Откровенно говоря, ты сплошная помеха!

Сиряор глубокая ночь в городе Тотоканта. Хотя улицы всё ещё были освещены, прохожих на них почти не осталось. По такой вот ночной дороге понуро брёл Дотин.

— Денег что-то не видать, братец...

... пробормотал он своему брату Волкану, шагавшему рядом.

Оба они из народа подземников да ростом около ста тридцати сантиметров. Дотин, одетый, как и брат, в потрёпанный меховой плащ, носил толстые очки, а у Волкана на поясе болтался подержанный меч.

— Угу. — Волкан отозвался, не отрывая взгляда от мостовой. — Однако именно такие упорные старания ведут к завтрашней победе.

— Что-то мне подсказывает, что это не так...

— Так! — взревел Волкан и потряс кулаком в сторону луны. — Разве тайные и упорные труды под покровом луны — это не кратчайший путь к тому, чтобы затереть до смерти того злобного чёрного мага влажным полотенцем?!

— Но мы же просто монетки ищем? — Дотин переспросил с сомнением...

— Ха-а-а-ха-ха-ха! — ... но Волкана это, казалось, ничуть не смутило. — А вдруг это деньги, которые обронил он?! Поражаюсь своей же гениальной стратегии!

— Твоя манера с каждым днём становится всё более жалким, но при этом упорно не признавать поражения, и правда, много в чём поражает... — пробормотав это, Дотин снова уставился в землю.

«Ну, не то чтобы деньги так уж часто валялись на дороге, но...»

Внезапно он остановился.

— А? Что такое, Дотин? — ... окликнул его сзади Волкан.

— Там... — Дотин указал вперёд. Под уличным фонарём, словно возникнув из самого света, сидела на корточках женщина в белом платье. — С... с вами всё в порядке? — несмотря на смутное предчувствие, Дотин всё же заговорил с ней.

Подойдя ближе, он увидел, что женщина тяжело дышит. На ней была белая широкополая шляпа, украшенная цветами, из-под которой виднелись довольно длинные каштановые волосы. Когда она обернулась на его голос, её лицо показалось ему бледным.

— Прошу прощения. — прошептала женщина едва слышно. — Я... я задыхаюсь...

— В-вы в порядке? — обеспокоенно спросил Дотин, подбегая к ней. Женщина снова согнулась в муке и... мёртвой хваткой вцепилась ему в запястье. — ... А? — только и успел выдохнуть Дотин, как...

— Хо-хо-хо! Попались! Погрузитесь же в море крови от моей коронной техники! Слепой Крестовой Удар!

.. и нанесла ему по макушке удар ребром ладони. Её тонкая ладонь с тихим шлепком опустилась на голову Дотина и замерла.

— ...

— ...

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, пока её рука покоилась у него на голове... Она резко развернулась на каблуках.

— Идеально... С этим я смогу прикончить того чёрного мага хоть завтра... Осталось внести пару улучшений... — бормоча это, женщина исчезла в ночной мгле.

— Что это было... — донёсся сзади шёпот Волкана.

— ... Ну, всякие люди бывают. — только и ответил Дотин.

Ограничившись этим, они возобновили свои поиски.

* * *

— Это ужасно!

«... итак...»

Ничем не примечательный ужин... в обычной столовой обычной гостиницы... Орфен как всегда сидел с Констанс, когда в зал внезапно кто-то ворвался.

«И это тоже как всегда...» — мысленно вздохнул Орфен.

Черноволосый, черноглазый мужчина лет двадцати, одетый во всё чёрное. На его груди красовался герб с драконом — знак принадлежности к Башне Клыка, величайшему оплоту чёрной магии на континенте. К влетевшему в панике мужчине в смокинге Орфен обратился с нескрываемым раздражением:

— Кит... Какого чёрта ты здесь делаешь? — он смерил его тяжёлым взглядом...

— Случилось нечто ужасное! — ... но Кит, совершенно не обращая внимания, решительно подошёл к их столу. — Настолько, что я даже забыл обменяться приличествующими случаю любезностями!

— Да я как-то и не горю желанием их слышать.

— Что вы такое говорите! — Кит потряс головой, словно его поразила молния. Впрочем, его зачёсанные назад и уложенные гелем серебряные волосы почему-то остались в идеальном порядке. — Как можно не хотеть услышать приветствие, которое я тщательно обдумывал со вчерашнего полудня и которое должен был произнести своим прекрасным, словно пение птички, голосом...

— ... Может, лучше о том, что случилось? — вмешалась Констанс. Она сидела в своём обычном костюме, подперев щёку рукой.

— Именно! — Кит резко ткнул в неё пальцем. Он театрально сжал кулаки и без всякой причины закричал. — Госпожа Бонни пропала!

— Пропала... в смысле?

* * *

Через несколько минут все трое уже сидели за одним столом. Как только они кое-как сделали заказ хозяину за стойкой, Кит ответил на вопрос Констанс.

— Это значит, что её местонахождение совершенно неизвестно.

— Я не об этом спрашивала...

— Дело в том, что сегодня утром, когда я принёс завтрак, госпожи Бонни не оказалось в комнате. Была лишь эта записка.

Кит достал из-за пазухи листок бумаги. Это было простое письмо на качественной бумаге.

— «Я устала и изранена. Прошу, не ищите меня. На время моего отсутствия я доверяю всё своё личное имущество попечению дворецкого Кита... С уважением»? — Орфен взял его и прочёл вслух.

— Ох, что за ужас! — Кит воздел взгляд к потолку и, закрыв лицо руками, воскликнул. — Кто бы мог подумать, что осознание того, что она пять лет любила не того человека, так ранит сердце госпожи Бонни! — ... продолжил он, искоса поглядывая на Констанс сквозь пальцы. — ... А ваше сердце, госпожа Констанс, не разбито?

— Да нет. Я и сама подумывала, что тут что-то не так. Если разобраться, у них ведь и характеры, и манера речи, и телосложение, и рост — всё разное. — ... спокойно ответила Констанс.

— Как можно было так ошибиться? — сидевший рядом Орфен недоверчиво проворчал.

— Такова уж девичья душа♥.

— ... Ну, раз её саму всё устраивает, я промолчу.

— Ясно. Уж с госпожой Констанс точно всё будет в порядке. — кивнул Кит. — Госпожа Констанс с давних пор обладала выгодным качеством: даже если её бросали, ненавидели, презирали или ей завидовали, она, благодаря своей непробиваемой беспечности, всегда могла эгоистично убедить себя, что всё в порядке... — не замечая (а может, и замечая), что прямо перед ним она сверлит его яростным взглядом, Кит продолжал. — Но госпожа Бонни не такая! Кто знает, что она сейчас поделывает... Если она просто плачет с разбитым сердцем, это ещё полбеды. Но что, если она в отчаянии совершит что-то непоправимое!..

В этот момент принесли еду. Кит тут же перехватил у официантки ризотто с морепродуктами и принялся яростно мешать его ложкой.

— Эй, это моё...

— Как её дворецкий, я считаю госпожу Бонни смыслом своей жизни. — проигнорировав голос Констанс, Кит начал жадно поглощать ризотто. — Если с ней что-то случится... нужно немедленно заявить о пропаже, но нельзя же совсем игнорировать репутацию семьи Магги. Поэтому я решил, что лучше всего будет попросить вас, госпожа Констанс. — к тому времени, как он договорил, тарелка уже опустела. Кит также перехватил лазанью, которую официантка принесла вместе с ризотто. — Госпожа Бонни, в отличие от вас, госпожа Констанс, получила элитарное воспитание и стала настоящей леди, но ей всего девятнадцать. Она ещё несовершеннолетняя, так что родительские права никто не отменял, да и к тому же она — тепличная барышня, выросшая в четырёх стенах. Пока мы тут сидим, её мог схватить какой-нибудь злодей с бандитской рожей, обмануть и заставить продавать спички! Я так волнуюсь, так волнуюсь...

Пока Кит не прикончил и лазанью, Орфен успел спасти последнюю тарелку — паэлью.

— Понятно. Короче, Бонни, в отличие от Когги, хоть и настоящая леди с элитарным воспитанием, но всё ещё несовершеннолетняя, и ты хочешь, чтобы мы её защитили, так?

— ... Зачем ты это подчёркиваешь?.. — прорычала Констанс, глядя на него исподлобья.

— Ладно... — Орфен проигнорировал её и спросил Кита. — Может, и бессмысленно спрашивать, но у тебя есть предположения, куда могла пойти Бонни?

— В этом городе у неё нет ни знакомых, ни родственников. — Кит оторвал взгляд от тарелки. — А значит, мы должны прибегнуть к психологическому анализу и определить наиболее вероятные места.

— ... Конкретнее?

— Нужно найти ключевое слово в исчезновении госпожи Бонни! И это слово — мужчины!

— Ого.

— По моему опыту, женщина с разбитым сердцем отправляется в одно из трёх мест! Хост-клуб, гей-бар или мужской стриптиз!

— Это что ещё за опыт?..

— Моя невеста Флора частенько бывала в подобных заведениях.

— ... Даже комментировать не буду...

Пока Орфен ворчал, а Констанс с мрачным видом массировала виски, Кит вскочил на ноги.

— А значит, если мы обыщем все злачные места для женщин в этом городе, мы обязательно найдём госпожу Бонни! — он сжал кулаки и страстно провозгласил. — Нет, она точно будет там! Я верю, что она именно такой человек!

— Кит...

— Госпожа Констанс, у вас есть возражения? — ... обернулся к ней Кит.

— А? — сама Констанс выглядела озадаченной. — Это не я сказала.

— Что?..

Растерянный возглас Кита послужил сигналом, и взгляды всех присутствующих обратились в одну точку. К официантке, что всё это время стояла у стола с круглым подносом в руках... из-за униформы они её не узнали, но эти каштановые волосы, тихая манера держаться, хрупкое телосложение... Это была самая что ни на есть Бонни Магги.

— ...

Кит застыл на месте с задранным кулаком. Пока все пребывали в ступоре, Орфен обернулся к стойке. Хозяин гостиницы, Багап, как обычно, протирал стаканы. Орфен вопросительно посмотрел на него, и Багап как ни в чём не бывало ответил:

— А, да. Только что нанял. Шалин, говорит, в декрет уходит.

— ...

— Кит, мне стало так тоскливо сидеть в комнате, что я решила вспомнить студенческие годы и немного подработать. — неподвижному Киту Бонни с улыбкой сообщила.

— ...

Кит не отвечал. Он даже не шевелился.

— А заодно, пока работаю, я решила понаблюдать за сестрицей Когги, которая испортила мои воспоминания, и её мальчиком на побегушках, чёрным магом, чтобы найти их слабые места и уничтожить.

— ...

— Кстати, я никакой записки не оставляла.

— Это не почерк Богги, Кит. — услышав это, Констанс выхватила у Орфена записку. Быстро пробежав её глазами, сказала.

— Ой, и правда. — сказала Бонни, заглянув ей через плечо. Она достала из кармана какой-то листок. Кажется, это был список покупок. — По-моему, почерк на нём точь-в-точь совпадает с твоим... О, так ты можешь управлять моим имуществом в моё отсутствие? Странно, ведь у семьи Магги есть свой управляющий.

— ...

— То есть... — Орфен поднял указательный палец и начал излагать свою теорию. — Бонни внезапно исчезает. Ты, воспользовавшись этим как предлогом, поручаешь её поиски самому бездарному сыщику, которого знаешь. Так и репутация не пострадает, и если подкинуть ему пару ложных зацепок, Бонни не найдут никогда. А если и найдут, ты всё равно ничего не теряешь.

— Кит? — ... прошептала Бонни, глядя на него очень сурово.

Но...

— Опасно, госпожа Бонни! — Кит совершенно невозмутимо — нет, даже голосом, полным преданности — крикнул. С этим криком он заслонил собой Бонни, защищая её от Орфена.

— ?.. — пока Орфен озадаченно смотрел на него...

— Это было опасно, госпожа Бонни. — ... Кит, утирая пот со лба, словно только что избежал смертельной опасности, продолжил. — Не позволяйте словам чёрного мага обмануть вас!

— А?.. Но... — простонала Бонни...

— Как можно верить врагу?! — ... и Кит, придвинувшись к ней вплотную, затараторил. — Госпожа Бонни, придите в себя! Сохраняйте хладнокровие!

— ... — Бонни закусила край подноса и, казалось, на мгновение задумалась — вернее, растерянно захлопала глазами. Спустя минуту она вынесла вердикт. — В... вы правы, Кит! Это было опасно!

— Ну, раз её это устраивает, у меня нет ни малейшего желания её переубеждать... — ... проворчал Орфен, ошеломлённо откинувшись на стуле, но Бонни, похоже, его совсем не слышала.

— Пытаться обмануть меня с помощью лжи... какой подлый трюк, достойный чёрного мага! — заявила она, ткнув в него пальцем. — Но меня таким не проведёшь! К тому же, прошлой ночью я уже разработала план, как покончить с таким ничтожеством, как вы! — с этими словами Бонни села на корточки. И начала мучительно стонать. — У-у-у-ух...

— Богги? — Констанс, недоумевая, со своего стула положила руку на плечо сестре...

— Не мешай! — ... но та её сбросила: крикнула Бонни в довольно жалкой позе, свернувшись на полу калачиком, как ребёнок. — Сестрица Когги, ты у меня следующая! Как стыдно, что из-за какой-то путаницы я чуть не забыла о своей любви к господину Дайану!

— Вообще-то, «путаница» — это довольно фатальная ошибка... К тому же он угрюмый аферист.

— Замолчи! Сейчас мы ещё можем уважать друг друга как враги! — Бонни замотала головой и снова вернулась в прежнюю позу. — У-ух! У-у-ух! — громко застонала она.

— ... — Орфен невозмутимо наблюдал за этой сценой.

Прошло несколько минут. Бонни, видимо, устав изображать страдания, искоса взглянула на него и закричала:

— Ах, как мне плохо! Если обо мне не позаботятся, я умру!

— Хм. — Орфен проткнул вилкой последнюю креветку в своей тарелке.

— Богги... — вдруг сказала Констанс с ноткой сочувствия в голосе. — Не знаю, на что ты рассчитываешь, но этот хладнокровный тип в чёрном не проявит и капли сочувствия, даже если увидит, как кто-то страдает.

— Не говори так, чтобы меня неправильно поняли! — Орфен вскочил на ноги. — Да я просто терпеть не могу, когда взрослая баба начинает вести себя так, будто без чужой помощи и дня не проживёт!

— ... Значит, будь на её месте мужчина, ты бы помог? — это спросил Кит.

— В силу своих видовых предпочтений я категорически отказываюсь помогать мужчинам. — Орфен ответил не раздумывая.

— Так ты просто бессердечный, да? Это ведь...

— Ай! Сказал же, нет — значит, нет! Хватит делать из меня какого-то изверга!

— В конце концов он просто скатился до детских капризов.

— Какая прелесть. Взрослые, лишённые логики. — жалкое зрелище.

— Да-а-а-а-а!

* * *

В это время...

И пока эта троица развлекалась, лишь Багап заметил, как Бонни, с глазами на мокром месте, тихонько ускользнула.

— Хорошая погодка.

— ... Ага. Самый подходящий денёк, чтобы таскаться по дурацкому патрулю с бездарной полицейской, которая даже не платит за работу. — съязвил Орфен.

Однако его сарказм, похоже, ничуть не задел Констанс. Более того, её глаза засияли, и она отчётливо произнесла:

— Мне... так нра-вит-ся ♥ смотреть, как ты, задыхаясь в беспросветной нищете, безвозмездно мне помогаешь.

— ... Похоже, нам с тобой и впрямь пора раз и навсегда выяснить отношения... — он злобно прорычал.

— Э-э-э... как бы то ни было, Орфен... — Констанс, нарочито отвернувшись, сменила тему. — ... насчёт вчерашнего. Тебе стоит быть осторожнее.

— Это ещё почему?

— Она очень настырная. — Констанс, немного подумав, ответила.

— Какое, однако, лаконичное объяснение.

— Я не шучу, если что. — сказала она и подняла указательный палец. — Ещё совсем недавно мы с ней враждовали из-за начальника отдела... И знаешь, хотя от этого типа, Кита, можно ждать чего угодно, он просто агнец божий по сравнению с Богги, когда та берётся за дело сама.

— Значит, она вся в сестрицу, да? — Орфен говорил совершенно серьёзно...

— Послушай, Орфен, сейчас не до шуток. — ... но Констанс, похоже, восприняла это иначе. — Её настырность... или, вернее, приставучесть... — договорив до этого места, она внезапно умолкла. Бросив взгляд вперёд, она с отвращением указала пальцем. — Вот настолько всё плохо.

Туда, куда указывала Констанс — то есть прямо по курсу — на дороге сидела на корточках женщина. На ней было не платье официантки, как в прошлый раз, а белое платье и шляпка с цветами. Конючила разумеется Бонни. Она снова страдальчески стонала.

«Неужели... собирается продолжать в том же духе, пока я не подойду и не помогу ей?» — когда Орфен простонал это про себя...

— ...Семь лет назад, когда мы враждовали из-за нашего одноклассника Хармана... — ... Констанс едва заметно улыбнулась.

— Вы что... всю свою жизнь только этим и занимались?

— Не твоё дело. В общем, тогда её операция под названием «Поставим утром у выхода из комнаты ведро с воском, чтобы она поскользнулась» продолжалась, если не ошибаюсь, двести тридцать шесть дней. Ровно до тех пор, пока я не упала и не закричала.

— Ого.

— По сравнению с этим моя «Операция 'Клей на расчёске'» — сущий пустяк, не так ли?

— По-моему, твоя затея была куда хуже... но так или иначе, можно ведь просто её не замечать. — сказав это, Орфен решительно прошёл мимо скорчившейся на дороге Бонни.

Он отошёл всего на несколько метров, когда...

*Вжик!*

Поражённый резким звуком у самого уха, он обернулся. Похоже, кто-то швырнул сзади камень, вот только... Обернувшись, он не увидел Бонни на том месте, где она только что сидела.

— ?.

С дурным предчувствием он снова посмотрел вперёд и увидел Бонни — она сидела на корточках в нескольких шагах от него. Как она успела переместиться? В той же позе, что и раньше, она как ни в чём не бывало продолжала стонать.

— Говорила же, она настырная. — с видом познавшей жизнь пробормотала Констанс.

— Да тут... дело не в настырности, а в какой-то чертовщине... — простонал Орфен, вытирая пот. Как бы то ни было, Бонни тяжело дышала в нескольких шагах впереди. — Раз так...

Орфен решился. Он без спроса вытащил из кармана костюма Констанс её дротик. Это было снаряжение прикомандированного офицера, и игла дротика была смазана быстродействующим релаксантом. Орфен изо всех сил метнул его в Бонни. С лёгким «стук» дротик вонзился ей в плечо. В тот же миг Орфен снова рванул мимо неё. И тут...

*Вш-ш-ш!..*

... что-то опять пролетело у самого уха. Это был тот самый дротик, который он только что метнул.

— ...

Он со страхом обернулся. Бонни там не было. Но...

— У-ух, у-ух...

— ?!.. — услышав стоны, Орфен развернулся обратно. Как и в прошлый раз, в нескольких шагах впереди сидела на корточках Бонни. — Да что за фокусы?!

— Да нет, она вроде просто обегает тебя по кругу в твоей слепой зоне...

— С дротиком в плече?! — Орфен набросился на невозмутимо объяснявшую Констанс.

— Она поймала его указательным и средним пальцами. Вот так, щёлк. Если будешь удивляться таким мелочам, с ней тебе не сладить.

— Слушай... — Орфен ошеломлённо простонал.

«С такой-то силищей можно было бы и что-нибудь полезное для общества сделать...»

— Что ж... у меня тоже есть свой ход. — как бы то ни было, Орфен усмехнулся. С этими словами он повернулся к Бонни спиной и зашагал обратно по той же дороге.

— Проще говоря, главное — не проходить мимо неё, так?

Но...

— У-ух, у-ух! Как же больно! — голос раздался прямо за спиной. Вздрогнув, Орфен рефлекторно бросился бежать. Но... — А-ах! В груди так больно! — голос по-прежнему преследовал его.

— Что-о-о-о?! — вскрикнув, Орфен оглянулся через плечо.

Уж если он несётся во весь опор, женщина его точно не догонит. А уж разыгрывать при этом страдальческую сценку — и вовсе немыслимо. Но, несясь во весь опор, он увидел Бонни, которая всё так же сидела на корточках и постанывала... на тележке, которую тащил Кит.

— Ты, Кит! Откуда ты взялся?! — несмотря на гневный окрик Орфена...

— Разумеется, я появился, потому что меня позвала леди Бонни. — ... Кит с совершенно невозмутимым видом продолжал тащить тележку.

— Я не об этом! Я спрашиваю, откуда ты физически взялся?!

— ... — Кит на мгновение удивлённо нахмурился, а затем... — Ну, леди Бонни позвала меня, вот я и здесь.

— А-а-а-а! Я вообще перестаю что-либо понимать! Орфен, схватившись за голову, отчаянно закричал, не сбавляя бега.

Тут сзади послышалось: «дзинь-дзинь».

— Приветик. — оглянувшись, он увидел, как его догоняет Констанс на велосипеде, который она где-то реквизировала. — Видишь, Орфен? Говорю же, характер у неё — дрянь.

— Нашла время для светских бесед! — хоть он и задыхался, на самом деле, тёмный волшебник способен говорить даже во время спринта. — Чёрт... теперь это дело принципа! Я точно от неё оторвусь! В выносливости я её превосхожу!

— Как наивно, Орфен. — Констанс отпустила одной рукой руль, сжала её в кулак и твёрдо заявила. — Есть лишь один способ заставить тебя остановиться.

— А?

В тот самый миг, как Орфен переспросил...

— Кит! — ... крикнула Бонни.

Услышав её, Кит, бежавший параллельно, тут же выставил ногу ему наперерез.

— Что-о-о-о?! — Орфену внезапно подставили подножку, и он, ничего не успев сделать, рухнул на землю. В тот же миг Кит и Бонни с приятным скрипом тормозов остановились. — Какого чёрта ты творишь?! — вскакивая на ноги, он заорал и тут же замахнулся, чтобы дать Киту пощёчину.

Но тот в последний момент ловко увернулся, и... рука Орфена, потеряв силу, лишь легонько шлёпнула по лицу Бонни, стоявшую за спиной Кита. Бонни, потирая ушибленную щёку, застыла в оцепенении.

— ...

Воцарилась мёртвая тишина. И вдруг...

— Как жестоко! — Бонни слезла с тележки, плюхнулась на дорогу и внезапно разрыдалась. Она начала громко причитать. — Я так стараюсь, а он меня игнорирует! Мужчина, который перешагивает через старания девушки — просто ничтожество! Или нет, он извращенец! Маньяк! Вот такие, как он, и делают женщин несчастными! — и она продолжала рыдать без умолку.

*Дзинь-дзинь...*

Велосипед Констанс с сухим звуком развернулся и подъехал обратно.

— Орфен... — резко затормозив, Констанс остановилась. С сияющими глазами она возвестила. — И так каждый день.

— А ты-то чего такая довольная?!

— Если хотите это прекратить, думаю, у вас нет иного выбора, кроме как подыграть ей... — это сказал Кит. Привыкший, видимо, к подобному, он на удивление проворно убирал тележку.

— Ладно... — скривившись, Орфен посмотрел на всё ещё рыдающую Бонни. Он нехотя выдавил из себя стон. — ... я подыграю... чёрт бы тебя побрал...

— У-ух! — услышав это, Бонни тут же просияла. Вытирая глаза, она радостно уселась на корточки. — Мне так плохо!

— Это уже какая-то волонтёрская работа... — глядя на неё сверху вниз, Орфен пробормотал, прищурившись.

— Давай уже, подыграй ей... это так утомительно...

Подгоняемый Констанс, Орфен нехотя положил руку на плечо Бонни.

— Что случилось?

В тот же миг...

*Хвать!* — Бонни схватила его за запястье и вскочила. Громкий смех разнёсся по округе.

— Хо-хо-хо! Я тебя прове-ла-ла... ла... — договорив до этого места, она, видимо, прикусила язык и резко замолчала. — ...

Воцарилась безжалостная тишина. Бонни снова села на корточки и тихо заплакала.

— Ладно... сделаем вид, что этого не было. Давай ещё раз... а? — когда он похлопал её по плечу, она перестала двигаться. Рыдания прекратились. Она подняла заплаканное лицо и с сияющими глазами произнесла. — Вы такой добрый...♥

«У-ф...» — Орфен почему-то почувствовал очень дурное предчувствие.

* * *

— Ну что? Говорю же, характер у неё — дрянь.

— То она достаёт всех какой-то дурацкой выходкой, то внезапно меняется в лице и начинает липнуть. — усевшись на соседний стул у стойки, Констанс беззаботно продолжала. — Восемь лет назад, когда мы враждовали из-за нашего двоюродного брата Алекса...

— Что за ужасные вещи вы говорите, сестрица Когги? — это воскликнула Бонни, уже переодевшаяся в костюм официантки. С недовольным лицом она вклинила поднос между нами и Констанс, словно стену возводя. — И вообще, сестрица Когги, вы слишком близко наклоняетесь, когда разговариваете с господином Орфеном. Впредь запрещаю вам вторгаться в его личное пространство.

Слушая это, Орфен молча вздохнул. Выставленный на стойке ужин, которого хватило бы, чтобы прокормить трёх слонят, был целиком и полностью приготовлен Бонни. К слову, в углу стойки Кит без спроса уплетал этот ужин за обе щеки. Пока Орфен снова вздыхал, сёстры продолжали разговор:

— Послушай, Богги, ты, кажется, совсем не понимаешь, что это за человек...

— Это вы ничего не понимаете, сестрица Когги. — сказала Бонни, легонько постукивая Констанс по голове подносом. — Я всё слышала. Вы заставляете господина Орфена работать бесплатно? Впредь я такого не допущу.

— Да он же подпольный ростовщик! Преступник! Понимаешь?

— И что с того? Достаточно просто бросить это занятие. Я буду его как следует содержать. Правда, господин Орфен? — Орфен ничего не ответил, лишь принялся помешивать суп из рака-отшельника. Восприняв его молчание как согласие, Бонни продолжила с ещё большим энтузиазмом. — Господину Орфену больше не нужно беспокоиться о деньгах. Отныне его работа — быть рядом со мной.

— Прошу прощения, леди Бонни. — вдруг раздался из угла голос Кита. — Средства, что вы прихватили из дома, уже почти на исходе.

— Ой, а почему?

— В вашей записке, леди Бонни, было указано, что управление личными активами вы полностью доверяете мне. В результате, я неплохо покутил, и кошелёк несколько похудел.

— Так вот почему ты пропала утром, а к нам заявилась только к ночи... — простонал Орфен.

— Ой, но ведь та записка... — Бонни удивлённо спросила.

— Неужели вы забыли, леди Бонни? — с абсолютно серьёзным лицом отрезал Кит. — Кто именно пытался заманить вас в ловушку своим коварным планом...

— ... — Бонни, казалось, на мгновение задумалась, но затем хлопнула в ладоши и улыбнулась. — Ах, да. Но если это сделал господин Орфен, то ничего не поделаешь. А деньги я смогу заработать, работая здесь.

— Слушаюсь.

— Эй, вы двое... — Орфен что-то проворчал, но, почувствовав, что доказывать что-либо этой парочке — дело безнадёжное, сдался и замолчал. Тут на соседнем стуле вскочила Констанс. — Послушай... как сестра я этого не потерплю! Только не этого ростовщика-мага!

— А мне и не требуется разрешение сестрицы.

— И вообще, не кажется ли тебе, что пособничество такому никчёмному полицейскому, как ты, куда ближе к преступлению? — Бонни фыркнула и добавила.

— Что ты сказала?!

— Кит! Скрути эту универсальную ходячую проблему в рогожку!

— Будет исполнено!

— Эй, вы! Вдвоём на одного — это совершенно и абсолютно подло!

— ... — наблюдая за потасовкой издалека и в одиночестве похлёбывая суп, Орфен испустил свой последний за этот день вздох. Подняв голову, он увидел за стойкой знакомое лицо — Багап протирал стаканы. Орфен пробормотал, обращаясь к нему. — Можешь вырыть яму? Такую, чтобы хватило на одного человека.

— И кого хоронить будем?

— ... Меня. — ответив, Орфен резко обернулся.

Чтобы издать заклинание, способное разом угомонить всю троицу, продолжавшую потасовку... он набрал полную грудь воздуха.