Глава 9. Поездка к океану.
Дальше мы оба шли в тишине, опустив головы.
Я посмотрела вперед и поймала взглядом цветастые макушки. Прищурилась,
присматриваясь. Казалось, что все малочисленные посетители метро обратили
вниманию на нашу компанию. Не удивительно. То есть, как кто-то может проигнорировать
существование этих людей, напоминающих моделей, и их причудливых волос
невозможных цветов?
Ребятам стоило бы прикрыть голову, как и сделал Ю Чон Ен. Я
цокнула языком и подбежала к компании.
Ву Джу Ин, который имел невероятные для корейца карамельные
волосы, рассмеялся.
– Воу, ребят, вы пришли вместе? Вы походите на шпионов, – прокомментировал
он, как обычно, весело.
– Благодарю, – тихо ответил Ю Чон Ен, опять спустив свою
маску до подбородка. Он мало разбирался в шутках, а потому принял высказывание
за чистую монету.
Я хихикнула, а Ву Джу Ин бросился мне на шею, сияя улыбкой.
– Мам! Я скучал.
– Ну-ну, мой милый маленький Джу Ин, – ответила я, защекотав
его под подбородком и захрипев, как только он обнял меня сильнее. Чтобы выбраться из хватки, мне пришлось легко
ударить его по рукам. Я рассмеялась, поглаживая его по волосам.
Кто бы что ни думал, но я была без ума от Ву Джу Ина. Он
милый. Хотя иногда он и был излишне заумным, таким, что никто из нас не мог
успеть за его мыслями, но в большинстве случаев оставался очаровашкой. Однажды
он назвал меня мамой, и теперь это прозвище с его стороны ко мне прицепилось.
Ын Хен позвал меня, а потому я повернула к нему голову, заглянув
в его теплые серо-зеленые глаза:
– Поезд отъезжает. Пошли.
– Ага.
Я ущипнула Джу Ина за нос и отпустила. Все вместе мы зашли в
вагон.
Бан Е Рен вязала меня под локоть, пристроившись справа.
Слева примостился Ву Джу Ин, а рядом с ним Ин Джи Хо и Ю Чон Ен, болтающие от видеоиграх.
– Ребят, вы знаете о последствиях такого вот увлечения видеоиграми?
– нахмурившись, спросил Квон Ын Хен.
– И что же?
Стоило Ин Джи Хо ответить, как Ын Хен указал на него пальцем
и что-то тихо сказал. И уже через мгновение посинел не только Ин Джи Хо, но и Ю
Чон Ен.
Что же он такого он сказал? Я подозрительно посмотрела на Квон
Ын Хена, который открыто смеялся. Наши глаза встретились, и он поинтересовался:
– Что такое?
– Ничего.
Я улыбнулась и отвернулась к Ву Джу Ину: он начал скулить от
того, что я не обращаю на него внимания. Ын Хен – единственный парень в нашей компании,
которого я зову по имени. Нет, я, конечно, называю Ву Джу Ина просто Джу Ин, но
я не воспринимаю его как, непосредственно, парня, поэтому сей факт можно
опустить.
Ын Хен же производил впечатление очень милого, ответственного
и справедливого молодого человека. Именно поэтому он и занимал пост старосты
класса на протяжении трех лет.
Люди любят его. Однако я не могу выкинуть из головы мысли о
том, что он может оказаться злодеем. Я не знаю, откуда берутся такие мысли.
Может, это связано с развитием истории данной новеллы и тем, как с каждым днем
все новые бусинки нанизываются на нить повествования. Я почесала руки.
Как только огонек на табло зажегся, поезд тронулся. За окном
тянулись к небу небоскребы и опоры линий электропередач – за ними виднелись
горы.
Бледный рассвет наполнялся красками, рисуя вдалеке
невероятный пейзаж. В любом случае, путешествия имели свое очарование, и подобная
обстановка не могла оставить равнодушным никого.
Однако мое сентиментальное настроение тут же рассеялось
дымом. Обычно долгие поездки с друзьями предполагали наличие карточных игр,
поедание вареных яиц, жареной курочки и
бутербродов и живые разговоры ни о чем. Но у нас такого не было.
То есть, возможно ли это вообще: играть в карты, сидя в
публичном транспорте плечом к плечу?
Первым вырубившимся стал Ю Чон Ен . Он уронил свою голову на
плече Ин Джи Хо, и поэтому последний пребывал в раздражении. Однако после он
просто склонил голову к Ю Чон Ену, слушая доносящуюся из наушников музыку.
Эти двое юношей, в таком-то положении, выглядели очень
живописно. Я окинула их насмешливым взглядом, но удивленно вздернула брови,
когда заметила, что Квон Ын Хена тоже сморило: он склонил голову к поручню. Я
тоже почувствовала сонливость.
«О, нет. Только не я, я не могу сейчас уснуть».
Что-то опустилось на мое плечо. Скосив глаза, я рассмотрела
черные волосы Бан Е Рен. Ву Джу Ин тоже дремал, закинув на меня руки.
Божечки. Я тупо осмотрела их и медленно закрыла глаза.
Предвкушаю очень интересную поездку.
***
Кто-то может говорить, что чувства, вызываемые нахождением
на пляже зимой и летом, отличаются друг от друга. Я как-то читала об этой
разнице в книге, но плоховато помню в каком контексте. Потрепав волосы, я перегнулась
через перила, жадно всматриваясь в раскинувшийся над головой небосвод.
Температура воздуха была ниже, чем сегодня с утра, но яркое
небо было ослепляющее белым. Под ним стелился холодный песок, на который
волнами наплывал океан.
Уставившись на эту великолепную картину и темный океан, я вдруг
подумала, что не удивилась быть какому-нибудь неожиданно выскочившему из глубины
монстру.
Так я и стояла, пока кто-то не тронул меня за плечо. Я в удивлении
обернулась и увидела сияющую довольной улыбкой Бан Е Рен. Она выглядела
несколько смущенной, потому как ожидала, что я растеряюсь.
Она прищурила свои прекрасные темные глаза и подошла, встав
рядом со мной, оперлась на перила. Вгляделась в неспокойные воды.
Честно говоря, вид вовсе не был восхитительным. Белые
барашки, бьющиеся о серую цементную стену какого-то дома, толкали пластиковые
бутылки, банки и надувные лодки. Тем не менее, Бан Е Рен была безмятежна,
просто наслаждалась видом.
И нашим совместным времяпровождением, которое, кажется,
ценила куда больше красивого пейзажа. Я убедилась в своих мыслях, когда она
повернулась ко мне:
– Я чувствую себя просто прекрасно.
И только она сказала это, как легкий ветерок растрепал ее
черные волосы. Кончик ее носа покраснел, когда она глупо улыбнулась. Я ответила
ей широкой улыбкой. Другие люди, вне ее привычного окружения, редко могли
наблюдать эти меленькие детали.
Я же, часть ее маленького круга друзей, начала воспринимать
ее как подругу – не главную героиню истории, а именно как подругу – лишь год
назад.
«Сколько всего произошло между нами, чтобы мы вот так
открыто могли смотреть друг другу в глаза?» – вот о чем я думала сейчас.
Она заправила локон за ухо своими хрупкими, похожими на
драгоценный музыкальный инструмент, руками. Потом посмотрела на меня и расплылась
в улыбке.
– Ты чего?
На мгновение она ошеломила меня, я покачала головой.
Увидела, как губы ее сжались в тонкую линию.
– Ты замерзла? – спросила я.
– Угу, немного, – ответила она, усмехнувшись уголками губ.
Я немного подумала и сняла с шеи шарф. Подошла к Бан Е Рен и
закутала ее в теплую вещь до самого носа.
Когда я отступила, сверкая удовлетворённой улыбкой, то приметила
реакцию Бан Е Рен: она была поражена. Может это потому, что шарф перекрывал ей
доступ к кислороду – не только шея, но и рот с носом оказались надежно закрыты.
Однако дальше случилось кое-что неожиданное. Она бросилась мне на шею с
медвежьими объятиями.
Мои глаза выдали удивление. Я усмехнулась и коротко
похлопала ее по спине. Когда думаешь о том, сколько она перенесла из-за меня, то
понятны причины ее поведения.
Заглянув ее полные слез глаза, я спросила:
– Эй, а куда подевались «Четверо Божественных Повелителей»?
– Кто?
Приглушенно отозвалась она, и, хоть ее рот и был скрыт
шарфом, понять ее было не так уж трудно. Я попыталась ей объяснить.
Сказала, что ребят – Ин Джи Хо, Ю Чон Ена, Квон Ын Хена и Ву
Джу Ина – называют «Четверыми Божественными Повелителями». Так было в нашей
средней школе.
Не помогло, Бан Е Рен все еще была без понятия, о ком я
говорила. Почему она не слушает? Неужели она не заметила общее прозвище бойзбенда
ребят?
Я перевела дыхание и еще раз спросила:
– Где носит этих «Четверых» «Божественных» «Повелителей»?
– Что… кто это такие?