Мы с Жанном приехали к Тобарту, забрали его и по ночному городу поехали к аэропорту.
Тобарт и я сидели на задних сиденьях. Жанн — за рулём.
— А почему ты решила удалить компромат? — удивлённо и с тревогой начал Тобарт.
— Я не планировала тебе жизнь ломать, — я глянула на Тобарта. — Проучить только.
— Даже если так... Мне же нет смысла что-либо делать для тебя, — тревожно продолжил Тобарт и глянул в окно.
— Не делай. Твоя жизнь, твоё право, — я продолжала смотреть на Тобарта.
— Ради того, чтобы просто полетать на вертолёте? — с сомнением глянул он на меня. — Ты же могла потратить тысячу евро и получила бы то же самое.
— Могла. А поступила так. Ты без компромата, Жанн получит свою мечту, — я улыбнулась.
— Тогда я буду тебе мешать в колледже находиться, — с непониманием сказал Тобарт.
— Хорошо. Это же твоя жизнь и твоё право, — я повернула голову к окну.
Тобарт хотел ещё что-то сказать, но передумал и достал телефон.
Мы ехали в тишине.
—
Через пятнадцать минут доехали до аэропорта. Припарковались и направились внутрь. Нас встретил человек и провёл на площадку с вертолётом.
— Вау. На фото он выглядит не так могущественно. Этот вертолёт такой гладкий, красный с белыми полосами. Мне нравится.
Мы уселись внутрь, пристегнулись, надели наушники. Двери закрылись. Вертолёт засвистел.
Над головой — громкие, хлёсткие хлопки, появился ритмичный гул. Всё начало дрожать: кресло, ремень, кончики пальцев. Я почувствовала, как вертолёт наклонился в сторону — будто плывёт по земле. Очень необычное ощущение.
А потом я увидела в окно, как аэропорт отдаляется. Только огни видны. И такое чувство, будто меня каждую секунду то кто-то отпускает, то сразу хватает. Непривычно.
Я глянула на Жанна — он явно был рад, смотрел в окно.
Ощущение лёгкости, но голова начала побаливать.
Я посмотрела в окно. Там — улицы, освещённые фонарями, свет в чьих-то квартирах. Небоскрёбы ярко светились. Мы поднялись и замерли. Очень необычное чувство — когда ты в воздухе и смотришь на всё.
Как он так может? Под ногами ничего, а мы просто не двигаемся. А после резко потянуло в бок — вертолёт повернул.
Тобарт сидел спокойно, держал в руках телефон. Руки тряслись.
Фарион, хоть и невидимый для Тобарта, тоже сидел и явно был поражён тем, как работает вертолёт.
В салоне — смесь тяжёлых запахов. Лично для меня — маслянистый и едкий. Я вспомнила, как похожий запах застал меня врасплох, и я отравилась. Ещё здесь был металлический запах и какой-то ещё — не знаю, с чем связать.
Хух. Мне стало тяжело дышать, непривычно. Желудок то поднимался к горлу, то падал обратно. Я глянула на Жанна — он что-то сказал в микрофон возле наушника. Мы медленно остановились, а потом начали разворачиваться в воздухе на месте.
Это странно: будто я стою в центре мира, а мир сам крутится вокруг меня.
Мы медленно наклонились вперёд — тело потянуло в противоположную сторону. А потом город начал приближаться. Появилось ощущение, что мы летим прямо в землю. Будто вертолёт падает и им никто не управляет.
Я увидела, как по земле кто-то подошёл и открыл дверь. Мы уже на земле? Я даже не почувствовала этого.
Я встала. Странное ощущение твёрдости земли — ноги ещё немного вибрируют. Вертолёт свистел, но лопасти перестали издавать хлёсткие звуки. Ветер от них обдувал меня, и становилось как-то эмоционально — будто энергия приливает.
Мы отошли. В ушах — необычная, странная тишина. Ветер шумел, но звучал иначе.
— Обязательно куплю себе такой вертолёт. Думаю, при успешной компании... Два-три месяца — и в компании Леона будет легальный вертолёт. — Я глянула на Жанна и аккуратно начала идти — ноги стали лёгкими. — Жанн, ну как тебе?
— Впечатляет, — с улыбкой сказал Жанн, разминая ноги.
— Какая теперь мечта? — я улыбнулась.
— Полетать в бизнес-джете, — Жанн глянул на меня с улыбкой.
— Бизнес кто? — не поняла я.
— Самолёт такой. — Жанн достал телефон и начал показывать фото.
— Исполнишь. Я верю в тебя, — я посмотрела на фото, потом на Жанна.
Жанн кивнул и убрал телефон.
— Ну что, Тобарт. — Я подошла к нему, достала телефон. — Как и говорила, удаляю. — Я нажала на видео, хотела удалить.
— Стой. — Тобарт остановил мою руку. — Не удаляй.
— М? — я глянула на него. — Объясни свою мысль.
— Не знаю... — Тобарт потрогал плечо. — Пусть оно у тебя будет... А для меня — напоминанием...
— Тобарт, — я положила руку ему на плечо, — я удалю видео. А ты сделай более приятное напоминание о себе. — Я отошла и улыбнулась. — Чем избиение толпой Жанна.
Тобарт напрягся.
— Не переживай, — начал Жанн. — Со мной всё окей. Я на тебя вины точно не держу.
Я удалила видео.
Мы с Жанном пошли к выходу. Тобарт стоял и думал.
— Тобарт, поехали в кафешку с нами. Покушаем. — Я повернулась и махнула рукой.
—
Мы сели в машину. Я глянула на время: 03:28. Через пять часов в колледж. Дела...
— А поехали ко мне! — с приподнятым настроением сказал Тобарт. — Я вас так накормлю!
Жанн посмотрел в навигатор:
— Четырнадцать минут.
Я кивнула.
Тобарт начал тараторить о том, какая еда у него есть и какой он богатый. Я дала ему по носу — он успокоился и перестал хвастаться.
— Тобарт, — спокойно начала я и ещё раз дала по носу, — это же не твоё, а твоего отца. Спорим, — с улыбкой повернулась к нему, — ты не проживёшь неделю на тысячу евро? — Я протянула десять купюр.
— На одну тысячу? Ты сама-то сможешь на это прожить? — удивился Тобарт.
— Сколько ты вчера потратил? — я с улыбкой глянула на него.
— Около четырёхсот евро, — ответил Тобарт.
— Жанн, — тихо сказала я.
— Лилит за вчера потратила ноль евро, — сказал Жанн, глядя на дорогу.
— Не верю. А что ты ела? — удивился Тобарт.
— Суп. Дядя Артур утром приготовил, — кратко ответила я.
— Суп? Какой? — опешил Тобарт.
— Куриный. Обычный суп, — спокойно продолжила я.
— Ну, ты же тоже живёшь на деньги Жанна, хоть вчера и не тратила, — с улыбкой продолжил Тобарт. — Явно не бедные, судя по одежде, машине и телефону.
Я улыбнулась. Жанн тоже.
— Да, да. Живу на деньги Жанна, — спокойно начала я. — Но не трачу их каждый день. Так что... — Я протянула купюры Тобарту. — Сможешь? И без дома родителей. Всё сам.
Тобарт хмыкнул, взял деньги:
— Да легко. Хоть месяц.
— Окей. Тогда месяц, — я улыбнулась.
— Подожди... — начал Тобарт, но я перестала слушать и отвернулась к окну.
—
Через семь минут мы начали подъезжать к дому Тобарта. Я глянула на Жанна. Он улыбнулся и резко развернулся.
— Эй, а куда мы едем? — удивлённо начал Тобарт.
— Вряд ли тебе хватит тысячи евро, чтобы оплатить ужин в твоём доме, — с улыбкой я посмотрела на него.
— Но подожди! Завтра же начинаем! — Тобарт обернулся, глядя на уходящий вдаль особняк.
— Уже завтра. Время летит, — спокойно ответила я. — Куда поедем? Ты же платишь за счёт. Помнишь? — Я облокотилась локтем о дверь, положив голову на руку.
— Я? Так еда в ресторане будет стоить все мои деньги! — испуганно сказал Тобарт.
— Есть такие штуки, я о них недавно узнала. Кафешки называются. — Я достала телефон и показала фото. — Там легко отравиться, — тихо сказал Тобарт, настроение испарилось. — И еда из некачественных продуктов.
— А мне нравится, — спокойно сказала я.
Жанн подхватил:
— Мне тоже.
— Вы странные... — Тобарт глянул на меня. — Ну, поехали.
— Уже приехали, — Жанн остановил машину, вышел, обошёл и открыл мне дверь.
Мы с Жанном встали и ждали, пока выйдет Тобарт. Чего это он? Сидит, не открывает двери.
Я достала телефон, написала Тобарту: «Выходи. Чего сидишь?»
Тобарт открыл дверь, вышел.
— Я думал, Жанн дверь откроет.
— Так Жанн не прислуга, чтобы двери открывать, — кратко ответила я и глянула на Тобарта.
—
Мы зашли в пустую кафешку у дороги. Работала одна молодая, сонная девушка. Она постоянно зевала. В кафе — ряд столиков у окна и барная стойка с кофемашиной для самообслуживания.
— Доброе утро, — зевая, сказала девушка и уткнулась в телефон.
Здесь пахло едой и сгоревшим кофе. Стояла баночка с жидкостью, из которой торчали деревянные палочки. От неё приятно пахло.
— Доброе, — спокойно ответили я и Жанн, сели за стол. Тобарт, осматривая кафе, медленно пошёл к нам.
Я взяла меню, начала разглядывать. Жанн — тоже. Тобарт то и дело морщился от отвращения — от меню и блюд в этом заведении.
К нам подошла девушка, уставшим голосом сказала:
— Доброе утро ещё раз. Кухня ещё не работает, — зевнула. — Так что основное меню не предлагаю.
— Хорошо, — Жанн положил меню. — Тогда, пожалуйста, яичницу, салат. — Глянул на кофемашину. — Кофе вы делаете или самому?
Девушка глянула на него и улыбнулась.
— Я сделаю.
— Хорошо, спасибо. Тогда два кофе: американо и латте. — Жанн глянул на меня. — А тебе что?
— Мне блинчики, — тихо начала я, разглядывая меню. — Две порции.
Жанн кивнул. Девушка записала в блокнот и прикрыла рот, чтобы зевнуть.
— А тебе, парнишка? — весело глянула девушка на Тобарта.
— На «вы», — сухо ответил Тобарт.
Девушка удивилась и весело продолжила:
— Я вас слушаю очень внимательно.
— Мне тоже блинчики, — кратко ответил Тобарт.
— Извините, сэр, но блинчики закончились, — с улыбкой продолжила девушка.
— Как закончились? — удивился Тобарт. — Только что же заказывали!
— Извините, но вот только что и закончились, — кратко ответила девушка и зевнула.
— Тогда мне тоже кофе, — продолжил Тобарт. — Латте.
— Хорошо, — начала девушка и показала пальцем на кофемашину. — Вот там аппарат, делайте.
Девушка ушла.
Я улыбнулась и глянула на недовольного Тобарта, который вот-вот взорвётся.
— Тобарт, я взяла же тебе порцию, — спокойно произнесла я.
— Что? — Тобарт удивился, посмотрел на меня огромными глазами. — Ты сразу заказала на двоих?
Я кивнула.
— Но кофе делать тебе придётся.
Тобарт схватил пачку салфеток и уверенным шагом направился к кофемашине. Через салфетку нажимал на кнопки.
Я сидела, облокотившись на диванчик, и смотрела, как Тобарт делает себе кофе.
Девушка зашла в зал, глянула на Тобарта, улыбнулась. Потом подошла к нам, быстро протёрла стол тряпочкой и сказала:
— Через пять минут будет готов ваш заказ.
Мы с Жанном кивнули. Жанн глянул на бейдж:
— Спасибо, Элли.
Элли улыбнулась, кивнула и зашла в комнату за стойкой.
Тобарт вернулся, поставил стакан с кофе.
— Этот кофе такой горький. Фу.
Я глянула, как Элли делала кофе на другой, ручной кофемашине за стойкой. А потом с улыбкой принесла в чашках наше с Жанном кофе.
Я сделала глоток.
— Довольно вкусный. Спасибо, Элли.
Элли с улыбкой кивнула и ушла.
Тобарт глянул на нас, потом на наши красивые чашки с кофе. А потом — на свой картонный стаканчик с крышкой.
Я пила кофе и смотрела на Тобарта, который отставил стакан к краю стола.
Через три минуты тишины подошла Элли с двумя подносами. Один поставила Жанну, второй — мне.
— Спасибо, — тихо сказали я и Жанн.
Жанн добавил:
— И можно сразу счёт, пожалуйста.
— Да, конечно. Сейчас принесу. — Элли начала отдаляться, потом остановилась. — У вас карта или наличные?
— Наличные, — спокойно сказал Жанн и закинул пол-яичницы в рот.
Я тоже начала жевать блинчики и подвинула вторую порцию Тобарту.
Элли подбежала с чеком, глянула на нас.
— Приятного аппетита, — а потом глянула на Тобарта и улыбнулась. — С вас сорок один евро пятьдесят.
Я глянула на Тобарта. Он не спеша достал деньги, протянул пятьдесят.
— Без сдачи, — жуя, сказала я. — Спасибо.
Элли обрадовалась и побежала обратно за стойку.
— Спасибо!
—
Мы с Жанном доели и направились к выходу. По дороге попрощались с Элли.
Тобарт вскочил и пошёл за нами.
— Вы куда? — удивлённо спросил он.
— Домой. Как куда? — удивилась я. — Через четыре часа колледж.
— А я? — в недоумении глянул на нас Тобарт.
— У тебя девятьсот пятьдесят евро. Либо искать место, — я сделала паузу, — либо домой.
— Пока, Тобарт, — Жанн махнул рукой, не оборачиваясь.
Я тоже помахала. Мы вышли из кафе, сели в машину и уехали.