Лавка незнакомца

Прошло два дня. Улицы города жили своей обычной шумной жизнью, но для нашей шестерки этот срок тянулся вечностью, наполненной тягостным молчанием и грузом потери. Они бродили по городу в тщетных поисках черного дома с цифрой восемь и загадочной вывеской. Акума, в своем новом человеческом обличье, лихорадочно изучал купленную карту, пытаясь сориентироваться в мире, который теперь казался ему чужим и слишком большим.

— Долго мы еще будем бродить? — ворчал Мисоно, чье слабое здоровье давало о себе знать. Он каждые пять минут останавливался, позволяя Лили, который сидел у него на голове в виде бабочки, призывая свое кресло.

— Скоро, наверное, — рассеянно ответил Акума, уткнувшись в карту, и тут же врезался лбом в фонарный столб. — Ау! — отскочил он, потирая ушиб. — Черт, а я уже привык проходить сквозь всё!

— Потому что ты теперь обычный человек, — безрадостно констатировал Махиру. Горе все еще тяжелой пеленой лежало на нем, заглушая все остальные чувства.

— Блин, а я так надеялся, что это просто дурной сон... — пробормотал Акума, но вдруг его взгляд упал на нужный номер. — Эй, кажется, это он!

— Наконец-то, — облегченно выдохнул Мисоно.

Акума распахнул дверь, и группа ввалилась внутрь. Лавка оказалась крошечной, забитой до потолка самым невероятным хламом: механическими куклами с пустыми глазами, тикающими устройствами неясного назначения, сушеными травами и странными артефактами. Воздух был густым от пыли и запаха старого дерева. Посередине стоял один-единственный стол, а за ним — кресло, развернутое спинкой к вошедшим.

— Только не говорите, что мы пришли в лавку моего брата! — воскликнул Мисоно, но тут же заткнулся, когда кресло с скрипом повернулось к ним.

В нем сидел молодой человек. Его кожа была бледной, как у альбиноса, и покрыта контрастными пятнами витилиго, а волосы — угольно-черными. Алые глаза с белыми ресницами с любопытством разглядывали гостей, а голова была наклонена набок, как у любознательной птицы.

— Брат? — переспросил он, и в голосе звенела искренняя, безумная растерянность. — Это съедобно? Или это можно... разобрать на запчасти? Ох, сколько покупателей! Что пожелаете? — Он понизил голос до конспиративного шепота, поднимая стеклянный шар с искрящейся внутри метелью. — Волшебный снежный шарик? С наркотой. — быстро протораторил тот, продолжив — Или... — его взгляд стал игривым, — бумеранг для неверного супруга? Гарантированно отделит причинное место владельца-изменщика!

— Стой-стой, нам не нужны твои товары, — начал было Махиру, но незнакомец молнией очутился перед ним, прижал его к стене и прильнул так близко, что их носы почти соприкоснулись.

— Не нужны? — прошептал он, и его голос внезапно стал грустным и усталым. — Ты меня расстраиваешь...

Сакуя рванулся было на помощь, но Акума остановил его жестом. Напрасная предосторожность. Незнакомец резко сжал горло Махиру, и кожа на шее юноши тут же покрылась мерзкой, быстро расползающейся гнилью. Люцифер и Сакуя силой оттащили его от Махиру.

— Что ты сделал?! — взревел Акума.

— А это, дорогой мой, — продавец весело улыбнулся, сделав изящный кувырок и снова устроившись в кресле, — чтобы вы купили этот восхитительный чокер! Всего-то миллион йен! Он идеально скроет последствия... способность, кстати, одолжил у самого Зеи! — Самой смерти в мире людей. Надеюсь, он не в обиде...

— Ты с ума сошел?! Зачем калечить людей ради продажи?!

— Не купите — никуда не попадете! — надул губы парень, делая вид, что обиделся.

Пока Акума препирался с ним, Люцифер уже склонился над Махиру. Он приложил к его шее талисман, и гниль отступила, оставив после себя лишь темную метку. Затем сервамп смерти негромко щелкнул пальцами — и в складках его кимоно зашуршали новенькие купюры.

— Ладно, мы покупаем этот дурацкий чокер, — сквозь зубы проговорил Акума. — За пятьсот тысяч.

— Ни-ни! — запротестовал тот, кача головой.

— Грр...

— Вы закончили? — спокойно перебил их Люцифер, выходя вперед. Он протянул пачку денег. — Миллион. Наличными.

Продавец, которого Акума мысленно уже окрестил всеми ругательствами, с хитрой ухмылкой потянулся за деньгами, но его взгляд упал на разрез на кимоно Люцифера.

— Ой, а у вас ранка! Не желаете пояс-целитель? Всего тысячу йен! Высосет всю боль и лишние органы!

— Если не прекратишь, — Люцифер улыбнулся ледяной улыбкой, — я сам посмотрю, что у тебя внутри лишнего.

— Ну ладно, ладно, — Голгофа с преувеличенной обидой убрал пояс. — С вас миллион. Наличными? — он с радостью принял деньги и швырнул Акуме черный кожаный чокер.

Тот бросил его Махиру. Парень поймал аксессуар и вдруг вскрикнул, выронив его — изнутри ошейника на мгновение показались крошечные острые зубы.

— Ах, да! — всплеснул руками Голгофа. — Чуть не забыл! Он может и прикусить слегка, вырывая лишние связки и гланды. Зато стильно!

— Теперь к делу, — терпение компании было на исходе. — Как нам попасть в измерение близнецов?

— С этим я помогу, если... — начал было Голгофа, но увидел единодушное смертоносное выражение на лицах пятерых парней. — Ладно-ладно, — скучно махнул он рукой. — Держите. Сфера перемещения. Одноразовая.

Он щелкнул пальцами, и в воздухе развернулся портал. Сакуя, Махиру, Люцифер и Акума шагнули в него. Но прежде чем Мисоно и Лили последовали за ними, портал резко захлопнулся.

— Маленьким и старым — воспрещается! — прокричал Голгофа.

— Я маленький?! — взревел Мисоно.

— Он прав, — успокоил его Лили. — Кто-то должен остаться на подхвате. На всякий случай. — Хотя и сам чуть не прибил продовца, за то, что его обозвали старым...

— Ну что ж, — улыбнулся им Голгофа, снова наклоняя голову набок. — Раз уж вы остались... не желаете ли чего-нибудь прикупить?

🥀🥀🥀

Четверка очутилась в призрачном, бесцветном мире. Все вокруг было окрашено в оттенки серого: и дома на площади, и редкие деревья в садах, и даже надгробия на кладбище поодаль. Звуки приглушены, будто доносятся из-под толщи воды.

— Место, где погиб Куро... должно быть где-то здесь, — тихо, с болью в голосе проговорил Акума, сжимая в руках бесполезную теперь карту. Неожиданно для себя самого он почувствовал, как по щекам у него катятся слезы. — Я... я не думал, что буду чувствовать такую... пустоту.

— Хватит раскисать, — безжалостно оборвал его Люцифер, окидывая взглядом безрадостный пейзаж. — Мы должны найти его. Черт, почему я не чувствую свою же метку?!

Ответ пришел оттуда, откуда не ждали. Из-за спины донесся ледяной, знакомый голос: Потому что от него давно не осталось ничего, что можно было бы почувствовать!

Они резко обернулись. Перед ними, опираясь на свою бесцветную косу, стоял Мефистофель. Его лицо расплылось в широкой, безумной ухмылке.

— Так-так-так, — протянул он, с наслаждением разглядывая их. — Я повсюду искал Сервампа Смерти, а он... сам пришел ко мне. О, мой милый, милый лисенок... — Он медленно опустил острие косы, принимая боевую стойку. В его глазах плясали огоньки мании. — С твоей силой я стану поистине полным... Завершенным! — И без дальнейших слов он ринулся в атаку.