(Это немного душный яндэрэ-роман с элементами сюрреализма и борьбы за сердце)
(Мои соседи, ради собственной безопасности, оставьте свои благоухающие мозги на хранение здесь. – Это оставил не зомби)
(Книга развивается несколько медленно, главный герой в абсолютном смысле не хороший человек, но и далеко не законченный злодей. Если вам не нравится легкая пикантность и пресность в начале, можете попробовать читать с пропусками. Я буду стараться писать хорошо, умоляю, не уходите, Кайсайлу хочет ухватиться за будущее (Ｔ▽Ｔ))
─ Я не понимаю.
─ Почему все обсуждают, что Юй заперт под утесом, словно это поле боя в Средних Веках предрекает нам неминуемую гибель?
Юй был древним бессмертным восьмого ранга, который на полшага приблизился к великому пути девятого ранга и пал, окруженный совместными усилиями всех практиков Поднебесной. Теперь же положение этих людей было едва ли лучше.
Мужчина говорил негромко, но в его тоне звучала уверенность.
Только что какой-то земной бессмертный шестого ранга стер рукой черную кровь со щеки, и в его голосе сквозила неукротимая унылость.
─ Владыка, мы не выдержим.
─ Эта Су Чияо просто сумасшедшая, наше войско проиграет!
Остальные согласно закивали, унылые слова разносились одно за другим, и давящее отчаяние окутывало этот отряд магов-практиков.
Этот отряд магов уже подвергался нападениям несколько раз, и если бы не постоянные точечные манипуляции Шэнь Яня, спасшие положение, они, пожалуй, уже давно были бы уничтожены полностью.
Хотя им удалось перевести дух, все понимали, что так их будут истреблять поодиночке.
Шэнь Янь стоял в самомпереди отряда, подол его черного халата был сильно обожжен пламенем. Он медленно поднял глаза, и холодный взгляд прошелся по павшим духом подчиненным, после чего он заговорил, разрывая эту мертвенно-давящую атмосферу.
─ Чего паниковать?
Его голос не отличался особой громкостью, но в нем слышалась непоколебимая стойкость, выкованная бесчисленными схватками, которая разом подавила суетливый шепот остальных.
─ Двести лет назад я в одиночку создал Секту Кровавого Яда, и мы вместе покоряли Поднебесную. Та картина полной жизни и бурного соперничества всех существ до сих пор стоит у меня перед глазами.
─ Спустя всего двести лет все почему-то изменилось до неузнаваемости – неужели это станет моим местом упокоения?
─ Как ни крути, в этом бою восемь человек против шести, преимущество на нашей стороне!
На стороне Шэнь Яня оставалось еще шестеро земных бессмертных шестого ранга и двое небесных бессмертных седьмого ранга – в общей сложности восемь человек.
Если же взглянуть на сторону Су Чияо, то там было всего пятеро шестого ранга да она сама – небесный бессмертный седьмого ранга, то есть в сумме не более шести человек.
─ Владыка мудр!
………………
─ Шэнь Янь, сдаешься ты или нет?
Какой-то праведный практик не выдержал и громко потребовал ответа.
Отряд магов, насчитывавший еще недавно восемь человек, в конце концов сократился до одного-единственного Шэнь Яня, одиноко стоявшего среди полного хаоса.
Он был главой этого отряда, а его глубокие основы следов ядовитого пути, подкрепленные несколькими хранившимися долгие годы защитными артефактами с рунами, позволили ему продержаться до самого конца, однако он уже давно был сплошь усеян ожогами и ранами.
Вдалеке среди гор бесчисленные бродячие практики праведного пути, услышавшие звуки великой битвы, непрерывным потоком сбегались со всех сторон. Густые силуэты перекрывали любые пути к отступлению, плотным кольцом окружая Шэнь Яня в центре долины.
Напротив неподвижно стояла Су Чияо в эпицентре яростного пламени, а ее алые длинные одежды не были запятнаны ни единой пылинкой. Она медленно отзывала свой духовный инструмент Огненный Нишан и смотрела на Шэнь Яня сверху вниз.
Какой-то старик вперил в Шэнь Яня взгляд и заговорил первым, выдвигая обвинения, а его громкий голос прокатился по всей долине.
─ Демон Шэнь Янь! Ты культивировал мракобесные следы яда, сколько невинных практиков нашей школы ты истребил, сколько бесчисленных жил духовных кристалликов в Лоханьлане разграбил – ты совершил чудовищные преступления!
Рядом молодая женщина-практик последовала за ним, исполненная жгучей ненависти на лице.
─ Злодей, триста лет назад ты перебил всю мою семью и осквернил меня! Я жажду разорвать тебя на куски и сожрать твою плоть. Видя тебя сегодня, что ты можешь сказать в свое оправдание?
Услышав это, Су Чияо отреагировала первой. Она с некоторым удивлением взглянула на ту женщину-практика, а затем заметила, что Шэнь Янь даже не собирался ничего объяснять, и в ее изначально спокойных глазах вспыхнула искра убийственного намерения.
Большая часть дурных слухов о Шэнь Яне распространялась ею самой исподтишка с целью сделать его всеобщим врагом.
Только вот о словах женщины-практика она не знала абсолютно ничего.
Шэнь Янь же давно привык к подобным клеветническим обвинениям. Он в конце концов и был злодеем, так с чего бы ему заботиться о таких вещах?
Куда больше этого Шэнь Яня озадачивала сама Су Чияо.
Почему эта женщина так зациклена на нем?
С тех пор как он ступил на путь магии, Су Чияо преследовала его с безумным упорством едва ли не каждую минуту, раз за разом доводя его до крайне жалкого состояния.
Но из-за какой-то случайной путаницы в тайной обители она затаила злобу и преследовала его целых двести лет – до какой же степени у нее должно было развиться это пристрастие?
Те вымышленные упреки все еще не смолкали, вновь возвращая мысли Шэнь Яня в реальность. Глядя на этих людей, он невольно усмехнулся.
Практики бессмертия изначально борются за выгоду со всеми существами, чтобы восполнить собственные силы, так к какому же добру и злу тут взывать?
Те, кто заявлял, что я отнимаю у них ресурсы, на самом деле просто хотели отнять ресурсы у меня.
Те, кто утверждал, что я осквернил их тела, на самом деле тоже просто – короче говоря, вся эта сбродная братия преследовала лишь собственные интересы.
Дойдя до этого момента, Шэнь Янь исполнился нового понимания и вдруг продекламировал вслух:
─ Ранней юной порою знал я…
─ Плохо дело! Он постигает дао на месте, быстро остановите его!
Лицо седобородого старика резко изменилось, и он поспешил предупредить остальных.
Впрочем, каждое его движение, казалось, находилось под пристальным вниманием Су Чияо.
Едва затихли слова, как она нанесла удар, который угодил прямо в горло Шэнь Яню.
Шэнь Янь с трудом поднял голову, и его взгляд пронзил ряды праведных практиков, точно устремившись на Су Чияо, стоявшую впереди всех.
Почему ты обязательно должна истребить меня до конца?!
─ Шэнь Янь, когда-то ведь и ты не был злодеем, куда делся прежний ты?|
─ Если ты просто запечатаешь свою культивацию и отныне будешь повиноваться моим приказам, я могу пощадить твою жизнь.
Су Чияо наконец заговорила, однако ее слова повергли всех присутствующих в крайнее изумление.
Ведь нынешнюю операцию организовала лично Су Чияо, да и преследовала она Шэнь Яня яростнее всех на протяжении нескольких веков, а теперь именно она хотела оставить ему жизнь.
─ Бессмертная Су, он же демон нынешней эпохи, нельзя испытывать к нему жалость!
─ Небеса милосердны, и изначально люди не рождаются злыми. Запечатай его культивацию, и я сама займусь его воспи… буду воспитывать лично! Если у него останется демоническое сердце, я не выпущу его до конца дней!
Запечатать культивацию – это было куда труднее принять, чем смерть.
Су Чияо говорила высокопарно, но Шэнь Янь прекрасно понимал, что это лишь ее изощренное наказание.
При одной мысли о том, что остаток жизни ему придется провести в заточении и муках вплоть до полного рассеивания плоти и исхода духа, не имея никакой надежды на великий путь, Шэнь Яня пробирал леденящий холод.
─ Что?! Что ты сказала? Ты, змеиная женщина!
Вместо того чтобы быть заключенным ею в тюрьму, ежедневно сносить ее надзор и издевательства, пока исчерпаются следы дао и он в одиночестве увянет до смерти, лучше увлечь ее за собой к слиянию с небесами и землей, чтобы раз и навсегда покончить с двухвековой враждебностью.
Встретившись взглядом с этими знакомыми глазами, вся борьба в душе Шэнь Яня рассеялась без следа, оставив лишь холодную решимость.
Предпочитая не становиться узником и не быть затравленным до смерти, Шэнь Янь решил взорвать себя (сражаясь до последней минуты, покончить с собой и вернуться к небесам!).
Воспользовавшись моментом, пока внимание окружающих было рассеяно, оставшиеся под его ногами подземные следы дао внезапно вспыхнули, и его фигура тенью прорвала преграду из двух праведных практиков, в мгновение ока оказавшись перед Су Чияо.
Не дожидаясь, пока Су Чияо применит контратаку, Шэнь Янь протянул залитые кровью руки и изо всех сил крепко прижал ее к груди.
Мягкое тело прижалось к его иссеченному шрамами и ожогами торсу, а легкий цветочно-древесный аромат трав проник в ноздри – это был запах, остававшийся от многолетнего вываривания Су Чияо трав для помощи своим следам дао.
Затем накопленная за полжизни в теле Шэнь Яня первооснова ядовитых костей и бесчисленные силы следов дао, награбленные за долгие годы, без остатка и с оглушительным грохотом рванули наружу.
Вся полнота мощи небесного бессмертного седьмого ранга безумно обрушилась на его собственный дух, и бурная энергия следов дао свирепо заистовла между их тесно прижатыми телами.
─ Демон, ты сошел с ума?
─ Осторожно, яд!
Многие праведные практики нахмурились и поспешно отступили на несколько шагов назад. И в этот самый момент…
Ослепительный черно-белый свет следов дао мгновенно поглотил всю долину. Практики, стоявшие ближе других, были отброшены ударной волной, а их тела поразило разъедающее кости зловонное дыхание под непрекращающиеся крики.
Дикая боль от разрываемого духа захлестнула все тело, сознание Шэнь Яня стремительно угасало, и перед глазами поплыла картина его долгой жизни.
─ Неужели я, Шэнь Янь… умираю? –