Слушай, что тебе говорят!

— Доброе утро. — он произнёс это, хотя и не понимал, что в этом утре доброго — судя по солнечному свету, проникавшему в окно, дело шло к полудню.

Он рассеянно щурился, с трудом фокусируя затуманенный со сна взгляд. Пробуждения всегда давались ему мучительно, до головной боли.

— ... Доброе утро. — приветствие донеслось в ответ. Его произнесла женщина, сидевшая у кровати на стуле, закинув ногу на ногу. Черноволосая, в деловом костюме, она казалась немного старше него. Она пристально, изучающе смотрела на него, а затем заговорила. — Вечно спите до полудня, мистер Орфен?

Мужчина, которого назвали Орфеном — на вид лет двадцати — согласно хмыкнул и откинул чистые, хоть и не самые дорогие простыни. Кое-как натянув чёрную рубашку, висевшую на спинке кровати, он будто бы опомнился:

— А ты ещё кто такая?

— Я — прикомандированный офицер Королевской полиции порядка... — женщина усмехнулась. Сунув тонкую руку за пазуху, она, что-то нащупывая, ответила.

— П-погоди-ка!

Орфен в панике остановил её. Остатки сна как рукой сняло.

«Только не это...»

Для него, подпольного ростовщика, полиция сродни проклятию. Он торопливо натянул свою неизменную куртку из чёрной кожи и в спешке зашнуровал прочные ботинки. Наконец, он надел серебряный кулон — драконий герб, знак мага из Башни Клыка, оплота чёрной магии на континенте — и повязал на лбу бандану.

— Так, к побегу готов. Можете продолжать.

— Бежать не придётся. — сказала она и показала значок, который достала из-за пазухи. — Я ведь прикомандированный офицер. Мне нет дела до твоих нелегальных делишек в этом городе. Конечно, если ты не убийца, похититель или политический преступник, но на такого ты не похож.

— Ясно... — не теряя бдительности, Орфен пристально разглядывал её, силясь выудить из глубин памяти крупицы редких знаний.

Прикомандированная полиция имела отделения по всему континенту и занималась поимкой беглых преступников и расследованием масштабных дел, с которыми не могли справиться местные судебные органы. Хотя формально у них было не больше власти, чем у местной полиции, они значительно превосходили её в организации, доступе к информации и подготовке кадров. Проще говоря, судебная элита.

Как только он это вспомнил, женщина продолжила представляться:

— Офицер полиции Констанс Мэгги. Но друзья чаще зовут меня Когги. — улыбнувшись, она протянула левую руку.

— Похоже, ты уже знаешь, но... я Орфен. — Орфен коснулся кончиков её пальцев и тоже назвался. — Без фамилии. Как ты сюда попала?

— Попросила хозяина гостиницы одолжить ключ.

— Багап, паршивец... — прошипел Орфен, мысленно проклиная знакомого трактирщика, и раздражённо продолжил. — Так что тебе от меня нужно? Уж точно не на спящего меня поглазеть, верно?

— Не то чтобы совсем не хотелось. А у тебя милые бормотания во сне.

— Заткнись. — хмуро бросил Орфен.

— Я хочу, чтобы ты помог мне задержать одного преступника. — она — Констанс — пожала плечами и продолжила.

* * *

На улице стояла великолепная, до идиотизма ясная погода. Орфен вышел из гостиницы и неторопливо зашагал прочь. Констанс следовала за ним. Лишь когда она, казалось, привыкла к его быстрому шагу...

— ... Что за бред. — купив яблоко в овощной лавке, Орфен наконец ответил. Он не игнорировал её, просто думал. Но так толком ничего и не понял. — С какой стати я, гражданское лицо, должен тебе помогать?

— В расследовании преступлений необходимо содействие граждан... — донеслось из-за спины.

— Прости, но я не гражданин. — Орфен, откусив яблоко, перебил её. — Не зарегистрирован.

— Это неважно. — Констанс с досадой вздохнула. — Я обратила на тебя внимание, потому что...

— Стоять!

— Опять?

Проигнорировав её возмущённый возглас, Орфен высмотрел в уличной толпе нечто знакомое. Мелькнул край меховой мантии. Орфен изо всех сил швырнул в ту сторону недоеденное яблоко.

— У-а-а!

Яблоко, разумеется, угодило в голову совершенно случайному прохожему, но Орфена это нисколько не смутило. Он набросился на ошеломлённого бедолагу:

— Мешаешь! Вон они! С дороги! — такой напор, видимо, не оставлял шансов на возражения — прохожий поспешно посторонился, освобождая путь. Орфен махнул ему рукой в знак благодарности и ринулся сквозь людской поток. — А-а, чёрт, да сказал же, мешаете!

В конце концов, он застрял в толпе. Сзади его догнала Констанс.

— Э-эй, ты что творишь? — спросила она, озабоченно оглядываясь по сторонам.

— Работу. Свою. — Орфен, не дрогнув лицом, ответил.

— ... Разгонять прохожих пинками?

— Нет. И я их ещё не пинал. — сказал Орфен и замер. — Это только начало.

— ... А?

Не обращая внимания на недоумевающую Констанс, Орфен резко вскинул руку.

— Я выдыханию ангельский поток! — тоило ему выкрикнуть заклинание, как мощнейший порыв ветра, способный снести небольшую хижину, устремился в указанном им направлении. Словно колосья под ветром, толпа людей разом повалилась в одну сторону. Отовсюду послышались крики и вопли.

— Э-эй! Ты в своём уме?! — до Орфена донёсся крик Констанс, больше похожий на визг.

Но он, не обращая внимания, рванул вперёд. Магический ветер разделил толпу надвое. Некоторые люди остались лежать на земле, но Орфен, игнорируя их, пронёсся прямо по ним к своей цели. Он бежал, не сводя взгляда с одной-единственной точки впереди.

— И как только у вас наглости хватило здесь показаться!

В нескольких метрах от цели Орфен остановился (споткнувшись об упавшего ребёнка) и ткнул в неё пальцем. Взгляды зевак устремились туда же. Там, ошарашенно застыв, стояли двое подземников ростом около ста тридцати сантиметров, с растрёпанными чёрными волосами. Они были одеты в традиционные меховые мантии, у одного на поясе висел меч, а на носу другого красовались толстые очки.

— Ты чего творишь, мир и покой нарушаешь? — один из подземников — тот, что с мечом. — заорал в ответ. — Стихийное бедствие, что ли?!

— Заткнись, Волкан! Устал уже повторять, а вы, похоже, и не думаете слушать! Срок возврата долга, что вы у меня взяли, истёк ровно три месяца назад! За это время новорождённый уже на ноги встаёт!

— Встаёт, как же! Да он и прикорм-то есть ещё не сможет!

— А вот это, думаю, сможет... — пробормотал за его спиной очкарик.

Подземник, которого назвали Волканом, тут же врезал ему.

— Да какая разница! — Орфен, не унимаясь, кричал. — Явились тут не запылились, тануки-везунчики! Знайте своё место!

— Эй ты! С какой это стати ты мне указываешь, где ходить?!

— С такой, тануки! Это дорога для порядочных людей без долгов! А ты живи под мостом и разводи мох!

— Теперь расизм пошёл, маг-ростовщик?! Имперец паршивый, я тебя в картофельных очистках запарю!

Продолжая перепалку, Орфен вдруг почувствовал за спиной чьё-то присутствие. Бросив взгляд через плечо, он увидел Констанс, стоявшую с полубезумным выражением лица. Похоже, её удивило не то, что он снёс толпу ветром. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, словно встретила в лесу медведя.

«Что?..»

Пока он удивлённо наблюдал за ней, она вдруг качнула плечами — нет, не качнула, а быстро сунула руку в карман своего костюма. А затем громко крикнула:

— Беглые преступники Волкан и Дотин! Наконец-то я вас нашла!

— Что-о? — вырвалось у Орфена.

Но она, ничего не объясняя, выхватила руку из кармана и швырнула то, что в ней было, в сторону подземников.

— Гья-а-а!

В следующее мгновение два тяжёлых чёрных дротика вонзились аккурат между бровей стоявшему за спиной Волкана... прохожему.

— Ах! П-простите! — взвизгнула Констанс, тут же ткнув пальцем в сторону Волкана и его спутника. — Нечестно! В вас, мелких, и не попадёшь!

— А мы-то тут при чём?! — донёсся голос Волкана.

— Значит, вы решили идти в отказ?! — продолжила Констанс. — Что ж, выбора нет... Лучше пожертвовать малым, чем допустить бесконтрольное увеличение ущерба...

— Эй, эй! — Орфен поспешно схватил за плечо воспылавшую праведным гневом девушку. — Ты несёшь какой-то бред! — крикнул он, пытаясь её урезонить.

— Что такое?! — она с вызовом посмотрела на него. — «Ущерб — минимальный, арест — весёлый»! Я что-то не так сказала?!

— Д-да нет, просто ущерба вообще-то быть не должно!

— Знаю я и без тебя! Я, между прочим, собиралась целиться так, чтобы не попасть в прохожих. Это полицейская этика! В учебниках так написано!

— Если бы у тебя была полицейская этика, ты бы не стала метать дротики на людной улице!

— Уж кому-кому, а не тебе меня упрекать, после того как ты применил магию посреди улицы!

Прохожие, заметив, что эпицентр спора сместился, перевели взгляды с подземников на них. Оказавшись под прицелом любопытных глаз зевак — а точнее, пострадавших — Орфен закричал ещё громче:

— Идиотка! Я хотя бы сдерживался! А твои дротики вообще неуправляемы! Посмотри, тот парень весь в крови, его трясёт! Ты их что, ядом смазала?!

— Это просто парализующий состав! А ты что значит сдерживался?! Я видела, как твой порыв ветра сдул парочку, стоявшую на той стороне улицы, прямо в реку!

— Раз заметили, так спасайте... — послышалось из толпы.

Оттуда же доносились и стоны других сбитых с ног прохожих, но Орфен решительно их игнорировал.

— Уважаемые! — приняв твёрдое решение, он сложил руки рупором и обратился к окружающим. — Эта женщина — офицер полиции, а стреляет на поражение в мирных граждан!

— Что за чушь! Он ещё не умер!

— «Ещё»?.. — прошептал кто-то в толпе.

Как бы то ни было, Орфен заметил, что подземники улизнули, лишь когда Констанс приступила к оказанию первой помощи по-полицейски — отгибанию среднего пальца пострадавшего к его запястью, чтобы доказать, что тот «ещё не умер».

* * *

— Итак, Орфен. — они сидели в закусочной — пришлось, правда, отойти на пару кварталов, чтобы не попасться под горячую руку прибывшим местным полицейским. Впрочем, о последствиях Орфен позаботился: раненых проигнорировал, а для жертвы дротиков нашёл среди зевак врача и силком заставил помочь. Даже заказал цветы для посещения больного. — Теперь ты понял? — спросила она с серьёзным лицом, сидя напротив.

— Да. — .Орфен кивнул — Отлично понял. — накалывая на вилку маринованную сосиску, он добавил. — Что качество полицейских кадров, скажем так, не всегда одинаково.

— Это ты на что намекаешь... — прищурилась Констанс, но, видимо, и сама догадываясь, что ответ ей не понравится, тут же продолжила. — В общем, я преследую этих подземников. Это моё личное задание. Поэтому мне и нужна твоя помощь.

— Личное, значит... — Орфен забросил в рот сморщенную сосиску. — Не думаю, что они совершили что-то настолько серьёзное...

— Да что ты говоришь! — Констанс с грохотом ударила по столу и вскочила. Её глаза пылали гневом, она царапала ногтями столешницу и кричала. — То, что натворили эти подземники... меня мутит от одной только мысли! Они загубили жизнь одного человека! Это только то, что мне известно! — её лицо исказила жуткая улыбка, и она достала из кармана куртки огромный чёрный дротик. — По правилам, задерживать нужно живьём, но я их никогда не прощу. Смертельный яд «Ферте-Бернар», убивающий овец, способный с одного удара свалить дикую лошадь, а если та и очнётся, то уже никогда не сможет ходить прямо... Хи-хи, я достала его по тайным каналам два года назад, и вот наконец пришло время его использовать...

— Негоже полицейскому таскать с собой такое... — пробормотал Орфен, сощурив глаза. Он с шумом отодвинул стул и встал. Бросив на стол несколько монет, он сказал. — В любом случае, если собираешься их убивать, я пас. Мне нужно, чтобы они вернули долг.

— Да ну что ты. — она внезапно посерьёзнела, спрятала дротик и отмахнулась. — У меня есть противоядие. Если ввести его в течение двенадцати часов, яд будет почти безвреден.

— ...Почти?

— Правда, говорят, после него три дня мучаешься адскими болями... но зато первые полдня — чистое блаженство! Он действует как наркотик.

— ... — Орфен прикинул в уме. — Ладно, пусть так. Удачи тебе.

— Что-о?! — взвизгнула Констанс. — Ты мне не поможешь?

— Слушай. С какой стати я должен заниматься тем, что не принесёт мне ни гроша...

— Так нечестно! Выслушал все детали расследования от офицера полиции, а теперь в кусты! — взвыла Констанс, тоже вскакивая с места.

— Ты сама всё выболтала! — парировал Орфен.

— А ты и не останавливал! А, так вот оно что! Понятно! Сначала втираешься в доверие, изображая доброту, а получив что нужно, тут же сбегаешь! Вот ты какой человек!

— Не говори обо мне так, будто я мошенник, обманывающий стариков!

— Это я-то старуха?!

— Кто это сказал?!

— К твоему сведению, мне всего двадцать один! Я в самом соку, благоухаю, словно цветок...

— Да слушай же ты! — завопил Орфен, хватаясь за голову.

Усвоенный урок гласил: «в споре с женщиной не победить».

* * *

Орфен шёл по другой, менее людной улице вдоль реки и что-то бормотал себе под нос. В полушаге за ним следовала Констанс. Судя по её довольной улыбке, она была полностью удовлетворена.

— Вот каким должен быть добропорядочный гражданин.

— Склонившийся перед произволом государственной власти...

В итоге ему пришлось согласиться на сотрудничество. Орфен не помнил, когда именно это произошло, но, видимо, он всё-таки сказал «да».

— Кстати, Констанс. — вдруг произнёс Орфен.

— Можешь звать меня Когги.

— Хорошо, Когги. Давай сразу определимся с границами между полицейским и гражданским.

— ?.. — она посмотрела на него с недоумением...

— Я имею в виду, что босс здесь ты, а я лишь твой помощник. — ... и Орфен глубоко вздохнул. — И ещё, не упоминай моё имя в отчётах.

— Вот как? — Констанс почему-то выглядела разочарованной. — А я-то думала, можно будет расслабиться...

— Продажная чинуша. — тихо пробормотал Орфен.

К счастью, она, похоже, не расслышала. Вместо этого её лицо стало серьёзным.

— Кстати, Орфен, ты ведь давно знаешь этих подземников? Расскажи мне всё, что тебе известно. Их привычки. Ну, там, ведут ночной образ жизни, питаются сырым мясом...

— Мы же не диких кошек ловим... — пробормотал Орфен и продолжил. — Они появились в этом городе — Тотоканте — полгода назад.

Когда он начал рассказывать, Констанс серьёзно кивнула и, достав блокнот в форме кролика, принялась всё записывать.

— Угу-угу.

Фигурка снеговика на конце ручки тоже вызывала вопросы, но Орфен решил промолчать.

— Не знаю почему, но у них были проблемы с деньгами, потому решил ссудить им под максимальный процент. — продолжил он. — В других местах не знаю как, а я устанавливаю проценты в зависимости от клиента и суммы.

— Угу-угу.

— Но этим паршивцам, похоже, плевать на сроки. Вот я и решил их подстегнуть, чтобы заставить заработать и вернуть долг. Короче говоря, я — потерпевший. Это место подчеркни.

— Угу-угу.

Увидев, что её ручка послушно подчёркивает строку, Орфен остался доволен. Они шли по дороге вдоль городского водоканала Масру. Насколько знал Орфен, это было самое верное место, чтобы найти тех подземников, ведь они жили под одним из мостов через канал. Правда, каждый день под разным.

Ветер с реки трепал его чёрные волосы. Орфен продолжал:

— В общем-то, это всё, что я о них знаю. Пришли они, видимо, из Масматурии, но из какой именно её части — без понятия. Говорили что-то о том, что родители от них отказались.

— Угу-угу.

— Самый проблемный из них — Волкан, старший брат. Он невероятно живучий, потому его можно прессовать как угодно, но и характер у него такой же несгибаемый и гнилой.

— Угу-угу.

— Младший тоже не подарок. Вечно ищет способ сбежать, с ним нужно быть ещё осторожнее, чем с Волканом. Короче, этих тануки-везунчиков нужно разок по-настоящему прикончить, чтобы...

— Угу-угу.

— ... — взглянув на её профиль — она всё так же кивала и строчила в блокноте — Орфен вдруг почувствовал тревогу. Он тихо продолжил. — Кстати, мой учитель любит сидеть у окна.

— Угу-угу. — Констанс с невозмутимым видом продолжала писать.

— Он говорит, что может общаться с духом по имени Рухитани, которого видит только он, через свои лимфатические узлы.

— Угу-угу.

— ... Эй, Когги.

— Угу-угу.

— ... — Орфен молча, как бы невзначай, развернулся и с размаху ударил её каблуком ботинка по затылку.

— Ки-а-а-а?! — выставив руки вперёд, Констанс беспомощно рухнула на землю. Она выглядела крайне удивлённой и со слезами на глазах закричала. — Ты ч-что творишь, с ума сошёл?!

— Заткнись! Ты же совсем не слушаешь, просто делаешь вид, что записываешь!

— Ч-что ты такое говоришь? Заметки для того и нужны, чтобы потом перечитывать... Ой! — тут она перечитала последнюю запись в блокноте. — Пользуешься тем, что тебя не слушают, и несёшь всякую чушь! Я применю к тебе статью за оскорбление представителя власти!

— Нет такой статьи! Чёрт... ты вообще настоящий полицейский?!

— Конечно!

— И где хоть капля убедительности?! — Орфен в сердцах крикнул, а потом вдруг обессиленно вздохнул. Оставив её на земле, он зашагал по дороге. — М-да... Неужели в прикомандированной полиции такой дефицит кадров, что они кому попало значки раздают?

— А ты, оказывается, грубиян. — Констанс поднялась и догнала его. Потирая затылок, она язвительно пробормотала. — Внезапно бить женщину каблуком по голове?

— Какая разница, мужчину или женщину. Маги, по сути своей, феминисты — сторонники искоренения половых различий. Запомни это.

Слова Орфена её, разумеется, не убедили.

— И всё же... бить без предупреждения.

— Ладно. В следующий раз, прежде чем пнуть, я тебя предупрежу. Только не жалуйся.

— ... — Констанс, казалось, устало сдалась, но потом пробормотала. — Кажется, есть такие статьи, как нанесение телесных повреждений и нападение...

— Хе-хе... — Орфен, бросив на неё косой взгляд, ответил. — Если нет тяжких телесных, то и серьёзного преступления нет, новичок.

— У-у-у... отец и мать на небесах, дайте мне сил истребить зло, что ускользает от сетей правосудия...

— Ну и формулировочки у тебя. — пробормотал Орфен, глядя на захныкавшую Констанс. И тут...

— Да, юная леди, зло действительно должно быть истреблено. — откуда-то донёсся знакомый голос.

Орфен резко остановился и, запустив правую руку в волосы, закрыл глаза. А затем зловещим голосом процедил:

— Так вы устроили засаду.

— Естественно, раб денег! Долго же ты издевался над бойцовым псом из Масматурии, великим Волкано Волканом!

Орфен медленно открыл глаза. На дороге и у водоканала Масру не было ни души, не говоря уже о подземниках.

— Где вы, тануки-везунчики? — спросил Орфен.

— С-слушай, Орфен... — сзади его руки коснулась Констанс. Она растерянно проговорила.

— Ха-а-а-ха-ха! В битве побеждает тот, кто остаётся невидимым! — её голос потонул в раскатистом хохоте подземника. — Такова партизанская война!

— С каких это пор вы, бездомные, стали городскими партизанами?

— Послушай, Орфен... — игнорируя её настойчивые попытки привлечь внимание...

— Бездарные подражатели тануки! — ... Орфен продолжил. — Если ваше единственное достоинство — прочность, то уж лучше быть восковой куклой, та хоть горит! Немедленно вылезайте, или я накормлю вас капустой с камнями!

— Ха-ха! Пой, пой! Ты всего лишь поющая кукла, которая не знает, где я!

— Ах вы, тануки... — Констанс наконец не выдержала и дёрнула его сзади за бандану.

— Т-ты что творишь?! — голова Орфена дёрнулась назад, он подавился и простонал.

— Это я у тебя хочу спросить! Ты всё твердишь, что их не видно, но...

— Дура! Не говори! — в панике крикнул Орфен...

— Прямо перед нами на дороге открытый люк, разве не подозрительно? — ... но она, недоуменно посмотрев на него, спокойно закончила. — И голос доносится именно оттуда. — пальцем она указала на зияющее в земле отверстие канализационного люка.

— А-а-ах... — простонал Орфен, закрывая лицо руками. — Вот ты и проговорилась... Притворяешься, будто ничего не знаешь, ждёшь, пока противник достигнет вершины блаженства, и в этот самый миг безжалостно наносишь смертельный удар. Тебе ведь это доставляет удовольствие, да?

— ... Какой же у тебя мерзкий характер. Его уже не исправить, да? — она сощурилась, и тут же её взгляд сделался суровым. — Так или иначе! Беглые преступники Волкан и Дотин! Вашему двухлетнему спектаклю с побегом пришёл конец! Я, прикомандированный офицер полиции Констанс Мэгги, провожу вас куда следует! Выходите немедленно! — говоря это, она уже запустила руку в карман своего костюма. Тот самый, где, если не ошибаюсь, лежат дротики с мощнейшим нервно-паралитическим ядом.

Вокруг воцарилась мёртвая тишина. Орфен сглотнул. Сомнений не было — Волкан и Дотин прятались в канализационном люке. С самого начала их голоса странно отдавались эхом, а значит, они точно были под землёй. Но стоило им высунуть оттуда хотя бы нос, как дротик Констанс неминуемо полетел бы в цель (хотя Орфен сильно сомневался, что она попадёт).

«Дело решится в один миг. У Когги не может быть много такого опасного яда, потому, как только она метнёт дротик, на этом всё и закончится».

Однако — на удивление спокойно — из люка показались головы Волкана и Дотина. Тело Констанс дёрнулось, но голос Волкана опередил её:

— Ты ещё кто?

— ...

Констанс застыла.

— Неужели... за всё время этой вашей двухлетней погони ты ни разу их не догнала? — Орфен, стоявший рядом, сощурившись, спросил её.

— Н-не хочу об этом говорить. — ответила она, и по её лицу стекла капелька пота.

— Ты хочешь сказать, что ни ра-а-азу даже близко не подобралась к этим придуркам? — Орфен не унимался.

— Э-это не так уж и важно, правда?

— Бездарная полицайка. — Орфен вздохнул и буркнул.

— У-у тебя нет права так говорить! — пошатнулась Констанс.

— А как ещё тебя называть?!

— Можно же сказать «очаровашка♥» или «проказница♪»! Вариантов много!

— Если эта твоя «очаровашка» будет палить по горожанам направо и налево, вся судебная система рухнет, дура!

— Да не умирает никто, я же сказала!

— И что с того?!.. Ох, чёрт! — спохватился он и резко обернулся к люку. — Проклятье! Эти пройдохи опять сбежали, как и в прошлый раз!

— Да ты от меня не особо-то и отличаешься!

Орфен проигнорировал её выпад и подбежал к люку, в котором уже никого не было. Похоже, Волкан со своим напарником скрылись в канализации.

— Ах... — вырвался у Констанс отчаянный вздох. — Я-то думала, что наконец-то смогу свести счёты за два года... что с честью исполню свой долг прикомандированного офицера и сотру этих подземников с лица земли...

— Эй, эй. Разве так говорят офицеры полиции? — Орфен положил руку ей на плечо. — К тому же... они ещё не сбежали.

— А?.. — не отвечая на её вопросительный взгляд, Орфен замер и прислушался. Из глубины люка доносились звуки: шум воды, эхо шагов, крики, ругань... а затем — торопливый стук по вмонтированной в стену железной лестнице.

— Д-да что это такое?! — через несколько секунд из люка показалась мокрая голова Волкана. — В канализации и правда одна вода! Тут даже дорожек нет!

Следом за братом высунулся и Дотин.

— Это потому, что здешняя канализация использует подземные воды. В отличие от обычной, тут всегда сильный поток...

— Почему ты не сказал об этом сразу?!

— Н-но когда я хотел сказать, братец, ты поскользнулся на лестнице... и не только сам упал, но ещё и за мою ногу ухватился, так что я тоже...

Глядя сверху вниз на Дотина, который продолжал оправдываться, пока Волкан душил его, Орфен тихо спросил у Констанс:

— Ты и вправду ни разу не смогла их поймать?

— Э-это было до сегодняшнего дня! — Констанс гордо выпятила грудь и ткнула пальцем в промокших до нитки Подземников. — Больше вы не сбежите! Не стоит недооценивать мощь властей!

— ... — Орфен с большим сомнением посмотрел на неё, а затем обратился к Волкану. — Эй, вы. Если я скажу, что эта девица — прикомандированный офицер полиции, поверите?

— Бред какой-то. — тут же ответил Волкан.

— Я бы просто посмеялся. — Дотин немного подумал и добавил.

— Почему даже преступники со мной так разговаривают?! Я — Констанс Мэгги! Офицер второго ранга, между прочим!

— Ладно, это неважно... Забыл спросить, а что они вообще натворили? Чтобы за тобой гонялась прикомандированная полиция, нужно совершить что-то серьёзное, так ведь?

При этих словах Орфена глаза Констанс блеснули. Волкан и Дотин, казалось, не понимали, о чём речь, и лишь переглядывались.

— Неоплаченный счёт в трактире... — Констанс пробормотала тихим голосом.

— ... А-а-ах?

Это было, само собой, мелкое правонарушение. Орфен непонимающе нахмурился, но она, не обращая на него внимания, продолжила:

— Нарушение общественного порядка... — видимо, она имела в виду бродяжничество, что тоже не было серьёзным проступком. Но с каждым словом тон Констанс становился всё выше. — Разведение огня в неположенном месте, безбилетный проезд, утаивание найденного, рысканье по помойкам, уклонение от регистрации в качестве горожан! Порча общественного имущества, кража скота, кражи со взломом, вымогательство у детей, грабежи и так далее, и тому подобное! В южном Коаннее вы поселились под памятником культуры и сломали ногу статуе, так ведь?! Да ещё и постоянно переезжаете с места на место! Если бы вы оставались в одном городе, это была бы работа местной полиции! А так меня, едва заступившую на службу в прикомандированную полицию, заставили два года гоняться за такими, как вы! Вся моя юность пошла насмарку! И что мне теперь с этим делать?!

— Да откуда нам знать-то-а-а-а?! — взвыл Волкан.

— Значит, по мелочи набралось... — пробормотал Орфен. И с чувством опустошения добавил. — И всё же... когда ты сказала, что одни загубили одну человеческую жизнь... ты получается себя имела ввиду?

— Именно. — ответила Констанс с угрюмым видом, медленно приближаясь к Подземникам. — Вы вернёте мне мою юность, беглые преступники! Я всю прошлую ночь не спала, тщательно, о-о-очень тщательно точила иглы для дротиков. Сейчас я вам их воткну.

— ... С таким-то энтузиазмом твоя юность и без них ещё лет двадцать продлится... — Орфен слегка отпрянул, испугавшись, и пробормотал себе под нос.

— Что вы там спокойно стоите? Помогите же! — со слезами на глазах взмолился Дотин.

— Дотин... — глубоко вздохнул Орфен.

— Ч-что?

— Сопротивление при аресте — это уже не мелкое правонарушение.

— Бессердечный-ы-ы-ы-ы! — в один голос завопили Подземники.

В тот же миг по водопроводу Масру разнёсся пронзительный, одержимый хохот Констанс. Она, даже не метая дротики, а просто держа по одному в каждой руке, бросилась на подземников, чтобы вонзить их в них... в следующее мгновение те уже валялись без сознания, каждый с дротиком в шее. Вытаскивая невысоких Подземников из люка, она радостно кричала:

— Получилось! Наконец-то! Наконец-то я выполнила свой долг! Впервые!

— Да-да, хорошо, я рад за тебя.

Орфен решил больше не спорить и помог ей вытащить тело Волкана из люка. Ему стало её даже как-то жаль.

«Так её, значит, всё это время держали на самой низкой должности.»

Он решил так для себя, но, скорее всего, так оно и было.

— В любом случае, я рад. Ты так грозилась, что я уж было подумал, ты и вправду используешь нервно-паралитический яд, а оказалось, это просто парализующий состав. — сказал Орфен, глядя на симптомы Волкана и его напарника — глаза они закатили, но дышали ровно.

И тут... с лица до этого улыбающейся Констанс мигом схлынула кровь.

— Яд, который я использовала — это точно «Ферте-Бернар», но...

— ... А? — когда Орфен переспросил, она продолжила, бормоча себе под нос:

— Кстати говоря... эти симптомы — как от простого парализующего состава... но дротики у меня кончились... тогда где же я использовала «Ферте»...

— Не может быть... — догадался Орфен, и его руки задрожали. — Тот, что попал в прохожего...

— Кья-а-а-а-а-а! Где тот человек?!

— Бездарь! Эй!

— Ч-что?

— Я тебя пну!

Не успела она ничего понять, как Орфен с разворота врезал ей ногой.

Так или иначе... вот так и состоялось знакомство с прикомандированным офицером полиции Констанс Мэгги.