***
В конце праздника Су Юаньчжоу обнаружил несколько анонимных записок, к которым были прикреплены сладости.
На первой было написано:
“Твой образ в женской одежде навсегда запечатлелся в моём сердце.”
На второй:
“Ни одна красавица не сравнится с теми десятью тысячами чарующих чувств, что охватывают меня, когда ты опускаешь голову и улыбаешься.”
На третьей:
“Не будь школьным хулиганом, стань моей маленькой принцессой!”
А на четвёртой вообще красовалось:
“Если бы ты ещё сильнее покрутил бёдрами…”
[Судя по всему, эти сладости прислала компания его друзей из другой школы.]
[Мало того что они сняли видео, где он был в женском наряде, так теперь ещё и решили добить его подобными мерзкими посланиями.]
Су Юаньчжоу уже собирался безжалостно отправить все эти сладости в мусорное ведро.
Но прежде чем выбросить их, он вдруг вспомнил о Су Цюгэ.
[Сам он есть это точно не собирался.]
[Но Цюгэ, наверное, понравится.]
После недолгого раздумья он всё-таки развернулся и решил отнести всё Су Цюгэ.
[К тому времени было уже довольно поздно, и он даже не знал, ушла она из школы или ещё нет.]
Поэтому Су Юаньчжоу направился к кабинету, где училась его сестра.
Но, подойдя ближе, он увидел Су Цюгэ, которая занималась уборкой.
И услышал чей-то голос:
“Брат…”
Голос был на удивление ласковым.
Су Юаньчжоу навострил уши.
Внутри тут же зародилось самодовольное чувство.
[Наконец-то Цюгэ вспомнила обо мне!]
[Похоже, план Гао Цзин всё-таки сработал.]
[Не зря я столько унижался.]
Однако стоило ему воодушевлённо сделать шаг вперёд, как увиденное в следующий момент едва не лишило его дара речи.
[Если точнее, чуть не убило прямо на месте.]
Вечерний солнечный свет был невероятно красив. Золотистые лучи падали в коридор, переплетаясь с тенями и создавая на полу причудливый узор.
Из кабинета первого класса вышел парень и совершенно естественно направился к девушке.
В этот момент Су Цюгэ, стоявшая на стуле, вдруг пошатнулась.
Су Юаньчжоу уже собирался броситься вперёд, но парень оказался быстрее.
Он мгновенно подхватил её, не позволив упасть.
С этого ракурса его профиль выглядел особенно чётким и красивым. Солнечный свет подчёркивал безупречные черты лица, а на губах играла неизменная лёгкая улыбка.
Даже простая школьная форма смотрелась на нём так, будто была сшита на заказ.
“Как этот братец может не захотеть тебе помочь?”
Картина, в которой красивый парень держал девушку, словно сошедшую с романтической обложки, предстала перед глазами Су Юаньчжоу.
И его мир рухнул.
[ГРОМ И МОЛНИЯ В ДУШЕ!]
Рука, в которой он держал пакет со сладостями, начала дрожать от ярости.
[Чёрт! Чёрт!!]
Он уже собирался ринуться вперёд и заорать:
[Какой ещё, мать твою, брат?! У неё всего один брат - Я! Так что хватит тут изображать из себя кого-то, кем ты не являешься!]
Но тут он увидел, как парень поставил Су Цюгэ на землю.
При этом его руки всё ещё оставались на её талии.
Он слегка наклонился к ней, уголки его губ приподнялись, и он тихо произнёс:
“Раз уж ты так меня называешь, то тебе и не нужен такой бесполезный брат, как Су Юаньчжоу.”
Се Синьлин опустил взгляд на девушку.
А в глубине его сознания тем временем всплыли слухи, которые он слышал раньше.
[Когда-то Су Юаньчжоу по неизвестной причине не очень хорошо относился к Су Цюгэ.]
[Более того, в школе он даже делал вид, что не знает её, настолько явно дистанцируясь от неё, что окружающие вполне могли подумать, будто между ними вообще нет никаких родственных связей.]
[Теперь, конечно, блудный сын наконец повзрослел и понял, что был неправ.]
[Но он всё равно успел причинить Су Цюгэ боль.]
[А за свои ошибки нужно было заплатить.]
[Как он мог так легко вернуть расположение сестры?]
[Тем более Се Синьлин более или менее понимал, что все эти детские и глупые выходки, которые Су Цюгэ раньше устраивала ему, были лишь попыткой угодить своему брату.]
[Она постоянно выступала против него ради Су Юаньчжоу.]
От этой мысли ресницы Се Синьлина слегка дрогнули, а тело на мгновение стало чуть холоднее.
Но голос по-прежнему оставался мягким и ласковым, словно он уговаривал её:
“Разве меня недостаточно? М-м?”
***
А Су Юаньчжоу, который всё это услышал, был буквально покрыт вопросительными знаками.
[Что этот парень вообще несёт?!]
[Я так и знал!]
[Я знал, что это Се Синьлин всё время настраивал её против меня!]
[И вот наконец поймал его с поличным!]
[Чёрт возьми!!!]
Су Цюгэ посмотрела на Се Синьлина с выражением, которое буквально кричало:
[Ты серьёзно сейчас?! Какой же ты бесстыжий!]
Она уже собиралась что-то сказать, но вдруг заметила, что кто-то ещё наблюдает за ними.
Вдалеке стоял Су Юаньчжоу.
От него исходила такая сильная волна негодования, что не заметить её было просто невозможно.
Су Цюгэ: “…”
Се Синьлин заметил, как изменилось её выражение лица.
Он слегка приподнял бровь, убрал руки и повернул голову.
И встретился взглядом с Су Юаньчжоу.
Се Синьлин: “…”
Су Юаньчжоу от увиденного едва не рассмеялся от злости.
Сейчас он чувствовал себя так, словно случайно влез в самый разгар чужого свидания и превратился в третьего лишнего.
Он подошёл к Се Синьлину и совершенно бесстрастно спросил:
“Продолжай. Почему остановился? Может, следующая фраза была бы о том, чтобы предложить ей выбросить меня в мусорное ведро?”
Се Синьлин терпеливо выслушал его.
Выражение его лица оставалось совершенно спокойным.
Затем он слегка усмехнулся и совершенно естественно поприветствовал его:
“Здравствуйте, шурин.”
Су Юаньчжоу окончательно взорвался:
“Только не называй меня, мать твою, шурином!”
Он буквально кипел от ярости.
“Я не поверю ни единому твоему слову! Ты только и делаешь, что пытаешься разрушить отношения между мной и моей сестрой! Не думай, что сможешь вот так легко меня обмануть!”
Се Синьлин спокойно выслушал всю эту длинную тираду, произнесённую практически на одном дыхании.
На его лице появилось едва заметное выражение сожаления.
После чего он медленно сказал:
“Если мой шурин так думает, то я ничего не могу поделать.”
Су Юаньчжоу: “…”
Его чуть не хватил сердечный приступ от одного только слова “шурин”.
[Этот ублюдок!]
[Он специально это делает!]
[Подколы Се Синьлина были даже хуже, чем обычная драка.]
Су Юаньчжоу с раздражением сунул пакет со сладостями прямо в руки Су Цюгэ, развернулся и сердито ушёл.
Однако не успел он сделать и нескольких шагов, как услышал за спиной:
“Подожди.
Раздражённое сердце Су Юаньчжоу тут же наполнилось надеждой.
Он остановился.
Затем, стараясь выглядеть так, будто ему совершенно всё равно, обернулся и спросил Су Цюгэ:
“Что?”
В ответ он услышал серьёзное:
“Я столько не съем. Лучше забери обратно.”
Су Юаньчжоу глубоко вдохнул.
Затем, стиснув зубы, спросил:
“И всё? Больше тебе нечего сказать?”
Су Цюгэ озадаченно посмотрела на него.
Она немного подумала и неуверенно добавила:
“Счастливого пути?”
Су Юаньчжоу: “…”
Он больше не выдержал.
“Тебе совсем нечего сказать по поводу того, что он только что тебе наговорил?!”
Но прежде чем Су Цюгэ успела ответить, Се Синьлин совершенно спокойно произнёс:
“Шурин, это всего лишь шутка.”
Су Юаньчжоу холодно усмехнулся и повернулся к Су Цюгэ:
“Всего лишь шутка?”
Су Цюгэ не поняла, к чему он клонит.
Она немного подумала, а затем кивнула:
“Да. В конце концов, я же не могу просто сказать, что выброшу тебя, и действительно взять и выбросить.”
Су Юаньчжоу уловил в её словах нечто совершенно иное.
Он приподнял бровь:
“То есть если бы могла меня выбросить, ты бы это сделала?”
Су Цюгэ: “…”
[Почему у Су Юаньчжоу всегда такое точное понимание прочитанного?!]