Ли Цинсун поначалу вырастил из культивированной в телесной жидкости странных птиц субстанции ровно сто зародышей, но к текущему моменту лишь с десяток эмбрионов продемонстрировали выдающиеся, отменные физические данные, в то время как остальные по большей части остались самыми заурядными, а некоторые и вовсе затянули в сторону уродства – явный брак культивации.
Но это неважно.
Весьма вероятно, подобное произошло из-за того, что его собственная технология экстракции и фильтрации оказалась несовершенна.
И это тоже не имеет значения. Суть в другом: действительно ли телесная жидкость этих птиц обладает повышенной питательной ценностью и способностью в текущую эпоху, пока биотехнологии еще не совершили прорыва, взращивать клонов более высокого качества?
Если в дальнейшем он еще сильнее усовершенствует технологии фильтрации и очистки, не будет ли это означать, что, используя птичью жижу в качестве «добавки», он сможет в промышленных масштабах штамповать куда более качественных клонов?
Тогда он не только получит больший объем для ментального сопряжения, но и среднее качество каждого клона повысится – двойной прирост количества и качества позволит ему задействовать колоссальные объемы вычислительной мощи собственного разума…
Наблюдая за этой картиной, Ли Цинсун чувствовал, как внутри него всё разгорается от жгучего азарта.
Пусть он еще не знал, сколько именно клонов удастся подключить после дозревания этих эмбрионов, но решение Ли Цинсун уже принял.
Вся та пернатая пакость, что объявилась на Лошэни, не уйдет никуда! Всех до единого он сгребет в охапку!
Часть тварей пойдет под нож ради ценного экстракта, другую он оставит для исследований и искусственного разведения, а затем продолжит пускать на жижу!
В этих обстоятельствах Ли Цинсун задействовал новые ресурсы клонов, собрал еще сотню вездеходов и бросил их вслед за прежними разведчиками прочесывать поверхность Лошэни.
Под покровом сумрака машины рассекали по безжизненным просторам планеты, ведя непрерывный поиск.
И в тот момент, когда один из вездеходов огибал кряжистую скалу, намереваясь продолжить путь, сидевший за рулем клон неожиданно уловил нечто из ряда вон выходящее.
Мрачное небо прорезал яркий световой столб.
Взвившись ввысь на добрую сотню метров, луч света резко оборвался и растворился во тьме.
─ Что это такое?
Одержимый легким сомдомом, клон вдавил педаль газа, и машина стремительно рванула вперед.
Чем дальше они продвигались, тем реже становились преграды, открывая взору всё больше деталей.
И тогда клон созерцал поистине потрясающее зрелище.
То была небольшая равнина, стиснутая с двух сторон горными хребтами, – общая площадь едва ли достигала двухсот квадратных километров.
И сейчас вся эта котловина кишела чудовищными птицами, заполонившими каждый клочок земли!
То тут, то там из подбрюшия тварей с силой вырывались раскаленные, ослепительные струи раскаленного газа и пламени, швыряя их со звериной ревом прямо в поднебесье на сотни метров вверх. Достигнута точка апогея, твари либо позволяли своим тушам бессильно планировать вниз, либо круто меняли курс, рассекая воздух наподобие реактивных истребителей.
Мириады птиц беспрестанно взмывали ввысь и садились обратно, а на земле они теснились бок о бок, превращая равнину в сюрреалистичный, потусторонний кошмар.
Ли Цинсун наконец всё понял.
Похоже, что сейчас абсолютно все птицы, прилетевшие на Лошэнь, стянулись на эту равнину, расположенную примерно в тысяче километров от его главного бастиона!
─ Какого чёрта они все собились в одном месте? Это… – замер он в раздумьях.
Поразмыслив с минуту, Ли Цинсун прозрел.
Должно быть, у этих тварей начался сезон размножения…
Они слетелись сюда, чтобы искать пару и плодить потомство!
Вот почему они все сбились здесь!
Взлетающие и падающие птицы, судя по всему, были самцами. Подобным трюком они демонстрировали потенциальным невестам собственную силу и упитанность, дабы привлечь внимание!
Те же особи, что лениво распластались на земле и даже не думали подниматься в воздух, являлись самками – они безмолвно наблюдали за пируэтами самцов, и если какая-то тварь приходилась по вкусу, та подбиралась ближе, чтобы сойтись с избранником.
На этой равнине Ли Цинсун даже заметил множество крошечных, только что вылупившихся птенцов, еще не способных передвигаться самостоятельно и выживавших лишь благодаря минералам и органике, которые добывали взрослые особи!
─ Логично, чертовски логично.
Ли Цинсун лихорадочно соображал: ─ В космосе материи кот наплакал, ресурсы скудны, и для вынашивания потомства он явно не предназначен. Лишь отыскав богатую ресурсами планету и раздобыв на ней подпитку, можно накопить достаточно питательных веществ для воспроизводства.
Очевидно, Лошэнь и была выбрана ими в качестве инкубатора.
Когда птицы расплодятся в таких количествах, что подчистую выжгут все запасы Лошэни, они бросят этот мир, дружно снимутся с якоря и устремятся к другой планете, чтобы повторить цикл…
Впрочем, заботы птичьего рода волновали Ли Цинсуна мало. Куда больший интерес представляло другое.
Коль скоро наступил сезон размножения, это доказывало: пернатые твари полностью восстановили запасы питательных веществ.
А восполненные ресурсы означали, что они обрели способность к полноценному полету!
Пусть даже межзвездные перелеты им пока не по зубам, рассекать в атмосфере планеты они теперь могли без всяких проблем.
Следовательно, противостоять ему отныне будет не миллион с хвостиком прикованных к земле монстров, а целая армада летающих чудовищ…
Мысли пронеслись в голове Ли Цинсуна со скоростью молнии, и он тут же принял решение.
─ Надобно немедленно выслать всю армию на их полное уничтожение. Иначе, поднабравшись сил и освоив полеты, они расплодятся настолько, что я и впрямь не сдюжу…
В тот же миг у одной тысячи ста клонов, несших дозор на дальних рубежах – за исключением разве что тех, что крутились вблизи скопления тварей, – оборвалось ментальное соединение, а сами квоты сознания были отозваны назад.
Что до их дальнейшей судьбы, Ли Цинсуна это уже не волновало. Подумаешь, потерять тысячу с лишним болванчиков.
Освободившиеся единицы ментальной связи Ли Цинсун незамедлительно перекинул на резервные тушки, заставив тех маршем двигаться прямиком к заводам.
Вдобавок ко всему, любые научно-исследовательские работы были свернуты. Все клоны, прежде занятые в лабораториях, вливались в ряды рабочего люда.
На нынешнем этапе производство превыше всего, наука может и подождать.
К тому же, раз все твари кучно сгрудились в одном месте и в ближайшее время не угрожали его базам, на внешней периметре можно оставить лишь горстку наблюдателей, а основную массу сознаний перебросить на фабрики.
В итоге из двадцати одной тысячи квот ментального сопряжения Ли Цинсуна ровно двадцать тысяч пятьсот трудились на производстве.
В этот момент Ли Цинсун выложился на абсолютный максимум.
Десятки тысяч клонов сменяли друг друга в три смены, круглосуточно и без устали заставляя механизмы реветь на пределе возможностей.
Тонны стали и руды доставлялись с других аванпостов прямо к главному комплексу, где их тут же перерабатывали: часть сырья уходила на сборку танков, броневиков, бензовозов и машин материально-технического обеспечения, а остальное шло на отливку бесчисленных тысяч пуль, стволов и артиллерийских орудий.
Спустя примерно полмесяца напряженной, потной работы все требуемые виды вооружения и тылового снабжения были полностью готовы.
Тогда…
─ Экспедиционный корпус, на выход! – отдал приказ он.