Доктор, который смеётся.
Глава 19 из 21
Настройки чтения
18px
1.8
1

Доктор, который смеётся.

Глава 19

Доктор, который смеётся.

— Итак, дорогой мне, во всех смыслах, Быков, что произошло с нашими пациент после этого звона? — спросил Валентин Аристархович, сидя за своим столом.

— Кто-то стал более активным, кто-то наоборот более пугливым, — ответил Дмитрию, рассматривая миниатюры, стоящих в застеклённом шкафу между толстых книг.

— Что у нас с новыми пациентами? — задал очередной вопрос Валентин Аристархович.

— Завтра меня заменит Палетов, и они никогда не смогут сбежать, — ответил Быков.

— Это понятно, а как их состояние? — задал ещё один вопрос Аристархович.

— Один смотрит на эту вашу картинку, а другой ржёт постоянно. Только около них часто ошивается Самолётов. Кстати, а откуда у Вас эти картинки? — задал вопрос уже Дмитрий.

— Просто сувениры из путешествий, — ответил Валентин. — Ладно, иди уже, Быков, а то уже утомляешь.

Дмитрий послушно вышел из кабинета, где на табличке было написано: главный врач Сурганов В. А.

На следующей день Дмитрия и Олега сменили двое человек. Один был высокий и имел улыбку, имеющую некое сходство с волчьим оскалом. Пострижен он был на лысо. Второй был ниже, и имел овальное лицо с крючковатым носом и длинные волосы. Оба носили черные очки круглой формы.

— Димка сказал, что у нас новые пациенты. Паша, как думаешь, а они будут буйными? — спросил второй, после чего в его руках появилась цепь.

— Палетов, у тебя, черт возьми, есть Свобода. Какая разница буйные они или нет? — произнес Павел, открывая дверь в палату, где находились Ливси и Трелони.

— Ты прав. Всё идёт по плану, — произнес Палетов, пропев последнее предложение.

Павел подошёл к Трелони, который продолжил смотреть на картинке, после чего начал щёлкать своими пальцами возле его лица.

— Вообще не реагирует, — произнес Павел. — Интересно, если моя Красная Плесень его обработает, то что будет?

— Вряд-ли что-то произойдет, — ответил Палетов. — Свобода, прикую к кроватки наших новых пациентов.

После этого за его спиной появился черный гуманоид с красными круглыми очками, чьи руки обвивала колючая проволока.

Тут из его запястья должна была выскочить цепь, что говорило возникновения характерного звука, но вдруг его схватили металлические руки стенда Ливси, после чего Свобода полетел и впечаталась в стену.

— Какого? — задался вопросом Палетов, прижимая затылок, который тоже влетел в стену.

— Кха-кха-ха-ха, — привлек внимание своим смехом Ливси.

В этот момент лицо доктора была сильно вытянуто из-за того, что он очень сильно разинул рот, из которого доносились нечеловеческие звуки, похожие на смех. Его кожа казалась темнее обычного. Но самым главным были его глаза, которые были черными, словно его зрачок сильно расширился, да и блестели они как-то неестественно.

— Красная Плесень! — призвал свой стенд, который представлял из себя красного гуманоида с прической, словно к его голове приклеили покрашенную в красный верхнюю часть брокколи.

После этого Красная Плесень вытянула руки, и из них вылетело красное облако в сторону Ливси. Ливси просто постоял несколько секунд, но затем лишь ещё пуще рассмеялся.

— Ты что ничего не делал, Палетов? — задал вопрос Павел

— Заткнись, Ляцына. Не видишь, что меня в стену бросили, — ответил Палетов, хватаясь за затылок. — Свобода!

После этого стенд Палетова выстрелил из запястья цепь, но её поймала Изумрудная Арабелла, затем, потянув на себя, ударила Свободу прямо в лоб

— Ты тоже делай хоть что-нибудь, — произнес Палетов, хватаясь за лоб

— Красная Плесень, атакую, твою ж за ногу, — произнес Павел.

Его стенд сразу начал выполнять указание, но также сразу получил в живот. И хоть за этим не последовал полет к стене, но Павел после этого скрючился, а на теле его стенда появилась вмятина после удара.

— Кха-кха-ха, — посмеявшись, произнес Ливси, после чего подошёл к Трелони и водрузил его на свое плечо.

Правда что-то в этом было странно, ведь его стенд держал его за плечо, и словно направлял его, но в любом случае он, продолжая смеяться, вышел из палаты, прихватив с собой своего друга.

— Ой, Егорик, — с болью в голосе произнес Ляцына, взбираясь на кровать, где лежал Трелон, — Нас ведь никто не предупреждал об этом. Если увижу наших сменщиков — убью.

— И не говори, — также с болью в голосе произнес Егор.

— Егорка, смотри, а они эту картинку оставили, — произнес Паша, схватив миниатюру, на которую до этого смотрел Джон.

— Какая-то она выцветавшая уж больно, словно на неё белила вылили, — произнес Егор, подойдя, чтобы её рассмотреть.

В это время Смоллетт, прогуливался по коридорам больницы, словно являясь её небольшим властителем.

— Самолётов, значит — произнес подошедший сзади главный врач этой больницы.

— Я знаю, что Вы, сер, мне ничего не сделаете, — произнес Александр, поправляя свою шапочку из газеты.

— К сожалению, Вы правы, но меня интересует другой вопрос: Вы случаем не рассказали свой секрет кому-нибудь? — задал вопрос Сурганов.

— Сер, это не должно интересовать Вас! — произнес Александр.

Тут Валентин Сурганов обогнал Смоллетта и преградил ему путь.

— Не забывайте, что Вы никто в этом мире, и что Вы принадлежите мне, — произнес Валентин Аристархович.

Они стояли лицом к лицу.

— Уйдите, иначе я буду стрелять, и я выполню это обещание, ведь слова капитана Смоллетта — это сталь, — гордо ответил Смоллетт.

— Давайте, — произнес Сурганов, демонстративно сделав десять шагов назад

После этих слов за спиной Смоллетта появился его стенд. Далее одна из рук его стенда вытянулась и начала походить на ружье. Далее Александр встал за спину своего стенда и скомандовал:

— Огонь! Стальная Эспаньола!

Но вместо ожидаемого выстрела прозвучал лишь щелчок.

— Не понял, — произнес Александр, смотря в дуло ружья.

— Создание оружия без возможности создать для них патрон. Сашенька, я всё знаю про ваших духов. Сам понимаешь в чем моя сила, — произнес Струганов после чего из-за его плеча появилась белая рука Пенициллина.

— Хм? — произнес Александр, приложив руку к подбородку, что могло обозначить мыслительную деятельность.

— Самолётов, нечего тут думать и давайте пройдем со мной в палату, — произнес Валентин Аристархович, протягивая руку.

И тут хоба! Рука Стальной Эспаньолы превратилась в изогнутое лезвие.

— Кха-кха-ха, — сразу сзади прозвучал позади смех Ливси.

Валентин Аристархович, повернулся на смех, и Смоллетт сделал рывок, так чтобы лезвие оказалось у головы Сурганов. Последний почувствовал холодок у своего затылка, но белая рука его стенда прошла в тело стенда Александра, из-за чего Смоллетт потерял сознание.

— Тихо, — произнес Сурганов, продолжая смотреть в сторону Ливси.

Дэвид, продолжал смеяться, медленно подходя к Валентину Аристарховичу. Сурганов достал из кармана телефон.

— Лидочка, прошу вызови двух оболтусов. Пусть подойдут к 710-ой палате, — произнес он.

— Кха-х-хах-ха, — смеялся доктор.

Сурганов начал подходить к Ливси, пока последний продолжал смеяться.

В этот момент Егор Палетов и Павел Лярцына сидели в комнате отдыха.

— Я надеюсь, что Аристархович не заметил потери бойца, — произнес Егор, держа у затылка пузырь со льдом.

— Я бы ответил тебе, но могу лишь матом, — ответил Павел, записывая что-то в тетрадку.

— Что ты там пишешь? — спросил Егор.

— Хе-хе, матные частушки, — ехидно улыбаясь, ответил Павел.

— Прочитай одну, — попросил Палетов.

— Извини, Егорик, но я боюсь их читать в стенах этой больницы, — ответил Павел, записывая очередную строчку.

— Тут одни психи, а Валентин Аристархович сидит в своем кабинете, и денежки свои считает, поэтому тебя вряд ли кто услышит, и об этом будут знать мы и моя Свобода, — произнес Егор.

— Ладно, уговорил, чертяга, — произнес Павел

Затем Лярцына начал что-то искать в своих записях, иногда бубня себе что-то под нос.

— В больнице N-Новгорода творится полная пиз...

— Да, вас уже Валентин Аристархович обыскался, — вошла постовая медсестра.

После этого предложения Павел и Егор ещё больше рассмеялись.

— Что ржете? — спросила она.

— Хе-хе, тебе не понять. Это высокий юмор, — произнес Павел, захлопывая свою тетрадку.

То ещё будет...

назадназад
1 ... 17 18 19 20 21
впередвперед