Противный, въедливый писк электронного будильника разорвал предрассветную утреннюю тишину спальни, будто тупым, ржавым ножом прошёлся по хрупкому спокойствию глубокого сна. На светящемся табло настольных часов, стоявших на деревянной тумбочке у изголовья, с ритмичным, раздражающим мерцанием мигали яркие зеленые цифры — 07:30.
Я сонно поморщился, с трудом продирая глаза, нащупал единственной левой рукой кнопку на пластиковом корпусе и с резким, почти злым нажатием выключил звук. После этого несколько длинных, тяжелых секунд я лежал абсолютно неподвижно, уставившись в ровный белоснежный потолок, словно пытался заново собрать воедино собственное сознание и вспомнить, кто я такой и где именно нахожусь. В голове на мгновение образовалась абсолютная, звенящая пустота... но это благословенное затишье длилось совсем недолго.
Сессия.
Третий практический этап: «Управление Мраком».
Мысль вспыхнула в сознании резко и безоглядно, подобно горящей спичке, брошенной в открытую емкость с бензином. Сердце тут же отозвалось мощным, сбивающимся толчком — оно потеряло ровный ритм и забилось куда быстрее, тяжелее, с глухим стуком отдаваясь прямо в висках. В груди волной поднялось знакомое, трудноконтролируемое чувство — сложная, гремучая смесь липкой человеческой тревоги, дикого боевого предвкушения и... странного, почти болезненного темного возбуждения.
В глубине правого плеча, прямо под кожей и слоем плотных бинтов, где теперь вместо привычной руки скрывалась монолитная обсидиановая сущность, появилось едва заметное, но глубокое, пульсирующее тепло. Слабая, но четкая волна прошла по всему телу до самых кончиков пальцев левой ноги, словно древняя сила внутри отозвалась на мои чересчур бурные эмоции.
«Ты ведь тоже это чувствуешь, верно?..» — мысленно прошептал я сам себе, сжимая левый кулак.
> «О да, я чувствую каждый твой нервно вздрагивающий мускул, мой дорогой Полубог», — в глубине разума мгновенно раздался сонно-ядовитый, бархатный голос Никс. Тень потянулась в моем сознании, словно ленивая, хищная кошка после долгой пляски. — «Сегодня просто прекрасный, замечательный день для того, чтобы показать этим старым, заплывшим жиром чиновникам из Академии, как выглядит истинная, первородная сила. Или для того, чтобы случайно испарить половину их драгоценного подземного полигона вместе с комиссией. Я, признаться, с радостью согласна на любой из этих вариантов!»
>
Я сжал зубы до хруста и резко сел на краю кровати, волевым усилием отгоняя прочь ядовитые комментарии тени. Не время для ее бесконечных подколов.
Пол в комнате был прохладным — эта свежесть ощущалась даже через плотные шерстяные носки. Я быстро поднялся и направленной походкой пошел в ванную комнату. Наполненная до самых краев раковина встретила меня ледяной водой, которая мощным, обжигающим плеском ударила в лицо, мгновенно прогоняя последние липкие остатки предрассветной дремоты. Я поднял мокрую голову и внимательно, скрупулезно посмотрел на собственное отражение в запотевшем зеркале.
Взгляд стал заметно жестче. Чище. Но в самой глубине карих зрачков, если присмотреться при хорошем ярком освещении, всё еще дрожала едва уловимая, опасная фиолетово-черная тень.
Я провел мокрой ладонью по лицу, сгоняя тяжелые капли воды, глубоко вдохнул и отвернулся. Перевязку на обрубке плеча я поправил аккуратно, хотя делать это одной левой рукой всё еще было чертовски неудобно и непривычно.
Завтрак получилось сделать максимально простым и незамысловатым, без изысков. Высокий стакан холодного молока и пара плотных кусков мягкого белого хлеба с маслом. Я жевал почти машинально, совершенно не чувствуя вкуса пищи — все мои мысли уже были далеко отсюда, на укрепленных полигонах Академии Рейдеров. Сегодня действительно многое решится. Или я докажу суровому Совету, что способен намертво контролировать Мрак даже в покалеченном теле... или Мрак прямо на глазах у всей высшей комиссии докажет, что он полностью контролирует меня.
Я поставил пустой стакан на полированный стол и на мгновение замер, оглядываясь. Тишина новой квартиры была непривычной. Спокойной. Даже по-своему глубоко уютной. Я медленно обвел взглядом просторное, светлое помещение. Больше никакой тесной, сырой и темной однушки из нижних трущоб, которая насквозь пропахла плесенью, гнилью, дешёвым табаком и безысходностью. Теперь это было абсолютно другое место. Чистые белые стены, аккуратно развешанные картины с зимними пейзажами, мягкий свет, льющийся из большого панорамного окна. Всё выглядело… правильно.
У самого выхода в прихожую стояла небольшая тумбочка из светлого дерева, а на ней — живой зеленый цветок в глиняном горшке. Ничего особенного, но именно такие мелкие детали и делали это место настоящим, безопасным домом.
«Смешно… Я действительно начинаю к этому привыкать», — промелькнула тихая мысль.
Быстро одевшись в строгую парадную форму Академии Рейдеров, я привычным, уже отработанным до автоматизма движением закрепил пустой правый рукав суконного кителя красивой серебряной булавкой. Ткань легла ровно, будто так и должно было быть изначально. Хотя внутри всё еще ощущалось… неправильно.
Фантомный зуд и ломота в несуществующих пальцах правой руки усилились, еще раз жестко напоминая о той огромной цене, которую я уже заплатил за спасение друзей в саду Виллонгов.
Щелчок надежного английского замка прозвучал слишком громко и звонко в утренней тишине подъезда. Я быстро спустился вниз — второй этаж, всего пара широких пролетов, но каждый шаг отдавался легким, собранным напряжением во всем теле.
Когда тяжелая дубовая дверь подъезда opened наружу, в лицо сразу ударил морозный, бодрящий воздух. Резкий, чистый, пахнущий хвоей и снегом. Я невольно сделал глубокий вдох. Легкие будто обожгло ледяным холодом, но это неприятное чувство быстро сменилось абсолютной ясностью в голове.
Зима вступила в свои права окончательно и бесповоротно.
Под ногами суховато скрипел свежевыпавший снег, хрустя при каждом шаге. Небо над головой было абсолютно чистым, почти болезненно голубым, а яркое зимнее солнце ослепительно отражалось от белоснежной поверхности, заставляя невольно щуриться. Я на мгновение остановился и оглянулся назад.
Пятиэтажное здание из светлого камня выглядело аккуратно и даже немного… благородно. Оно стояло прямо посреди ухоженного, огороженного сада поместья Виллонгов. Даже глубокой зимой здесь отчетливо чувствовалась забота садовников: ровные расчищенные дорожки, аккуратно подстриженные кусты, бережно укрытые снегом редкие деревья.
Ну конечно, Артур лично постарался, чтобы мне выделили лучшее жилье из фонда его семьи…
Дорога до главных ворот Академии Рейдеров заняла совсем немного времени, но за эти десять минут пешего хода я успел наглядно заметить, как сильно изменился весь город. На улицах Золотого района стало вдвое больше вооруженных патрулей в тяжелой броне, а лица обычных прохожих казались куда более хмурыми и напряженными. Тревожные слухи о новых пространственных разломах и аномальной нестабильности Мрака постепенно просачивались в народ, словно медленный яд в кровь.
С каждым шагом по направлению к центральным воротам людей вокруг становилось всё больше. Студенты старших и младших курсов спешили, на ходу переговаривались, кто-то нервно повторял теоретические формулы, уткнувшись в планшет, кто-то, наоборот, изо всех сил делал вид, что ему абсолютно всё равно, натужно и слишком громко хохоча над несмешными шутками напарников.
Но общее напряжение буквально висело в морозном воздухе — густое, липкое, ощутимое физически.
Когда я переступил порог и вошел в огромный главный вестибюль, настенные часы показывали ровно 08:12.
Восемнадцать минут.
Всего восемнадцать минут оставалось до официального начала испытания.
Коридоры Академии буквально гудели от сотен голосов. Смех, жаркие споры, нервные выкрики — всё смешалось в один плотный, давящий гул. Но сквозь весь этот шум отчётливо пробивалась скрытая вибрация чужой магии. Сегодняшний экзамен был не просто рядовой проверкой академических знаний. Это была демонстрационная арена, вызов, демонстрация силы.
Я медленно шел вперед по мраморным плитам, практически не глядя по сторонам. Мимо с хохотом пронеслась группа взволнованных первокурсников, едва не задев мое левое плечо. Один из них резко обернулся, явно желая бросить вслед какую-то дерзость, но, встречаясь со мной взглядом и замечая заколотый рукав, моментально осекся, побледнел и поспешил затеряться в толпе.
Контроль.
Полный фокус.
Не дать Мраку ни единого шанса вырваться наружу.
Я остановился перед массивными двустворчатыми дверями центрального испытательного зала. Тяжелые, темные, обитые толстыми полосами черного металла — они выглядели поистине угрожающе. Именно за ними сейчас решалась моя дальнейшая судьба.
— Эй, Эрис... Ты как вообще? — раздался сбоку знакомый, немного нервный голос.
Я медленно повернул голову. Кай стоял, прислонившись к каменной стене и скрестив руки на груди. Выглядел он значительно бледнее своего обычного вида, а его длинные пальцы мелко и ритмично подрагивали, выбивая сухую дробь по предплечью.
— В полном порядке, — ответил я коротко и ровно. — А ты сам как, Кай?
— Жить буду. Наверное, если не срежут на первом же практическом круге, — он криво, безрадостно усмехнулся. — Слышал уже, кто именно сегодня вошел в состав экзаменационной комиссии? Говорят, из столицы нагрянули высшие чины. Приехал кто-то из самого Совета Безопасности. Проверка будет не просто жесткой, а прямо-таки беспощадной. Они ищут любые отклонения от нормы. Мрак в последнее время ведет себя по всему региону... крайне странно.
Я промолчал. «Странно» — это было сказано слишком мягко. Я чувствовал эту странность всей своей обновленной природой. Пространство вокруг здания Академии будто натянулось, как стальная струна, готовая лопнуть от малейшего неосторожного прикосновения.
— Главное для тебя сегодня — не переборщить с выходом энергии, — добавил Кай уже значительно тише, опустив взгляд на мой пустой рукав. — Ты ведь сам прекрасно понимаешь, что именно они будут искать в каждом из нас. Малейший признак нестабильности, малейшая вспышка неконтролируемой тьмы, и тебя...
— Я прекрасно всё знаю и понимаю, Кай, — перебил я его спокойным, но не допускающим возражений тоном.
Я снова перевёл взгляд на темные металлические двери. Внутри правого плеча мгновенно откликнулся обсидиан. Пульсация темной крови стала чуть сильнее, требовательнее, горячее. Древняя суть внутри меня явно жаждала вырваться наружу. Она хотела показать себя этим смертным во всем своем величии.
«Ты ждёшь этого испытания… или на самом деле панически его боишься?» — задал я прямой вопрос самому себе.
Четкого ответа в голове не было. Лишь глухой резонанс черного кристалла.
Я медленно поднял единственную левую руку и положил ладонь на массивную дверную ручку. Металл оказался буквально ледяным, обжигая пальцы даже через плотную кожу тренировочной перчатки. На одну короткую секунду весь окружающий мир вокруг меня будто замер. Шум забитого студентами коридора, громкие голоса, шелест одежды, шаги патрулей — всё это мгновенно отдалилось, стало совершенно неважным и чужим.
Остался только я… и эта граница из черного металла. Хрупкая грань между привычным, понятным миром и тем, что неотвратимо ждало меня внутри.
Я сжал пальцы на ручке крепче, отчетливо чувствуя, как прямо под моей собственной кожей перекатывается чужая, холодная, но теперь уже родная воля Полубога.
— Пора, — бросил я Каю, не оборачиваясь.
И с усилием толкнул тяжелую створку от себя. Она поддалась с глухим, утробным скрипом старых петель, открывая перед нами вид на огромный, залитый холодным магическим светом зал и длинные ряды судейских столов, за которыми уже восседали те, кому предстояло вершить наш суд.
Жребий был окончательно брошен.
[ТЕКУЩИЙ СТАТУС]
* Локация: Главный испытательный зал Академии Рейдеров.
* Событие: Третья практическая сессия («Управление Мраком»).
* Состояние ядра: Высокий уровень резонанса обсидиановой крови, готовность к проявлению силы.