Для магов Синей башни глава Лумия Кабалла была кем-то вроде идола.
Именно поэтому Лумия никогда не теряла улыбки перед магами своей башни.
Ни в печали, ни в радости.
Как бы плохи ни были дела, Лумия всегда старалась улыбаться.
Для магов Синей башни улыбка Лумии была чем-то само собой разумеющимся.
Поэтому все они так и думали.
Что улыбка никогда не исчезнет с лица главы башни.
Однако.
— Глава, успокойтесь! Пожалуйста, успокойтесь!
— Отпусти, отпусти меня! Как я могу успокоиться?! Этот, этот безумец прямо мне в лицо такое сказал...!
Тот самый «идол» закатила глаза и, словно обезумев, пыталась наброситься на студента.
— Я поставила на эту теорию всё время, что была главой башни, а ты смеешь говорить такое?!
— Но я не могу называть хорошее плохим, а плохое — хорошим. Нужно уметь признавать очевидное.
— А-а-а-а-а!
Взвыла Лумия.
Другие маги Синей башни, находившиеся в комнате, тоже ничего не понимали.
«Откуда в нем такая уверенность?»
Они все знали Сиона Дом Ростери.
Ведь он был одним из законных наследников дома маркиза Дом Ростери.
Финансирование от дома Дом Ростери было опорой, на которой держалась Синяя башня.
Именно поэтому Сион мог безнаказанно творить любые бесчинства, оставаясь в башне.
Но в этот раз всё было иначе.
Оскорбить главу башни прямо в лицо.
Это был поступок, перешедший все мыслимые границы.
— Извинись, Сион Дом Ростери.
Заместитель главы Синей башни Серентия, пытавшаяся успокоить Лумию, произнесла это со строгим выражением лица.
— Даже если ты прямой потомок рода Дом Ростери, у тебя нет права так оскорблять главу башни!
— Оскорблять?
Сион склонил голову набок с недоуменным видом.
— Почему констатация фактов считается оскорблением?
— Ах ты, сукин...!
— Глава, прошу, успокойтесь!
В итоге страдала только Серентия, оказавшаяся между ними.
Конечно, она понимала причину гнева Лумии.
Дом Ростери поддерживали Синюю башню вовсе не из чистой доброты.
Их целью было в конечном итоге поглотить башню, используя капитал.
И Сион, прямой наследник Дом Ростери, стоящий прямо перед ними, был тому доказательством.
И вот этот самый Сион задевает магическую гордость главы башни?
Как бы ни была важна поддержка Дом Ростери, гнев был неизбежен.
В этот момент Сион произнес:
— Если вы не верите, разве я не могу просто доказать это?
— Доказать? Ха!
Лумия была в полном недоумении.
Пусть ее теория не была идеальной, но она точно не заслуживала того, чтобы ее называли «мусором.»
Тем более из уст такого негодяя, как Сион.
Лумия, стараясь подавить гнев, спросила его:
— Студент, ты хоть понимаешь, над какой теорией я сейчас работаю?
— Это создание «системы» для эффективного управления маной.
—...Ты знаешь.
От этих слов глаза Лумии дрогнули, но лишь на мгновение.
Поскольку суть исследования была уже обнародована, это было неудивительно.
— Это уже публичная информация. Даже новичок, только начавший изучать магию, может это понять.
— Да, конечно. А если копнуть глубже, то в процессе сокращения маны, используемой в магии, возникает проблема утечки маны и искажения самого заклинания, не так ли?
—...!
Она не могла не удивиться. Ведь она не раскрывала побочные эффекты этой теории.
Чтобы знать об этом, нужно было полностью понимать ее исследования.
«Этот Сион Дом Ростери понимает мои исследования?»
В этот момент Лумия почувствовала, как волосы на ее теле встали дыбом.
Теория, над которой она работала, была предназначена не просто для управления маной.
Строго говоря, это даже не была теория для «нормальной» магии.
Если бы Сион понял даже скрытую сторону ее исследований...
Кап.
Она сама не заметила, как у нее на лбу выступил холодный пот.
Люди, шептавшиеся и наблюдавшие за противостоянием главы башни и Сиона, тоже затаили дыхание.
Они почувствовали, что реакция Лумии была необычной.
— Позвольте дать совет: вы упускаете самую важную часть. Впрочем, учитывая «результат», к которому вы стремитесь, это неудивительно...
— Постой, постой!
Лумия поспешно прервала Сиона.
На ее лице больше не было прежнего гнева, лишь тревога и беспокойство.
— Больше... не говори об этом.
— Что ж, как скажете.
Сион пожал плечами и замолчал.
Лумия с усталым видом потерла лоб, погрузившись в раздумья, а затем заговорила:
—...Студент Сион, пройдемте в мой кабинет. Заместитель, пожалуйста, проводите остальных студентов.
— Слушаюсь, глава.
Серентия быстро поняла, чего хочет Лумия, и увела студентов.
А Лумия молча направилась в свой кабинет вместе с Сионом.
В отличие от начала, теперь ее лицо было полно тревоги и беспокойства.
* * *
— Садись, студент Сион.
Как только они вошли в кабинет, Лумия сразу предложила Сиону стул.
Конечно, у Сиона не было причин отказываться, поэтому он послушно сел.
В конце концов, он сам стремился к такой ситуации.
«Что ж, сообразительности ей не занимать.»
Сион мысленно повысил оценку Лумии на один уровень.
Лумия села напротив Сиона и с серьезным видом спросила:
— Спрошу прямо. Как много ты знаешь?
— Кто знает. Может, о том, что ваша «настоящая цель» — воссоздание Гримуара Альтаира?
—...!
От этих слов глаза Лумии снова дрогнули.
Ничего не поделаешь.
Сион — прямой наследник Дом Ростери.
Она не знала, что произойдет, если ее истинная цель станет известна дому Дом Ростери.
Но она всё равно не могла понять.
Найти связь с Гримуаром в опубликованной ею магической теории было совсем не просто.
Без знаний в области магической инженерии уровня высококлассного мастера это было невозможно заметить.
— Как ты вообще...
— Поверхностно говоря, исследования Гримуара сейчас приостановлены. Ведь нельзя полностью игнорировать давление Магического совета, не так ли?
— Э-это...!
Видя, как Лумия растерялась и не может ответить, Сион с горькой усмешкой упрекнул ее:
— Глава, в таких случаях лучше стоять на своем до конца. С таким неумением скрывать эмоции, вас бы рано или поздно раскусили, даже если бы не я.
— Кто ты такой?
Словно придя в себя, Лумия пронзила Сиона острым взглядом и произнесла:
— Сион Дом Ростери не может быть таким. У него нет ни знаний в магической инженерии, ни таланта к магии...
— Глава.
Сион спокойно прервал ее.
Кто в мире мог бы подумать, что сам Альтаир переродится в теле обычного студента Синей башни?
Подозрения Лумии были вполне обоснованны, и для Сиона это было в пределах ожидаемого.
Поэтому он начал разговор в заранее намеченном ключе.
— Для начала проясним одну вещь: я не собираюсь делиться известными мне фактами с семьей.
—...Что ты сказал?
— Семья уже отказалась от меня. Тот факт, что меня бросили в эту второсортную башню в качестве разменной монеты, доказывает это.
— Второсортную?!
— Не стоит так реагировать на очевидные факты.
Сион спокойно ответил, глядя на Лумию.
Ученица его самого близкого друга.
И эта ученица пыталась возродить его изобретение, которое магическое сообщество полностью отвергло.
Это было довольно интересно.
Тот факт, что не мастера, унаследовавшие его волю, а маг цепляется за его наследие.
— Я просто пришел сюда с предложением.
— Предложением? Если я захочу, то прямо сейчас могу стереть память студента.
Вместе с этими словами вокруг Лумии начала медленно скапливаться мана.
Мана, словно вода, постепенно начала окутывать Сиона, начиная с ног.
Если ничего не предпринять, Сион мог бы утонуть в этой мане.
— Должность главы башни — это не пустой звук. Не знаю, на что ты рассчитываешь, но я могу заставить тебя замолчать прямо здесь...
— Тогда попробуйте.
—...Что?
Лумия застыла с широко открытыми глазами.
— Попробуйте... заставить?
— Заставьте меня замолчать. Разве вы не можете просто попробовать?
Нынешних способностей Лумии было недостаточно, чтобы причинить ему хоть какой-то вред.
От такого спокойного ответа Сиона Лумия нахмурилась.
Вероятно, она подумала, что он насмехается над ее предупреждением.
Она тихо вздохнула и протянула руку.
—...Мана, по моей воле стань оковами и свяжи невежду.
С коротким заклинанием мана Лумии, которая до этого окутывала Сиона, обрела форму.
И тут же заблокировала все движения Сиона...
Дзынь!
В тот же миг она разлетелась вдребезги.
—...А?
Лумия широко открыла глаза.
Она ошеломленно посмотрела на Сиона, затем снова покачала головой и применила то же заклинание.
И.
Дзынь!
Снова разбилось.
— А?
Столкнувшись с неожиданной реальностью, разум Лумии отказался ее принимать.
Заклинание, которое она применила к Сиону, было магией 4-го круга — <Сковывающие цепи>.
А заклинатель — Лумия, маг 6-го круга.
В таком случае Сион должен был быть повержен, даже не успев пошевелиться.
Но он оставался невозмутимым.
— Вы закончили?
Спокойно спросил Сион.
Если ее глаза ее не обманывали, ответ был только один.
— Ди... спелл?
Голос Лумии дрожал.
Заклинание снятия магии.
Иными словами, прямое разрушение магии противника.
Строго говоря, диспелл не был обычной магией.
Ведь он разрушает магию того, чей уровень ниже твоего.
Но чтобы обычный студент разрушил магию, которую она, маг 6-го круга, применила со всей серьезностью?
Лумия дрожащими глазами смотрела на «Сиона» перед собой.
—...Нет, а «Сион» ли это?
Дойдя до этого, она уже не могла быть в этом уверена.
— Что ж, думаю, теперь вы немного поняли.
— К-кто вы... такой?
— Сион Дом Ростери.
Сион улыбнулся, ответив так, а затем поправил себя:
— Нет, давайте договоримся, что это так.
—...!
Ответ, полный скрытых смыслов.
«Этого достаточно.»
Сион, видя реакцию Лумии, убедился, что его план сработал.
В любом случае, это должно было произойти.
Он не собирался жить как негодяй из Синей башни и брошенный ребенок дома Дом Ростери.
Он не забыл веру, о которой мечтал.
«Магию — каждому.»
Магия не должна быть ничьей монополией.
И магия не должна превращаться в «средство» для удержания власти.
Что же для этого нужно?
«Нужно уничтожить всех тех, кто мешал мне в прошлой жизни.»
Сион улыбнулся, лелея эти мысли.
Лумия, не зная его истинных намерений, дрожащим голосом спросила:
— Ч-что... вы хотите?
— Кто знает. Для начала...
Сказать, что нужно перевернуть этот прогнивший магический мир, не сработает.
В таком случае лучше предложить вариант, на который Лумия сама захочет пойти.
— Рассказать вам о местонахождении «тайного убежища» великого мага Беллусиана Кабаллы, скрытого в Синей башне?
От этих слов у Лумии был вид, будто она не понимает, о чем он говорит.
— Тайное убежище учителя? Откуда мне знать...
— Нет, я знаю.
—...?
От этого ответа интеллект Лумии на мгновение упал на 20 пунктов.