В ту ночь я лег спать раньше обычного - мне с трудом удалось
отделаться от Имми и Сидуса, которые продолжали донимать меня своими
вопросами. На следующее утро я стоял перед отцом у входа в пещеру, там
же были все мои братья и сестры, а также мама, которая пришла нас
проводить.
"Вам, малыши, следует поторопиться и поскорей нагнать
его, иначе вы так и будете плестись за спиной вашего старшего брата", -
сказал отец, оглядывая моих братьев и сестер. Его слова, похоже, больше
всего задели Сидуса: я видел, как он стиснул зубы, когда повернулся и
взглянул на меня. ''О боже, опять за своё''.
Сказав это, отец
повернулся ко мне и спросил. "Ну что, ты готов выдвигаться?" - спросил
он, на что я быстро кивнул в подтверждение. "Да!" - сказал я. "Хорошо,
тогда постарайся лететь следом и не отставать слишком сильно", - сказал
он. "Значит, в этот раз, в отличие от церемонии наречения, я буду лететь
самостоятельно, не то чтобы я особенно возражал", - мысленно отметил я,
прежде чем посмотреть на маму, которая стояла у входа и наблюдала за
мной.
Я опустил голову в знак уважения и сказал: "Мама, я ухожу",
на что она одобрительно кивнула, прежде чем ответить. "Удачи, дитя мое, я
молю Короля о твоем триумфальном возвращении", - сказала мать
удивительно мягким и нежным тоном, отчего я еще глубже склонил голову.
Затем
я повернулась к своим братьям и сестрам, нам с Сидусом не нужно было
никаких прощаний, стоило нашим глазам встретиться, как мы сразу поняли
друг друга. Имми подошла вместе с Эсси, она потерлась головой о мой бок,
а Эсси ласково лизнула меня в лицо, обе пожелали мне удачи.
"Я буду ждать тебя, старший брат!".
"Удачи, брат".
Улыбаясь,
я поблагодарил их, прежде чем мой взгляд упал на Иноса. Он стоял рядом с
матерью, высоко подняв голову и выпрямив спину, а затем издал громкий
рев. Я вспомнил, что он точно так же провожал меня на церемонию
наречения, и на моём лице расплылась улыбка. Я просто кивнул ему, а
затем повернулся к отцу.
Отец лишь мельком взглянул на мать и
сказал: "Я полетел", на что она кивнула, а затем развернулась обратно к
пещере. Он взмахнул своими большими крыльями, отчего в воздух взлетели
пыль и камни, и быстро взмыл в небо, его огромное тело стремительно
удалялось к горизонту.
Не смея больше медлить, я быстро создал
водяной столб, который подбросил меня в воздух вслед за отцом. Между
нами была огромная разница в размерах, и я изо всех сил старался не
отстать от него. Отец, казалось, даже не прилагал особых усилий,
наоборот, он специально сбавил скорость, чтобы я не отставал.
Мы
летели на север, и весь полет проходил в тишине, поскольку у меня
банально не было сил задавать вопросы, так как я с трудом поддерживал
такой быстрый темп. Удивительно, но нам потребовался целый день, прежде
чем мы наконец покинули лес и с первыми лучами солнца достигли уже
знакомой мне Дороги Дракона.
Это лишний раз показало, насколько
велика была пропасть между мной и дедом: в тот раз, когда мы летели
вместе с ним, мы добрались сюда за считанные минуты, а сейчас мне
потребовался целый день. Я был уверен, что отец мог бы долететь сюда
гораздо раньше, если бы намеренно не сбавлял скорость.
"Мне
предстоит еще долгий путь", - со вздохом покачал я головой. Мы пролетели
над Дорогой Дракона где-то половину пути, после чего отец внезапно
опустился на землю, и я быстро последовал за ним. С этого момента мы шли
пешком.
Я вспомнил, как дедушка говорил что-то о том, что в
следующий раз, когда я попаду на Дорогу Дракона, мне следует идти
пешком, а не лететь. 'Интересно, когда я был с ним, мы пролетели весь
путь до храма, а теперь, с отцом, мы остановились на полпути. Это
связано с силой дракона или с его социальным положением?" Поскольку я
еще не был знаком с правилами драконьего общества, я не знал точной
причины, поэтому мог только предполагать.
Мы продолжили наш путь, и
на этот раз, поскольку мы шли пешком, я смог рассмотреть статуи в
деталях, и единственное, что я отметил, это то, что они были чересчур
реалистичны. Если бы не обсидиановый цвет статуй, я бы вряд ли смог
понять, живые они или нет.
Кроме того, я чувствовал давление,
которого не было во время моего прошлого визита. Оно не было слишком
сильным, как в случае с жаждой крови деда или отца, но все же оно было
ощутимым. Сильное и плотное давление, заставлявшее меня испытывать
почтение ко всем этим фигурам, прототипов которых я никогда не встречал в
своей жизни.
По дороге отец время от времени останавливался перед
скульптурами, видимо, предаваясь каким-то воспоминаниям. 'Может быть,
друзья? Товарищи? Дедушка упоминал, что большинство из них пали во время
великой войны. Интересно, была ли эта великая война той самой, память о
которой изображена на большой двери внутри храма? И участвовал ли в ней
отец?
У меня все еще оставалось множество вопросов, но сейчас для
них было не самое подходящее время, поэтому я сдержался и молча
последовал за отцом. Пока я рассматривал бесчисленные скульптуры,
украшавшие дорогу, мы быстро добрались до входа в большой храм.
Отец
шел впереди, а я следовал за ним, нас встретила знакомая, но пугающая
скульптура короля, и мы оба опустили головы в знак уважения. На этот раз
я не стал делать глупостей и не поднял голову, чтобы взглянуть на нее,
вместо этого я молча последовал за отцом.
В этот раз мы пошли
другим путем, не тем, каким мы шли здесь с дедушкой, а по относительно
небольшому коридору, который привел нас в большую, но совершенно пустую
комнату. Мне было любопытно, но я держал себя в руках и просто следовал
за отцом, терпеливо двигаясь в центр пустой комнаты.
Я поднял
голову: потолок был выполнен в форме купола - на нем была изображена
темно-синяя река, текущая из одной стороны в другую. Странно, - как
только мы оказались в центре, отец вдруг выпустил свою ману, и к потолку
поднялся столб пламени.
Мои глаза расширились от удивления, когда
я увидел, как его пламя соприкоснулось с рисунком, и река, казалось,
завибрировала, втягивая в себя пламя, а на нас опустилась знакомая мана,
которую я не ощущал вот уже пять лет.
'Космическая мана!'