Прошло два дня.
На протяжении этих дней Мая ночевала у меня. Она снова вернулась к тренировкам с Жанном на футбольном поле по вечерам и приходила уставшей, обессиленной. У неё появился маленький порез на руке от меча Жанна.
Я сказала Мае, что мне нужно помогать с делами дяде Леону. По сути, так оно и есть. Мы успешно поглотили Ле Серво. Убрали из его рода деятельности «похищение туристов» — осталось только подделка документов и контрабанда. Жанн и Леон сделали акцент на подделке документов.
Ле Серво сохранил своё лицо — в преступном мире он всё так же глава банды для других банд.
У Ле Серво был ангар в промзоне, по документам — «Центр аддитивных технологий и прототипирования». Подделка документов. И мы решили разместить в подвале сервера «Пауки» и своего ученика. Теперь наши всадники смогут иметь хоть не онлайн-доступ, но каждые десять минут — обновление данных.
Но покупка и установка серверов требует времени. Около недели на установку всей системы в ангаре. Так же Леон купил в ТЦ островок электроники — там работает обычный сотрудник. А мы планируем внедрить свои сервера в шахту лифта и подключить к сети ТЦ, а после данные будут отправляться на ангар. На это понадобится около двух недель.
Жанн вместе с Фарионом нашли людей, которые смогли начать внедрять Леона в официальные структуры. Теперь Леон официально становится человеком с паспортом, который есть везде. И вряд ли кто-то поверит, что он был бездомным.
Эти два дня были безумными. Мозговой штурм. Следующий шаг для Леона — оформление IT-компании. Мы сможем уже официально ставить сервера и параллельно зарабатывать на услугах, предоставленных всадниками.
Но на всё нужно много времени. Много людей. У нас только пять человек, плюс банда Ле Серво — двадцать человек. Минус Марсель, который отправился в Париж внедряться к Масарину. И думать: за день вся квартира наполняется сотнями страниц, исписанных идеями и реализациями. Так же расчётами и другими техническими деталями.
Главное, что Ле Серво думает, будто он под управлением Леона. А меня в его мире не существует.
В течение двух недель появится IT-компания «Марси».
Жанн делегировал поиск людей другому ученику Фариона, и тот отправился в другой город на найм двух людей по списку Леона.
Эти два дня я выматывалась до истощения, шла в ванну, а после ложилась в кровать, где уже спала Мая.
И сейчас я лежу в кровати. На улице уже за полночь. Мая тихо дышит мне в шею. Я размышляю, как поступить дальше.
А после засыпаю.
—
— Доброе утро! — кричит Мая мне на ухо, и я просыпаюсь.
Я медленно встаю с кровати. Мая целует меня в щёку, накидывает штаны и убегает в ванную.
Я тоже встаю, накидываю штаны и иду на кухню. Там уже пахнет круассанами и кофе. Четыре чашки: два американо, латте и холодный латте.
Леон поставил себе стол рядом с окном и постоянно курил, глядя на документы. А Жанн то сидел на диване, то подходил к Леону и обсуждал с ним.
— Доброе утро, — тихо сказала я и запрыгнула на столешницу.
— Доброе, — хором сказали Жанн и Леон, не отвлекаясь.
Я взяла своё латте и начала пить, параллельно глядя на Леона и Жанна.
Интересно, а могу ли я жить, не думая на несколько шагов вперёд? Как Мая, которая живёт здесь и сейчас.
Я сделала глоток — кофе тепло стекало по горлу.
Я чувствовала холодный гранит сквозь ткань штанов.
— Холодно.
— Конечно. Октябрь же, — спокойно произнёс Леон. — Удивительно, что так тепло было осенью.
Поправив штаны, я спрыгнула со столешницы, взяла с дивана маленькую подушку и села обратно. Так теплее.
С окна дул холодный ветер, было облачно.
Из ванной вышла Мая, потянулась, а после вскочила и подбежала к окну.
— На улице такой осенний вайб!
Леон дал ей по носу.
— Голова же мокрая, отойди от окна, — повернувшись, сказал он.
Мая хмыкнула, ударила коленом по столу — и все бумажки взлетели вверх, а вместе с ними и пачка сигарет. Мая хотела их поймать, но Леон успел собрать все бумажки и схватить пачку. Леон достал одну сигарету, Мая забрала и пошла за стол.
Я сделала несколько больших глотков латте и отправилась в ванную.
В ванной воздух был горячим, будто здесь только что наливали кипяток. Мая любит мыть голову под горячей водой.
Думаю, тоже помою под горячей — ведь на улице так необычно холодно. А мой организм справится? В моём мире холода были на моих владениях два месяца, и то я не сказала бы, что это холода. Я видела фото — у них даже снег выпадает.
Я включила воду и начала мыть голову, наклонившись над ванной.
Через несколько минут взяла полотенце, просушила волосы и пошла с феном на кухню. Запрыгнув обратно на свою подушку, лежащую на столешнице, я начала сушить волосы.
Мая сидела за столом и ела круассан, запивая его холодным латте.
Я моргнула.
Мая исчезла. И Леон с Жанном тоже.
Я осмотрела комнату — она была в ужасном состоянии. Плесень на потолке, дырки в стенах. Прогнивший стол и стулья. А столешница потрескалась и разваливалась на куски. Из крана громко капала рыжая вода, в воздухе стоял стойкий запах сырости и бетонной пыли.
Тишина.
Я спрыгнула со столешницы и подошла к разбитому окну. Холодный ветер обдул меня.
Передо мной открылась белая снежная равнина с красными пятнами. Ни одного дома не было видно — только плоскость.
В центре всей этой снежной пустыни стояла маленькая девочка с алыми волосами на макушке, которые постепенно становились белыми к кончикам.
Девочка повернулась и глянула прямо на меня.
Я моргнула.
И услышала рядом Леона, курящего сигарету, сзади на диване — Жанна, возле кухни — Маю, которая ела круассан.
Интересно...
Я обернулась, а после села на пол. Положила стопы на противоположные бёдра, выпрямила спину. Подняла руки перед собой и закрыла глаза.
Может, мне нужно делать шаги не вперёд, а назад?
Эта девочка... Она похожа на меня... Но я не помню себя такой маленькой.
Я начала вспоминать свою жизнь от сегодняшнего дня до самого раннего момента, который помню.
Я оказалась в чёрной пустоте.
— Фари! — крикнула девушка и пробежала по пустоте к парню с катаной в руках.
Кто это? Фари?
Девушка и парень исчезли. А после произошёл огромный взрыв, и от яркого света я закрыла глаза.
А после я почувствовала, как по моему телу появляются раны, и я начала истекать кровью.
Я резко открыла глаза.
Мая махала перед лицом рукой, а Жанн пытался заставить её убрать руку и не мешать.
— Йогой увлекаешься? — весело спросила Мая.
— Ищу девочку, которая режет мой живот бесконечно длинным ножом, — я поднялась и сделала паузу. — И разрушает целые города, покрывая их снегом и пятнами крови.
— Понятно... Чёрный юмор, — тихо сказала Мая и села обратно за стол.
— Фарион, — шепнула я. — Твоё первое воспоминание со мной.
— Если вы начали задаваться этим вопросом, — начал Фарион, невидимый и неслышный для Маи, — то ваше прошлое вас догоняет. Не так ли?
Я кивнула.
— Вам придётся самой это узнать, — продолжил Фарион.
— Фари, — тихо сказала я. — Я действительно тебя так называла?
Фарион отвернулся и исчез.
— Что ты там шепчешь, Лилу? — жуя, сказала Мая. — Иди кушать круассаны.
Что же со мной происходит?
Я быстрым шагом направилась к входной двери. Накинула по дороге куртку и выскочила в подъезд. Включила музыку и быстрым шагом начала подниматься по ступенькам на последний этаж.
За мной выбежала Мая и что-то говорила.
Я включила шумоподавление и выскочила на крышу.
Холодный ветер обдул меня. Солнце мелькало, иногда просвечиваясь сквозь облака.
Я подошла к краю и запрыгнула на парапет. Внизу была жизнь и постоянное движение машин.
Живём прямо возле проспекта... Но почему-то мне не даёт покоя сама «я». Что я такого забыла? Что случилось? Что за взрыв? И почему я Фариона называла Фари?
Я села на холодный металл и свесила ноги вниз.
Мая скинула с меня наушники.
— Эй! Лилу! И куда ты сбежала? Ты на меня обижена? Ну, извини, что мне сложно даётся твой юмор... — грустно начала Мая и положила руки мне на плечи.
Я повернулась и глянула на неё.
Что же выбрать... Уйти от неё или сказать правду?
Но как сказать правду? Для неё все мои слова звучат абсурдно и глупо. Не скажу же я: «Вот смотри, Жанн хотел меня украсть, я его отправила в свою тень, там было сто всадников, и после он начал работать на меня, и ещё теперь у него есть такие же навыки и дебафы, как у меня».
А про Леона? «Ой, Мая, я нашла бомжа. Потому что хотела расширить свои владения и мне нужны люди, и взяла Леона, который жил шесть лет на улице».
Хотя... А может, мне просто рассказать про себя? Зачем про них что-то говорить. Нужно разобраться с ней, а после вернуться к поиску ответов своего... детства?
— Мая. Меня зовут Лилит. Алая Императрица Алого Фронта, — я поднялась и встала спиной к Мае.
Мая задумалась, глянула в небо, а после перевела взгляд мне в спину.
— Не знала, что ты начала в игрушки играть. Это какая-то РПГ-шка?
Я повернулась.
— Мои владения покрывали территорию примерно от Португалии до Украины. Это сорок семь процентов всего мира.
Мая удивилась и улыбнулась.
— Ты в стратегии любишь играть?
Не верит...
Ну, а говорить, что мои руки в крови ста тысяч людей, думаю, уйдёт в то же русло «игрушек».
— Хорошо. А ещё я использую магию и ауру, — спокойно сказала я.
— Хех. А я тогда буду использовать крылья и летать. — Мая подбежала ко мне. — Давай такие косплеи сделаем?!
— Фарион. Гитару, — тихо сказала я.
В моих руках появилась акустическая гитара.
Мая опешила и отскочила назад. Ну, тут можно подметить — отскочила она как профессионал.
Я накинула на плечо ремень и медленно начала перебирать струны.
И начала петь:
Кто восходит на границе, где живёт лишь только солнце?
Где заканчивается душа и восходит Алый блеск?
Мир везде один и тот же, мир везде ценит искусство...
И попытку подышать.
Но зачем же мир делить и зачем же мир гноить?
В Алый Фронт пути открыты, мир уйдёт, оставив эхо.
Здесь есть жизнь и даже солнце, и открыты все калитки.
Если хочешь ты творить — Алый Фронт гранты выделит и места.
Помним мы всегда одно:
Алый Фронт пришёл же к нам.
Было больно, тяжело. Много крови и тоски.
Но когда остался он, мы все видели другое.
Алый Фронт внутри изящен, тихий, мирный и богат.
Алый Фронт снаружи — ужас! Смерть и страх в муках!
И это главное искусство — мир боится... А мы живём!
Я жалею, мы жалеем... Все мы люди, все в крови.
Но теперь живём в покое и в достатке.
Можем всё, что захотим: и творить, и руководить, и даже стену расширять.
Помним мы и доброту...
Алый Фронт всегда он будет и покажется он миру,
Как и всем нам — народу изнутри его мира.
Я закончила играть и тихо перебрала струны.
— Народный гимн «Алый Фронт».
Я протянула гитару в воздух, и Фарион её забрал.
Мая стояла удивлённая.
Я подошла к ней и прикоснулась.
А после Фарион забрал её в тень.
Я улеглась на холодную крышу и закрыла глаза.