– Что это?
– Это «Peridot», одна из самых популярных столичных пекарен.
Некоторые из их изделий, действительно, трудно достать, даже если встать в
очередь перед открытием магазина.
–– Вау...так вкусно?
– Не знаю, потому что не пробовала, но говорят, что, когда
дамы наведываются в гости в другие дома, они всегда посылают своих слуг купить
оттуда клубничные пирожные.
Мне захотелось попробовать, но я сомневалась, стоит ли
посылать слуг. В конце концов, нам нужно было поесть, а не выпить чаю или
съесть пирожное. Я повела Анну в ресторан с прекрасной открытой террасой. Ресторан
находился рядом с парком, где было много зеленой листвы, так что мы могли
наслаждаться едой на свежем воздухе. Еда была дорогой, так как это был
ресторан, куда приезжали и уезжали аристократы, но я была готова заплатить за
Анну, которая безропотно следовала за мной по пятам. Я счастлива, что могу есть
досыта, не заботясь о деньгах. Я вспомнила, что в прошлой жизни, чтобы
сэкономить, я собирала ланч-бокс. Когда я сидела одна в раздевалке и ела свой
обед, некоторые люди с раздражением открывали окно, а другие смотрели на меня с
удивлением. «Да, для счастья достаточно просто иметь много денег, так что давай
верить в деньги, а не ждать от других каких-то чувств». –– Я пыталась убедить
себя быть жизнерадостной. Но даже думая об этом, я не могла избавиться от
чувства горечи. Мне было горько от того, как легко некоторым удалось заслужит
расположение других. Но горевать было некогда. Я разделила с Анной порцию хлеба
и морского окуня с сыром и ветчиной, мы болтали о том и о сем, и я
прикидывалась дурочкой, чтобы перейти к делу.
– Ты говоришь, что у простолюдинов нет дома экипажей, на чем
же они путешествуют?
–Они арендуют кареты или платят за проезд в экипажах
дальнего следования.
–А когда они останавливаются по пути, они останавливаются в
трактирах?
–Те, кто может себе это позволить, останавливаются в
трактирах, а те, кто не может, часто спят на улице.
Если собираешься странствовать, нужно знать, как ехать в
повозке на дальние расстояния и как останавливаться в трактирах.
–Ого, это интересно. А где можно взять экипаж дальнего
следования? Я таких никогда не видела.
–Конечно, видели, ведь карета дальнего следования совсем не
похожа на дворянский экипаж. Считайте, что это крытая повозка.
–Фу. Полагаю, поездка будет не очень комфортной?
– Именно поэтому все берут с собой таблетки от укачивания.
Обычно в столице экипажи дальнего следования находятся возле Южных ворот.
Хорошо. Экипажи дальнего следования у Южных ворот. Возьму
таблетки от укачивания.
–Если нужно остановиться на постоялом дворе или еще
где-нибудь, присылают ли кого-нибудь заказать для вас номер?
–...Как правило, можно зайти на любой постоялый двор и, если
есть свободная комната, то там можно остановиться, если нет, то нет. Люди, у
которых нет денег, спят в конюшнях.
– Спать в конюшне? Почему? Трактиры дорогие?
– Дешевые стоят около 3 000 сена за ночь, но дорогие могут
стоить до 7 000 сена, что дорого для простых людей.
Я должна найти гостиницу примерно за 5 000 сена за ночь,
верно? Я прикинула в уме. Я закончила диалог о путешествиях с недоуменным
выражением лица, как юная леди, которая ничего не знает о мире, что, в
общем-то, правда. Мне хотелось задать еще много вопросов, но Анна – служанка
семьи Людвиг, и она непременно сообщит им обо всем, что сочтет подозрительным.
–Вам что-нибудь еще нужно?
–Нет. Я просто вышла сегодня, чтобы избавиться от украшений,
которые сняла с одежды, и открыть банковский сейф, а благодаря тому, что Анна
составила мне компанию, я чувствую себя гораздо лучше, так что спасибо.
Выражение лица Анны практически не изменилось после моей
благодарности, однако так как мы вместе уже несколько месяцев, я смогла
заметить, что она была немного удивлена. Оставалось надеяться, что в
положительную сторону.
* * *
С тех пор как я всерьез задумалась о «побеге», мне
необходимо посещать библиотеку, чтобы получить необходимую информацию о том,
как жить в этом мире, ведь я практически постоянно пребываю в особняке. К
счастью, людей в этом доме, похоже, не интересует то, что я читаю в библиотеке.
Вот и сегодня я с самого утра засела в библиотеке, искала и читала книги по
выживанию. Только я закончила читать «Как отличить морскую фасоль от сои», как
из ниоткуда появилась Анна и тихонько позвала меня.
–Да, Анна, в чем дело?
–Я провожу вас в гостиную герцогини, госпожа.
–А что, меня кто-то ищет?
–Да. Ювелир здесь, и ее светлость попросила меня также привести
и вас.
Слово «также» заставило меня подумать, что Лизи уже была
там. Честно говоря, я пока не хотела видеть ни Лизи, ни Киллиана, но герцогиня
попросила меня прийти. Кроме того, она сказала “Ювелир”.
«Ага. Лучше сорвать куш, пока есть возможность, ибо скоро
наступит день, когда я буду в бегах»
Эмоции улетучиваются. Глупо зацикливаться на чувствах,
которые угаснут, и упускать важное.
–Хорошо, пошли.
Я оставила книгу у библиотекаря и последовала за Анной в
гостиную герцогини. В гостиной находились не только герцогиня и Лизи, но и
Клифф с Киллианом. Они уже разложили ювелирные изделия и выбирали что-то
подходящее для Лизи. У меня не было никакого желания участвовать в этом, но я
улыбалась, как будто ничего не заметив.
– Матушка, вы звали меня.
–А, Эдит, добро пожаловать.
В отличие от приветливой герцогини, взгляд Киллиан был
по-прежнему холоден.
Нет, он лишь бросил взгляд в знак приветствия.
Это было совсем не так, как в день нашей свадьбы, когда он
даже не повернул головы в мою сторону.
–Это мистер Феликс Эппард, владелец ювелирной мастерской
“Эппард”, с которой наша семья сотрудничает уже много лет. Я позвала его,
потому что у него впервые за долгое время появились хорошие изделия, так, что,
если тебе что-то понравится, смело бери.
–Спасибо.
На одном диване сидели герцогиня, Лизи и Клифф, на другом – ювелир
мистер Феликс и Киллиан.
Мне ничего не оставалось, как сесть рядом с Киллианом. После
нескольких неловких минут они возобновили игру в принцессу, примеряя на Лизи то
одно, то другое.
–Тебе не кажется, что этот сапфир так хорошо сочетается с
глазами Лизи?
– Вижу. А как насчет этого жемчужного ожерелья?
–О, оно тоже хорошо смотрится! Ожерелье из белого жемчуга,
которое я купила ей в прошлый раз, было неплохим, но мне кажется, что это лучше
смотрится с кремовым цветом. Лизи продолжала теребить свои руки, в то время как
герцогиня и Клифф выглядели взволнованными. Киллиан почему-то не принимал
активного участия, лишь изредка указывая на что-то приглянувшееся. Наблюдая за
происходящим, я вспомнила, как читала этот эпизод в оригинале: «Ах, вот оно
что, эпизод с ювелирной мастерской, где Эдит унизили!». В оригинале члены семьи
герцога интересовались только Лизи. Заметив это, Лизи протягивает Эдит
небольшое колье, но Эдит отказалась, спросив, куда она может надеть такую вещь.
Она демонстративно сидела, и каждый раз, когда кто-то примерял украшение, она,
не глядя, говорила: «Я возьму и это». Ювелир скривился и ответил: «Здесь каждая
драгоценность – единственная в своем роде», – и Клифф купил все украшения в
комнате, выписав чистый чек. Он оставляет лишь колье, которое Лизи посоветовала
Эдит. А разгневанной Эдит Киллиан бросает колье, говоря, что это единственное,
что осталось. Тогда этот момент мне показался смешным, но теперь, оказавшись на
месте Эдит, я понимаю: «Должно быть, это задело ее гордость». Конечно,
поведение Эдит было неправильным, но неужели ее настолько сильно обидели, что у
нее не было другого выхода, кроме такой реакции? Я имею в виду, зачем вообще
приводить людей в дом, а потом обращаться с ними, как с ничтожеством? Пока я
безучастно думала об оригинальном сюжете, Лизи указала на одно из ожерелий и
сказала, что ее смущает, что люди рекомендуют украшения только ей.
–Я думаю, это колье будет отлично смотреться на Эдит!
Оригинальный эпизод продолжался без моего вмешательства. Колье,
на которое указала Лизи, было с тоненькой золотой цепочкой с красным
драгоценным камнем в форме маленькой капельки. Я предполагала: «Наверное,
девушка отказалась от украшения, потому что оно какое-то странное, но оно же
красивое! Может, оно ей не понравилось, потому что Лизи его выбрала?». Драгоценный
камень был меньше, чем демонстрировал ювелира, но, честно говоря, с моими
современными вкусами, он мне нравился больше, чем кутюрные украшения с
огромными драгоценными камнями.
–Боже мой, как красиво, это рубин?
Единственный красный камень, который я смогла вспомнить, был
рубин, и, к счастью, именно он и оказался рубином.
–Вы обе очень проницательны. Это рубин высшей пробы.
Оформление золотого ремешка и ободка также было выполнено нашими лучшими
мастерами.
Я совершенно не понимаю, что в нем замечательного, но,
видимо, это говорит о том, что он красивый и дорогой. Я долго рассматриваю
рубин, любуясь его ярким, чистым красным цветом.
–Почему бы тебе не примерить его?
–Конечно, Эдит. Не все то, чем кажется.
Ювелир и Лизе подбадривали меня. Я нервно улыбнулась и
потянулась за ожерельем. Но кто-то взял колье раньше меня.
– Киллиан...?
Не говоря ни слова, он расстегнул замок на колье. Я
удивилась, что с ним такое, но тут заметила, что герцогиня с гордостью
наблюдает за ним из другого конца комнаты.