Двери захлопнулись, и Е Циньжу скрылась внутри особняка.
Глядя на глухую преграду, Фан Сюань сохранял непоколебимость.
Стоявший рядом Дугу Бо лишь тяжело вздохнул.
─ Пойдём, Яньян. Раз уж дошло до такого, старик больше ничем не поможет.
Он прекрасно понимал чувства Е Циньжу, и текущий исход был еще мягким.
Будь на её месте он сам, нахал бы даже на коленях стоять не стал – его бы просто прикончили.
Переведя взгляд с деда на застывшего внизу юношу, Дугу Янь поняла, что сейчас бессильна что-либо изменить.
Пришлось ей с тяжёлым сердцем следовать за стариком.
У ворот усадьбы семьи Е Фан Сюань молча опустился на колени.
Он не двигался, не издавал ни звука, лишь устремил твёрдый взгляд на запертые створки.
Новости о том, что парень встал на колени у дома Е, разнеслись по городу со скоростью лесного пожара.
Сначала зеваки гадали, что произошло.
Пока из Императорской академии не просочилась истина, мгновенно расставившая всё по местам.
Добрая весть лежит дома, а худая бежит по свету.
Сенсационность происходящего обеспечила слухам невероятную скорость распространения – уже к вечеру о скандале гудели все улицы и переулки столицы.
Многие зеваки даже приходили посмотреть на зрелище лично, правда, держались на почтительном расстоянии.
Причиной тому служил дежуривший неподалеку Дугу Бо, отгонявший праздных любопытных.
Хотя, по правде говоря, именно он и приложил руку к распространению слухов.
─ Дедушка, зачем ты это делаешь?
Не понимала Дугу Янь. Она-то помнила, что изначально Фан Сюань хотел замять дело и минимизировать огласку.
А действия Дугу Бо вели к абсолютно противоположному результату. Теперь остановить лавину не смогла бы даже она.
─ Ты ещё мала, многого не понимаешь.
Напустив на себя загадочный вид, старик тут же схлопотал затрещину от внучки, которая цапнула его за седые волосы.
─ Да уж куда мне! Корчить из себя мудреца над ребёнком больно умно, да?
─ Ой-ой-ой, Яньян, отпусти! Выдерешь последние патлы, дед станет совсем лысым и страшным.
─ Ладно-ладно, расскажу я тебе, неугомонная.
Лишь после этого Дугу Янь разжала пальцы и уселась рядом, чинно ожидая объяснений, словно ничего и не было.
Дугу Бо оставалось только криво усмехаться – пожалуй, только эта девчонка смела обращаться с ним подобным образом.
─ Я делаю это, чтобы создать мальчишке репутацию. Его план был хорош в теории: защитить имя Е Линлин, замяв скандал.
─ Но это сработало бы лишь в идеальном мире, где всё идёт гладко и Е Линлин автоматически выходит за него замуж.
─ В нашей же ситуации такой подход не годится. Единственный выход – раздуть пожар до таких масштабов, чтобы замолчать его стало невозможно. Чем громче скандал, тем лучше для него.
Грубо говоря, это был способ принудительно связать судьбы Е Линлин и Фан Сюаня. Пусть Е Циньжу упирается и плюет на условности, под давлением общественного мнения она рано или поздно сломается.
Капля по капле точит камень, а людская молва – самое смертоносное оружие. Метод грязный, но рабочий.
Сам по себе Дугу Бо вмешиваться не планировал, но парень слишком сильно разжёг его любопытство.
Способность сходу обнаружить яд у Дугу Яни говорила об исключительности этого парня.
Да и его талант – кому придёт в голову восемнадцатилетний мастер пятидесятого уровня?
Этого с натяжкой можно было назвать монстром среди гениев. А его странный боевой дух и навыки?
Меняющиеся по щелчку пальцев навыки魂 – он прожил долгую жизнь, но слышал о таком впервые.
И главное – его боевой дух, генерирующий случайное растение раз в семь дней с совершенно непредсказуемыми свойствами.
Для простых обывателей это забавная игрушка, но для него – ходячее неизведанное сокровище.
Кто знает, а вдруг в один прекрасный день оттуда вылезет цветок, способный полностью исцелить яд императорского змея?
По любой из этих причин он был обязан протянуть пареньку руку помощи.
─ Жди. Если этот парень продержится семь дней, твой дед лично явится к ним свататься.
Скучные будни тянулись слишком долго, пора было развлечься.
В итоге благодаря стараниям Дугу Бо новость дошла даже до императорской семьи Тяньдоу.
Конечно, все понимали, кто дёргает за ниточки, но открыто никто ничего не высказывал.
Как-никак, единственный титулованный Дуло империи, стоявший на стороне трона, обладал огромным весом.
Сам император Сюэ Е отдал приказ оцепэнить подступы к дому Е силами стражи.
Издать указ о принудительном браке он, разумеется, не мог – это создало бы опасный прецедент, после которого знатные девицы и даже императорские принцессы перестали бы чувствовать себя в безопасности.
Вмешательство императора ограничилось созданием карантинной зоны вокруг особняка, дальнейшее давление грозило обратным эффектом.
Тем временем во дворце, в покоях наследного принца…
Сюэ Цинхэ слушал доклад слуги с хитрой, задумчивой улыбкой.
─ Как занятно. Интересно, что за птица этот Фан Сюань, раз смог так заинтересовать Дугу Бо?
Дела семейства Е принца волновали мало, но участие титулованного Дуло переводило происходящее в совсем другую плоскость.
─ Выясните его происхождение, мне нужны все досье на него.
Бросил Сюэ Цинхэ, глядя в тени комнаты.
─ Слушаюсь, госпожа.
Тень исчезла, а наследник вновь перевёл взгляд на окно.
Вскоре он покинул покои.
А у дома семьи Е…
В одной из комнат мать и дочь сидели лицом к лицу.
Глаза Е Линлин распухли от слёз – судя по всему, она плакала совсем недавно.
Е Циньжу разрывало от жалости, но уступать она не собиралась.
Она прекрасно знала о пересудах на улицах и о том, что соседи только и ждали повода посмеяться над их семейством.
Репутация Е Линлин была уничтожена подчистую. Ну и что с того?
Даже если ей придётся умереть, она не позволит дочери повторить её судьбу.
Пусть та ненавидит её до конца дней, она не отступит.
─ Мама, умоляю тебя! От этого он умрёт!
Семь дней без еды и воды, да ещё и с запретом использовать силу魂.
Она и представить не могла, что её мать окажется настолько жестокой, фактически обрекая парня на смерть.
─ Я не выйду замуж, пусть он уходит, я отменяю всё!
Глядя на надрывный плач дочери, Е Циньжу всё же дрогнула.
─ С ним ничего не случится, если его чувства к тебе искренни.
На самом деле Е Циньжу исподтишка наблюдала за Фан Сюанем, собираясь вмешаться при первых признаках того, что парень сломается.
Семь дней – лишь предлог, чтобы заставить его отступить.
Она не верила, что после пары дней знакомства мужчина способен испытать к её дочери подлинную привязанность.
Шутка ли – мальчишка пытался взять её измором и дешёвыми манипуляциями.
Её наивная дочь легко поддавалась на уговоры, но с ней подобное не пройдёт.
Не появись тогда Дугу Бо, она бы уже сама вышвырнула наглеца.
Ради чести дочери она не потерпела бы его существования.
Но теперь ситуация вышла из-под контроля: о слухох знала вся столица.
Императорский двор прислал стражу, якобы для охраны покоя, а на деле лишь подогревая интерес толпы. Теперь все ждали её решения.
Даже если бы она решила бежать из Тяньдоу, слухи следовали бы по пятам.
─ Дугу Бо, ну ты и сволочь!
Е Циньжу догадывалась, чьих это рук дело, но поделать с Дугу Бо ничего не могла.
Он – титулованный Дуло, а она всего лишь слабая женщина, к тому же обладательница вспомогательного боевого духа, лишённая боевой мощи.
Максимум, кого она могла призвать на защиту – какого-нибудь завалящего восьмирангового Дуло, но против Дугу Бо это пустой звук.
Пусть даже он считается слабейшим среди титулованных, пропасть между рангами непреодолима.
─ Неужели мне вправду придётся выдать дочь замуж?
Сердце Е Циньжу дрогнуло не из-за внешнего давления, а из-за поступка самого Фан Сюаня.
С той самой минуты, как она бросила ему вызов, парень не сдвинулся с места ни на дюйм.
─ Неужели он всерьёз собрался простоять на коленях все семь дней?