Я тут же собрал участников. Заранее переговорив с менеджером Чанён-нимом и подготовив место, я предложил им транслировать то, как мы вместе готовим хвачхэ на следующее утро.
Ни один человек не отказался. Они добровольно пожертвовали утренним перерывом.
Пак Джуву и Кан Киен тщательно стерли пыль с купленных ингредиентов и сложили их в холодильник.
Чхве Джехо отправился на кухню проверить, найдется ли там нож, способный разрезать арбуз.
Ли Чонхён, закончивший работу последним, пришел в полное воодушевление от новости, что мы будем есть хвачхэ.
— Давайте выберем миски заранее. Секунду, у нас вообще найдется в общежитии миска, достаточно большая, чтобы сделать хвачхэ на шестерых?
— Должна быть большая.
— Я не хочу готовить хвачхэ в кастрюле для говяжьего бульона!
Ли Чонхён решительно отверг кастрюлю для бульона, которую предложил Чхве Джехо. Зная, в каком состоянии находилась посуда в нашем общежитии, я заранее купил две большие стеклянные чаши специально для хвачхэ.
Готовясь к прямым трансляциям во время готовки или еды, я заменил большую часть кухонной утвари в общежитии на симпатичные вещицы еще в бытность стажерами.
Проблема заключалась в том, что хотя у нас были милые пиалы для пибимпаба, мы никогда не покупали очаровательных больших сервировочных блюд. Было бы нехорошо, если бы айдолы ели еду, сваленную горкой.
Поэтому я воспользовался возможностью и приобрел блестящие стеклянные чаши в стиле чаши для колотого льда. Если в следующем году мы будем транслировать приготовление фруктового льда с красной фасолью, а годом позже — пудинга а-ля мод, мы определенно отобьем стоимость этой посуды.
— Перед сном решите, в чем будете одеты во время трансляции. Я не потерплю появления перед камерой в растрепанном виде.
— Ты говоришь так, будто когда-либо терпел это раньше, — пробормотал Чхве Джехо.
В последнее время этот парень частенько мне перечил. Однако, поскольку Спарклеры обожали свободные майки Чхве Джехо с глубокими проймами, я решил закрыть на это глаза, если он наденет одну из них.
— Этак не пойдет, у меня нет ни одной футболки с арбузным принтом! — отчаянным голосом закричал Ли Чонхён, проверяя свой гардероб.
В любое другое время он бы проявил здравый смысл и подобрал наряд для летнего отпуска, чтобы создать курортную атмосферу, вместо того чтобы приходить к абсурдно буквальному выводу надеть футболку с арбузом только потому, что мы едим хвачхэ.
Жара явно свела парня с ума.
— Если бы у тебя была хоть одна такая футболка, думаешь, я бы не разобрался с твоим шкафом давным-давно?
— Вроде того, как ты поступил со шкафом Джехо-хена?
— Ты же знал об этом, но все равно дерзко осмелился мечтать о юмористической футболке?
Мой тон, должно быть, прозвучал весьма комично, потому что Ли Чонхён рассмеялся до слез.
Когда я тоже усмехнулся и уже собирался выбрать себе наряд на завтра, Чон Сонбин выступил с предложением.
— У меня нет арбузной футболки, но есть красная. Хочешь одолжить?
Смеющееся лицо Ли Чонхэна мгновенно застыло. Приподнятые уголки его губ затрепетали в предвкушении готового вырваться наружу взрыва хохота.
— …Все, полностью скоординируйте верх и низ и покажите мне на проверку. Я не пущу вас спать, пока не пройдете цензуру.
— Бва-ха-ха!
За моим скорбным объявлением последовал дикий взрыв смеха Ли Чонхэна, загремевшего, как фейерверки в Йоидо. Поверх звуков его хохота мое сердце разлетелось на кусочки и рухнуло вниз, как водопадный фейерверк.
Со стороны это, должно быть, выглядело грандиозным зрелищем.
Летнее утро забрезжило, обжигая сильным зноем с самого рассвета, а не просто радуя солнечным светом.
Чтобы Спарклеры, проспавшие на выходных, могли присоединиться к трансляции ближе к обеду, мы с утра тщательно умылись и переоделись в не мнущуюся одежду. Мы установили телефон и даже провели репетицию, кто где будет сидеть.
— Киен, иди сюда.
В оставшееся время я подзывал их по одному, усаживал на кухонные стулья и проверял их стиль. Я кропотливо поправил волосы Кан Киена ради фанатов, которым нравились его выбившиеся прядки.
Я также помог Ли Чонхёну подобрать шармы, сочетающиеся с его браслетом, уделив особое внимание созданию образа, от одного взгляда на который веяло освежающей прохладой.
Я попросил Чон Сонбина надеть рубашку из светлого льна. По правде говоря, в рубашке с длинным рукавом и закатанными манжетами он выглядел лучше, но это не создавало бы той уютной атмосферы домашнего контента, снятого своими силами.
Хотя было немного жаль, я выбрал легкую рубашку повседневного кроя, чтобы Чон Сонбин естественно вписался в общую картину. В сочетании с шортами он выглядел точь-в-точь как парень его лет, и это было идеально.
Пак Джуву надел очищающую повязку для волос. Для выбора этой повязки была особая причина.
— Говорят, во время готовки нужно завязывать волосы, но мои волосы недостаточно длинные для хвоста, а если надеть кепку, моего лица будет плохо видно, и хену это не понравится…
Я не был уверен, насколько пушистая повязка действительно способна удержать выпадающие пряди. И все же это выглядело мило, поэтому я велел ему надеть ее.
Я тоже безупречно оделся с головы до ног. На всякий случай, если мои стопы непреднамеренно попадут в кадр камеры, я натянул чистую пару новых носков.
Наконец, я определил Чхве Джехо место сбоку, чтобы его передние зубчатые мышцы время от времени попадали в объектив камеры. Чхве Джехо, вероятно, гордился бы, если бы больше фанатов смогли разглядеть мышцы, над построением которых он так упорно трудился.
Наверное. На этом все приготовления были завершены.
Несмотря на внезапную трансляцию, количество просмотров оказалось высоким. Спарклеры, поздно проснувшиеся и валявшиеся в постели, а также те, кто говорил, что садится за стол, подключились к эфиру.
— В последнее время стояла такая жара, правда? Поэтому, подумав об этом, я решил: а было бы неплохо приготовить и съесть хвачхэ вместе со Спарклерами!
Будь это период активного промоушена, мы бы сделали порционное хвачхэ в качестве ответных подарков для фанатов, но, к сожалению, сейчас было межсезонье.
Мероприятия, которые посещали spArk, представляли собой фестивали или выступления под открытым небом, не являвшиеся нашими собственными сольными концертами, поэтому организовать что-то индивидуально было трудно. Если бы летнее возвращение когда-нибудь было запланировано, мне непременно пришлось бы запустить фудтрак с хвачхэ хотя бы разок.
— Кто будет резать арбуз? Может, мне нарезать…? — спросил Пак Джуву, лаская огромную арбузную ягоду.
Я велел ему отдать ее мне, так как нарежу сам. Поскольку Чхве Джехo специализировался на мелких фруктах, разве старший брат не должен справляться с такой тяжелой работой? Мы разделились на две команды по три человека, чтобы выскрести мякоть из разрезанного пополам арбуза.
Все закончилось бы в мгновение ока, если бы мы черпали ложками для риса.
Поскольку это была трансляция для фанатов, а младшие участники хотели, чтобы все выглядело красиво, мы купили круглую ложку-нуазетку и вычерпывали каждую сферу по одной. Я также тщательно удалил семена, чтобы никому не пришлось выплевывать их во время еды.
— Когда вы в последний раз ели хвачхэ? — спросил Чон Сонбин.
— В школьной столовой. Не помню, в средней или старшей школе, — ответил Чхве Джехо, вычерпывая арбузную мякоть, словно машина.
Понятно. Что до меня, то это было еще в армии.
Чон Сонбин сказал, каждое лето его семья обязательно готовила хвачхэ дома. Неудивительно, что Сонбин-сси так потрясающе ловко обращался с фруктами. Должно быть, это сказывалась работа опытного помощника.
— Вот почему, когда я только начал жить в общежитии, лето всегда казалось каким-то непривычным.
— Это было чувство вроде: «К этому времени года мы уже должны готовить и есть хвачхэ…»?
— Да. Тогда мне захотелось хвачхэ настолько сильно, что однажды я купил порцию в стаканчике, которую продавали в кафе.
Было поистине облегчением, что отклонением от нормы для нашего лидера оказалось всего лишь приобретение стаканчика хвачхэ. Представь он историю о том, как ему до смерти захотелось покурить, и он попробовал электронную сигарету из интернета..
Забудь про хвачхэ, я бы разбил арбуз о собственную голову.
— Поедание хвачхэ из стаканчика хоть немного утоляет тягу к хвачхэ… ? — Пак Джуву проявил интерес к блюду, которое попробовал его друг.
Поскольку в кафе он всегда заказывал абсолютно одно и то же, ему было любопытно послушать отзыв товарища, который активно искал новые позиции.
— Это может немного успокоить желание, но полного удовлетворения не приносит. Есть особое наслаждение в том, чтобы набросать всякой всячины в огромную миску и зачерпывать большими ложками.
— Вот как…!
— Прости. Ты ведь не можешь с этим соотнести, да, Джуву…!
Они вдвоем весело болтали на одну лишь тему хвачхэ. Внимательно прислушиваясь к их разговору, я быстро переключился обратно на главную задачу и усердно принялся докучать Чхве Джехо, чтобы он случайно не проткнул корку насквозь.
— А есть от этого какой-то толк, если я не проткну дырку?
— Толка нет, но ты что, собираешься сделать ее в любом случае?
— Я сказал, что не буду.
— Хёны, если вы собираетесь препираться, не могли бы вы пойти погрызться возле дивана? У меня уши вянут.
— Вот как? Мы не можем допустить, чтобы уши нашего Киёна пострадали. Я сдержусь.
— Боже мой.
— Чего это ты строишь из себя ошеломленного, когда это не так? Забавный ты человек, знаешь об этом?
— Откуда тебе знать, ошеломлен я или нет?
— Хёны, когда вы уже пойдете на диван?
— Ладно, я буду молчать!
Несмотря на обещание, Кан Киен издал глубокий вздох.
— Ваша команда что, вычерпывает арбуз ртами? — вставил Ли Чонхён, сделав словесную перепалку еще ожесточеннее.
Если бы арбузы можно было вычерпывать с помощью разговоров, я бы за свою жизнь вычерпал больше шестисот арбузов. Владельцы лавок с нарезанными фруктами наперебой постили бы объявления о вакансиях, пытаясь переманить меня.
— А ты что скажешь, Чонхён? Разве не Джуву единственный, кто там хоть что-то вычерпывает?
— Хотя Сонбин-хен и я активно помогаем, мы все равно уступаем исключительно талантливому Джуву-хену.
— Нет, вы оба отлично справляетесь…!
Даже говоря это, из ложки Пака Джуву непрерывно вылетали идеальные арбузные сферы. То, с каким изяществом он вычерпывал одну лишь мякоть, не забрызгав ни единой капелькой арбузного сока, делало его похожим на профессионального мастера.
Кстати, услышав о том, что они уступают, я вспомнил трогательную фанатскую песню Чхве Джехо. Было ли там что-то про «несовершенных spArk» и «spArk, которым еще предстоит долгий путь»?
Хотя мы были несовершенны и нам предстоял долгий путь, вид того, как мы взлетаем к успеху и теперь сидим на полу гостиной, вычерпывая арбузы, согрел мое сердце.
— Я тоже делал и ел хвачхэ со старшими сестрой и братом, когда был маленьким… — Пак Джуву поделился собственным воспоминанием, связанным с хвачхэ.
— Тогда, думая, что мы можем налить туда все, что захотим, моя сестра влила воду…
— О боже мой.
Судя по рассказу, это была скорее страшная сказка, чем личная история. Разбавленный водой арбуз… должно быть, на вкус он был ужасен. Мне даже не хотелось это воображать.
— Что вы сделали с тем хвачхэ? Вы добавили сахар и съели его?
— Разве это можно было спасти простым добавлением сахара? — Чон Сонбин и Ли Чонхён тоже помрачнели.
— Мы просто съели его, — с улыбкой ответил Пак Джуву.
— И это?
— Потому что сестра сказала, что именно так его и нужно есть…
Чхве Джехо, Ли Чонхён и я, у которых тоже были старшие братья и сестры, прочувствовали кризис, с которым, должно быть, столкнулся маленький Пак Джуву, как свой собственный.
Бессильные младшие не имели иного выбора, кроме как подчиняться указаниям старших. Рожденные младшими дети усвоили этот естественный порядок вещей в самые ранние годы по мере взросления.
Вдоволь наболтавшись, мы вскоре опустошили арбуз, оставив после себя лишь белую корку. Гора нагроможденных арбузных сфер с нетерпением ждала мгновения, когда они погрузятся в прохладные напитки.