За церковью Гильдии авантюристов Городка Блэкстоун на тренировочной площадке раз за разом разносился звон сталкивающихся деревянных мечей.
Бац!
Асар отступил на несколько шагов. Его грудь тяжело вздымалась, а глаза были намертво прикованы к стоящему напротив Рейну.
Рейн тоже тяжело дышал.
Однако по сравнению с Асаром его дыхание казалось куда более ровным. Он все еще стоял прямо, и трудно было поверить, что они непрерывно обменивались ударами уже целых полчаса.
От этой картины Асар лишь стиснул зубы.
Всего три дня назад, когда Рейн только-только использовал Книгу Навыков и впервые вызвался на спарринг, Асар все еще мог удерживать преимущество исключительно за счет техники.
Но прошло всего несколько дней — и он уже начал не поспевать за темпом Рейна.
Асар глубоко вдохнул, уперся ногой в землю и, понизив стойку, пошел в атаку.
Деревянный меч в его руке совершил несколько стремительных финтов подряд. Диагональный росчерк, снизу вверх, и сразу же — обратный горизонтальный выпад.
Он связывал самые базовые приемы в одну непрерывную атакующий серию.
Однако сегодня Рейн лишь внимательно следил за каждым его движением своими яркими, сосредоточенными глазами.
Сделав шаг навстречу, он принял первый удар на свой деревянный меч, погасил инерцию и отклонил второй.
А когда Асар нанес третий, завершающий свистящий удар, Рейн лишь слегка сместил корпус, позволив дереву скользнуть вдоль самой ткани его одежды.
Асар сделал несколько тяжелых вдохов.
А затем впервые за всё время просто бросил деревянный меч на землю.
— Всё, с меня хватит.
Рейн на миг замер, все еще удерживая меч в защитной стойке.
— Не хочешь продолжить?
Асар бросил на него короткий взгляд и ненадолго умолк. Лишь потом он наклонился, поднял брошенный меч и сбил с него пыль.
— Если мы продолжим, у меня будет испорчено настроение на весь оставшийся день.
Рейн на мгновение замялся, не зная, что ответить.
Асар привычным движением закинул деревянный меч на плечо.
— Поэтому я решил остановиться прямо сейчас, — он сделал паузу и добавил: — Пока еще могу сохранить остатки своего достоинства.
Он посмотрел на Рейна со смешанными чувствами.
Спустя некоторое время, будто вспомнив о чем-то, Асар тихо пробормотал:
— Кажется, теперь я понимаю, что чувствует мой брат, когда смотрит на меня.
Рейн слегка удивился.
Однако Асар не собирался ничего объяснять. Он лишь качнул головой и вздохнул.
Неудивительно, что Книги Навыков моментально скупаются крупными дворянами и могущественными фигурами, стоит им только появиться на рынке.
Их по-настоящему пугающая суть заключалась вовсе не в том, что они позволяли просто выучить еще один прием.
Особенно та, что досталась Рейну.
[Фехтование Стократной Закалки].
Она не превратила Рейна в мастера меча за одну ночь.
Зато в каждом спарринге она позволяла ему все четче видеть собственные слабые места, мгновенно исправлять их и закрывать бреши в защите.
А Подземелье Блэкстоун можно было назвать идеальным полигоном для раскрытия подобной способности.
Подумав об этом, Асар не удержался от еще одного взгляда на Рейна.
Строго говоря, в том, что Рейн давил на него своей силой, не было ничего удивительного.
В конце концов, Рейн уже достиг Бронзового ранга, в то время как сам Асар все еще застрял на среднем уровне Черного Железа. Разница в физических кондициях и скорости реакции и без того была слишком очевидной.
Но по-настоящему Асара задевало другое.
Техника Рейна совершенствовалась слишком быстро.
Настолько быстро, что Асар волей-неволей задавался вопросом: а было ли правильным решением тогда отказаться от Книги Навыков и продолжить изучать семейное наследие?
Асар молчал несколько секунд, а затем тихо вздохнул.
Ладно, проехали.
По крайней мере, Рейну это действительно подходило.
Убрав тренировочные мечи, они один за другим вернулись в главный зал Гильдии авантюристов.
У стены их уже ждал Бартон.
Перед ним стояла недопитая кружка светлого эля, а свежеотполированный ростовой щит прислонился к краю стола. Похоже, он не столько пил, сколько проверял снаряжение перед очередным спуском.
Увидев входящих Рейна и Асара, Бартон поднял голову:
— Закончили?
Асар тяжело опустился на стул и выдохнул:
— Закончили. Если бы мы продолжили, мне бы сегодня уже не пришлось идти в подземелье.
Рейн беспомощно посмотрел на него:
— Ну не преувеличивай.
— Рейн, молчи, пожалуйста, — раздраженно потер лоб Асар. — Я тут изо всех сил пытаюсь сохранить последние капли гордости.
Бартон окинул их взглядом и спокойно кивнул:
— Похоже, тренировка прошла успешно.
Асар только собрался ответить, как входная дверь Гильдии распахнулась.
В зал один за другим вошли Тайрен и Серин.
Колчан за спиной Тайрена был явно полнее, чем утром, а на поясе прибавилось несколько связок запасных стрел. Серин же держала в руках небольшой тканевый сверток. На манжетах ее белой сутаны священницы виднелась пыль — казалось, она только что откуда-то быстро бежала.
— Вы двое уже всё? — Тайрен перевел взгляд с Асара на Рейна и тут же вскинул бровь. — Ну и кто кого?
Асар с абсолютно безразличным видом отвернулся:
— Это была тренировка. Тут нет победителей и проигравших.
Лицо Тайрена озарилось мгновенным пониманием:
— Понял. Победил Рейн.
— Я этого не признавал!
Серин не удержалась от тихого смешка, а затем посмотрела на Рейна:
— Я тоже готова. Письма, которые нужно было отправить, уже переданы на почтовую станцию, а припасы я докупила.
Рейн кивнул, переведя взгляд на своих соратников.
Трех дней отдыха вполне хватило.
Запасы восполнены, раны затянулись, а все организационные мелочи закрыты.
Оставалось только одно.
Рейн поднялся с места и взял стоящий у стола длинный меч.
— Тогда идем, — он посмотрел в сторону выхода, туда, где за чертой городка раскинулось Подземелье Блэкстоун. — Возвращаемся.
Когда отряд покинул Гильдию, на улицах Городка Блэкстоун всё еще кипела жизнь.
Повсюду слышались скрещивающиеся голоса авантюристов. Одни обсуждали сегодняшние лимиты на вход, другие жаловались, что гигантская дубина Костолома бьет слишком больно, а третьи с азартом рассказывали, как им наконец-то удалось выбить хоть что-то из первого сундука.
Подземелье Блэкстоун постепенно превращалось в настоящий центр этого городка.
И пока никто не видел, в разные стороны уже мчались гонцы с письмами и отчетами, разнося имя этого места далеко за пределы округов.
◆ ◆ ◆
Графство Уайток, поместье графа Вельмонта.
Дариан Вельмонт отложил отчет в сторону, зацепившись взглядом за одно конкретное имя.
Асар Вельмонт.
Его изначально спокойное выражение лица слегка потемнело.
Он долго хранил молчание. А затем неожиданно тихо хмыкнул.
— Где бы ты ни оказался, ты всегда находишь способ засветить свое имя, не так ли?
В его голосе не было и капли веселья.
Мгновение спустя он закрыл отчет и обратился к слуге за дверью:
— Сначала доложите Отцу. И готовьте лошадей.
◆ ◆ ◆
В то же самое время в одном из храмов Церкви Чистой Белой Звезды Елена Веста тихо дочитала письмо, пришедшее из Городка Блэкстоун.
— Неужели это чудо? — Ее взгляд замер на имени Серин, после чего она глубоко вздохнула. — Или всего лишь раздутые слухи?
Сереброволосая жрица-паломница на миг замерла, слегка прижав кончики пальцев к эмблеме Белой Звезды на груди.
— Готовьте экипаж.
Ее голос звучал тихо, но в нем не ощущалось ни капли колебаний.
— Я отправляюсь в Городок Блэкстоун.
◆ ◆ ◆
А еще дальше, в величественном храме Сияющего Рассвета, сплошь покрытом золочеными узорами, Епископ-Судья Аурикан Вальд закрыл лежавший перед ним доклад.
Его суровое и исполненное достоинства лицо оставалось настолько спокойным, что по нему невозможно было прочесть ни единой эмоции.
Если эти сведения — правда...
Аурикан опустил глаза, слегка прижав пальцы к краю отчета.
— Следы подобного богохульства не должны оставаться в руках неверующих.
Священник, стоявший чуть ниже, едва заметно кивнул.
Аурикан медленно поднялся. Золотые нити на каемках его богослужебных одежд, казалось, мягко засияли в лучах утреннего света.
— Оповестите Рыцарей Рассвета.
— Я лично отправлюсь в Городок Блэкстоун. Немедленно.
Когда группа Рейна прибыла во временный лагерь, Грир уже ждал их неподалеку от входа в подземелье.
По сравнению с тем, что было три дня назад, народу в лагере явно прибавилось. Авантюристы, ждущие своей очереди, сотрудники Гильдии, поддерживающие порядок, и зеваки, пришедшие просто поглазеть, забили площадку перед входом так, что яблоку негде было упасть.
Увидев приближающуюся группу Рейна, Грир убрал бумаги и поднял взгляд.
— Похоже, вы полностью готовы.
Рейн кивнул:
— Да.
Грир окинул взглядом всю группу и в конце концов остановился на Рейне:
— На этот раз я не пойду с вами.
Тайрен замер:
— Вы не идете с нами, Глава?
— Нет, — спокойно ответил Грир. — Я уже своими глазами убедился в аномалиях Подземелья Блэкстоун. Теперь моя задача — оставаться снаружи и разбираться с проблемными визитерами, которые скоро сюда нагрянут.
Он сделал паузу и снова посмотрел на вход:
— К тому же, если я и дальше буду ходить с вами, это лишь помешает вашей трезвой оценке ситуации.
Группа на миг смолкла, но быстро поняла его мысль.
Грир, в конце концов, не был обычным авантюристом.
Даже если его текущие физические возможности были ограничены, его опыт и виденье боя на голову превосходили их собственные. Если бы он постоянно сопровождал пати Рейна, у них всегда оставалась бы подсознательная подстраховка, не позволяющая тренировкам дать реальный эффект.
Грир посмотреть на них строже, чем обычно:
— Двигайтесь в своем темпе. Можете наступать — наступайте. Не можете — отступайте.
Рейн сжал рукоять меча:
— Понял.
Грир кивнул и отступил с тропы, ведущей ко входу:
— Идите.
И в это же самое время глубоко в недрах Подземелья Блэкстоун, в Комнате Ядра.
Оуэн парил над каменным пьедесталом, плавно покачиваясь из стороны в сторону, словно неугомонный синий булыжник.
— Третий день уже перевалил за середину...
— Почему Рейна и остальных все еще нет?..
Пробормотав это, он принялся переключать обзор между входом, лагерем и круглой площадью.
В следующую секунду на круглой площади вспыхнул белый свет.
Всё ядро Оуэна резко засияло, и даже траектория его полета пару раз вильнула в воздухе.
— Пришли, пришли!
Он практически мгновенно подтянул экран ближе к себе, чуть ли не прижавшись к нему всем телом.
На экране из белого света постепенно проявлялись силуэты пати Рейна.
Оуэн гипнотизировал их взглядом несколько секунд, и голубой ореол вокруг его ядра запульсировал светящимися волнами.
— Надеюсь, вам понравится то, что я приготовил, — тихо пробормотал он.
А затем ненадолго умолк.
Спустя мгновение Оуэн тихо добавил:
— И тот маленький сюрприз, что я тоже подготовил...
Едва белый свет рассеялся и Рейн четко разглядел окружение, его рука инстинктивно легла на рукоять меча.
Бартон практически одновременно вскинул ростовой щит, прикрыв собой остальных.
Это была не стартовая комната.
Они должны были появиться в стартовой комнате.
Вместо этого они стояли прямо в центре круглой площади.
Впереди молчаливо возвышались Бронзовые Врата.
А рядом с ними застыла исполинская фигура, от одного вида которой нервы невольно натягивались в струну.
Кассандр.
Увядший Рыцарь стоял, облокотившись обеими руками на рукоять ржавого двуручного меча. Блекло-серые узоры на его черных доспехах пульсировали тусклым светом.
На мгновение Рейну показалось, что бой сейчас начнется снова.
Однако Кассандр даже не обхватил рукоять удобнее.
Он лишь тихо стоял на месте, а его глаза, скрытые в тени шлема, спокойно наблюдали за ними.
Спустя несколько секунд Рейн медленно выдохнул:
— Не дергайтесь.
Бартон так и не опустил щит:
— Ловушка?
— Не знаю, — Рейн не сводил глаз с Кассандра. — Но пока он, похоже, не собирается нападать.
Тайрен посмотрел на Увядшего Рыцаря, и уголок его рта слегка дернулся:
— Терпеть не могу, когда он вот так просто стоит.
Асар бросил на него взгляд:
— Предпочел бы, чтобы он рванул к тебе и разрубил пополам?
Тайрен судорожно замахал руками:
— Эй-эй, давай без таких шуточек в подобном месте!
Пока они колебались, Кассандр пришли в движение.
Пальцы Рейна мгновенно сжали рукоять.
Однако Увядший Рыцарь пошел не в их сторону.
Он лишь развернулся, подошел к Бронзовым Вратам и вонзил острие своего ржавого меча в землю.
Тяжелое лезвие с глухим стуком вошло в каменные плиты.
Затем Кассандр протянул руку и коснулся Бронзовых Врат, которые так долго оставались запертыми.
Гр-р-р-р—
Тяжелые створки Врат медленно разъехались в стороны.
За ними оказалась не новая каменная зала.
И не коридор, ведущий к следующей комнате с боссом.
Это был крутой подъем, уходящий наверх.
С одной стороны подъема тянулась отвесная серо-черная скала, а с другой земля резко обрывалась, открывая вид на каньонный разлом, дна которого не было видно.
Снизу, из самой бездны, вырывался холодный ветер, заставляя края их одежды слегка трепетать.
Рейн и остальные стояли перед вратами, и какое-то время никто не ронял ни слова.
Тишина длилась несколько секунд.
В конце концов первым зашевелился Тайрен.
Он одеревенно сделал шаг вперед, а затем быстро прибавил ход и побежал вверх по склону — будто боялся, что если замятуется, то уже не решится.
— Давайте, народ!
Его голос звучал явно выше обычного.
— Это новая зона! Там т-точно должны быть новые сокровища!
В конце он даже выдавил из себя наигранный радостный возглас:
— Йе-ху-у...
Рейн и остальные переглянулись.
Мгновение спустя они не удержались от смешка.
Это действительно было вполне в духе Тайрена.
Когда они наконец добрались до вершины подъема, пейзаж перед ними резко открылся.
В конце склона раскинулась каменная пустошь. Земля была сплошь покрыта трещинами и обломками пород.
Чуть дальше, в глухой серой дымке, молчаливо возвышалась разрушенная церковь. Ее покосившаяся шпилеобразная башня, полуобвалившиеся стены и каменные окна, увитые плющом, создавали ощущение, будто это здание было заброшено очень и очень давно.
А перед самой церковью сгрудилось несколько оборванных фигур.
Они сидели на разбитых каменных ступенях. Кто-то прислонился к основанию стены, молча опустив голову. Кто-то обнял колени и забился в угол, будто у него не было сил даже просто поднять взгляд.
Тайрен резко остановился:
— Постойте, — он поднял руку и указал пальцем в сторону церкви, невольно понизив голос. — Посмотрите туда.
Рейн проследил за его взглядом.
Эти фигуры были неестественно тихими.
Тайрен сглотнул:
— Это что... люди?
Рейн ответил не сразу.
Он лишь поднял руку, давая сигнал группе сбавить темп.
Отряд осторожно приближался по потрескавшимся плитам. По мере сокращения дистанции размытые силуэты становились все четче.
Это были не те Иссохшие Трупы, которых они встречали раньше.
Мужчина средних лет в изношенной одежде сидел у внешней стены церкви. На его истощенном лице застыло выражение глубочайшей усталости, а пустой взгляд был устремлен куда-то в сторону далекого каньона.
В углу церкви исхудавшая женщина прижимала к себе ребенка, сжавшись в тени. Она раз за разом нежно гладила ребенка по спине, тихо шепча что-то успокаивающее.
С другой стороны на обломке скамьи сидел старик, молча протирая в руках старый амулет.
Один раз.
Затем второй.
Потертый амулет уже был отполирован до такого блеска, что исходный узор на нем невозможно было разобрать, но старик все равно протирал его с особой трепетностью — словно это была последняя вещь, оставшаяся в его жизни.
А на ступенях самой церкви сидел человек в помятых, изуродованных доспехах.
Он был похож на стражника.
Однако его броня была сплошь покрыта шрамами от ударов, а длинный меч в руке покрылся глубокими щербинами. Мужчина сидел, опустив голову, и уставившись в землю пустыми глазами. Вся его фигура выражала такое отчаяние, будто из него выкачали абсолютно все силы.
Тайрен хотел было что-то сказать, но в итоге проглотил слова обратно.
Как в подземелье могли появиться живые люди?
По крайней мере, среди всех известных им подземелий они ни разу о подобном не слышали.
Именно поэтому тревога в их сердцах становилась только тяжелее.
Рейн медленно подошел к стражнику на ступенях и максимально мягко произнес:
— Здравствуйте... вы меня понимаете?
Стражник лишь медленно поднял голову и бросил на него короткий взгляд.
В этих мертвых глазах не было ни единого проблеска жизни.
Он ничего не ответил.
И прямо в этот момент со стороны их спин неожиданно раздался голос:
— А, можете не тратить на них время.
Рейн развернулся практически мгновенно, его рука снова опустилась на рукоять меча.
Остальные тоже моментально приняли боевую стойку.
Однако говоривший, казалось, совершенно не заметил их настороженности и лишь неспешно продолжил:
— Они вам всё равно не ответят.
Но когда они разглядели его получше, оружие в их руках снова слегка опустилось.
Это был мужчина лет тридцати на вид.
В отличие от оборванных, онемевших людей перед церковью, он выглядел относительно опрятно, несмотря на дорожную пыль. На его плечи был накинут потертый плащ, а за спиной висел внушительный деревянный станковый рюкзак.
Как ни крути, он вообще не походил на человека, способного внезапно выхватить клинок и броситься в драку.
Мужчина разглядывал их несколько мгновений, а затем на его лице появилась слегка усталая улыбка:
— Из приезжих?
Он поднял руку и указал на экипировку группы Рейна.
— Логично. Судя по вашей одежде, вы не похожи на людей, которые пробыли в этом проклятом месте достаточно долго.
Рейн ответил не сразу.
Он еще пару секунд пристально смотрел на мужчину. Убедившись, что у того по крайней мере нет агрессивных намерений, он медленно произнес:
— Что это за место?
Улыбка на лице мужчины слегка угасла.
Он оглянулся на разрушенную церковь за своей спиной, а затем на далекий каньон, поглощенный серым туманом.
— Когда-то у этого места было имя, — он погладил лямку деревянного рюкзака за спиной, говоря об этом таким тоном, будто в этом давно не было ничего удивительного. — Но теперь... большинство просто зовет его Убежищем.
— Ах да, что до меня...
Будто только сейчас вспомнив, что забыл представиться, мужчина похлопал по деревянному каркасу своего рюкзака:
— Я странствующий торговец. Хожу между разными убежищами. Можете звать меня мистер Эшфорд.
Договорив, он слегка наклонился и изобразил легкий поклон.
Однако рюкзак за его спиной качнулся вслед за движением, и изнутри тут же раздался отчетливый звон склянок, банок и железных инструментов.
Перед этой гробовой, мертвой церковью эта серия звуков прозвучала особенно резко.
Торговец, назвавшийся Эшфордом, казалось, привык к этому. Он просто выпрямился, как ни в чем не бывало, и на его лице снова заиграла всё та же слегка усталая улыбка.
— Конечно, если хотите обратиться попроще, так тоже можно.
Он сделал паузу.
— Оуэн.
Рейн слегка замер.
Торговец поднял руку и ткнул пальцем себе в грудь:
— Это мое имя.