больничная текучка жила своей жизнью и не обращала внимание на спешащего работника, что обычно дают клятву перед символом змеи над чашей. Символ больше напоминающий гербовой знак клана Пробуждённых, специализирующихся на ядах.
Завернув за угол на повышенной скорости ходьбы, и чуть не сбив собой главную медсестру, зав отделением, кивнул ей в знак извинения и продолжил своё нервное шествие.
Найдя нужное помещение, и почти залетев внутрь палаты, самый опытный в отделении врач посмотрел на своих младших коллег. На их лицах не было и тени веселья, а скорее затаённый, и в силу профессионализма, задвинутый чуть глубже, страх.
Завотденлением начал вглядываться в показания аппаратуры, которая была подключена к парню с длинными волосами и короткой бородой.
Спустя минуту анализа увиденного, немолодой мужчина в белом халате, мрачно прикрыл лицо рукою и с металлом в голосе объявил:
- Отцепить отделение... Код верификации для запуска защитных систем – двенадцать три ноля..
Номер кода он говорил глядя на самую старшую сотрудницу после себя.
Коллеги стояли около двух секунд в некоем ступоре, не веря, что это происходит с ними, из-за столь «старого» пациента.
Но буквально четыре удара сердца спустя, они уже были все в активном движении.
- Эвакуировать весь персонал из хирургического отделения. Эвакуировать всех лежачих пациентов, а тем кто способен сам двигаться, пусть покинут отделение.. Срочно!
Это уже говорил другой сотрудник, который направился к стойке регистратуре, обращаясь к первой дежурной. Немолодая женщина спешно нажала что-то на панели управления, и продублировала в коммуникатор у уха. Врач продолжал:
- Оповести силы обороны, и пусть пришлют, своих самых лучших, каких возможно, Пробуждённых... И так скоро как возможно!
Затем он убежал помогать с теми самыми «лежачими», заглушая подступающий к горлу комок страха.
Вскоре всё отделение было в движении. Не было ни одного, кто остался бы безучастным. Ведь от их скорости, как им всем казалось, зависит сейчас их жизнь как максимум, как минимум здоровье, как физическое, так и психическое. Многие уже чувствовали страх как нечто осязаемое. И это что-то диктовало уйти отсюда подальше.
Через полторы минуты как врач с взъерошенной причёской отдал это распоряжение младшим коллегам, бронированная дверь в палату пациента, со столь несвойственным для этого протокола возраста, была глухо запечатана. Как и окна в том числе. И только лишь отряду из Пробуждённых, уровня пробудившихся, или несколько мастеров, позволено открыть эту дверь с помощью только им известного кода.
Внутри палаты было тихо. Аппаратура мерно издавала успокаивающие монотонные звуки электронного пищания. Парень в серой толстовке, с оранжевым рисунком в углу одежды, у плеча, лежал спокойно, и даже не подозревал, что создал столь редкий ажиотаж для сотен людей, только лишь своим существованием.
Ни зав отделением, ни даже, наверное, глав врач, за свою немалую карьеру не встречали столь позднее погружение в своей практике. Погружение в свой первый кошмар! Испытание от Заклятия.
Стук!
***
Сразу после того как необычному клиенту кофейни, что славится своими кондитерскими изделиями, стало дурно прямо в обеденном зале. Всё это фиксировала камера записи в помещении. Сотрудница обеспокоенно, подбежала к упавшему парню.
Она слегка потрясла его за плечо.
- Что с вами? Вам нехорошо?...
Понимая тщетность возможности его поднять, девушка запаниковала, не зная что делать.
Мужчина в сером плаще уже звонил в скорую неотложную помощь, очень этим помогая молодой, растерявшейся девице.
Он подошёл ближе, и сказал:
- Очень похоже, что у него сердечный приступ... Он довольно характерно хватал ртом воздух, и держался за грудь. Позволь как мне проверить.
Мужчина опустился на колени перед Корнером, проверил пульс, послушал дыхание прижавшись к груди.
– Он дышит.. Но прерывисто. Так, искусственное дыхание умеешь делать?
Пышнощёкая девушка активно замотала головой. Мужчина закряхтел:
- Эх, ладно. Тогда иди сюда. Положи руки вот так, вот сюда и сюда. Дави весом своих рук в ритм сердца.. Ну примерно каждые полторы секунды, два раза. Поняла?
Он убедился, что девушка делает его указания достаточно активно, и попадает в ритм, начал считать качки её рук. В какой то момент он сказал: «Стоп!», и затем наклонил голову Корнера от его груди. Мужчина набрал в рот воздуха и начал искусственную вентиляцию лёгких лежащего на полу парня. С помощью своих лёгких. Они так повторяли несколько раз. Пока этот, как оказалось, бывший врач не убедился, что у молодого человека не восстановилось сердцебиение. Но к тому моменту, уже приехала скорая.
Получив четкие сведения от этого, уже чуть седоватого своего бывшего коллеги, они не стали терять времени и увезли его в хирургию ближайшего госпиталя.
Мужчина давно снял свой серый плащ. Он не выглядел обеспокоенным за судьбу Корнера. В отличие от молодой сотрудницы. Она была бледной, на её лице было беспокойство и следы пережитой недавней паники.
- Не волнуйся больше. Этот мальчишка скорее всего выживет. Правда как потом будет жить, после того как больничный счёт увидит – не знаю... Сочувствую. Ну как то да выкрутится – молодой же.
Мужчина постарался выдать лёгкую улыбку. А Кассирша посмотрела на него странным взглядом. Она взглянула на часы в углу комнаты обеденного зала, и тихо произнесла:
- Жаль... Такой симпатичный. Теперь он вряд ли придёт сюда, за такими дорогими пирожными.
Она и сама не могла себе позволить кушать такие изделия, где был натуральный сахар, хотя бы раз в неделю. Надо ещё было платить за своё жильё, всё таки.
Через пол часа заведение продолжило работу в штатном режиме. И даже этот мужчина в сером плаще ушёл, скорее всего домой.
Светлый день подходил к концу.
Стук!
***
Корнер чувствовал, как его тело несётся через некое пространство. Нет. Не совсем так. Это было не тело. Это его самоощущение, если быть точным. Корнер мог точно, почему то сказать, что тело сейчас он не чувствует. Косвенное доказательство тому был стук сердца. Стук сердца который он слышал. Слышал, но не чувствовал его в груди.
Это было больше похоже на то, как будто кто-то стучит снаружи его этого тёмного кокона, в котором он несётся куда то вдаль.
Но почему сам звук так похож на сердцебиение? Но очень редкое для живого человека.
Корнер рассуждал про себя:
«Если я умер, то почему бьётся сердце? Или оно прямо сейчас умирает?»
И вдруг как будто откуда то извне пришёл вопрос:
«Или оно умерло давно? Очень давно...»
Потряс головой. Не ощутил никакой опоры.
«Тьфу! Что за бред!»
Парень не мог сказать как давно он летит сквозь как-то странный, тягучий, космос. Корнер назвал его «неотзывчивым». Сам не до конца понимая, почему так ощущается.
Спустя несколько секунд, которые Корнер бы сам охарактеризовал как несколько часов, на него стремительно стала приближаться точка света вдалеке, и всё увеличиваться в размерах. Или нет. Он сам стремительно летел. Сложно сказать из-за перспективы. По мере приближения, свет становился всё нестерпимее, как от какой-то яростной звезды, небесного светила.
Наконец когда Корнер со всей возможной скоростью влетел этот свет, он был готов что сгорит, или разобьётся от высокой силы притяжение. Корнер зажмурился...
Но к его удивлению, его не размазало и не сожгло.
Корнер просочился в это окно света, и ощутил как будто выныривает из воды. Набрав в грудь воздух, как от долгого голодания кислородом, он отчётливо явственно услышал стук. Стук сердца, прямо у своих ушей. Вернее нет. Ушей не было. Тогда у своего сознания. Сердце ударило и звук растворился.
Откуда то сверху из точки в небесах, лишь перспектива его сознания наблюдала удивительные преобразования снизу.
Огромная полоса берега, простиралась на долгие километры, сотни километров. Сначала всё казалось единообразным и не чему было зацепиться взгляду, в этих прибрежных песках. Но затем стали вырастать горы. Горы утёсов через каждые несколько сот километров вдоль линии берега. Затем море будто вылизало из этих утёсов узкие гавани для каждой секции. На вершине каждого такого навершия скалы, стали появляться руины, которые соткались из песка вокруг. Корнер не сразу осознал, что что-то, или кто-то показывает ему этот регион в обратном течении времени. И очень очень быстро. Сотни лет за секунды.
Тем временем внизу, из руин начали появляться длинные вытянутые сооружения. Корнера приблизило к одному из таких, и он узнал в сооружении маяк. Он был огромный. Сам парень не видел таких в жизни.
Как только было распознано назначение строения, пришло ощущение тревоги. Оно шло отовсюду сразу, но спустя миг, луч этого ощущения сконцентрировался в сторону моря. Тревога стала перерастать в страх, страх в ужас. Корнер под давлением этого чувства увидел как внизу формируются поселения. Вернее это сначала были выжженные остовы деревень, которые постепенно приходили в норму. Время текло обратно.
Но само это не так привлекало внимание. Корнер моргнул в какой то момент, и течение времени сделало небольшой скачок. А затем Корнера охватил хтонический всепоглощающий ужас. Исходил он из моря. До это момента от подножия древнего маяка до поверхности воды было несколько сот метров. Но сейчас вода заволновалась и стала подниматься чуть ли ни под сам утёс.
В километре от скалистого берега утёса поднималось нечто. Время наконец догнало точку «настоящее», или «сейчас».
И в этом сейчас было Оно.
Корнер успел увидеть только силуэт чего то исполинского поднимающегося из воды, Он не мог выдержать колоссального давления ужаса на психику, и невзирая на отсутствие глаз и тела, в этом положении, Корнер сделал титанические усилия, и смог закрыть глаза и отвернуться.
Спустя мгновение он понял, по звукам, что было причиной уничтожения самого маяка и поселений, что были в отдалении от берега.
[Претендент. Добро пожаловать в Заклятие кошмара! Первое испытание ждёт тебя]
«Что за!..»
«Я в кошмаре Заклятия?!»
«Но мне исполнилось 26 лет!...»
Заклятие секунду подумало, будто собираясь ответить, и радостно, как показалось Корнеру, оповестило:
[Поздравляем с получением первого достижения!]