Последний выезд на «Группу делящихся заботами» выдался тяжелым. Я так погрузился в процесс, что брови чуть не улетели с лица. Были моменты, когда я чувствовал себя полностью выгоревшим от перенапряжения.
Поскольку это развлекательное шоу, чтобы разрядить обстановку, мы поиграли в «игру баланса» — новый сегмент. Тут я тоже сжег немало калорий, ломая голову и прокручивая сценарии в уме.
— Кого бы вы выбрали: «приятного коллегу, который плохо справляется с работой» или «коллегу с ужасным характером, который хорош в работе»?
— Очевидно, второй вариант. А ты, Иволь?
— Приятного коллегу, который плох в работе. Если человек по-настоящему хороший, он со временем станет профессионалом, даже если будет медленным. Добрые люди стараются изо всех сил, потому что не хотят быть обузой.
Редко кто бывает хорош во всем с самого начала. Все совершают ошибки. Человек может измениться до неузнаваемости в зависимости от того, какие выводы он делает. То же самое было и со spArk. Парни не были плохи в своем деле, но они невероятно выросли благодаря чистому упорству и желанию помочь команде.
У каждого бывает период «новичка». Чем мягче сердце у человека, тем сложнее этот этап. Они винят себя, если создают лишнюю работу старшим или портят график, и отчаянно пытаются не повторять ошибок. Раз мы все начинали с нуля, не было причин не выбрать хорошего человека.
— Тот, кто хорош в работе, но с плохим характером, знает, как он крут, поэтому не спешит меняться. Что касается потенциала для роста, я выберу приятного коллегу.
— Иволь, ты точно F? Может, пересдашь MBTI?
Запись закончилась «Теорией манипуляции MBTI Ким Иволя». Я решил опубликовать тизеры к эфиру, поэтому задал тот же вопрос сегодняшнему пассажиру. Чхве Джехо, «Т» до мозга костей, дал удивительный ответ:
— Того, кто хорош в работе и не имеет манер.
— Я не говорил, что у него нет манер. В чем причина?
— Тебе просто не нужно видеть его после работы.
Я спросил, не беспокоится ли он о моральном истощении, хотя знал, что ему плевать. Он ответил, что это вообще не имеет значения.
— Можно просто спросить, почему они так себя ведут. Или игнорировать их.
— Верно. Только убедись, что всегда ходишь на студию с Сонбином.
— Ты думаешь, я полный идиот?
Я ответил уклончивым «конечно, нет». Я просто расстроен, что он не замечает моего доброго сердца. Я ведь хочу, чтобы мой друг не получал проклятия, куда бы ни пошел.
Я молча пристегнулся. Чхве Джехо заговорил снова:
— Эй, Ким Иволь.
— Что такое, невероятно умный и социально адаптированный Чхве Джехо?
Я ответил, давая понять, что не считаю его идиотом. Парень вздохнул так тяжело, что машина, казалось, сдулась. Что за привередливый ублюдок.
— Я сегодня меняю фото профиля в BubblePop, верно?
Разговор о работе прервал мои внутренние ругательства. Чхве Джехо протянул телефон. На экране распускался черный цветок на серебряном стебле.
— Ага. И картинка подходящая.
Мы готовили небольшое событие для продвижения альбома, которое участники могли провести сами. План заключался в том, чтобы развлечь фанатов профилями, соответствующими концепту нового альбома. С этим вышла довольно печальная история. Кан Киён, первым сменивший фото, вызвал серьезное беспокойство из-за мрачного и многозначительного изображения.
≫ Киёна поразило «чунибё» (синдром восьмиклассника)?
Серебристые листья и черный ирис создали пугающий визуальный ряд. Спекуляции о том, что его «художественная болезнь» вышла из-под контроля, росли.
Вечная Воля spArk:
[Может, еще хоть кто-то сменит сегодня фото профиля? Все боятся, что я подхватил «болезнь художника»!]
Я:
[Потерпи, Киён-а. Твоя жертва окупится завтра]
Вечный Вокал spArk:
[Круто…]
Вечная Воля spArk:
[Джуву-хён худший]
На следующий день Ли Чонхён сменил фото, и Киён был оправдан. В конце концов, фанаты поняли, что это спойлер.
≫ Ребята, подумайте сами. Если бы Киён правда заболел этой болезнью, думаете, господин Ким позволил бы этому случиться? Он бы уже взломал пароль и вернул всё как было.
Мой образ был немного тревожным, но всё закончилось хорошо. Когда профили участников стали чернеть один за другим, фанаты в соцсетях начали делать то же самое.
≫ Фотографии концепта такие темные… Что это может быть за концепт? Хмм, это точно не концепт юности.
≫ Ли Чонхён получил цветок, который так похож на него. [Гиацинт, символ прекрасного юноши]. Кто бы сомневался.
≫ Похоже, будет песня с привкусом железа. Давай, Джуву.
└ Группа, которая с самого дебюта радовала освежающими концептами, но железная бита им идет больше, чем кому-либо.
≫ Я был удивлен сменой профилей. Младшие получили по цветку. Интуитивно понятно, но почему ты единственный с целой армией петуний, закрывающих «железную стену»? ㅠㅠㅠㅠ
≫ Интересно, кто выбирал цветы? Как только я увидел, что у Чхве Джехо западный тюльпан, у меня возникло предчувствие, что это дело рук Ким Иволя. Как у тюльпана может быть прозвище «Император»?
Фанаты, естественно, были в замешательстве. Металлические предметы никогда раньше не появлялись в концептах spArk.
— О чем ты так усердно думаешь? — спросил Чон Сонбин с пассажирского сиденья.
— Размышляю о новаторских аспектах нового концепта.
— Ха-ха…
Спереди раздался нерешительный смешок. Он явно нервничает. Сегодня были долгожданные съемки клипа в стиле обратной 『MISSION』. Я не мог забыть комментарий Джукён к предложению:
[Используйте меньше ткани для одежды].
Эта фраза идеально понимала цель камбэка. Конечно, человек, только что переживший разрыв, не наденет строгий костюм-тройку. Нужно расстегнуть несколько пуговиц.
Я не знал, каким будет мой собственный наряд, но подготовился тщательно: отполировал лицо до блеска, чтобы не было ни единого изъяна. А пятерых парней я отполировал… нет, я бережно начистил их до сияния.
Пак Джуву получил свой наряд и лишился дара речи. Он схватил пиджак за плечи и растянул его. Одежда фактически распадалась пополам — и спереди, и сзади. Никакой рубашки под ней не было.
— Обратная «MISSION»… кто это предложил? — Пак Джуву перевел взгляд на младших. Его серые глаза напоминали небо, затянутое смогом.
— Я прощу вас, раз уж ваше тело в хорошей форме… — Пак Джуву великодушно простил младших, хотя они были близки к тому, чтобы продвигаться вчетвером в этом сезоне.
Ли Чонхён получил просвечивающую майку, а Кан Киён — комбинезон с молнией до солнечного сплетения. Когда он спросил, насколько глубоко расстегнуть, я указал на точную точку.
— Мы ведь будем выступать в этом на музыкальных шоу, да? Нас не зацензурят?
— Мы изменим детали для шоу, не волнуйтесь! — уверенно ответил стилист.
Чон Сонбин вышел в облегающей футболке, которая была разработана так, чтобы под яркими огнями прорисовывалась тень его кубиков пресса. Он украдкой прикрыл живот предплечьем. Его руки, с венами, как у старого дерева, отлично смотрелись с черными кожаными перчатками.
— С учетом моих опасений, это еще нормально, — оценил Чхве Джехо, единственный выживший после примерки.
— Почему наряд Джехо самый приличный? Разве там нет скрытой молнии? — возразил Кан Киён.
Я начал свой комментарий:
— Это ткань, которая легко мнется. Когда вы двигаетесь, спина натягивается, а края сминаются, подчеркивая текстуру. Эта одежда выглядит лучше всего, когда она слегка «помята».
Я сжал и отпустил пояс, демонстрируя, и все кивнули. Только глаза Чхве Джехо оставались пустыми.
— Из этой позиции, если зафиксировать нижнюю часть тела и повернуться, вот так…
Демонстрируя это, я встретился взглядом с сотрудником видеокоманды. Камера в их руках заставила меня внезапно смутиться.
— Вы ведь… не собираетесь это вырезать?
Перед глазами пронеслись кадры из комнаты ожидания в день нашей первой зарплаты.
Тогда я наговорил столько странностей.
Сотрудник ярко улыбнулся и показал мне большой палец.
Похоже, это тоже не вырежут.