Вожу пальцем по грани бокала, слегка раскачивая его. Утварь издаёт приятный гул.
«Colpo di villano. Интересно. Если мне не изменяет память, это мастерский удар, хотя я уже точно не помню. Но даже так его успешное применение против такого противника возможно только при определённой выучке».
Скольжу перчаткой по стеклу, к ножке сосуда. Обхватываю и подношу к губам.
«То есть предложу два варианта: парень либо прошёл огромное количество боёв и имеет ничуть не меньшее количество удачи… Либо, что куда вероятнее, имел очень хороших учителей до того, как пришёл сюда».
Слегка потягиваю и вновь отставляю вино.
В это же время внизу, на каменных плитах, Айвин выровнял дыхание, но напряжение в его теле выросло в разы и читалось словно открытая книга, что неудивительно, учитывая то, что у его ног лежит тело его же потенциального учителя.
Делаю короткий жест Юрии, что стоит в тени прохода.
Она разочарованно выдыхает клуб дыма, не разжимая губ. Трубка во рту слегка покачивается, а сама девушка делает первые шаги к плато.
Айвина сковывает пуще прежнего: с каждым шагом Юрии всё сильней и сильней. Он не планировал поддаваться, но и не думал, что может дойти до такого.
Руки напрягаются, кулаки невольно сжимаются.
Йозеф протяжно зевает. А Юрия тем временем уже взошла на арену.
Несколько шагов ближе — и вот она смотрит на претендента почти вплотную, глаза в глаза, трубка почти касается лица.
Выдыхает дым.
— Ты старику голову пробил.
Айвин не моргает от дыма и не отводит взгляд. Лишь сильней концентрируется на её лице.
— Я не думал, что экзаменатор в таком месте может оказаться столь слаб.
Изо рта Юрии вырывается лёгкий смешок вместе с серым облачком.
— Ну да-а-а, — тянет она, — алкашу Грину явно было пора на пенсию.
Она вытаскивает трубку, не поднимая головы, начинает забивать её новой порцией табака.
— Пройти-то ты прошёл, но Грину это явно не понравилось.
Она сипло кашляет. Прижимает руку к шее.
Айвин особо не церемонится, не чувствуя особой печали или вины, прямо спрашивает:
— Меня ждёт какое-то наказание за убийство… — следующие слова он буквально выплёвывает, — пьяницы?
Юрия приподнимает на него взгляд.
— А-а-а? — вновь тянет она. — Убийство?
Усмехается.
— О чём это ты?
Сзади звучит протяжный хрип.
Айвин оборачивается, невольно делает один шаг назад.
Тело с торчащим в голове мечом приподнимается. Садится.
— Меч… голова… мозгв-ф-ф. Бить… — тело неловко указывает на часть головы, где торчит меч.
Пытается ухватиться за рукоять, но пальцы плохо слушаются.
— Давай помогу, — спокойно говорит Юрия.
Она твёрдо сжимает рукоять и тянет на себя, рассекая часть головы чуть сильнее.
— Твою же мв-ать! Твф-арь! — резко выдаёт Грин, хватаясь за рану.
Юрия слегка хмыкает на его оскорбления, протягивает клинок Айвину. Тот в свою очередь сначала недоумевает, а потом, по всей видимости, что-то понимает. Убирает меч в ножны и ждёт, пока ему скажут идти.
— Не стыдно так называть даму, а, Грин?
— Дамв-фу? Ты, блятьф, дама как я пвартовая шлюха.
— Спасибо за комплимент, Грин. Умеешь же ты извиниться.
Старик пару секунд молчит, сверля Юрию не залитым кровью глазом.
— Хирди натфхур.
— Извини? — спрашивает Юрия, не поняв слова вперемешку с хрипом и бульканьем.
Грин выдыхает, сплёвывает на плато.
— Помог-хи мне.