Её срыв

РОКСИ МИГУРДИЯ

У меня всё внутри оборвалось, когда карета подпрыгнула на краю гигантской ветки, нелепо лежавшей на дороге, вымощенной резными изогнутыми кирпичами.

Деревья — выше даже самых грандиозных соборов и дворцов — возвышались вокруг нас, их ветви переплетались друг с другом в непостижимой сети как вверху, так и внизу.

Небо было ясным, светло-лазурного оттенка. По этому бескрайнему простору рассеяно плыли лишь несколько белых облаков, их края были мягкими, а формы постоянно менялись. Казалось, они затерялись в раздумьях, смешиваясь и сливаясь, — словно сочиняя собственную историю.

Ленивый ветер плыл по воздуху, его нежное прикосновение едва нарушало дневную тишину. Сияющий шар — солнце — висел над головой, озаряя своим золотым светом каждый уголок.

Несмотря на яркость солнца, в воздухе сохранялась прохлада, напоминание о приближающейся зиме. Я закрыла глаза и, подняв подбородок, обратила лицо к солнцу, наслаждаясь каждым драгоценным лучом тепла, касавшимся моей кожи.

Благосклонность солнца была редким даром в эти прохладные месяцы, и я принимала его с распростёртыми объятиями. Его успокаивающие лучи давали передышку от постоянного холода, предлагая мимолётный вкус летних воспоминаний посреди зимней хватки.

Когда мои глаза распахнулись, я заметила над головой облака, принимающие причудливые формы.

Два из этих бесформенных клочка сошлись с поразительной грацией. Их слияние породило нечто необыкновенное.

Сначала я прищурилась, сильнее, напрягая и глаза, и мозг — свою память, — пытаясь вспомнить, что это было.

Внезапно, словно удар молнии с небес, в моём сознании вспыхнула безошибочная форма головы дракона. У облака не хватало части, когда оно соединилось с другим, придавая ему вид драконьей пасти.

«Хех...» — смешок вырвался из моего пересохшего горла, за ним последовал лёгкий кашель.

Грудь сдавило от кашля, и я крепче сжала посох.

«Ара, Рокси-тян~ Вот, выпей немного воды», — раздался сбоку знакомый голос. Несмотря на то, что я слышала этот голос снова и снова, раз за разом, он всё равно вызывал дрожь в моей спине, словно заставляя отпрянуть.

Подняв глаза, я увидела рядом с собой женщину. Женщину, с которой я путешествовала все эти годы в поисках семьи моих учеников... нет, ученика, — Элинализ Драгонроуд. С соблазнительной улыбкой на лице она плюхнулась рядом со мной и протянула мне бутылку с водой.

Открыв её, я быстро выпила. Вода была освежающей. Когда прохладная влага коснулась моего горла, я почувствовала приятное облегчение, ощущая, как она спускается вниз.

Меня охватило чувство облегчения. Снова взглянув на женщину, я выразила свою благодарность, слегка кивнув головой. «Спасибо, Элинализ-сан».

Она улыбнулась мне. Яркий солнечный свет сверкнул на ней. Её кожа казалась почти нереальной. Она была словно полированное зеркало — такая безупречная и чистая.

Несмотря на прибавляющийся возраст, она выглядела так, будто только что стала подростком.

Она поистине казалась воплощением красоты. От пропорций до врождённой красоты и черт лица — она была идеальна.

О? На уголке её губ было что-то вязкое. «Элинализ-сан, у вас что-то на губах», — сказала я и достала из сумки платок, пытаясь дать его ей, чтобы она могла вытереться.

«Ох, этот непослушный мальчик~» — произнесла она с пошлой улыбкой, почти в экстазе, облизнув уголок губ, а затем обняла себя, словно сходила с ума от этого вкуса.

Я на мгновение склонила голову набок. Через несколько мгновений до меня наконец дошло озарение, подобное восходящему на заре солнцу, когда я увидела, как из-за широкого предмета мебели, откуда она появилась некоторое время назад, вышел мужчина.

От его растрёпанных волос до рубашки, надетой наизнанку, от неуклюжего жеста, которым он поспешно затягивал штаны, до крупных капель пота, покрывавших его тело и распространявших в воздухе едкий запах, — всё рассказывало историю тайных действий.

Действительно, в ней была атмосфера плутовства и безрассудной удали, не оставлявшая места для сомнений. Мне не нужно было произносить ни слова; её лицо говорило само за себя, холст, расписанный яркими красками её недавнего приключения.

Выражение её лица было бушующей бурей эмоций — похоть, неудовлетворённость, похоть, желание затащить в постель другого мужчину, похоть и ещё больше похоти.

Казалось, она ждала в предвкушении, на грани того, чтобы выдать пикантные подробности своего «покорения». Её глаза, живые, с лукавым блеском, хранили рассказ о времени, полном искушений и желаний, рассказ, которым она, казалось, слишком хотела поделиться, рассказ, который я слишком не хотела слушать, не снова.

«Знаешь, Рокси, он был таким ми...» — ровный поток её слов резко оборвался, идеально совпав с резким визгом тормозов кареты — лошадиные копыта заскребли по поверхности дороги. Внезапное замедление заставило меня инстинктивно отвести от неё взгляд.

Посмотрев вниз, я увидела мужчину, затем женщину и ещё одну женщину.

Внезапный прилив тепла охватил моё сердце, словно давно забытый уголёк, вновь разгорающийся в глубинах моей души.

Воспоминания из прошлого, подобно безмолвным призракам, очнулись ото сна, медленно возвращаясь в центр моего сознания. Они вернулись не отдельными фрагментами, а цельным собранием, сплетая историю значительной части моей жизни — двух хороших лет моей жизни.

Однако с этим возрождением пришла сложная смесь эмоций — беспокойство и предчувствие, которые шли рука об руку с глубокой радостью от воспоминаний о тех моментах и этого воссоединения, застывшего с преследующей ясностью.

Пока первоначальный шок не прошёл, я увидела двух маленьких девочек, выглядывающих из-за спин двух женщин.

«Зенит!» Элинализ внезапно спрыгнула с кареты и бросилась к матери моих учеников — Рудеуса и Джулиана — Зенит Грейрат.

Она была ещё красивее, чем в нашу последнюю встречу. Может быть, это возраст добавил её чертам оттенок зрелости, но они выглядели более чёткими. Однако её взгляд — не очень.

Её некогда живые, полные жизни глаза теперь казались тусклыми, словно они потеряли цель. Она обняла Элинализ в ответ, и её губы дёрнулись в улыбке. Она улыбалась. И всё же её глаза, казалось, смотрели в вечную пустоту. Она улыбалась, но казалось, будто кто-то тянет её губы вверх в эту кривую.

Элинализ наконец отстранилась от мисс Зенит и посмотрела на мужчину, мистера Пола.

«Тц...»

«Тц...»

Оба цокнули языками и отвернулись. Однако мисс Зенит после этого дала обоим подзатыльники.

Что ж, по крайней мере, она не совсем потеряла рассудок.

Я знала о её состоянии из письма, которое получила мисс Элинализ. Она была жива, и её доставила сюда группа авантюристов, спасшая её из Лабиринта Телепортации на Континенте Бегаритт.

Однако, хотя она была жива, её разум находился почти в вегетативном состоянии. Она могла думать и составлять слова, но не могла их выражать. Она не могла смеяться или плакать, хотя и издавала хныкающие или восторженные звуки.

«Рад снова тебя видеть, Рокси», — сказал Пол, приветствуя меня.

«И я тоже», — ответила я.

После этого я поприветствовала и Лилию. У неё дела шли довольно хорошо. Её телепортировало в Королевство Широн, где принц Пакс заключил её в тюрьму. К моему собственному удивлению, Рудеус спас её. Интересно, спасёт ли кто-нибудь и меня, когда я окажусь в ловушке в подземелье...

Ух, почему я думаю о таких вещах в такое время?! Выбрось эти фантазии из головы, Рокси!

«Прошло так много времени, мисс Рокси, надеюсь, вам здесь понравится».

Лилия наконец завершила нашу короткую беседу и слегка поклонилась. Я слышала, она вышла замуж за мистера Пола. Интересно, почему она до сих пор прислуживает и ведёт себя как горничная.

Что ж, полагаю, в конце концов, это её личный выбор.

Я заглянула через её плечо и увидела двух маленьких девочек. У обеих были зелёные глаза — точь-в-точь как у Руди. Однако у одной из них были золотисто-русые волосы, а у другой — бордовые.

Лилия оглянулась и улыбнулась. «Та, что слева, — дочь господина Пола и Зенит, госпожа Норн Грейрат. А та, что справа, — моя дочь, Аиша».

Она не добавила фамилию Грейрат к имени своей дочери. Я была весьма удивлена тем, как она вела себя и обращалась с дочерью, так как знала от Джулиана, когда мы спускались в лабиринт, что у него скоро появятся двое братьев или сестёр и что Лилия беременна от Пола.

В моей голове роилась масса вопросов, бушевала буря смешанных чувств, однако я прикусила язык и воздержалась. Весьма возможно, что это была для них деликатная тема, и не мне было в неё вмешиваться. В конце концов, я знаю свои границы.

Я подошла к ним. Аиша была немного выше Норн, однако Норн поразительно походила на Джулиана и, как следствие, на их мать. У неё даже были такие же волосы, как у него. «Здравствуйте, Норн и Аиша», — поприветствовала я их обеих.

У Норн было нерешительное выражение лица, и она придвинулась ближе к матери, её пальцы легонько теребили платье Зенит. «З-здравствуйте, приятно познакомиться».

Я неловко улыбнулась в ответ. Может быть, она не привыкла общаться с людьми. Напомнило мне Руди, когда он стеснялся выходить на улицу или начинать разговор с людьми каждый раз, когда Джулиан вытаскивал его из дома. Это было забавное время, видеть, как два брата, казалось, постоянно ссорятся, но при этом заботятся друг о друге.

В то время как Руди делал это открыто, Джулиан всегда скрывал свои намерения, но, без сомнения, он тоже был заботливым братом. Интересно, если бы он был жив, каким бы он стал. Каковы были бы пределы его таланта? Оба брата были ленивы и не прилагали особых усилий, но оба могли достичь Божественного Класса. Ну, Руди всё ещё может.

Я бы сказала «хотела бы я, чтобы он был жив», но нет смысла плакать над пролитым молоком.

Отвернувшись от Норн, я заметила, что Аиша смотрит на меня с восторгом в глазах: «Вы учительница моего брата? ТА САМАЯ мисс Рокси?» — спросила она с явной радостью на лице.

Я робко почесала щеку. «Эм, да, это я. Откуда ты знаешь обо мне, Аиша?» — спросила я пониженным тоном, пока Элинализ и Талханд встречались с другими членами семьи Грейрат. Меня уже сильно удивило, как она узнала, что я была наставницей её братьев.

«Ну, мой брат рассказывал мне о вас. Вы тоже ходили в лабиринт? Вы сражались с драко...»

«Аиша! Брат сказал, что это секрет», — почти взвизгнула Норн, когда взволнованная Аиша прикрыла рот своими крошечными ручками, замолчав. «Я расскажу ему, как только он вернётся», — продолжила Норн с довольным выражением лица.

«Эй. Нечестно. Я даже не сказала этого. Только маленькая часть вырвалась...» — её голос затих, выражение лица стало крайне унылым.

Погодите, погодите... а? Что всё это значит? Они...

Я подняла глаза и увидела Пола, который смотрел в другую сторону, кусая губу, в то время как у Лилии было безэмоциональное выражение лица, несмотря на слёзы, наворачивающиеся на её глаза.

Они не рассказали малышкам о его смерти.

Это так ужасно.

Что с ними будет, когда они узнают об этом. Судя по всему, они явно больше привязаны к Джулиану, чем к Рудеусу. В глазах Элинализ и Талханда было сочувствие, когда они смотрели на маленьких девочек, спорящих о том, как они будут ябедничать друг на друга, когда он вернётся.

Однако самым удивительным во всём этом была Зенит.

Несмотря на то, какой мрачной и серой была атмосфера, она оставалась неподвижной и невозмутимой. Конечно, у неё было её состояние, но с ней происходили мельчайшие изменения при всём происходящем. Однако, когда у всех на лицах было либо рыдающее, либо соболезнующее и сочувствующее выражение, она оставалась такой, будто устала притворяться.

Интересно, что случилось.

Вскоре после встречи Пол направил нас к довольно дорого выглядящей таверне. Это было высокое здание с широким фасадом, и в отличие от других постоялых дворов или таверн, оно было построено не из простого кирпича или целиком из дерева. Вместо этого оно было сделано из довольно полированного собрания идеально вырезанных плит.

Плиты были настолько блестящими, что отражали солнечный свет от стен и направляли его мне в глаза, что заставило меня отвернуться, сменить положение и затем снова посмотреть на него. Видеть такое красивое здание в [Районе Авантюристов] Милишиона казалось почти сюрреалистичным.

Пол несколько раз извинился за то, что не смог отвести нас в лучшее место, так как демонам запрещён вход на те территории, но это было понятно. Я не ненавижу людей и не виню их за их ненависть или предрассудки по отношению к нам. Хотя поступок одного демона не должен отражаться на всех остальных...

«Красиво, не правда ли?» — сказала Элинализ, стоя между мной и Зенит.

«Да, очень. Я никогда не видела такого прекрасного заведения», — ответила я, всё ещё погружённая в прекрасную архитектуру. Она казалась почти не от мира сего.

Когда мы вошли внутрь, экстерьер, казалось, почти растворился на задворках моего сознания из-за того, насколько элегантным и ещё более красивым был интерьер. Как только мы вошли, нас встретили два человека, стоявших по бокам от каждой двери, которые поклонились и приветствовали нас.

Самым привлекающим внимание при входе был герб. Огромный щит в качестве фона, на котором бирюзовый меч был вонзён в его основание, а семь звёзд образовывали тонкий полумесяц вокруг него. Меч... хммм... разве у Джулиана не было меча такого же цвета? Ну ладно, цвет был тот же, но не в такой форме.

После этого — множество картин, висевших на стене, которые не имели никакого смысла. Я подошла к одной из них. Даже через несколько минут я не могла ничего понять. «Никто из нас тоже этого не понимает, но партнёрша владельца называет это абстрактным искусством», — объяснила Лилия, стоя рядом со мной, сложив руки перед собой.

«Как называется это место? И кто его владелец? Я никогда не видела, чтобы в зданиях использовали такие блестящие плиты», — спросила я, сгорая от любопытства, кто был создателем всего этого.

«Это современная таверна под названием «Севенстар», и владелец, кажется, кто-то тёмный», — ответила она туманно.

«Тёмный?»

«Ну, никто не знает, кто он. Просто однажды он приехал в Милишион, заключил сделку с семьёй Латрея, которая помогла ему получить землю в этом районе. После этого партнёрша владельца, девушка, приехала с огромным ассортиментом вещей, таких как блестящий мрамор, картины и музыкальные инструменты. Инструменты особенно известны».

Сказать, что я была удивлена всем этим, — ничего не сказать. О такой внезапной революции никто не слышал.

«Инструмент называется пианино», — продолжила Лилия. «Поскольку пианино не продаётся, владелец установил высокие цены на выступления. А так как пианино приобрело известность в Асуре среди знати, здесь тоже люди платят много золота за одну ночь выступления. Владелец, безусловно, гений бизнеса», — объяснила она всё одним махом.

«Это так впечатляет», — ответила я, и моё волнение просачивалось сквозь голос. Давно я не была так впечатлена. Никогда не думала, что после обучения Джулиана и Рудеуса кто-то ещё сможет произвести на меня такое впечатление.

«Это так. Хотя, поскольку семья Латрея помогла ему с юридическими вопросами по земле, все товары для них бесплатны на всю жизнь», — закончила своё объяснение Лилия с гордым видом. Это объясняет, почему Пол-сан привёл нас в такое дорогое место.

«Кстати, мисс Лилия, сколько стоит выступление?» — спросила я, немного любопытствуя, смогу ли я себе это позволить.

«Хм». Она приложила указательный палец к губе, словно собираясь с мыслями. «В последний раз, когда я слышала, это было около 10 золотых монет за час».

АААА!? Мои плечи мгновенно опустились. Это далеко за пределами моих возможностей. Но стоит ли оно того? Зачем кому-то добровольно тратить 10 золотых монет на час игры на каком-то новом инструменте.

«Музыка п-правда очень хорошая. Вам стоит её послушать».

Оглянувшись, я увидела Норн, стоящую позади меня, говорящую довольно сдержанно и смущённо. Она, конечно, была милой. «Конечно, можешь показать дорогу?»

«Да!» — ответила она и жестом пригласила следовать за ней. Когда она шла впереди меня, её слегка длинные волосы двигались вверх и вниз, и на мгновение на неё наложился силуэт. Нет, это была не Зенит, а кто-то тесно с ней связанный. Образ вспыхнул в моём мозгу, выжигая его там, прежде чем снова исчезнуть.

Хаааах... может, я слишком много думаю.

(***)

Я забираю свои слова обратно. Даже если бы у меня был небольшой бюджет,а я накопила бы достаточно денег, я бы послушала это хоть раз в жизни. Дело было не только в тоне музыки. Казалось, будто кто-то поёт, и эмоции от мелодии были почти осязаемыми. У некоторых женщин на глазах стояли слёзы, когда они слушали.

Тем временем Аиша и Норн сидели рядом, их глаза были широко раскрыты и блестели.

Норн казалась довольно зрелой. Каждый раз, когда Аиша пыталась что-то сделать, Норн всегда отвечала тем же, но останавливалась на полпути и делала спокойный вдох, прежде чем не совершить тот же поступок, сжимая кулон на шее.

Мне жаль этих двоих.

Надеюсь, они смогут счастливо жить дальше, когда наконец узнают горькую правду о том, что их брата больше нет.

Потому что я знаю, он был таким...

...действительно трудно забыть такого человека, как он.

Мне тоже было тяжело. Но, вероятно, время излечило половину, а вторая половина как-то растворилась в тумане моего непонимания, которое было водоворотом множества вещей, состоящих из моих собственных чувств и сопутствующей им путаницы.

Однако меня кое-что беспокоит. Та девушка-горничная, которая уже некоторое время смотрит на меня, — она демон?

ДЖУЛИАН ГРЕЙРАТ

Миссия была окончена. Мы успешно не только собрали чешую, но и убили множество дрейков. Я получил свою долю денег и немедленно отправился в Раноа.

Нанахоши хотела поговорить о чём-то срочном.

Не уверен, что заставило её отправить мне сообщение по экстренной связи, которую я ей дал. Что ж, узнаю, когда доберусь туда.

Что касается Сары, то я пошёл с ней после того, как она пригласила меня на шоппинг, но именно в этот момент я получил сообщение от Нанахоши. Поэтому мне пришлось уйти и закончить «свидание» или как там это назвать. Она сказала, что хочет сказать что-то важное позже, и заставила меня пообещать встретиться с ней здесь снова, поскольку «Контрастная Стрела» останется здесь надолго.

В общем, я наконец добрался до [Магического Города Шария], расположенного в [Королевстве Раноа]. Когда я прибыл сюда, всё ещё была зима.

Это самая большая страна в Северных землях Центрального континента.

Хотя она и самая большая, её нынешняя национальная мощь примерно на том же уровне, что и у [Королевства Широн]. Однако она тесно связана с королевствами [Нерис] и [Башерант] через Гильдию Магов.

Если сложить объединённую мощь всех трёх стран, то, несмотря на их расположение в жалких северных землях, их можно считать скрытой четвёртой по силе державой в мире.

Раноа, Башерант и Нерис. Вместе эти три страны составляют силу, известную как [Магический Триумвират].

Почему именно «Магический» Триумвират? Потому что здесь находится Штаб-квартира Гильдии Магов?

Это одна из причин. Однако лучшая причина в том, что эти три страны уделяют большое внимание изучению и дальнейшим исследованиям магических искусств.

Не считаясь с расходами, самые талантливые и способные в магии люди собираются с целью продвижения магических знаний.

Что означает, что мне здесь не особо много места.

В любом случае, именно этот момент и был причиной союза между этими странами. И так, на границах каждой из наций возник этот большой город.

Магический город «Шария». Этот город гордится [Магической Академией Раноа], [Штаб-квартирой Гильдии Магов], [Мастерской Магических Инструментов Нерис], и в этих трёх местах было собрано и хранилось всё, что известно о магии.

Сердце «Магического Триумвирата». Не будет ошибкой назвать его самым процветающим городом. Когда смотришь на Магический Город Шария сверху — в центре находится Гильдия Магов, построенная из новейшего магически-устойчивого кирпича, а на востоке — студенческий городок, сосредоточенный вокруг Магической Академии.

Если присмотреться наметанным глазом, то некоторые аспекты Милишиона, похоже, использовались в качестве образца для дизайна этого города.

Кстати о Милишионе, я открыл там не только ресторан, но и отель. Я попросил бабушку заняться юридическими вопросами, так как она почему-то вызвалась делать всё, о чём я её просил. Прибыль от этого отеля целиком идёт Зенит — то есть моей семье. За последние несколько лет я заработал много денег, не поделившись с ними ни одной монетой.

Я также повысил зарплату Еве, учитывая, насколько преданно она отправляла письма о здоровье мамы. Пока она оставалась преданной, её ждала счастливая жизнь. Не то чтобы я собирался даровать ей свободу даже после того, как она выплатит долг.

У Норн, кажется, тоже всё хорошо, она сказала, что за последний месяц избежала драк с Аишей 7 раз. По её успешным попыткам я уже могу догадаться, сколько раз они на самом деле дрались. Однако, поскольку она старается вести себя хорошо, она часто присылает запросы на всякие мелочи. Недавно она попросила меня научиться играть на пианино.

Видимо, ей нравится мелодия пианино в моём ресторане. Думаю, мне стоит однажды отвести её туда и сыграть самому, когда я наконец раскрою им, что я жив.

В общем, я наконец прибыл в Магический Университет.

Когда я приблизился к Магической Академии Раноа, необъятность её кампуса развернулась передо мной, словно грандиозный гобелен архитектурных чудес. Всё пространство было симфонией кирпича, каждое здание — уникальной композицией стиля и содержания.

Передо мной простиралась неровная дорожка с выступами, стёртыми бесчисленными шагами.

Мой взгляд был прикован к центральному зданию, колоссальному сооружению, бросавшему вызов нормам. Издалека оно излучало ауру, напоминающую средневековую крепость, с высокими стенами, казавшимися неуязвимыми для течения времени.

Как будто сами камни шепчут сказания о древней магии и мудрости.

Я подошёл к стражникам и показал им свою Карту Авантюриста, попросив о встрече с директором. После того как они взяли её и ушли внутрь, я немного постоял. Через некоторое время они вернулись и провели меня внутрь.

Прямо передо мной стояла статуя Основателя Академии. По обеим сторонам дороги росли деревья, покрытые тяжёлым снежным одеялом.

Если бы пришла весна, зацвела бы здесь сакура? Сомневаюсь, что в этом мире вообще есть деревья сакуры. По крайней мере, я до сих пор не встречал таких деревьев.

На 3 метра выше самого высокого из засохших деревьев здесь возвышалась кирпичная стена.

Я активировал свои глаза, заметив использованный материал. Магически-устойчивые кирпичи. Как следует из названия, это кирпич, обладающий высокой устойчивостью к магической силе. Похоже, он способен выдержать атаку некоторыми крупномасштабными заклинаниями.

Интересно, насколько велика эта устойчивость.

Он может выдержать моё заклинание, но не заклинание Руди. В конце концов, Маги Императорского Ранга не зря считаются угрозой национального уровня. Говорят, что один святой маг может одолеть сотни солдат. А Руди был способен достичь Императорского Ранга в двух стихиях. Одно это уже травмировало бы, будь вы обычным человеком во вражеской армии.

Я слышал, что Гильдия Магов имеет монополию на производство и продажу этих кирпичей. В Королевстве Асура их так дорого достать, что их используют только в Замковом городе. Я даже не видел их ни в Стране Короля Драконов, ни в Миллисе.

Однако в землях Магического Триумвирата они довольно распространены. Хотя процесс производства строго конфиденциален, стоимость сырья, вероятно, не так высока. Пройдя через кирпичный проход, дорога выходит на большую площадь. Отсюда она разветвлялась на три пути.

В центре стоит статуя женщины в мантии.

«Магическая Академия Раноа, Первый Директор — Фрау Клаудия. Пятьдесят Шестой Глава Гильдии Магов». Так было написано на табличке, прикреплённой к статуе. Похоже, это статуя первого директора. Кирпичные стены здесь заканчивались. На дороге перед нами огромная группа учебных корпусов выглядела как крепость. Кажется, в поле моего зрения помещается только около 6 зданий.

Внезапно, с места рядом со школьным зданием, похожего на площадку для занятий, в воздух вырвалось большое пламя. Урок магии, полагаю.

Слева — несколько зданий с красными крышами. Это тоже было гигантское здание с множеством окон и пристроенной верандой.

Итак. Синие крыши справа, а красные — слева.

Не зная, куда идти, я пошёл направо. Почему? Просто цвет позвал меня.

Подойдя к секретарю за стойкой регистрации, я представился, и она провела меня в кабинет директора. Поскольку никого не было, мне удалось встретиться с ним почти сразу по прибытии.

Войдя внутрь, меня направили к креслу. Диван был довольно жёстким, а обстановка минимальной. Однако для места встреч с авантюристами это вполне подходило. Никаких жалоб.

Примерно через 10 минут появился заместитель директора Джинас. Несмотря на отсутствие предварительной записи, меня встретили довольно быстро. С залысинами, он казался нервным мужчиной в расцвете сил. Он выглядел бы немного внушительнее, если бы не залысины.

Он был одет в тёмно-синюю мантию. Обычно это указывает на пользователя магии воды. Но внешность может быть обманчива.

«Приятно познакомиться, я Джулиан», — поприветствовал я его стандартным японским способом, быстро кивнув головой.

Джинас, в каком-то приподнятом настроении, предложил мне сесть. «Никогда бы не подумал, что вы придёте сюда так скоро».

«Прошу прощения?» — я поднял бровь.

«Видите ли, была одна студентка, которая говорила о вас. Она сказала, что некий авантюрист может прославиться в ближайшем будущем и придёт в этот университет, если захочет. Я не придал этому большого значения, но недавние новости о беловолосом парне, в одиночку выполняющем миссии ранга А, укрепили мою веру в её слова. Для меня честь видеть вас здесь, во плоти».

«Э-э, спасибо. Хотя слухи — это просто преувеличение. Ничего такого грандиозного. У людей есть привычка распространять слухи, приправленные ложью». Я пожал плечами. Надеюсь, он не упомянет ТО прозвище. Его стыдно, почти унизительно произносить вслух.

«Хо-хо, не нужно быть таким скромным. Ваш талант сравнивают с талантом Пылающего Меча. Хотя, сравнение с этой еретичкой было бы не совсем приятным», — ответил он почти извиняющимся тоном. Будьте уверены, меня нисколько не оскорбляет сравнение с самим собой.

«Что ж, я здесь, чтобы встретиться с Севенстар. Надеюсь, это не проблема».

«Конечно, нет, но...» — его голос затих, и на его лице промелькнула улыбка. Деловая улыбка. Улыбка, к которой я привык в этом мире и видел слишком много раз. Улыбка, указывающая на удачную сделку.

«...не будете ли вы заинтересованы в том, чтобы оказать нам услугу?»

Услугу? Я думал, он попросит что-то в качестве равноценного обмена за допуск постороннего на территорию кампуса. «Я весь во внимании».

«Ну, не рассмотрите ли вы возможность поступить в академию? В качестве особого студента, конечно. Вам просто нужно будет исследовать один предмет по вашему выбору, и если исследование окажется прорывным, вы должны будете передать права на него нам. Взамен мы можем устроить вас в высший эшелон Гильдии Магов, а также предоставить вам бесплатные ресурсы на время вашего пребывания здесь. Как вам такое предложение?»

Что ж, я и так планировал сюда поступить. С дополнительными преимуществами это определённо была хорошая сделка. Особенно если на исследовании не будет моего имени. Я не хочу так привлекать к себе внимание. «Я подумаю над этим. Хотя я заинтересован», — ответил я и после этих слов ушёл искать Нанахоши.

(***)

Я подошёл к двери, за которой была Нанахоши. Я попытался постучать, но моя рука остановилась прямо перед этим. Вместо того чтобы открывать дверь, я сразу потянулся к ручке и нажал на неё, открывая дверь.

Она её не заперла. Комната была открыта, уязвима.

Войдя, я увидел её. Она лежала на кровати, её лицо было искажено от муки, несмотря на то, что эмоции, обычно видневшиеся на её лице, отсутствовали. Её волосы были в беспорядке, раскиданы по всему лицу.

Она не двигалась. Я почувствовал, как мои глаза расширились, но затем заметил ритмичное поднятие и опускание её груди, прерываемое редкими всхлипами.

Когда я открыл дверь шире, комнату наполнил звук стекла, скребущего по грубому полу. Посмотрев вниз, я увидел разбитую бутылку вина, её терпкий, фруктовый аромат наполнил воздух. Оглядев комнату, я увидел разбросанные повсюду порванные книги.

Наклонившись, я поднял один из листов бумаги и посмотрел на него. Она написала это сама, а затем разорвала на куски и разбросала.

Полки были опрокинуты, содержимое банок валялось повсюду.

Её фарфоровая маска лежала на полу, разбитая на осколки. Посмотрев в её сторону, я увидел несколько царапин на её лице, а также на стене. Стена была в нескольких местах вдавлена.

Похоже, пока она била по стене металлическим прутом, она пошатнулась и споткнулась о содержимое банок, которые она разбросала повсюду.

Её руки были сжаты в кулаки, и в щелях между пальцами я видел много прядей чёрных волос. Даже во сне все её мышцы были напряжены, словно она копила всю свою силу, чтобы в любой момент начать бушевать.

Внезапно её глаза распахнулись. «Джулиан?»

«Нет. Сито», — ответил я. (Сито — ангел смерти в японской культуре).

Я наполовину ожидал усмешки, но на её лице появилась облегчённая улыбка. «Лучше умереть, чем просто гнить в таком месте. В месте, которому я не принадлежу».

Цвет её лица был чисто-белым, глаза пусты и затенены, губы потеряли цвет, они были сухими и потрескавшимися.

Такое лицо бывает у человека во время очень сильного эмоционального срыва. Она может попытаться покончить с собой.

«Ты ведь знал с самого начала, не так ли?» — снова заговорила она, её глаза впились в мои, пока она всё ещё слабо, уязвимо лежала на кровати. «Ты дал мне столько ложной надежды».

«Значит, Орстед наконец тебе рассказал?» — ответил я. Необходимо было дать ей достаточно мотивации, чтобы она не покончила с собой, поэтому мне пришлось провести с ней всё это время. Таков был план изначально. Однако, рассказал ли ей Орстед правду о том, что, сколько бы она ни старалась, она не сможет вернуться, потому что я слишком сильно изменил временную линию?

«Ну и что, что он мне рассказал? Зачем ты обманывал меня всё это время?» — в её голосе звучало явное предательство, когда ей удалось сесть, её тонкие руки едва поддерживали её тело. «Будешь отрицать, что ты не обманывал меня и не знал о плане Орстеда или о чём-либо из этой реальности?»

«Нет, я обманывал тебя. Постоянно. Последние 3 года. Твоё присутствие в этом мире необходимо в далёком будущем», — признался я. Лгать не было смысла.

Она усмехнулась: «Знаешь, что смешно? Орстед сказал мне наслаждаться жизнью. Найти здесь какой-то смысл. Смысл? В этом мире?» — она продолжала говорить, пока я садился рядом с ней. Она тут же отстранилась от меня, слёзы выступили на уголках её глаз.

«Успокойся...»

«Нет, нет, Джулиан, ты не понимаешь. Он сказал, что я никогда не вернусь домой. Я умру здесь. Здесь. В этом мире. В мире, где у меня нет никого, кого я могла бы назвать своим...»

Её плечи дрожали. Медленно она повернула ко мне лицо. Оно снова сморщилось. Слёзы скопились на её опухших глазах. «Я не хочу умирать. Не так».

Словно прорвало плотину, слёзы хлынули потоком.

«Я не хочу умирать здесь! Я не хочу умирать в этом странном мире! Почему? Почему? Это слишком странно! Эй, ты знаешь? Я совсем не изменилась за эти проклятые 4 года! Я не становлюсь выше, и мои волосы не становятся длиннее! Я голодаю, я хожу в туалет, но мои ногти никогда не растут. У меня даже месяч...» Прежде чем она смогла договорить, я прижал свои губы к её, влажное и солёное ощущение внезапно наполнило мои сухие губы. Её обременённые глаза широко распахнулись, её губы дрожали, когда я сильнее прижал её нижнюю губу между своими.

Она всхлипнула и схватилась за края моих рукавов, плача сильнее, чем прежде, но сопротивление и желание покончить с жизнью медленно угасали и иссякали. Отстранившись от неё, я посмотрел ей в глаза.

«Ты слишком много говоришь. Не то чтобы ты собиралась ещё вырасти», — сказал я, моё лицо всё ещё было перед ней, пока я смотрел в её глаза, её дыхание обдувало пряди волос, упавшие мне на лицо.

«Зачем ты это сделал?» — спросила она, и прежнее выражение предательства в её глазах исчезло.

«Кто знает», — ответил я.

«Ты снова меня обманываешь?»

«Вероятно».

«Ты жалеешь, что сделал это только ради того, чтобы обмануть меня?»

«Нет».

«Ты сделаешь это с кем угодно, если получишь то, что хочешь?»

«Нет».

Её губы сжались; прежние потрескавшиеся губы теперь были увлажнены. Она наклонила голову и приблизилась, её губы приоткрылись, и наши носы столкнулись. «Ай...»

«Ты ни одного дела не можешь сделать правильно, да?»

«Э-эй! Это был мой первый раз. И вообще, почему ты так язвишь после того, как силой набросился на меня?» — сказала она, вытирая слёзы, всё ещё стоявшие на её лице, и глядя на меня искоса. «Я... ух, чёрт бы всё побрал».

Без всяких предосторожностей она снова поцеловала меня, несмотря на то, что ударилась носом, но предпочла проигнорировать боль. Я оставался на месте, глядя на неё сверху вниз. Её глаза были закрыты, когда она жадно прильнула к моей верхней губе, прежде чем наклонить голову в противоположную сторону и дико наброситься на нижнюю.

Поцелуй был влажным и небрежным, её язык на вкус был как... ягоды? Ах да, она пила вино. Я хотел оттолкнуть её, но это тело меня предавало.

Вместо того чтобы оттолкнуть её, я притянул её ближе, углубляя поцелуй.

Что я должен здесь чувствовать? Этот лёгкий подъём пульса — признак чего-то? Или это активация гормонов, вызванная моим половым созреванием?

У человека такие действия, как поцелуи, заставляют мозг выделять коктейль химических веществ, которые вызывают приятные ощущения, активируя центры удовольствия в мозгу — окситоцин, дофамин и серотонин, что может вызвать эйфорию и способствовать чувствам привязанности и единения.

Но опять же, это искреннее желание сблизиться или просто мимолётное чувство?

Она отстранилась, её взгляд искал в моём хоть какой-то намёк на эмоции. Однако всё, что я мог предложить, это лёгкий наклон головы, жест, который, казалось, одновременно и соглашался, и отвергал её капитуляцию.

Она почти нахмурилась от моего отсутствия реакции, как будто ожидала, что я поступлю иначе, подпрыгну от радости и зашепчу ей на ухо нежности, даже после всех этих лет, проведённых рядом со мной. Но я был неподвижен по другой причине.

Её растерянное выражение вскоре смягчилось до принятия, и она легонько коснулась моей щеки, её пальцы были тёплыми на моей коже. Я чувствовал её присутствие, желание, исходящее от неё в осязаемой форме. Я попытался закрыть глаза и вдохнуть её, позволяя ей заполнить каждую часть меня, пока я больше не принадлежал себе.

От неё исходил лёгкий аромат лилии, смешанный с алкоголем.

Она наклонилась и поцеловала меня снова, на этот раз медленнее. Я чувствовал, как бьётся её сердце, мягкий ритм совпадал с моим, когда мы двигались вместе в одном совершенном, неспешном движении. Мои глаза были открыты и смотрели на неё, когда она тоже открыла их, и мне показалось, что я смотрю в зеркало, отражение моих собственных бледно-голубых глаз отражалось мне в этот момент.

Её губы были мягкими и тёплыми, её тело прижималось ко мне так, словно она никогда не хотела отпускать.

Я думал, что уже чувствовал поцелуй раньше. Но это не то же самое, что когда я поцеловал Кей.

Чего не хватает? Что здесь лишнее? Это врождённая похотливость рода Грейрат?

Она медленно отстранилась, её взгляд всё ещё искал мой. Она улыбнулась на мгновение, потом на два, её глаза затуманились от эмоций, когда она кивнула в знак понимания.

Какого понимания?

Не знаю.

Она наконец отстранилась от меня и посмотрела в другую сторону. Она не встречалась со мной взглядом.

Что ж, думаю, не стоит усложнять здесь обстановку. Я пойду. Не похоже, что она снова попытается что-то в этом роде. Я медленно встал с кровати, и она плюхнулась обратно на неё. Я не оглядывался. Я просто наклонился и подобрал куски бумаги, которые ещё можно было спасти и которые не были полностью испорчены.

Используя Магию Ветра, я собрал осколки стекла и очистил пол от вина и других пятен и запахов с помощью горячей воды и воздуха. Когда всё было чисто, я бросил остатки в пластиковый пакет и поставил его в угол комнаты.

«Выброси мусор в мусорное ведро утром. Я возвращаюсь», — сказал я, всё ещё не глядя на неё. Я открыл дверь и почти вышел.

«Джулиан...» — её голос прозвучал робко.

«Хм?» Я наконец оглянулся. Она свернулась калачиком на кровати, отвернувшись, и обняла колени. Её голос был приглушён, потому что она уткнулась в них лицом. «Останься на ночь, пожалуйста». Вероятно, это был внезапный порыв, но я шагнул назад и запер дверь. Вернувшись, я направился к дивану.

«Не туда. Спи со мной...» — её голос совсем затих к концу.

Что ж, было довольно холодно, так что, думаю, мне стоит лечь там.

«Хорошо», — ответил я и запрыгнул на кровать. «Удобно», — прокомментировал я.

«Мхм...» Она всё ещё обнимала колени, и её лицо было отвёрнуто. Я лежал прямо, мой взгляд был устремлён в простой деревянный потолок. Единственным звуком в комнате был вой метели снаружи, лёгкий скрип потолка и дрожащее окно, которое изо всех сил пыталось выдержать натиск ледяного демона снаружи.

Мои волосы упали мне на глаза. Пальцами я зачесал их назад.

«Мне холодно».

«У тебя есть ещё одно одеяло в шкафах?»

«Нет».

«У тебя есть что-то ещё, во что можно завернуться?»

«Нет».

«О? Я могу разжечь огонь в ками...»

«Просто подвинься немного ближе. Я слышала, прикосновение телами может передать немного тепла...»

«Э-э, ладно». Она была права. Я подвинулся немного ближе, а она медленно придвинулась спиной и коснулась моей груди.

«Теперь лучше», — пробормотала она.

Я долго смотрел на неё сзади, ни о чём не думая. Или думал?

После долгой паузы молчания я подсунул одну руку ей под голову, а другую перекинул через неё, притягивая к себе, пока вся её спина не коснулась меня. Её тело на мгновение вздрогнуло, а затем расслабилось. Она просунула одну ногу между моих, переплетая их. «Спасибо».

За что спасибо?

Я был слишком уставшим, чтобы думать. Барьер вокруг меня — нас — угас, и мои глаза потяжелели. Моё лицо опустилось и уткнулось в её волосы... её шею, когда я погрузился в глубокие объятия сна.

Она была тёплой и уютной.

И моя мана была почти на исходе. Мне нужен был отдых.