Величественное пространство собора подавляло. Километровые своды терялись в задымлённой мгле, подпираемые каменными ребрами, сплетёнными из стражей-демонов и скорбящих ангелов. Ширину невозможно было охватить взглядом - ряды черных скамей, похожих на надгробия, расходились в туманную даль. Воздух гудел от молитвенного гула двухсот тысяч глоток, смешанного с дурманящим запахом ладана и озонированного воздуха. Холодный камень стен казался живым от этого гула.
На головокружительно высоком амвоне стоял Верховный Проповедник. Его фигура в золотых ризах казалась игрушечной, но голос, усиленный резонаторами, владел толпой абсолютно. Каждое слово отзывалось эхом в самых дальних углах собора.
«...И ВОЗРАДУЕМСЯ благосклонностью Арканиса, ибо он наш истинный бог!» - руки взметнулись к небу, и толпа кричала.
«ВОЗРАДУЕМСЯ детям его, которые защищают нас уже две тысячи лет!» - гул стал громче, наэлектризованным.
«ИБО НЕТ У НИХ ЛИЦА, но есть сила и верность!» - голоса слились в оглушительный гул. Люди вокруг начинали плакать, биться в экстазе.
«ИБО ВСЕЛЯЮТ ОНИ УЖАС во врагов Империи!» - крик Проповедника взвился до истерики.
«ВОСХВАЛЯЕМ АРКАНИСА И ДЕТЕЙ ЕГО, ПУСТОЛИКИХ!»
Двести тысяч глоток выдохнули финальный аккорд, сотрясая своды:
«АМИНЬ! АМИНЬ! АМИНЬ!»
Звуковая волна физически давила на барабанные перепонки. Это была не молебень - это был гипноз. Зомбирование в масштабах планеты.
Тюрьма, снова она.
Тишину после выстрелов нарушил мерный скрежет брони о бетон. В воздухе висела едкая смесь дыма и озона. Аварийное освещение бросало кровавые блики на стены.
Пустоликий сделал шаг. Его броня была покрыта тонким слоем инея, словно он принес с собой холод открытого космоса.
Его цель была одна - убить.
«Аст, надо уходить! Быстро!» - голос Каина сорвался на визгливый шепот. Страх парализовывал, сковывая мышцы.
Астроэль, не отвечая, рванула к ангару. Её силуэт мелькнул в полумраке как призрачное видение. Каин и Грог бросились за ней, спотыкаясь о разбросанные приборы.
Они не пробежали и десяти метров.
Из стены слева с ревом рвущегося металла вырвался стальной кулак. Плиты обшивки сложились, как бумага. Второй Пустоликий разорвал проём и вышел наружу, осыпая всё вокруг осколками бетона. Он ждал их здесь.
«Грог, отвлеки!» - скомандовала Астроэль без тени паники. Её голос прозвучал холодно и чётко.
Сомнение исказило львиную морду зверолюда. С коротким рыком Грог вырвал из потолка вентиляционную трубу и обрушил её на шлем чудовища.
Дзынь!
Звук удара молота по наковальне. Шлем не дрогнул. Пустоликий медленно повернул к Грогу свою безликую маску. В этой пустоте было что-то невыразимо чужое.
Его рука метнулась вперед со змеиной скоростью. Пальцы сомкнулись на горле Грога. Зверолюд был поднят в воздух одной рукой, как котенок. Он затрепыхался, когтистыми лапами бессильно царапая броню.
Пустоликий вырвал из стены обломок арматуры и вонзил его в живот Грога.
Тот замер, глаза расширились от невыразимой боли. Из горла вырвался хрип, а по ноге зверолюда потекла тёмная струйка крови.
Астроэль, не двигаясь, выстрелила в настенный огнетушитель.
БАМ-ШШШШШ!
Коридор заполнило белое облако пены, скрывая всё на несколько секунд.
Пустоликий отшвырнул Грога. Тот рухнул на пол, хватаясь за торчащий из живота прут. Его дыхание стало прерывистым и хриплым.
«Каин» - Астроэль уже подбегала к зверолюду, её лицо оставалось невозмутимым.
Вместе они подняли его и потащили прочь, оставляя на полу кровавый след.
Астроэль отступала, как фехтовальщик. Её выстрелы били по окружению: в трубы с паром, в датчики, вызывая взрывы и пожары. Она не пыталась убить - лишь замедлить, ослепить. Из хаоса за ними шаг за шагом выплывала безликая маска, неумолимая и точная в своих движениях.
Они добрались до ангара. Астроэль распахнула взрывозащитные двери, которые скрипнули на ржавых петлях.
Дверь корабля «Призрак» была открыта. Приглашающая.
Каин, задыхаясь, поднял голову.
И застыл.
Внутри корабля - на стенах, потолке, панелях управления - повсюду была алая, свежая кровь. Она стекала ручьями, капала с потолка, образуя причудливые узоры. От неё исходил медный, сладковатый запах, смешанный с пылью камней из шахт. Кое-где виднелись клочья плоти, прилипшие к поверхностям.
Бойня была абсолютной. И беззвучной.
Корабль молчал. Ангар молчал. Сзади доносился мерный, нарастающий скрежет шагов, эхом отражающийся в металлическом пространстве.
Они не сбежали. Они просто сменили одну ловушку на другую.