На окраине временного лагеря у подножия Блэкстоуна раскинулась небольшая поляна, которую несколько дней назад нарочно расчистили под место сбора карательной экспедиции.
Авантюристы уже подтягивались один за другим, рассаживаясь прямо на сухую траву кучками по двое-трое. Рейн и его соратники устроились чуть в стороне: каждый сидел на аккуратном деревянном табурете, образовав тесный кружок.
В этот миг к ним подошел бродячий торговец Оуэн с широким подносом в руках:
— Налетай, народ! Горячий отвар перед дальней дорожкой — самое то!
Рейн чиниться не стал: с благодарностью принял исходящую паром кружку, сделал пару неспешных глотков и скосил глаза за спину торговца.
Там, возле череды крытых повозок, хлопотали несколько крепких мужчин в точно таких же дорожных сюртуках, споро закидывая в кузова тяжелые окованые сундуки. К слову, даже те табуреты, на которых сейчас с удобством сидели «Борзые», Оуэн приволок лично для них.
— Спасибо, господин Эшфорд. Вы в этот раз тоже с нами выступаете?
— А как же! — торговец прижал поднос локтем к боку, полуобернулся к каравану и отвесил шутливый полупоклон: — Торговая гильдия Серебряного Обета всегда к вашим услугам!
Тайрен с любопытством склонил голову набок, разглядывая нагруженные телеги и снующих приказчиков:
— Если так подумать… вы что, личный купеческий обоз Церкви Серебряного Обета?
— Считайте нас верными деловыми партнерами! Не будь у нас святого покровительства Церкви, в наших родных краях мы бы и версты проехать не смогли.
Тут Оуэн осекся, вскинул указательный палец и рысцой припустил к повозкам. Перебросившись парой фраз с одним из возниц, он дождался, пока тот сбегает в глубь обоза и вынесет полированную квадратную шкатулку. Приняв ларец из рук подручного, торговец споро зашагал обратно к Рейну.
Увидев протянутую коробку, капитан рефлекторно подставил ладони, недоуменно вскинув брови:
— А это еще что такое?
— Памятный подарок от господина Баска. Он хотел вручить его лично, когда вы в прошлый раз заглядывали в часовню, но служба призвала его в разъезды. А раз вы уходите в дальний поход, он слезно просил меня передать сию малость вам в руки. — Оуэн привстал на цыпочки, оглядывая лагерную толчею вдалеке, но разочарованно вздохнул: — Ах да… Если случайно наткнетесь на господина Харлана, шепните ему, чтобы подошел ко мне. Для него господин Баск тоже припас отдельный гостинец.
Поблагодарив торговца и пообещав передать весточку, Рейн проводил взглядом заспешившего по делам купца.
— Капитан! Да открывай же скорее! Там наверняка редкая годнота! — Тайрен уже навис над плечом командира, едва не утыкаясь носом в замок. Серин с Асаром тоже с живым любопытством подались вперед. Лишь невозмутимый Бартон продолжал чинно прихлебывать чай, сохраняя олимпийское спокойствие.
— Да не зуди ты под ухом, сейчас всё увидим.
Рейн опустил ларец на колени, отщелкнул бронзовую скобу и плавно откинул крышку.
Едва взорам открылось содержимое, пальцы парня невольно дрогнули:
Снаружи шкатулка казалась самой обычной, но внутри была заботливо выстлана мягким серебристым шелком, в чьих бархатных выемках покоились драгоценные безделушки. Рейн пересчитал их глазами: ровно пять штук.
Протянув руку, он коснулся одного из серебристо-белых перстней. Перед глазами тут же развернулась системная подсказка:
[Серебряное кольцо молитвы]
[Особый оберег, созданный паладином Баском путем долгой молитвы и освящения простого серебра божественными чарами. При ношении непрерывно и мягко затягивает телесные раны владельца. Запас благодати: 30/30. По исчерпании заряда кольцо временно теряет силу. Для повторного освящения обратитесь к любому священнослужителю Церкви Серебряного Обета.]
Но истинной жемчужиной среди перстней был изящный кулон в виде двух крошечных ладоней, благоговейно сложенных в молитвенном жесте:
[Покровительство Серебряного Обета]
[Священный дар, ниспосланный Серебряным Обетом по горячему прошению паладина Баска. Издревле и по сей день не перевелись в сем мире те, чьи стопы ступают по Белоснежной Стезе. Искренняя вера достойна святой награды. Да пребудет сие сердце верным изначальному обету вовеки. При сотворении молитв ветви Пречистой Звезды умеренно усиливает мощь божественных чар и слегка снижает расход маны.]
Когда Серин только увидела кольца, на ее губах играла лишь легкая улыбка. Но стоило взгляду упасть на подвеску, как лицо жрицы застыло, а дыхание перехватило.
— Батюшки… это что, божест… — Тайрен вовремя спохватился, с силой залепив себе рот ладонью, и пригнулся к самой земле, переходя на благоговейный шепот: — Подарок от самого божества?! Вы серьезно?! Серин, ты же сама давеча втирала мне, что все боги давным-давно покинули этот бренный мир?!
— Д-да… всё так и было… — девушка дрожащими пальцами подняла кулон за тонкую цепочку, затаив дыхание и вслушиваясь в тонкие эманации святости. Спустя миг ее веки дрогнули: — Ошибки быть не может… Это дыхание Пречистой Звезды.
Глаза жрицы распахнулись шире прежнего. Она высоко подняла реликвию, разглядывая серебряные переливы на свету:
— Мне… мне однажды посчастливилось коснуться реликвии, напитанной древней благодатью Пречистой Звезды. Сила, что таилась в ней, и дыхание этого кулона… они подобны каплям воды из одного родника!
Асар скрестил руки на груди, задумчиво потирая подбородок:
— А может… все божественные силы на ощупь примерно одинаковы?
Услышав здравое предположение, Серин слегка перевела дух. Брови ее тронула легкая складка сомнения, но в итоге она всё же покачала головой:
— Это еще предстоит выяснить. К реликвиям других пантеонов мне прикасаться не доводилось. Но одно мы теперь знаем наверняка… — девушка глубоко вдохнула: — Блэкстоун вполне может быть священным даром, ниспосланным смертным свыше.
Рейн звучно хлопнул в ладоши:
— Да это же всё объясняет! Вот почему смерть в здешних залах ненастоящая! Это не просто подземелье — это полигон, заботливо воздвигнутый для закалки наших душ!
Даже молчаливый Бартон согласно кивнул в такт его словам.
Впрочем, поспорив еще немного, отряд единодушно сошелся на главном: есть ли за спиной лабиринта живое божество или нет — вопрос пока второстепенный. Главное, что неведомый покровитель явно не желает им зла. А этого для спокойствия на марше хватало за глаза.
Перстни споро разделили по рукам: четверо бойцов забрали по серебряному кольцу, а святой кулон единогласно вручили Серин.
Приняв подвеску, девушка благоговейно прижала ладони к груди, прикрыла веки и поднесла реликвию ко лбу:
— Великая Пречистая Звезда, пребудь моей свидетельницей. Я продолжу нести завет защиты страждущих и помощи немощным, навек запечатлев сей долг на скрижалях сердца.
Тайрен, заметив благочестивый порыв, тут же комично повторил за ней жест точь-в-точь.
Едва жрица опустила руки, Асар не упустил случая съязвить:
— Тайрен, а ты-то чего лоб крестишь? Серин — рукоположенная служительница культа, а ты отродясь ни одному богу поклонов не бил!
— А вот и неправда! — щеки паренька мгновенно залило краской, и он возмущенно уставился на мага: — Я… я теперь тоже истовый последователь Пречистой Звезды!
Серин рядом звонко и беззлобно рассмеялась.
Тайрен мгновенно сник, одарив девушку глубоко уязвленным взглядом.
Но не успел чародей развить наступление, как жрица сквозь смех вступилась за незадачливого защитника:
— Вообще-то Тайрен не врет. Он действительно недавно принял наш обет.
Челюсти парней дружно поползли вниз. Секундой позже даже суровый Бартон не сдержал раскатистого басовитого хохота.
Веселье прервал знакомый оклик из толпы:
— Эй! Рейн!
Обернувшись, капитан увидел шагающего к ним Харлана со своей ватагой.
Рейн тут же вспомнил про наказ купца, вскочил на ноги и замахал рукой:
— Харлан, вовремя! Господин Эшфорд просил передать: для тебя у паладина Баска тоже припасен гостинец. Сходи к повозкам, забери!
— От Баска? — мечник на секунду замер, а затем глаза его вспыхнули жадным азартом: — Неужто та самая награда, что он сулил за прошлый рейд?!
Не успели слова сорваться с губ, как Харлан крутанулся на пятках и во всю прыть припустил к обозу.
Рейн лишь покачал головой, не сдержав усмешки:
— Ну и жук…
В этот миг с противоположного края поляны донесся гулкий колокольный перезвон:
Авантюристы, до этого лениво переругивавшиеся на траве, мгновенно смолкли и повернули головы на звук.
Возле головных повозок уже выстроились гильдейские распорядители. Один из клерков развернул пухлый реестр и зычно прокричал на всю поляну:
— Внимание, отряды! Готовность к выступлению! Рассаживаться строго по вчерашней росписи, не путать повозки! Тяжелые тюки сдать в обозные телеги, оружие держать при себе!
Поляна пришла в движение:
Бойцы один за другим поднимались на ноги: кто-то поправлял лямки заплечных мешков, кто-то перетягивал ремни ножен, и пестрая людская река неспешно потекла к выстроившимся в вереницу телегам.
Рейн подхватил свой табурет, знаком велев соратникам сделать то же самое, и повел отряд обратно к купеческим повозкам. Торговец Оуэн сразу приметил их и приветливо заулыбался:
— Спасибо за заботу! Право слово, не стоило утруждаться — мы бы и сами всё собрали после вашего ухода.
— Вы нам эти стулья из чистой любезности притащили. Заставлять вас еще и убирать за нами — совесть не позволяет.
Оуэн на миг смешался, а затем тепло рассмеялся. Шутка разрядила обстановку, и вскоре улыбались уже все вокруг.
Закинув мебель в кузов, торговец обернулся к парням:
— А знаете что? Поезжайте-ка прямо с нами! Снаряжение тоже можете сложить в наш фургон — по крайней мере, на привалах не придется толкаться в общей очереди за своими пожитками.
— А так можно? — Рейн задумался на секунду, а затем отправил Тайрена доложить писарям об изменениях в рассадке, чтобы их не записали в дезертиры: — В таком случае — премного благодарны за кров.
Едва лучник уладил формальности с гильдейскими, Рейн помог погрузить свежекованые доспехи и походный скарб в купеческий фургон. Торговец распахнул перед ними заднюю створку: внутри вдоль бортов тянулись два ряда удобных скамей с высокими спинками, а сиденья были заботливо укрыты мягкими войлочными подушками.
Рейн мысленно перекрестился, порадовавшись, что не стал ломать комедию и принял предложение: иначе трястись бы им сейчас в общем гильдейском обозе — в пыли, духоте и на голых досках.
◆ ◆ ◆
Глядя на то, как «Борзые» с благодарностью занимают места в купеческом фургоне, Оуэн в глубине своего Зала Ядра наконец с облегчением выдохнул. Чуть раньше он сделал точно такое же предложение Харлану, но тот почему-то заупрямился и пошел на попятный.
«Вот чудак… У нас же в сотню раз удобнее! На кой черт переться в забитый до отказа гильдейский фургон без единого стула? — Оуэн припомнил кислое лицо мечника: — По глазам же видно было, что слюнки текут, а всё туда же: “мы уж как-нибудь с мужиками”!»
Глазами торговца Оуэн наблюдал, как наемники по шатким дощатым сходням один за другим втискиваются в темные, душные телеги. От одной этой картины у хозяина подземелья всё внутри сжималось от клаустрофобии.
«Может, позже наклепать партию нормальных дилижансов и загнать Гильдии по сходной цене?»
В производстве такие повозки обходились в сущие копейки Энергии Душ: прочные, обитые мягким войлоком, на хороших рессорах. А главное — подземелье материализовало их в готовом виде за секунду, без лишней возни с пиломатериалами и столярным клеем.
В конце концов, забота об удобстве исследователей на дальних переходах — дело благое и богоугодное:
«А то ведь растрясут себе все кишки по ухабам, озлобятся на весь белый свет — и поминай как звали их боевой дух перед лицом надвигающегося конца света».
Оуэн занес идею в рабочий блокнот, решив обсудить прожект со стариком Гриром при первой же оказии.
Сам старый гильдмастер в поход не пошел, передав бразды правления над сводным отрядом паладину Родерику.
По правде говоря, Оуэн поначалу опасался глухого ропота среди вольных: для них Родерик был темной лошадкой, невесть откуда вынырнувшей из недр часовни. К счастью, старик Грир вместе с дядькой Герном самолично поручились за капитана святых стражей перед каждым командиром отряда, и брожение в умах сошло на нет.
«Хорошо еще, что у Блэкстоуна среди искателей добрая слава. Будь мы обычной гибельной норой — наших порождений снаружи разорвали бы на куски еще на выходе из ворот».
Оуэн переключил взор на Родерика. Старый гильдмастер остался в лагере, зато дядька Герн снарядил в дорогу себя и пару старших подмастерьев.
Паладин и седой кузнец ехали верхом во главе процессии, пока остальные чинно покачивались в повозках позади.
— Народу нынче собралась тьма-тьмущая, — крякнул Герн, оглядывая хвост колонны. — Сколько ж дней мы до этой Зеленой Сосны ползти будем?
— Не тревожьтесь о времени, господин Герн! — Родерик открыто улыбнулся: — Сестра Мейв как раз завершает подготовку масштабного молитвенного ритуала. Дберемся куда быстрее обычного.
Кузнец звучно припечатал кулак к широкой ладони:
— О! Неужто закрутите ту же штуку, что в прошлый раз… — На полуслове старик поперхнулся, щеки его густо покраснели, и он торопливо прочистил горло, скомкав фразу: — Ну, в смысле… благословение на прыть, верно?
Родерик сдержанно кивнул.
В следующее мгновение над всей длинной вереницей повозок плавно развернулся колоссальный магический круг:
В воздухе запульсировало мягкое молочно-белое свечение, в котором закружились древние священные письмена. Спустя пару секунд узор беззвучно растаял, а по крупам и ногам обозных лошадей побежали крошечные светящиеся искры.
Обоз заметно прибавил ходу, словно телеги в миг потеряли половину своего веса!
Родерик уже открыл рот, чтобы продолжить беседу с кузнецом, как сзади послышался частый перестук копыт: к передовым всадникам подскакала Мейв.
На высоком лбу девушки поблескивали бисеринки пота, а щеки разрумянились от духовного напряжения.
— Славная работа, сестра. Не желаешь ли спешиться и передохнуть в повозке?
— Благодарю, брат, но я вполне держусь в седле, — улыбнулась воительница и повернулась к кузнецу: — Давненько не виделись, господин Герн. Несказанно рада видеть, что вы поднялись на новую ступень мастерства.
Старик выдал пару дежурных скромных фраз, но пальцы уже привычно и самодовольно оглаживали седую бороду, а сияющую улыбку на лице скрыть было решительно невозможно:
— Да что там… Это ж вам спасибо за то избавление. Не подоспей вы вовремя — вовек бы мне Серебряного ранга не видать. — Тут лицо кузнеца помрачнело: — А продолжись та чертовщина дальше — сгнил бы заживо бездушной марионеткой в чужих лапах.
Убедившись, что колонна благополучно тронулась в путь, а ускоряющие чары легли на обозных кляч как влитые, Оуэн свернул обзорное окно: в конце концов, смотреть на то, как пылит по тракту вереница телег — сомнительное развлечение.
Подслушивать байки дядьки Герна, конечно, занятно, но куда полезнее было потратить выдавшийся тихий денек на возню с карапузами, исподволь растолковывая им законы лабиринта на простых и понятных образах:
«Они ведь еще несмышленыши. Все премудрости скопом в них не впихнешь — тут нужно терпение и ласка».
Вот только стоило Рокспрингу по-настоящему встать на ноги, как его неизбежно придется отправить на вольные хлеба — обустраивать Подчиненное Ядро.
При этой мысли сапфировый огонек внутри Оуэна заметно приуныл:
Выходит… рано или поздно все эти спасенные малютки упорхнут из гнезда один за другим. И когда этот час пробьет, повидаться с ними снова станет почти несбыточной мечтой.
Ведь сам-то Оуэн покинуть пределы Блэкстоуна не в силах.
«Как-то… тоскливо это всё».
Тихий, печальный вздох ядра мгновенно привлек внимание дремлющей богини:
— Что с тобой, Оуэн? Отчего вдруг такая кручина на сердце? Поделись со мной, авось вместе выход сыщем!
Кристалл ядра слабо мигнул, и Оуэн без утайки выложил богине снедавшие его тревоги.
— Ах, милый мой, я понимаю твою печаль… Но право слово, не стоит так убиваться! Даже в разлуке вы сможете без помех переговариваться через системные экраны. А соскучишься по малютке Рокспрингу — достаточно потратить толику сил, чтобы перенестись в его покои на чай, а затем вернуться обратно!
— Перенестись?! В подземельях есть функция мгновенного перемещения?! — ахнул Оуэн от изумления.
Если это чистая правда — добрая половина его прежних безумных прожектов из несбыточных фантазий превращалась в реальные чертежи!
— Вот только прыгать можно строго между Залами Ядер! Это древний запрет — дабы духи не сеяли сумятицу случайными прыжками куда ни попадя.
Весь победный запал Оуэна мгновенно сдулся:
— То есть… авантюристы не смогут сигать через эти врата прямиком в чужие лабиринты?
— М-м? Отчего же, вполне смогут! Вот только возведение стационарных Врат Телепортации — затея баснословно дорогая, да и каждый переход смертных пожирает изрядный кусок энергии.
Кристалл, секунду назад уныло висевший над постаментом, в ту же долю секунды полыхнул слепящим, неистовым сапфировым пламенем:
— Быстрее! Эла, выкладывай схему! Плевать на расходы, я за ценой не постою!