Оверкор
Ослепительный, стерильно-белый свет заливал подземную лабораторию научно-исследовательского комплекса гильдии «Апекс». В воздухе пахло озоном, антисептиком и тяжелой, удушающей концентрацией свежей маны. Огромные стеклянные панели отделяли наблюдательный пункт от диагностической камеры, в центре которой на двух массивных креслах из адамантового сплава сидели два пятилетних ребенка.
Снаружи, за толстым бронированным стеклом, стоял мужчина. Его величественная осанка, идеальный темно-серый костюм и холодный, пронизывающий взгляд излучали абсолютную власть. Артур Валленстайн — маг номер один в Соединенных Штатах Америки и пятнадцатый в глобальном мировом рейтинге Сильнейших.
Человек, чье чистейшее, как полированный алмаз, мано-ядро позволяло ему повелевать пространствами и уничтожать целые армии.
Рядом с ним суетилась целая команда ведущих магических аналитиков в белых халатах. По периметру помещения беззвучно гудели квантовые сканеры, фиксирующие малейшие колебания тонких энергий.
— Сэр Валленстайн, сканирование меридианов завершено на девяносто девять процентов, — дрожащим от волнения голосом произнес главный исследователь, пожилой мужчина в тонких очках. — Первичное проявление ядер у ваших сыновей вошло в финальную фазу. Всплеск неизбежен через три... две... одну...
Внутри герметичной камеры воздух мгновенно уплотнился.
На левом кресле сидел Каэль — один из братьев. Мальчик судорожно сжал подлокотники, его светлые, золотистые волосы вздыбились от хаотичных электрических разрядов. Из самого центра его груди вырвался ослепительный сноп ярких, золотисто-желтых молний. Сухие трескучие дуги мгновенно охватили весь адамантовый каркас кресла, заполнив камеру слепящим янтарным свечением. На голографических проекторах аналитиков показатели потенциала мгновенно взлетели в небеса, окрашивая датчики в ярко-зеленый цвет. Мальчик распахнул свои чистые голубые глаза, в которых бушевали крошечные желтые искры.
— Невероятно! — выдохнул один из ученых, всплеснув руками. — Чистейшая магия Желтой Молнии! Коэффициент чистоты — девяносто девять и восемь десятых процента! Это высший класс! Сердце Грозового Оракула! Сэр Артур, ваш наследник Каэль имеет потенциал войти в первую пятерку сильнейших магов планеты!
Артур Валленстайн лишь слегка кивнул, и на его губах мельком появилась едва заметная, удовлетворенная ухмылка. Он ожидал именно этого. Кровь семьи Валленстайн не могла породить слабость.
— А второй ребенок? Элиан? — спросил Артур, переводя свой тяжелый, ледяной взгляд на правое кресло.
Второй мальчик, Элиан, сидел абсолютно неподвижно. Его редкие, яркие фиолетовые волосы спадали на лоб, а глубокие голубые глаза с детским испугом смотрели на гудящие приборы. В отличие от брата, вокруг него не было ни желтых разрядов, ни задорного треска энергии.
А затем датчики в лаборатории безумно заверещали.
Красные сигнальные лампы закружились по потолку, завыла сирена тревоги. Стеклянные панели наблюдательного пункта покрылись паутиной мелких трещин. Давление воздуха внутри диагностической камеры подскочило до запредельных величин, будто само пространство в центре помещения начало сжиматься и плющиться.
Из груди Элиана не вырвалась молния.
Из центра его тела вылилась глубокая, густая, непроницаемая тьма. Это была не просто черная магия или стихия тени — это была жуткая, тяжелая аномалия, несущая в себе природу абсолютного притяжения и искаженной тяжести. Черная магия мгновенно поглотила и подавила все желтые искры Каэля, прижимая воздух к полу. Черное ядро Элиана закружилось в бешеном, плотном вихре, не излучая энергию наружу, а сокрушительно втягивая в себя все окружающие волны, создавая непроходимый гравитационный вакуум.
Сканеры, измеряющие чистоту ядра, задымились. Экраны начали выдавать критические ошибки: *«Нулевая спектральная эмиссия. Абсолютный дефект. Поглощение ста процентов входящей маны»*.
— Что это?! — закричал главный аналитик, в страхе отступая от стекла. — Е-его ядро... оно полностью черное! В нем нет света! В нем нет привычной жизненной маны! Это дефект! Бракованное ядро! Оно работает как невидимый пресс, оно не способно генерировать стандартные чары!
— Черное ядро... — тихо прошептал Артур Валленстайн.
Его глаза сузились. Сильнейший маг Америки сделал шаг к стеклу, наблюдая, как пятилетний Элиан тяжело дышит, задыхаясь под тяжестью собственного ядра, которое сжимало и плющило воздух вокруг себя. В мире, где последние шестьдесят лет мана считалась даром небес, а чистота ядра определяла ценность человеческой жизни, черное ядро было абсолютным табу. Позором. Аномалией, которой не существовало ни в одной хронике.
Семья Валленстайн, стоящая на вершине мировой магической иерархии, не могла позволить себе иметь «бракованного» наследника. Это разрушило бы репутацию рода, подорвало бы позиции гильдии «Апекс» и дало бы врагам смертоносное оружие для шантажа.
— Сэр Артур... что нам делать с Элианом? — с трепетом спросил ученый.
— Его ядро нестабильно. Оно разрушает стандартные формулы измерения. По сути... у него нет магии в привычном понимании. Он пустышка с дефектным органом.
Артур долго смотрел на маленького Элиана, который бессознательно уронил голову на грудь, выжатый до предела агрессивной природой своего ядра. Затем маг номер один Америки развернулся спиной к камере.
— Извлеките его из капсулы, — сухо и безэмоционально приказал Артур. — Стрите ему все воспоминания о семье Валленстайн, о брате, о его происхождении и о сегодняшнем тесте. Используйте ментальный стиратель класса «Омега». Поставьте глубокую блокирующую печать на его меридианы.
— Но сэр! Стиратель такого уровня и запечатывание у пятилетнего ребенка полностью заблокируют все эмоции и пласты памяти! Он не вспомнит даже своего имени, а его сила окажется намертво заперта в глубоком анабиозе!
— Это не обсуждается, — отрезал Артур, даже не обернувшись. — Передайте его подконтрольному каналу в Азии. Отправьте его в Республику Корея. В самый обычный, закрытый интернат для сирот без магических задатков. Замените документы. Для всего мира у меня только один сын — Каэль Валленстайн.
— Слушаюсь, сэр...
Двенадцать лет спустя. Сеул, Республика Корея.
Дождь за окном медленно стекал по мутным стеклам старого автобуса, въезжающего в спальный район на окраине Сеула.
Семнадцатилетний Элиан сидел у окна, подперев подбородок ладонью, и спокойно смотрел на пролетающие мимо серо-стальные высотки. На нем была простая, слегка потертая школьная форма: черные брюки и темно-синий пиджак. В его ярко-фиолетовых волосах застряли мелкие капли воды, а в выразительных голубых глазах читалось глубокое, размеренное умиротворение. Необычный цвет волос и глаз в детстве привлекал внимание, но в бедном районе Сеула к этому давно привыкли — мало ли у кого какая внешность в эпоху после появления маны.
Элиан не помнил ничего из того, что было с ним до пяти лет. В его документах из детского дома «Новая Заря» значилось лишь имя и дата рождения. У него не было родителей, не было богатых родственников и, самое главное, у него абсолютно не было маны.
В современном мире, где магия появилась шестьдесят лет назад и на корню изменила структуру общества, не иметь маны означало жить в совершенно другом измерении. Лишь одна десятая населения Земли обладала сформированным ядром, могла задействовать чары, входить в Разломы и становиться Пробужденными.
Остальные девяносто процентов были обычными людьми — они ходили на работу, учились в школах, платили за аренду и смотрели на подвиги великих магов лишь через экраны смартфонов.
И Элиана это полностью устраивало.
Он жил самой простой, тихой и неприметной жизнью. По утрам ходил на занятия в обычную старшую школу, после уроков бежал на подработку — помогал раскладывать товар в круглосуточном магазинчике на углу или переносил легкие коробки на городском складе. Заработанных денег как раз хватало на оплату маленькой съемной комнаты под самой крышей и скромный обед из рамена и кимчи.
Единственной странностью, которую он замечал за собой, была постоянная, фоновая тяжесть в самом центре груди. Когда он сильно уставал, поднимая тяжести, ему иногда казалось, что предметы в его руках на мгновение становятся словно бы легче или, наоборот, прилипают к ладоням чуть сильнее обычного. Но Элиан никогда не придавал этому значения, считая обычным мышечным утомлением.
— Эй, Элиан! Ты опять витаешь в облаках? — раздался громкий, веселый голос над его ухом.
Рядом с ним на сиденье с шумным вдохом плюхнулся Минсу — его единственный близкий школьный друг. Минсу был гиперактивным парнем с растрепанными рыжими волосами, который безумно фанател от про-магов и до сих пор питал иллюзии о том, что у него однажды проснется хотя бы F-ранг.
— Да так, просто смотрю на дождь, — мягко улыбнулся Элиан, слегка повернув голову и блеснув чистыми голубыми глазами. — Ты опять залипаешь в прямые трансляции?
— А то! — глаза Минсу засияли от восторга. Он быстро вытащил смартфон и ткнул экраном прямо перед носом Элиана. — Ты только глянь на это! Это же Каэль Валленстайн! Сын того самого Артура из США! Ему всего семнадцать, как и нам с тобой, а он уже имеет С-ранг и повелевает Желтыми Молниями! Говорят, его скорость и чистота разрядов настолько запредельны, что эксперты зовут его «Золотым Громом»! Представляешь? Настоящий гений из высшего общества!
С экрана смартфона на Элиана смотрел статный, невероятно красивый юноша. Его блондинистые волосы идеально развевались на ветру, а яркие голубые глаза излучали абсолютную уверенность и гордость. Он стоял на арене в белоснежных доспехах, а вокруг его рук с сухим треском и гулом танцевали ослепительные ветвистые желтые молнии.
Элиан спокойным взглядом окинул лицо юного мага на экране. Никаких воспоминаний, никаких вспышек. Только далекое, абсолютно чужое восхищение чужим талантом.
— Красиво сражается, — тихо и искренне сказал Элиан, отводя взгляд обратно к окну. — Рад за него. Это совсем другой мир, Минсу. Нам до таких высот дела нет.
— Это точно, — вздохнул Минсу, выключая экран и убирая телефон в карман.
— Они там спасают мир и зарабатывают миллионы, а мы думаем, как сдать контрольную по математике и не опоздать на автобус. Кстати, ты сегодня опять в магазин на смену?
— Ага. Дядюшка Пак попросил остаться до десяти вечера, обещал дать немного свежих манду.
— Ну ты и трудоголик, — хмыкнул Минсу.
Автобус плавно затормозил на остановке у старого торгового квартала. Элиан накинул капюшон, поправил выбившуюся фиолетовую прядь, попрощался с другом и выскочил на дождливую улицу.
Вечер прошел абсолютно буднично. Элиан привычно протирал полки в круглосуточном магазинчике, расставлял баночки с газировкой, вежливо кланялся редким покупателям и принимал оплату на кассе. Пахло горячим бульонами, сушеными кальмарами и дождливой свежестью с улицы.
К десяти вечера дядюшка Пак, как и обещал, завернул ему в контейнер теплые дамплинги, похлопал по плечу и отпустил домой.
Элиан шагал по тихому, освещенному желтыми фонарями переулку в сторону своего дома. Дождь почти утих, оставшаяся вода тихо капала с козырьков крыш. В воздухе витала умиротворенная прохлада. Никаких монстров, никаких Разломов, никаких сирен тревоги — только тихий вечер обычного спального района.
Парень зашел в свой подъезд, поднялся по узкой лестнице на последний этаж и открыл ключом небольшую комнатку.
Внутри было чисто и уютно. Небольшой рабочий стол с учебниками, аккуратно застланный матрас на полу и маленькое окно, из которого открывался вид на огни ночного Сеула.
Элиан разулся, поставил контейнер с едой на стол и подошел к окну. Он прислонился лбом к прохладному стеклу, смотря на далекие неоновые вывески центра города. Где-то там, далеко за океаном или на больших аренах, прославлялись великие маги вроде Каэля Валленстайна. Они владели молниями, огнем и ветром, меняя судьбу человечества.
А здесь, в маленькой комнате под крышей, Элиан просто жил своей обычной, тихой жизнью. Он поднял руку и случайно задел упавшую со стола шариковую ручку. На какую-то незаметную долю секунды ручка, вместо того чтобы быстро упасть на пол, плавно и медленно опустилась на его ладонь, словно на мгновение потеряв свой вес.
Элиан лишь с улыбкой качнул головой, списав это на обычную обманку зрения. Он сжал ручку, положил ее на место, задернул шторку и сел ужинать.
Его черное ядро гравитации все так же крепко спало под печатями в глубине груди. Время его пробуждения и больших потрясений было еще очень, очень далеко.
Утро в Сеуле началось с липкого тумана и промозглого, сырого холода, от которого не спасала даже плотная школьная куртка.
Элиан проснулся за десять минут до звонка будильника. Он лежал на матрасе, уставившись в низкий потолок своей съемной комнатку под самой крышей, и прислушивался к мерному стуку редких капель, стекающих по козырьку балкона. Где-то вдалеке едва слышно гулели утренние магистрали. Город просыпался, погружаясь в привычную суету.
Парень поднялся, аккуратно свернул футон и отложил его к стене. Сложил школьные учебники в потертый рюкзак, проверил скромный запас вон в кошельке и подошел к маленькому зеркалу над раковиной.
Из затуманенного стекла на него смотрел семнадцатилетний юноша с необычными, глубокими фиолетовыми волосами, спадавшими на лоб, и чистыми, спокойными голубыми глазами. В его внешности было что-то странно-благородное, гармоничное, но сам Элиан этого не замечал. Для него это было лишь привычной данностью — как фиолетовые пряди, из-за которых в детдоме его поначалу дразнили, так и постоянное ощущение тишины в груди.
Он застегнул пуговицы на белой рубашке, поправил строгий темно-синий галстук, накинул пиджак и выскочил на улицу.
До старшей школы «Сонвон» было около двадцати минут ходьбы пешком через спальные кварталы. По пути Элиан, как и всегда, сделал небольшую крюк — зашел в круглосуточный магазинчик за самым дешевым пакетиком жидкого корма для кошек. Это уже стало его негласным утренним ритуалом.
Когда парень свернул в узкий переулок за зданием школы, возле груды деревянных поддонов и старых мусорных баков его уже ждали. Из-под досок выскользнули две знакомые тени: старый одноухий рыжий кот и маленький серый котенок с ободранным хвостом.
— Снова вы тут? — тихо, с мягкой полуулыбкой прошептал Элиан.
Он опустился на корточки, не заботясь о том, что может испачкать школьные брюки об асфальт, и аккуратно выдавил корм на чистый плоский картон, припасенный заранее. Рыжий кот осторожно понюхал угощение, ткнулся усатой мордой в пальцы Элиана и тихо заурчал. Маленький серый котенок тут же пристроился рядом, жадно чавкая.
Элиан провел ладонью по мокрой шерсти рыжего кота. На какую-то мгновенную долю секунды — парень даже не зафиксировал это сознанием — вес рыжего кота под его пальцами будто совсем испарился, став не тяжелее пушинки. Но кот лишь тнулся головой в его ладонь сильнее, и странное ощущение моментально растаяло, растворившись в утренней прохладе.
— Приятного аппетита, — тихим голосом произнес Элиан, поднимаясь на ноги.
— О-о-о, посмотрите-ка, наш благородный нищий снова кормит блохастых!
Резкий, глумливый голос заставил Элиана обернуться.
На входе в переулок стояли трое старшеклассников в расстегнутых школьных пиджаках «Сонвон». Впереди шагал Пак Джинсу — высокий, плотно скроенный парень с наглым выражением лица и обесцвеченными в грязный блонд волосами. За его спиной маячили двое его постоянных шестерок, хмыкающих от предвкушения развлечения.
Джинсу был из семьи местных мелких торговцев, пробившихся в средний класс, и безумно гордился тем, что его старший брат учился на младших курсах в Академии Пробужденных. Сам Джинсу маной не обладал, но искренне считал себя на голову выше остальных из-за статуса семьи. А Элиан — сирота из интерната без копейки за душой, да еще и с такой вызывающей внешностью — был для него идеальной мишенью.
— Чего молчишь, фиолетовый? — Джинсу подошел ближе, громко сплюнув на асфальт прямо рядом с картоном, где ели коты.
Рыжий кот испуганно зашипел, подхватил котенка за загривок и моментально скрылся в щели под деревянными поддонами.
Элиан выпрямился, спокойно глядя в глаза Джинсу. Его голубые глаза оставались совершенно прозрачными, без тени страха или злобы, что бесило хулигана еще сильнее.
— Заняться нечем? Уроки через десять минут, — ровным тоном ответил Элиан, поправляя лямку рюкзака на плече.
— Уроки? Ха! — Джинсу сделал шаг вперед и с силой толкнул Элиана ладонью в грудь. — Ты мне тут зубы не заговаривай. Ты вчера в магазине дядюшки Пака опять забрал списанную еду? Я видел, как ты тащил контейнер. Тебе не кажется, что бездомная крыса вроде тебя слишком сладко жрет?
Элиан даже не качнулся от толчка. Его тело словно намертво сцепилось с асфальтом, проявив странную, неестественную устойчивость, но Джинсу в азарте этого даже не заметил.
— Я заработал эту еду на смене, Джинсу. Пропусти меня, — так же спокойно сказал Элиан.
— Заработал? — хулиган зловеще ухмыльнулся, сделав знак своим приятелям. Тотчас два парня зашли с боков, отрезая Элиану путь к выходу из переулка. — Ты жируешь на подачки, сиротка. Ни родителей, ни денег, ни маны. Ты вообще зачем в школу ходишь? Всё равно после выпуска будешь всю жизнь коробки таскать или полы мыть. Скидывай кошелек. Нам с пацанами как раз на сигареты не хватает.
— У меня нет денег для вас, — ответил Элиан.
— А если я сам поищу? — Джинсу протянул руку, намереваясь схватить Элиана за воротник и швырнуть к стене.
— ЭЙ! РУКИ УБРАЛ, МУСОР! — пронзительный, разъяренный крик эхом пронесся по узкому переулку.
Все четверо мгновенно повернули головы.
На входе в переулок, тяжело дыша и взмахивая тяжелым рюкзаком как дубиной, стоял Минсу. Его рыжие волосы были растрепаны, школьный галстук съехал набок, а лицо горело от праведного гнева.
— Джинсу, ты совсем страх потерял?! — Минсу решительным шагом направился прямо к хулиганам, вставая плечом к плечу с Элианом и загораживая его собой. — Опять толпой на одного? Свои отбросы только над сиротами вымещать умеешь?!
— О, глядите-ка, еще один защитник прибежал, — поморщился Джинсу, хоть и слегка отступил под напором неожиданной агрессии. — Рыжий, ты чего лезешь? Хочешь за компанию отгрести?
— Ты только попробуй, урод! — Минсу выхватил из кармана телефон и наставил камеру прямо на лицо Джинсу. — Я сейчас всё это в прямом эфире в школьный чат залью! И лично директору на стол положу! Ты думаешь, твоему братцу в Академии понравится, если его сумасбродного родственничка отчислят за рэкет и буллинг?!
Джинсу изменился в лице. Упоминание брата и угроза школьного скандала явно задели его за живое. Проблемы с дисциплиной перед самыми экзаменами ему были точно не нужны.
— Сука... — процедил сквозь зубы Джинсу, злобно глядя то на Минсу, то на совершенно спокойного Элиана. — Ладно. Считай, вам сегодня повезло, нищеброды. Пошли отсюда, пацаны.
Хулиганы развернулись и быстрым шагом направились в сторону школьных ворот, тихо ругаясь себе под нос.
Переулок снова погрузился в тишину.
Минсу тяжело опустил телефон, выдохнул и резко повернулся к Элиану, смерив того обеспокоенным взглядом от фиолетовых волос до ботинок.
— Ты как, цел?! Он тебя не ударил?! — горячо заговорил Минсу, хватая друга за плечи. — Я как увидел, что эти гиены за тобой в переулок заходят, так сразу рванул! Элиан, ну ты чего молчал? Надо было сразу мне позвонить или закричать!
— Все в порядке, Минсу. Они ничего не успели сделать, — Элиан мягко улыбнулся, глядя на взволнованного друга. В его груди снова на мгновение теплыми волнами разошлось то самое странное ощущение, но он лишь поправил пиджак. — Спасибо тебе. Ты вовремя.
— Да эти придурки вообще берега попутали! — продолжал возмущаться Минсу, когда они вместе пошагали к школьному двору. — Думают, если у них есть пара лишних вон в кармане, то им все можно! Ничего, Элиан, вот увидишь, настанет день, и мы им всем носы вытрем!
— Конечно, настанет, — легко согласился Элиан.
Они успели проскочить через массивные двери школы «Сонвон» за минуту до того, как пронзительно зазвенел школьный звонок, созывающий учеников на первый урок.
Школьный день тянулся неторопливо.
Элиан сидел за своей последней партой у окна, привычно погруженный в атмосферу размеренной учебы. Учитель математики монотонно объяснял на доске сложные интегральные уравнения. Большинство учеников либо откровенно дремали, уткнувшись носами в тетради, либо втихаря листали ленты социальных сетей на смартфонах под партами.
Элиан аккуратно конспектировал материал. Его каллиграфический, ровный почерк ложился на белые листы тетради шаг за шагом. На правой руке, удерживающей шариковую ручку, кожа оставалась гладкой, но где-то в глубоких меридианах, запечатанных много лет назад, микроскопические крупицы тяжелой черной энергии едва ощутимо резонировали с каждым движением.
Иногда ручка казалась ему абсолютно невесомой — словно он держал в руках не пластиковый цилиндр, а бесплотную тень. Но Элиан лишь сжимал пальцы чуть сильнее, продолжая писать.
— ...А теперь обратите внимание на следующий график, — раздавался от доски голос преподавателя. — В отличие от стандартных математических моделей, расчёт выброса маны в зонах микро-Разломов требует учета коэффициента гравитационного смещения...
Элиан ненадолго отвлекся от тетради и посмотрел в окно.
За стеклом продолжал моросить мелкий, серый дождь. На спортивной площадке несколько учеников из старших классов с легкими магическими задатками — те, у кого ядро проявилось хотя бы на минимальном уровне — демонстрировали учителю физкультуры простые фокусы: заставляли крошечные искорки света кружиться над ладонями или создавали слабые порывы ветра.
Ученики вокруг восхищенно вздыхали, наблюдая за этим из окон.
Элиан же смотрел на эти искорки без малейшей зависти. В его мире не было места высоким порывам или мечтаниям о великой магии. Для него этот день был ценен тем, что он мог спокойно досидеть до конца уроков, вечером сходить на смену в магазин к дядюшке Паку, получить свои честно заработанные деньги и вернуться в свою маленькую, сухую комнату.
Его Черное Ядро гравитации, запечатанное в глубине тела, спало крепким, непробудным сном. Оно сжимало и удерживало внутри себя колоссальную, разрушительную силу, готовое ждать столько, сколько потребуется.
Элиан отвернулся от окна, опустил взгляд на тетрадь и продолжил спокойно конспектировать формулы. Для него это было самое обычное, тихое и безопасное утро семнадцатилетнего парня из Сеула.
Пронзительный, леденящий душу гул прорезал размеренную тишину школьного кабинета.
Это была не обычная учебная тревога. Из репродукторов, установленных на фасаде школы, и из динамиков в коридорах вырвался низкий, вибрирующий вопль, от которого мгновенно задрожали оконные стекла. Звук оседал в груди тяжелым, неприятным холодом, заставляя кровь застывать в жилах.
Сирена гражданской обороны наивысшего уровня.
Кусок мела с треском переломился в пальцах учителя математики. Мужчина замер у доски с поднятой рукой, его лицо мгновенно потеряло всякие краски, став смертельно бледным. Деревянный треугольник с грохотом выпал из его пальцев, ударившись об узорчатый паркет.
— Э-эвакуация... — заикаясь, выдохнул преподаватель, но уже через секунду его голос сорвался на панический, сорванный крик: — ВСЕМ ВСТАТЬ! НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ! ВРАТА! ВРАТА РАЗОШЛИСЬ ПРЯМО НАД ШКОЛОЙ! БЫСТРЕЕ В УБЕЖИЩЕ!
В классе мгновенно вспыхнул хаос.
Ученики с грохотом отбрасывали стулья, кто-то в страхе уронил на пол портфель, рассыпав по полу тетради и пеналы. Девушки зажали уши руками, заходясь в визге, а парни, толкаясь, наступая друг другу на ноги и сбивая парты, рванули к узкому дверному проему. Весь привычный, понятный мир школьных уроков, контрольных и мыслей об обеде рухнул за какую-то долю секунды.
Элиан поднялся со своего места без лишней суеты. В отличие от охваченных паникой одноклассников, в его чистых голубых глазах не было слепого ужаса — лишь сосредоточенная, звенящая тишина. Подхватив рюкзак за одну лямку, он быстро оглянулся. Минсу буквально прирос к полу: его пальцы судорожно впились в край деревянной парты, а сам он смотрел перед собой остекленевшим взглядом.
— Минсу, подъем, — Элиан сделав шаг к другу, крепко схватил его за локоть и буквально выдернул из-за стола. — Идем. Нам нужно в подземный бункер, пока проход не забило толпой.
— В-врата... Элиан, это Разлом прямо над нами! — заикаясь, пробормотал Минсу, перебирая ватными ногами и едва не падая на ровном месте. — Это ведь не трещина E-ранга... Звук слишком сильный!
Они выскочили в коридор, где уже бушевал настоящий людской поток. Сотни учеников со всех этажей неслись вниз по главной лестнице, зажимая друг друга в узких пролетах. Учителя сорванными голосами пытались навести хоть какой-то порядок, но их команды утопали в оглушительном гуле сирен и нарастающем, зловещем гуле, доносившемся с улицы.
*ХРУ-У-У-Щ!*
Звук был такой, будто прямо над школьным двором разломился сам воздух.
Элиан на секунду замер у большого панорамного окна на пролете между этажами и посмотрел наружу. Прямо над футбольным полем, разрезав дождливое серое небо Сеула, возникла гигантская, пульсирующая багрово-фиолетовым светом трещина. Пространственная аномалия шириной в десятки метров буквальном сминала реальность, заставляя капли дождя вспыхивать и испаряться в воздухе.
Давление чужеродной маны мгновенно накрыло школьную территорию. А затем из кроваво-красного чрева Врат на свежий спортивный газон с мерзким, влажным хрустом начали вываливаться твари.
Это были Пожиратели Теней — малые монстры C-ранга, похожие на огромных, трехметровых ящеров с костяными панцирями, покрытыми шипами, и пастями, способными без труда перекусить пополам легковую машину. Их было не один и не два — из Разлома хлынула настоящая волна, голодная, дикая и жаждущая свежей плоти.
— Монстры! Они уже на площадке! Они идут сюда! — закричал кто-то внизу лестницы.
Один из ящеров, заметив движение в окнах здания, издал пронзительный, ультразвуковой рев. Прочные двойные стекла второго этажа мгновенно разлетелись на тысячи мелких, острых осколков, хлынувших внутрь коридора. В помещение ворвался ледяной ветер, перемешанный с тяжелым, удушливым запахом озона и гнили.
Толпа школьников у основания лестницы забилась в истерике, образовав затор перед тяжелыми дверьми подземного убежища.
— Назад! Не нажимайте! Там заклинило засов! — отчаянно кричал учитель физкультуры, изо всех сил упираясь плечом в застрявшую металлическую створку.
Гигантский ящер на улице мгновенно зафиксировал вспышку паники за разбитыми окнами. Его мощный чешуйчатый хвост с силой ударил по асфальту, дробя покрытие в крошку, и тварь с невероятной для ее туши скоростью совершила колоссальный прыжок. Сложив лапы, она летела прямо в пролом коридора — туда, где замерли в оцепенении десятки беспомощных подростков!
— Берегись! — Минсу в ужасе зажмурился, падая на колени и закрывая голову руками.
Ученики вокруг замерли, парализованные липким первобытным страхом. Огромная пасть твари, усеянная сотнями кривых клыков, приближалась с каждой долей секунды, заполняя собой все пространство оконного проема.
Элиан инстинктивно вышагнул вперед, перекрывая собой сжавшегося на полу Минсу.
В этот критический миг, когда смерть была буквально в полуметре, запечатанное Черное Ядро в его груди запульсировало. Оно среагировало на давление чужой маны, но печати держали его намертво — ни капли гравитационной энергии не вырвалось наружу. Элиан оставался совершенно беспомощен. Он мог лишь смотреть, как клыкастая пасть летит прямо на них.
И в эту самую секунду воздух в коридоре вымерз до абсолютного нуля.
*ХРУ-У-У-СЬ!*
Температура упала настолько резко, что дыхание мгновенно превратилось в иней на губах. Из каменного пола и прочных стен прямо перед пастью летящего монстра с оглушительным, хрустальным треском вырвались гигантские, невероятно острые ледяные шипы.
Пожиратель Теней на полной скорости наскочил прямо на этот импровизированный палисад. Мощные, сияющие лазурным светом кристаллы с хрустом пробили чешую и череп твари, мгновенно замораживая её кровь, плоть и мышцы. Огромный трехметровый ящер застыл в воздухе буквально в сантиметрах от Элиана, превратившись в недвижную, покрытую толстым слоем инея скульптуру.
Спустя мгновение пронзенная туша со звоном рассыпалась на тысячи мелких, безобидных ледяных осколков, которые со стуком покатились по паркету.
Ученики, затаив дыхание, даже забыли, как дышать.
На разбитый карниз окна, легко скользнув по замерзшей раме, опустилась грациозная фигура. Это была молодая девушка в темно-синем боевом костюме из плотной кожи и ткани, поверх которого развевался легкий короткий плащ. Ее длинные серебристо-белые волосы развивались на морозном ветру, а в правой руке она сжимала тонкий, изящный рапирный клинок, от лезвия которого валила густая, синеватая морозная дымка.
Охотница B-ранга. Специалист быстрого реагирования.
— Все целы? — ее холодный, абсолютно спокойный и отчеканенный голос эхом пронесся по коридору, мгновенно заглушив вой уличных сирен.
Девушка коротко взмахнула клинком, и оставшиеся на полу ледяные шипы растаяли сверкающими искрами, не оставив даже воды. Она окинула быстрым, профессиональным взглядом перепуганных старшеклассников, на долю секунды задержав взор на фиолетововолосом парне, который стоял впереди всех и абсолютно спокойно, без единой капли страха смотрел ей прямо в глаза.
— Не стойте столбом! — резко отдала команду охотница, разворачиваясь к улице и создавая вокруг школьного крыльца мощный, полупрозрачный ледяной купол для защиты от остальной орды. — Прорыв локализован отрядом B-ранга! Учителя, живо заводите детей в бункер!
— Засов поддался! Все в убежище! Быстро, по одному! — наконец взревел опомнившийся физрук, выбив заклинившую железяку.
Поток детей снова пришел в движение. Элиан, не теряя ни секунды, подхватил замершего от шока Минсу за загривок школьного пиджака и вместе с остальными потащил его вниз, в темный, защищенный бетонный коридор, уходящий глубоко под землю.
За их спинами с тяжелым, металлическим гулом запечаталась многотонная бронированная дверь убежища.
Внутри бункера установилась тяжелая, висячая тишина, нарушаемая лишь судорожным дыханием сотен напуганных подростков и треском тусклого аварийного освещения. Снаружи, сквозь толщу бетона и метры земли, всё еще глухо доносились удары, вибрации и гул — там, на улице, девушка-охотник и ее отряд вступали в полноценный бой с прорвавшимися из Врат монстрами.
Минсу сполз по бетонной стене на сухой пол, его лихорадило, а руки безудержно дрожали.
— Мы... мы выжили... — шептал он, дикими глазами смотря в темноту перед собой. — Элиан... ты видел ее? Это же была настоящая Пробужденная B-ранга! Она просто уничтожила эту тварь одним взмахом... Вот это сила... Вот это настоящий Охотник...
Элиан опустился рядом с ним на корточки. Его фиолетовые волосы слегка растрепались от ветра, но голубые глаза оставались глубокими и абсолютно непроницаемыми. Он мягко опустил ладонь на трясущееся плечо друга, слегка сжав его.
— Да. Она успела вовремя. Мы в безопасности, Минсу, — тихо ответил Элиан.
Парень прислонился спиной к холодному бетону стены и закрыл глаза. Врата разошлись прямо над его школой. Их спасла сильная, обученная охотница, пока сам он оставался лишь обычным, беспомощным школьником из спального района, не способным даже защитить себя.
Элиан опустил взгляд на свои ладони. В глубине его груди, под защитными ментальными слоями, Черное Ядро гравитации снова погрузилось в глубокий, спокойный сон. Оно не проснулось сегодня. Его время все еще не пришло.