Можно было с уверенностью сказать, что, несмотря на определённые ограничения, стая находила в городе радость. Единственным человеком, ненавидевшим сложившееся положение, оказалась военачальница. Она была бойцом, привыкшим вести войска к победе и обитать в самых безлюдных местах. Запертая в четырёх стенах, окружённая чуждыми обычаями, Джанин постоянно раздражалась. Однако она ни за что не позволяла нраву вырваться наружу и, благодаря нечеловеческой выносливости, принимала каждого просителя, превосходно справляясь с новыми обязанностями.
Тем не менее Аранея знала, что Железночелюстная почти не спала уже несколько дней. Она читала, училась и пыталась решать каждую проблему, применяя методы Племени Волка, заслужив уважение местных жителей. Но военачальница призналась Аранее, что ощущает себя пережитком прошлого и мечтает лишь вырваться в дикие земли, чтобы вернуться к боевым задачам. Лорд Змей игнорировал её просьбы о переводе.
Аранея доложилась усталой военачальнице, потрясённая странным видом её кабинета. Громадное оружие, всегда бывшее при ней, было отложено в сторону, чтобы не пугать гражданских. Впервые за столетие, прошедшее с последней поминальной службы по павшим в Осаде Хьюстада, Железночелюстная сняла броню, облачившись в джинсы и куртку.
Самой разительной переменой была чистота Джанин. Её вымытый и расчёсанный мех блестел в лучах света. Продолжительные сеансы стояния в душе и особая помощь избавили тело от паразитов. Древние гнёзда-разъёмы, усеивавшие её туловище, очистили от ржавчины и пыли, а некротизированную кожу вокруг них обработали, вернув ей часть утраченного цвета.
Трое секретарей, Рош и две женщины-Нормала, сновали по кабинету и смежной комнате, поднося Джанин бумаги на прочтение или подпись. Она сидела за массивным столом, заваленным терминалом, коммуникатором и кипами бумаг. Чтобы облегчить труд однорукой женщины, инженеры приспособили устройства под голосовые команды. Комнатка слева от неё казалась слишком маленькой для военачальницы, но служила ей спальным логовом; по полу были разбросаны недописанные письма семьям погибших, как Волкородов, так и Нормалов. Джанин напрочь отказывалась смотреть на хаотично раскрашенные здания снаружи, наглухо закрыв окно, ведущее наружу.
— Свободна. — Она махнула рукой, пытаясь придержать газету огнетворителем и одновременно поднося к губам очередную чашку кофе.
Газеты доставляли из Пустошей, Центральных Земель и Итерны. Джанин пыталась знакомиться с последними новостями из земель соперников. Будь на её месте Аранея, она воспользовалась бы терминалом, но старшее поколение предпочитало бумагу. Заметив, что газета опять соскользнула с механического оружия, одна из секретарш подхватила её и держала перед Железночелюстной, для удобства чтения смущённой военачальницы. Джанин вообще с трудом принимала помощь от кого бы то ни было, тем более от Нормалов, но всё же выдавила скрежещущее «спасибо».
— Военачальница, мы планируем устроить праздник. Не хотите ли присоединиться… — начала было Аранея, но осеклась под диким взглядом лидера.
— По-твоему, у меня куча свободного времени? Через десять минут совещание по распределению припасов по деревням, тема, в которой я понимаю опасно мало. Затем я должна присутствовать на суде над мошенниками, которые накачивали детёнышей наркотиками и выдавали их за больных членов семьи, чтобы получать пособия. Бюро Расследований и наши новые союзники раскрыли схему и поймали их. Я приказала повесить ублюдков, а мелких отправить в приют…
— Это незаконно, — пропел Рош, подливая военачальнице ещё кофе. — Ну, часть про повешение. Надо дать суду свершиться, чтобы эти подонки попотели в надежде на чудо.
— Для установления их вины, — поправила его другая секретарша. — С детьми всё в порядке.
— Э, главное, чтобы итог был один…
— А этот наглец меня переспорил! — Джанин ткнула пальцем в ухмыляющегося Роша. — Ещё мне нужно дать интервью журналистам из Итерны и Центральных Земель — головную боль, повешенную на меня командиром. Ещё — назначение патрулей. Командование отвергло мои предложения, заявив, что Волкороды не могут нести всё бремя и что я обязана назначать и Нормалов. Нормалов! Они же такие хрупкие! Никто здесь меня не слушает и не уважает…
— А вот это уже неправда, — успокаивающе заметил Рош.
— Видишь? Даже не дали закончить. Все просят моих приказов, а потом их отменяют.
— Только половину, — сказала секретарша.
— Какой смысл сидеть здесь, если все всё знают лучше меня? — Джанин залпом осушила чашку и, схватив кофейник, стала пить прямо из него, заработав изумлённые взгляды помощников. — У меня нет времени на манеры. Передайте поварам: я пропускаю приёмы пищи сегодня и всю следующую неделю. Мне просто нужен кофе, чтобы функционировать. Много-много кофе.
— Но, военачальница, вам необходимо есть… — начал было один из помощников.
— Слишком много работы, — оборвала его Джанин. — Не беспокойтесь; я, бывало, обходилась без еды месяцами.
— Джанин, ещё нужно посетить медиков для омолаживающих процедур, — напомнил Рош. Военачальница уставилась на гору отчётов.
— И когда мне это делать? — прошептала она. — Какой задачей я могу пожертвовать?
— Если хотите, я могу помочь вам с работой, — предложила Аранея. Джанин посмотрела на неё с недоумением, будто забыла о присутствии Волкорода.
— Волчья ведьма, ты всё ещё здесь? Ладно, проверь волчью ведьму Олесю. Удостоверься, что детёныши целы, накормлены, и, ради Духов, держи её подальше от любых красок.
— Кхм, насчёт этого, военачальница, — смущённо произнёс помощник. — Пришёл приказ сверху. Волчьей ведьме Олесе поручено раскрасить новые здания в том же стиле, что и…
Аранея поспешно поклонилась и выскочила из здания, прежде чем взрыв ярости смёл её. Ей было жаль свою начальницу. Ходили слухи, что Лорд Змей намеревается вписать Племя Волка в общество, цивилизовав его. Будь это правдой, Аранея приветствовала бы эту идею, но для старых ветеранов, таких как Джанин, потерять привычный уклад, не проиграв даже в поединке, должно быть, было тяжело. Впрочем, она верила, что преданность военачальницы позволит ей принять перемены. Волчья ведьма прошептала молитву Духам, моля их даровать начальнице сил.
Прежде чем идти в приют, Аранея заглянула в казармы. Она сдала броню ремонтной бригаде и приняла душ. Пришлось проглотить гордость и позвать на помощь Марко, поскольку она не могла добраться до клещей на спине. Доктор заметно побледнел, срезая паразитов с её плоти. С помощью инъекций он заставил извивающихся тварей вылезти из пор под лопаткой и пообещал поговорить с Командованием об обязательных осмотрах для всех Волкородов. Аранея лишь пожала плечами.
Блохи, спинные клещи, обычные клещи и плотоядные черви были неизбежны после столь долгого пребывания в Разорённых Землях. Некоторые паразиты представляли реальную опасность для Нормалов. Отчасти поэтому их группы и жили раздельно: обычные люди мчались к целителю при первых признаках заражения.
Проверив стаю и заказав яблок — пусть несвежих, сморщенных, но душистых и замечательных на вкус, — она направилась на запад города.
Достроенный приют представлял собой огромный жилой комплекс, выстроенный на месте четырёх бывших складов. Пока задействовали лишь треть территории, но вскоре сюда должны были свозить осиротевших детёнышей со всего региона, чтобы дать им надлежащее образование в безопасной обстановке. В здании имелся даже подземный бункер на случай внезапной бомбардировки. Большинство персонала составляли местные.
Свободный Мир разместил врача в этом гигантском круглом здании из-за системы охлаждения. Непривычные к холоду, несколько местных жителей и детей умудрились подхватить простуду.
На лестнице Аранею встретила медсестра и провела мимо поста стражи, контролируемого Волкородами, в тренировочный зал. Как объяснила женщина, военачальница приказала использовать приют как школу для смешения детей, а также потому, что толстые стены давали наилучшую защиту. Учителей не хватало, и запросы Джанин о персонале из Центральных Земель оставались без ответа.
— Военачальница связалась с самим Династом, и тот пообещал лично решить проблему, — сказала медсестра. — А пока она подписала с нами десятилетний контракт, чтобы Храбрая Граница оставалась здоровой. Не знаю, как относиться к тому, что Свободный Мир берёт деньги за услуги.
— Прекрасно, — посоветовала ей Аранея. — Вы должны чувствовать себя прекрасно! Ваши люди потрясающие. Сомневаюсь, что простая подработка сможет испортить ваши принципы.
Ещё до того, как они подошли, из открытых дверей послышался детский смех. Зал был хорошо освещён, и маты покрывали деревянный пол просторного помещения. Груду собранных тренажёров сдвинули к правой стене, а на их месте появились двое футбольных ворот. Скучающая Сири и двое Нормалов стояли у открытых ящиков с мячами, следя, чтобы дети ничего не сломали.
В центре зала толпа детёнышей окружила Олесю; на её плечах, поддерживаемая лапами волчьей ведьмы, сидела девочка. Аранея узнала в ней одну из тех, кого несколько недель назад напугала Кейт. Чистая, одетая в спортивный костюм, она теперь вцепилась в голову Олеси, пока та мчалась, лавируя между детьми и несясь к стене. Затем она подпрыгнула и перевернулась в воздухе так, что волосы «наездницы» коснулись мата. Приземлившись спиной к стене, Олеся рванула обратно в центр толпы и остановилась как ни в чём не бывало.
— Что ты творишь?! — закричала Аранея. Заметив её, Олеся широко ухмыльнулась.
К облегчению Аранеи, волчья ведьма тоже была чистой, одетой в расстёгнутую ветровку, водолазку и простые штаны. Она наполовину ожидала, наполовину боялась, что Олеся уже разнесла заразу плотоядных паразитов.
— Что же ещё? Играем в лошадку и всадника! — какой-то детёныш показал Аранее нарисованную картинку четвероногого животного.
— Ты пропустил пару ног, — проворчала подошедшая Сири. — Все знают, что у лошадей шесть ног.
— А вот и нет! — ей показали фотографию существа в большой книге, принесённой мальчиком.
— Э, это зверь из Старого Мира. Они ушли в небы… в далёкое место, — поправилась разведчица, заметив острый взгляд своей волчьей ведьмы.
Олеся сняла девочку с плеч и подхватила мальчика с книгой, передавая его Сири.
— На, теперь ты поиграй в лошадку. А мне нужно поболтать с Аранеей.
— Погоди, что? — удивлённо моргнула Сири, неуклюже держа детёныша в покрытых шрамами лапах.
— И вложи душу! Я обещала детям, что, если они уберут комнаты, мы поиграем. Вернусь — и если они будут недовольны, останемся здесь, пока у тебя не получится! — Олеся шутливо погрозила когтем и последовала за Аранеей.
Толпа окружила растерянную Сири, скандируя «лошадка».
— Это по поводу твоих шрамов? — прошептала Аранея.
— Этих? — Олеся с гордостью коснулась линий, пересекающих морду. — Не-а. Они придают мне ослепительный вид. Себя надо любить такой, какая ты есть, подруга, иначе однажды впадёшь в отчаяние. Не, я помыкаю Сири, потому что она иногда всё ещё считает себя волчьей ведьмой. Она преданная и умелая, но я должна либо вбить в неё подчинение, либо применить менее жестокие методы. Я предпочитаю весёлые. — Олеся с любовью посмотрела на свои когти, поднеся их к свету.
— Рада, что твоё наказание никак на тебе не сказывается, — пошутила Аранея, легонько ткнув подругу локтем в бок.
— Наказание? Ты путаешь награду с наказанием, глупышка! Это лучшая работа в мире! — Олеся широко раскрыла глаза. — Моя стая живёт в просторном логове, почти не работает и может целыми днями играть с детьми. Конечно, нам приходится мыться, заниматься починкой и разгружать грузы, но это плёвое дело. Весь восточный сектор в нашем распоряжении, и мы живём по-королевски! — Она остановилась. — Кстати, о плёвом. Поблагодари Кейт за угощение; дети были в восторге. Я сама пыталась её найти и поблагодарить, но увы. Она разведчица до мозга костей. Прятаться умеет лучше меня, — добавила Олеся с ноткой уважения.
— Да, насчёт этого… — Аранея объяснила ситуацию. — Я крупно облажалась. И понятия не имею, как это исправить. — Её плечи поникли.
— На твоём месте я бы собрала всю твою прежнюю стаю, заперла в комнате, взяла Кейт за шкирку, посмотрела ей прямо в глаза, извинилась и велела выйти из изоляции. А потом держала бы всех внутри, пока она не выбила бы из меня искры для сравнения счёта.
— Слишком радикально.
— Именно так я поступила с Велкой, и она встала в строй как миленькая. Хватит носиться с ней как с писаной торбой. У девчонки не все дома — удалять шрамы, серьёзно? — фыркнула Олеся. — Шрамы это круто. Они знак того, насколько ты крепка. Мир пытался раздавить тебя, а ты дала сдачи. — Она покачала головой. — Я сама с ней поговорю. — Аранея запротестовала, но волчья ведьма лязгнула челюстями. — Никакого вреда, обещаю. Затащу её в таверну, и мы так напьёмся, что выплеснем друг другу всё накипевшее. Устроим девичник, как говорят Нормалы.
— Нет. Олеся, оставь её в покое, — настаивала Аранея, чувствуя, как внутри закипает агрессия. Если понадобится, она выбьет из подруги дурь. — Не каждый умеет справляться с проблемами так же легко, как ты. Мне нужно подойти к этому с терпением и заботой…
— С заботой? — Олеся взорвалась смехом, привалилась к стене и сползла по ней, по щекам текли слёзы. — Ох, сестра, как же я тебя люблю! Пожалуйста, никогда не меняйся. Забота! Как будто мы на неё способны! — Она икнула от переполнявшего веселья.
— В любом случае, я пришла убедиться, что дети в безопасности, а ты держишься подальше от красок, — отрезала Аранея, краснея.
Олеся обняла Аранею, поднимаясь, всё ещё кашляя-смеясь по пути к выходу. Полукровка ударила Олесю достаточно сильно, чтобы по шкуре пошли волны, но волчья ведьма лишь крякнула, продолжая икать. Открыв двери, они столкнулись лицом к лицу с курьером, нёсшим большие сумки.
— Супер! — сказал молодой человек, заходя под крышу и стягивая капюшон костюма. — Вы, должно быть, волчья ведьма Олеся, — обратился он к Аранее, которая покачала головой и указала на нужную Волкороду. — Простите, мисс. Торт, который вы заказали, испечён и готов. Пожалуйста, только подпишите здесь…
— Торт? — подозрительно спросила Аранея.
— А, один детёныш слёг после того, как закончил дела. Здесь слишком холодно для них из-за этих чёртовых кулеров. Светлана дала ему таблетки, чтобы полегчало, сбить температуру и дать подремать. Он так расстроился по поводу пропущенной игры, что я купила ему подарок, чтобы он не чувствовал себя одиноко в медицинской комнате. Ну, я не Кейт, в угощениях не разбираюсь, просто ем всё подряд, так что я зашла в магазин и спросила персонал. Владелец любезно помог мне с выбором. — Олеся хмыкнула, подписывая бумаги. — Обещание есть обещание, всегда.
— Ах… вот оно что? — хихикнула Аранея, привалившись спиной к дверному косяку. — О, я поняла. Ты моешься, нянчишь детей и покупаешь им угощения. Я, пожалуй, пойду, о могучий и злобный зверь; продолжай в том же духе, совсем не проявлять заботы!
— Умоляю, волчья ведьма Аранея, давай не будем забывать, что одна из нас действительно пользуется своей силой, — промурлыкала Олеся, открывая запечатанный пакет и проверяя шоколадный торт, прежде чем принять его от курьера. — Если считаешь меня мягкотелой, тогда, милости прошу, пригласи меня на спарринг. Я преподам тебе урок нежности и заботы, которого ты никогда не забудешь.
— Виноват! — Усмехнулся курьер. — Я не знал, что застал вас в интимный момент. — Он натянул капюшон, отсалютовал обеим и приготовился уходить. — Удачи вам в личной жизни. — Мужчина чуть не скатился с лестницы, поспешил к машине и уехал.
— Погоди, погоди, погоди! Это не то, что ты подумал! — в панике закричала Олеся, осознав, что он имел в виду. Аранея рухнула на пол, заливаясь смехом. — Чего ты хихикаешь, идиотка! Теперь весь город будет судачить, что мы встречаемся! Чёрт бы тебя побрал, с такими темпами я никогда не найду себе достойную пару!
— Ты серьёзно насчёт поиска пары? — Аранея замерла, с удивлением глядя на подругу. Она никогда не думала, что Олеся из тех, кто хочет семью. Её подруга всегда стремилась к рангу военачальницы, сражалась, рвала и побеждала. Первая на передовой и последняя покидающая фронт. Такое поведение казалось несовместимым с семейной жизнью.
— Если честно, я больше всего хочу собственных детёнышей. — Олеся пожала плечами. Она занесла торт внутрь, села с Аранеей на ступеньки и положила морду на лапы. — Играть, учить и заботиться о чужих малышах — здорово, без всяких «но». Однако, понимаешь, хочется немножко большего. Хочу своих собственных пискунов, от плоти и крови, самцов, самок — какая разница? Чтобы они бегали, познавали мир и всё такое, а я была бы рядом.
— Это прекрасная мечта, — тихо сказала Аранея.
— Не мечта! — заявила волчья ведьма. — Это цель! Цель! Однажды я её достигну, как однажды проснусь военачальницей. Мои детёныши будут самыми красивыми, самыми сильными и самыми счастливыми на свете, и я ни за что не отдам их в ямы. Нет, у них будут «комнаты», как у здешних детей, где они смогут играть. И, конечно, игрушки и книги. — Олеся вздохнула. — Я пока не придумала, как обхитрить шаманов или найти самца, но девушка может не спешить, верно? У Джанин первые детёныши появились после шестидесяти, так что я не тороплюсь. — Она говорила быстро, словно убеждая саму себя.
— Если когда-нибудь понадобится помощь… — предложила Аранея.
Олеся вскочила на ноги.
— Ладно, этот разговор становится слишком неловким, — призналась она, краснея. — И вслух говорить об этом стыдно. Будем решать проблемы по мере поступления. Прости, Ари, просто… конечно, я приму твою помощь, когда придёт время! Может, даже назову дочку в твою честь. Но сейчас мне нужно доставить торт. Я не трону Кейт, но передай, что она всегда может зайти и помочь. Ты тоже. Пока! — Дверь захлопнулась за волчьей ведьмой, скрывшейся в приюте.
Полукровка поднялась с лёгкой улыбкой на губах. Мысль о том, что у друзей тоже есть обычные, приземлённые мечты, успокаивала её. Племя Волка менялось к лучшему, и молодое поколение смотрело в будущее без насилия.
— Ты ошибалась, Разорительница, — сказала себе Аранея, направляясь к гражданскому центру связи. — Мы не чудовища. Несовершенные — да, но нам не суждено быть монстрами или орудиями. Вместе мы все станем лучшими людьми.