Минивэн плавно затормозил у одной из натурных съемочных площадок в Коулуне.
Дверь машины с грохотом отъехала в сторону.
Навстречу пахнуло обжигающей волной раскаленного воздуха, смешанного с соленым морским бризом.
Лю Сяоли вышла из машины, бережно прикрывая Лю Ичэня рукой от слепящего солнца.
Площадка по периметру была огорожена ярко-желтой лентой, за которой толпились зеваки, вытягивавшие шеи, и папарацци с массивными телеобъективами наперевес, то и дело вспыхивали вспышки камер.
Внутри царил полный кавардак.
Распорядители орали во всю мочь, направляя людские потоки; осветители в мыле устанавливали гигантские отражатели; операторы катались взад-вперед по уложенным рельсам, подгоняя тяжелую тележку.
Но стоило появиться фигуре Чэн Луна, как толпа вокруг расступилась сама собой, образуя проход.
─ Госпожа Лю, как отдохнули прошлой ночью? ─ лучезарно улыбаясь, Чэн Лун в простой серой футболке спешно направился им навстречу. ─ Все отлично, премного благодарен мастеру Чэн Луну за заботу, в гостинице нас приняли великолепно, ─ вежливо отозвалась Лю Сяоли, прижимая ребенка к груди.
Взгляд Чэн Луна мгновенно метнулся к Лю Ичэню, сидевшему на руках у матери.
Мальчик сегодня был облачен в желтые комбинезончики на лямках, а на макушке красовалась маленькая панама с мягкими полями.
Он вовсю таращил круглые глазенки, с любопытством разглядывая все вокруг.
─ Ого, а парень бодрячком, ─ улыбнулся Чэн Лун и протянул мозолистый палец, легонько пощекотав пухлую щечку Лю Ичэня.
Лю Ичэнь охотно пустил пузырь слюны, издав невнятный звук «пуф».
─ Пойдемте, я провожу вас в зону отдыха, ─ Чэн Лун развернулся, ведя за собой гостей. ─ Сегодня мы в основном дадим малышу привыкнуть к обстановке и заодно познакомим с двумя другими исполнителями главных ролей. Нам предстоит пробыть вместе несколько месяцев, так что лучше сблизиться заранее.─
Лю Сяоли последовала за ним с сыном на руках.
Лю Ичэнь прижался щекой к материнскому плечу, навострив уши.
Другие двое исполнителей главных ролей.
Уж не Гу Тяньлэ ли с Гао Юаньюань?!
Зону отдыха обустроили между двумя крупными трейлерами, натянув над ней огромный тень-навес.
Там стояло несколько складных кресел и небольшой круглый стол, на котором красовались прохладительные напитки и раскрытый сценарий.
За столом сидели мужчина и женщина.
Мужчина смуглый, с резкими чертами лица, в цветастой рубашке с расстегнутыми на две пуговицы воротом.
Его брови слегка хмурились, он был полностью погружен в чтение сценария.
Это был Гу Тяньлэ.
К этому моменту Гу Тяньлэ давно распрощался со своим «белокожим» амплуа и окончательно встал на путь брутального крутого парня, а его шоколадный загар по-прежнему бросался в глаза под навесом.
Чэн Лун подошел и постучал пальцем по столику.
─ Гу-цзай, хорош читать, иди знакомиться с нашей «главной звездой».─
Гу Тяньлэ поднял голову.
Его взгляд скользнул по пальцу Чэн Луна и зафиксировался на Лю Ичэне, сидевшем у Лю Сяоли на руках.
Затем последовал лишь легкий кивок.
─ Мелкий, легуауэй.─
Голос прозвучал низко, с сильным носовым оттенком.
Сказав это, он снова уткнулся в сценарий.
От всего его вида исходила аура холодной неприступности в стиле «не подходи – убью».
Лю Сяоли неловко улыбнулась.
Лю Ичэнь мысленно закатил глаза до затылка.
Ну и крутяк. Этот Черный Гу и правда оправдывает репутацию, вживую еще холоднее, чем на экране.
Впрочем, плевать. Раз ты игнорируешь меня, я тем более не стану к тебе навязываться. Навязываться с липкой улыбкой к ледяной стене – такого я, будущий киношный небожитель, отродясь не делал.
Да и с чего бы этой черной голове тягаться с сияющей словно фарфор богиней по соседству!
Лю Ичэнь решительно отвернулся, переводя взгляд на ту самую актрису.
Чэн Лун ничуть не смутился – у Гу Тяньлэ и впрямь был такой характер: тугодум, ко всем относившийся ледяно.
Он кивнул в сторону актрисы.
─ А это Юаньюань, главная героиня нашей картины.─
Гао Юаньюань.
Гао Юаньюань образца 2005 года находилась на пике своей красоты.
На ней было белое мини-платье, волосы небрежно собраны сзади, а несколько выбившихся пружинистых прядей падали на щеки.
Чистые утонченные черты лица, нежный и чарующий образ.
Она только что оторвалась от сценария, и в ту секунду, когда их взгляды пересеклись, она замерла.
А потом ее глаза просто засияли.
─ Ой! ─ Гао Юаньюань отложила сценарий и вскочила со складного стула.
─ Большой брат, это тот самый приглашенный малыш?─
Лицо Чэн Луна расплылось в довольной улыбке: ─ Да, это Сяо Чэнь, ну как, прелесть?─
Гао Юаньюань быстрым шагом подошла ближе, и легкий аромат жасмина овеял нос Лю Ичэня.
Очень приятный.
Лю Ичэнь всмотрелся в лицо, оказавшееся в считанных сантиметрах от него.
Да это же настоящая народная богиня!
В прошлой жизни он мог только облизываться на экранах, а теперь живой человек сидит перед ним.
Кожа настолько гладкая, что пор не разглядеть, а в огромных глазах плещутся восторг и умиление.
Придется брать в оборот!
Помысел мелькнул в голове Лю Ичэня, и пассивный навык «Врожденное очарование» активировался на полную мощность.
Он медленно растянул губы в улыбке, глядя на Гао Юаньюань, глаза превратились в лучики-месяцы, обнажая розовые беззубые десны.
И тут же протянул две пухлые ручонки, ухватившись за подставленный палец девушки.
─ И-я… ─
Голосок прозвучал сладко, тягуче, прямо-таки патока.
Гао Юаньюань почувствовала, как ее сердце пропустило удар, а сама она едва не растаяла.
Такая детская чистота улыбки в сочетании с выразительными темными глазами обладала просто убойной силой.
─ Матерь божья! ─ Гао Юаньюань повернулась к Лю Сяоли, сгорая от восторга. ─ Сестрица, можно мне его подержать?─
Лю Сяоли с улыбкой кивнула: ─ Конечно, берите, он очень послушный и к чужим привыкает быстро.─
Гао Юаньюань с трепетом протянула руки и профессиональным жестом подхватила Лю Ичэня из материнских объятий.
Лю Ичэнь охотно примостился на ее коленях.
Тепло, мягко, от Гао Юаньюань исходило то самое неповторимое женское тепло и нежность.
─ И почему Сяо Чэнь такой послушный, ─ приговаривала Гао Юаньюань, возвращаясь со спящим малышом на складное кресло.
Она усадила Лю Ичэня к себе на колени лицом к себе.
На Гао Юаньюань было надето короткое платье, и стоило ей присесть, как подол слегка задрался, обнажая изрядную часть белых подтянутых бедер.
Лю Ичэнь устроился прямо там.
Он с любопытством опустил взгляд вниз.
Какие белые бедра… то есть, какое белое платье.
Побуждаемый «детским любопытством ко всему на свете», он шлепнул маленькой ручонкой по гладкой и упругой коже, издав звонкий шлепок.
Ого, пружинит на славу. Мысленно он отвесил себе беспочвенную похвалу.
Гао Юаньюань не придала этому никакого значения, приняв всё за бессознательные младенческие телодвижения, и лишь рассмеялась от его потешного вида.
Наклонившись ближе, она кончиком носа потерлась о щечку Лю Ичэня: ─ Что ж у тебя кожа-то такая шелковистая, прямо как яйцо без скорлупы!─
Лю Ичэнь залился смехом от щекотки. Недолго думая, он ухватил ее за лицо своими ладошками и чмокнул прямо в гладкую щеку.
Оставив на лице Гао Юаньюань мокрый след от слюней.
Девушка не только не рассердилась, но и рассмеялась еще звонче, а в глазах заплескалось обожание: ─ Ты гляди, целуется! Маленький хитрец!─
Она прижала мальчика крепче, не желая с ним расставаться.
Лю Ичэнь прижался к ее груди, глубоко вдыхая аромат жасмина.
И безумно вопил в глубине души.
Неужто это приветственный бонус земной версии онлайн-игры?
Вот это перерождение, просто сказка!
В прошлой жизни пробыл двадцатилетним девственником, даже девичьей руки не держал.
А нынче сидит на коленях у народной богини, да еще и целует ее! И ей после поцелуя только веселее!
До чего же хорошо!!