Стоило снова заговорить о нашей сделке, как Харниэ удивлённо округлила глаза.
— Сейчас вы решили об этом заговорить?
— А что странного? Вы сами указали на нестыковку.
Она промолчала.
— Я не собираюсь предлагать ничего плохого. Просто... считайте, что я прошу забыть об этом вопросе.
Да и какой смысл объяснять ей причины?
Что я уходил подальше от праздничных улиц из-за семьи. Что заметил слежку и намеренно оторвался от них. Что оставшееся время решил просто пройтись и проветрить голову вместо того, чтобы веселиться на фестивале.
От этих подробностей ничего особенно не изменится.
Но Харниэ, похоже, так не считала.
— Простите, но забыть не получится.
— Почему?
— Это ведь вы сказали, что мы в одной лодке. Я благодарна за то, как вы помогли мне сегодня, но этот вопрос всё же отдельный, разве нет?
— То есть вы хотите знать моё положение, чтобы при необходимости помочь?
— Да. Возможно, я тоже смогу что-нибудь для вас сделать. Как сегодня сделали вы.
Раз уж нас связывал договор, помогать друг другу ради общей цели было вполне разумно.
Но и у такой помощи должны быть границы.
— Не уверен, что это хороший выбор.
— Я понимаю. Для договорной помолвки логичнее всего ограничиться тем, чтобы каждый получил свою выгоду.
— И всё равно предлагаете больше?
Харниэ мягко улыбнулась.
— Я хочу поступить так, как подсказывает сердце. Вы помогли мне, и мне тоже хочется помочь вам чуть больше.
Я не нашёлся с ответом.
— Если вам так проще, считайте это частью сделки. Вы же сами сказали: мы в одной лодке.
Мои же слова вернулись ко мне бумерангом.
Возразить было нечего.
Но дело было не только в этом.
Я всё ещё никак не мог привыкнуть к тому, что кто-то хочет мне помочь.
— Думаю, здесь не самое подходящее место для такого разговора. Перейдём в карету?
Харниэ подала знак, что собирается уезжать. Было уже поздно, да и мне пора было возвращаться в герцогскую резиденцию.
— Хорошо.
Похоже, наше с моей невестой время на сегодня ещё не закончилось.
***
Я уже почти привык к этикету, поэтому помог Харниэ сесть в карету и на этот раз вошёл следом.
Когда карета тронулась, она первой вернулась к разговору.
— Ну что ж. Начните с того, почему вы вообще оказались там.
— Хм. Тогда дайте мне немного подумать.
— Конечно. До особняка всё равно ещё ехать.
Много времени мне не требовалось.
Мне нужно было лишь выйти из настроения фестиваля и снова вернуться к реальности.
Секунд десяти хватило.
— Вы угадали: я приехал не ради праздника. Поэтому и шёл в сторону, противоположную праздничным улицам.
— Так и думала.
Харниэ явно уже подозревала это.
— Как известно, я не родной наследник дома Баграндов. Даже не незаконнорождённый сын — меня просто подобрали с улицы. Поэтому моё положение в герцогском доме, мягко говоря, незавидное.
— Неужели...
Кажется, она уже начинала понимать, к чему я веду.
— Вы ведь помните, зачем, по моим словам, мне нужна была наша договорная помолвка.
— Помню... Но это же...
Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Будто не могла принять услышанное, хотя причина уже складывалась у неё в голове.
— «Сбежать из дома Баграндов» — само по себе звучит безумно. Кто добровольно откажется от жизни в одном из самых могущественных и богатых домов империи, уступающем лишь императорской семье? Особенно если до этого был простолюдином из трущоб. Любой скажет, что я спятил.
И это было бы нормальной реакцией.
Но дело в другом.
— Именно потому, что человек вроде меня стал дворянином. Потому, что получил то, чего, по чужому мнению, не заслуживал. Потому, что полез туда, куда ему не положено. Теперь в этой империи меня презирают и поносят едва ли не сильнее всех.
За каждым моим шагом следят. Любое действие вызывает подозрения, его пытаются остановить или истолковать против меня. А если этого мало — мне приписывают то, чего я не делал, и разносят слухи.
— Жаловаться на несправедливость бесполезно. Даже семья мне не верит: сначала подозревает и обвиняет. Эти обвинения разрослись настолько, что укоренились не только среди знати, но и внутри самого дома Баграндов.
— Внутри дома?.. Значит, сегодня ваша семья тоже...
Во взгляде Харниэ появилась жалость. Договаривать уже не требовалось.
— Такая цена за то, что мне досталось не по статусу. В доме Баграндов меня не считают семьёй.
Те, кто должны были стать союзниками, превратились во врагов.
И, пожалуй, в самых опасных из всех.
Именно поэтому Карсейн Багранд выбрал эту помолвку сроком на год: чтобы вырваться из дома, отказаться от статуса, от которого было больше вреда, чем пользы, и за это время получить силы жить самостоятельно.
Вот зачем я заключил этот договор.
Выслушав всё, Харниэ на некоторое время замолчала.
— Простите. Я спросила, потому что думала, что смогу помочь... Но если всё настолько сложно, вряд ли от меня будет толк.
— Напротив. Есть немало вещей, с которыми вы можете мне помочь.
— Правда?
По её лицу было видно, что она не понимает, о чём речь.
Я усмехнулся и перечислил несколько просьб.
Даже выслушав всё до конца, Харниэ осталась в недоумении.
— Нельзя?
— Почему же, можно... Но вам точно достаточно именно этого?
— Да.
Более чем.
Всё это ещё пригодится.
Карета заржала и остановилась как раз тогда, когда наш разговор подошёл к концу.
Кучер объявил, что мы приехали к особняку маркизов Тересия, и Харниэ приготовилась выходить.
Я помог ей спуститься по всем правилам этикета. Она недовольно надула губы.
— С вами даже учить неинтересно. Хоть бы ошиблись где-нибудь — я бы вас отругала и стресс сняла.
— Значит, я превосходный ученик. Сочту это комплиментом.
— Вам ещё многому учиться, ясно? Готовьтесь. Я строгая учительница и ругать буду всерьёз.
— Хм. Тогда придётся заранее подготовиться. Видимо, всё-таки стоит снова открыть ту книгу...
— Выбросьте её! Обязательно выбросьте!
***
Проводив ворчавшую Харниэ до дома, я вернулся уже глубокой ночью.
Ну да. Мы проговорили дольше, чем я рассчитывал.
Изначально мне нужно было просто потянуть время, чтобы воспользоваться пропускаемой сценой.
Если вернуться после определённого часа, разговоры с некоторыми персонажами сокращаются, а иногда их вообще можно не встретить. Для Карсейна чем меньше таких встреч, тем лучше: так проще получить нужный результат.
Но попасть надо именно в правильное временное окно. Если опоздать слишком сильно, семья снова оказывается на пути.
Я рассчитывал вернуться примерно тогда, когда начинались фейерверки и на ночном рынке шли состязания в силе. Если бы не встреча с Харниэ, так бы и получилось.
Теперь же я вернулся слишком поздно, а значит, хотя бы с одним человеком столкнуться придётся.
И как раз увидел подходящую цель.
За окном мелькнули розовые волнистые волосы.
Наверняка Клэр.
Ну, хоть в чём-то повезло.
С Флорой, Ариной или Изабеллой было бы намного хуже.
— Мы прибыли, молодой господин Карсейн.
Кучер Тересия довёз меня до самого особняка. Спускаясь, я достал из кармана несколько монет и протянул ему.
— Спасибо. Возьми как чаевые.
— Не стоит, молодой господин. Я лишь выполнил свою работу.
— Сегодня тебе дважды пришлось ездить между особняками, причём до такой поздней поры. За это полагается доплата. И... если уж совсем откровенно, мне бы хотелось сохранить лицо.
— Молодой господин...
Кучер благодарно поклонился и принял деньги.
Вообще-то это были не мои деньги, а одолженные у Харниэ... Но такой расход она, думаю, переживёт.
Карета уехала.
Клэр наверняка видела всю сцену, а я, со своей стороны, не уронил достоинство Баграндов и убрал ещё один возможный повод для придирок.
За позднее возвращение она всё равно наверняка выскажется, но хотя бы за это зацепиться не сможет. С остальным разберусь сам.
— Карсейн!
Увидев меня, Клэр крикнула и быстро сбежала по ступеням. Потом принялась осматривать меня с головы до ног, бормоча что-то странное.
— Нигде не ранен... Фух. Хорошо.
— Ты чего? Жуть какая.
Я оттолкнул её руки. Розовая чёлка качнулась от её сердитого выдоха, а в следующее мгновение Клэр уже ущипнула меня за щёку.
— Что ещё?!
— «Жуть»? Ты серьёзно сейчас? Я тут переживаю, а тебе «жуть»?!
Больно почти не было, но раздражало страшно.
Я отцепил её пальцы от щеки.
— А что мне ещё думать, когда ты с порога меня лапаешь и в лицо лезешь? Ты вспомни, как обычно со мной разговариваешь.
— Ах ты!..
На этот раз она ущипнула меня за бок.
Да чтоб тебя. И характером, и привычками — вылитая моя вторая сестра. До ужаса раздражает.
После нескольких безуспешных попыток вывернуться Клэр наконец отпустила меня. Похоже, выпустив пар, она перешла к делу.
— Можешь хотя бы возвращаться пораньше? Зачем гулять до такой ночи? Ещё бы минута — и я приказала бы рыцарям идти тебя искать.
— И на кой чёрт?
Клэр снова сверкнула глазами.
— Как это «на кой»? Я волновалась.
Перед глазами вспыхнуло окно выбора.
[ 1. Фыркнуть: «Ещё чего, волновалась она». ]
[ 2. Небрежно ответить: «Да, опоздал. Извини. Всё? Я устал и хочу зайти внутрь». ]
[ 3. Показать средний палец: «Иди нахуй. Сама же за мной следила». ]
[ 4. Отвести взгляд: «Просто я сильно разозлился. Вот и задержался». ]
Пока я читал варианты, Клэр продолжила всё тем же острым тоном:
— Я помню, что тогда случилось. Ты вернулся весь избитый, мама несла тебя на руках... После такого я не могу не волноваться.
Она говорила почти жалобно. Будто от той острой рыбной закуски у неё сегодня окончательно поехала крыша.
Я даже попытался перевести разговор, но она не отступала.
— Ты тогда ещё долго болел. Столько времени провёл на морозе, что вдобавок простудился. Вот почему я первым делом проверила, цел ли ты.
Неожиданно. В отличие от Арины, которая почти ничего не помнила, Клэр довольно хорошо сохранила в памяти тот Снежный фестиваль, который я видел через Воспоминание.
По игре здесь полагалось выбрать второй вариант — не раздражать её лишний раз.
Но сейчас, похоже, можно было позволить себе четвёртый.
— Я просто сильно разозлился. Поэтому и задержался.
Клэр ненадолго замолчала, затем тихо ответила:
— ...Да. С твоей стороны это понятно. Мы сами виноваты.
— Арина рассказала?
Клэр кивнула.
— После того как мы потушили пожар и вернулись, так и не найдя тебя, она сама всё рассказала маме. Сказала, что уже знала правду. Ты ведь и так об этом был в курсе?
Отрицать не было смысла. Именно поэтому сейчас инициатива была на моей стороне.
Я подтвердил.
— Потом сестра сказала, что возьмёт всё на себя, и попросила маму тебя не наказывать. Я тоже... была виновата, поэтому вместе с ней просила. Сейчас она, наверное, всё ещё тебя ищет.
— Меня ищет?
— Когда ты тогда вернулся избитым, она потом долго не могла прийти в себя. Почти не выпускала из рук ту заколку, которую ты ей подарил, и только пила.
Я промолчал.
— Вот и сейчас она решила, что всё может повториться. На улице уже темно, поэтому первой отправила людей тебя искать. Видел бы ты её лицо — больше не спрашивал бы, с чего ей волноваться.
Так Клэр рассказала, что происходило в моё отсутствие.
— Так что хватит злиться. Не запирайся снова в комнате на несколько дней. И если захочешь, гуляй со своей невестой, как сегодня. Никто ничего не скажет. Арина уже добилась, чтобы с тебя сняли запрет на выход из дома.
В голосе Клэр, обычно таком колючем, неожиданно появилась мягкость.
Наверное, всему виной то, что случилось раньше.
Но я всё равно подумал:
«Я бы и тогда спросил, зачем вам вообще обо мне волноваться, Клэр».
Гораздо проще, когда никому нет до тебя дела.
Я проглотил эти слова и снова взглянул на системное окно.
Ничего.
Странно. В оригинальной сцене именно сейчас должен был появиться ещё один выбор.
В игре Клэр говорила иначе: велела мне перестать злиться и не запираться в комнате, а я отвечал, что сам решу, сидеть мне там или нет, после чего уходил в особняк.
Теперь ход событий изменился.
Причём в очень выгодную для меня сторону.
Взгляд сам собой скользнул к шкале расположения.
[ Клэр Багранд ]
[ Расположение: 27% ]
«Наверное, поэтому».
Изабелла, чьё расположение росло почти с самого начала игры, сейчас имела тридцать процентов. Клэр, чьи показатели начали подниматься позже, уже почти догнала её.
Похоже, расположение действительно влияло на сценарий.
Пока я смотрел на окно, сверху что-то упало.
Белые крошечные хлопья.
Снег.
— И ещё, Карсейн. Ты раньше... Нет. Ладно. Это не мне говорить.
— Что?
— Чёрт, не знаю! Спроси у Арины. И вообще, снег пошёл — заходи уже. Ещё простудишься и опять свалишься.
Клэр, явно передумав говорить дальше, предложила поскорее идти внутрь.
В отличие от игрового сценария, на этот раз мы без каких-либо происшествий вошли в особняк вместе.
— Кстати, Карсейн. Ты ничего для меня не забыл?
— Забыл?
— Есть одна вещь. Очень важная.
Что ещё?
Что я мог забыть на этом маршруте?..
Ничего не вспоминалось.
Шлёп!
— Ай!
Стоило мне показать, что я понятия не имею, о чём она говорит, как Клэр хлопнула меня по спине.
Да чтоб тебя, именно туда? Там меня Харниэ каблуком приложила!..
— Вот дура я, ещё чего-то ждала! Иди дальше только о своей невесте и заботься!
После этого Клэр сама надулась и зашагала прочь.
Сама спросила — сама обиделась.
— Да что я вообще забыл?..
Это, конечно, чисто моё наблюдение, но...
У всех вторых сестёр характер такой?
***
Перевод by Ragnar Team
Страница на ранобелибе: https://ranobelib.me/ru/team/70554--ragnar-team
Страница бусти: https://boosty.to/ragnarteam