Ответ труса

Если спросить прохожего жителя Эльдена: «Вы когда-нибудь спускались в канализацию?», девяносто девять и девять десятых процента ответят «нет».

Среди них наверняка найдутся и те, кто ежедневно пользуется канализацией, но совершенно не задумывается о её существовании.

В конце концов, так уж всё устроено.

Как устроена канализация, по какому принципу работает, как управляется? Раз уж можно пользоваться её благами, не зная всего этого, то и знать нет нужды. Зачем ступать в место, о котором ничего не знаешь?

Однако, похоже, есть и те, кто думает иначе.

Люди, которые сделали канализацию своим домом и двором, которые живут там — в некоторых кругах их называют брауни, но это название крайне малоизвестно. Поскольку тех, кто вообще знает об их существовании, немного, это, можно сказать, естественно.

Канализация Эльдена в общих чертах делится на главные и боковые пути, и сейчас Мария Роза и остальные шли по главному пути.

Точнее говоря, боковые пути настолько тесные, что туда не пробраться, если не готов погрузиться в сточные воды и ползти.

По сравнению с ними главный путь довольно широк, но всё же это лишь сточная канава шириной около трех метров, по обеим сторонам которой тянутся тротуары шириной в метр-два, так что назвать это идеальными условиями для жизни язык не повернется.

Нет, Мария Роза, хоть и сам жил на крыше высотного храма, осмелится заявить.

Жить в таком месте — это безумие. Человеку со здоровой психикой это совершенно не под силу.

Ведь, как ни странно, запах здесь был не такой уж сильный, но что это за крики вроде «Ииииииии!», которые время от времени раздавались откуда-то?

Черные четвероногие твари, бегающие по тротуарам, — наверное, крысы, но они казались крупнее кошек.

Похожие на тараканов насекомые, снующие по изогнутому потолку и стенам, видимо, эволюционировали в земноводных, так как у них были какие-то странные плавники. Прыгая в сточные воды, они плавали куда лучше человека-рыбы Ката-ри.

А существа, которые охотились на этих земноводных тараканов, на огромной скорости перемещались в сточных водах.

Эти плавающие твари, иногда показывающие над водой свирепые спинные плавники или выпрыгивающие, на мгновение обнажая свои зловещие тела, были около метра в длину. Они двигались так быстро, что разглядеть их было трудно, но, возможно, они были еще крупнее. С непропорционально огромными челюстями на вытянутом теле, покрытые шипами, с пятью или шестью тускло светящимися красно-черными глазами, они напоминали фриков. Им бы больше подошел Андерграунд, чем канализация.

Брауни, кажется, называли их «спуки», и эти рыбы-монстры были невероятно свирепыми. Говорят, очень редко встречались особи с плавниками, похожими на конечности. Они выбирались даже на тротуары и нападали не только на тех огромных крыс и земноводных тараканов, но и на самих брауни.

Брауни, который весело рассказывал обо всем этом, шел во главе отряда в качестве проводника.

Судя по голосу, этот брауни был мужчиной. Однако он носил прибор ночного видения, маску и был полностью закутан в плащ с капюшоном, так что его внешность оставалась абсолютной загадкой. Кажется, его звали Сидео, хотя, по его словам, его настоящее имя было намного длиннее.

Но, возможно, из-за маски голос Сидео было трудно разобрать.

Может, из-за того, что не было видно лица, Сидео казался весьма подозрительным, и возникали опасения, действительно ли можно доверять такому типу.

Судя по всему, за то, что он проведет их к проходу в убежище SIX в канализации, Сидео получит сумму порядка миллиона долларов. Половину ему уже выплатили в качестве аванса, а оставшуюся половину он должен был получить после успешного завершения дела. Но нормально ли это? Даже половина — это огромные деньги, и есть ли гарантия, что Сидео, уже получивший их, сдержит обещание?

Впрочем, раз уж они зашли так далеко, думать об этом было бессмысленно.

В канализации не было кромешной тьмы. По потолку тянулись три линии, излучающие бледно-зеленый свет, который отражался от поверхности сточных вод. И всё же света было так мало, что под ногами было темно. Большинство использовало приборы ночного видения.

Из-за узости тротуара отряд шел неровной колонной по двое, почти в шахматном порядке. Впереди, ближе к стене, шел Сидео, а со стороны сточной канавы — командир 7-го штурмового отряда «Стражей Порядка» Хомура. За Сидео следовали шестеро из ZOO: Тома-кун, Мария Роза, Юрика, Сафиния, Ката-ри и Пимпернел. За Хомурой шли четырнадцать бойцов 7-го штурмового отряда, а замыкал колонну заместитель командира Чесс Пид.

Все Стражи поверх доспехов серии «Провиденс» с гербом Жрецов Чистой Крови носили темные плащи, были вооружены мечами и щитами, но, несмотря на тяжелую экипировку, почти не издавали шума. В серии «Провиденс» применялась особая технология «плавающего соединения», которая, по-видимому, уменьшала трение броневых пластин друг о друга.

Поэтому в идеале они не должны были слышать почти ничего, кроме загадочных криков, плеска воды, копошения различных существ, а также шагов и дыхания самого отряда, но Сидео без умолку болтал всякую чушь.

— Миллион… за миллион я поеду в Каранадо и куплю женщин. Хороших женщин. Куплю много. Сразу нескольких. Ши-ши-ши… И все деньги спущу. Потрачу, куплю женщин. И выпью. Копить деньги вредно для души и тела. И то самое копить тоже вредно. Ши-ши-ши…

— Вот как.

Хомура небрежно поддакивал ему, отчего становилось только хуже. Сидео, осмелев, попытался продолжить, но терпение Марии Розы наконец лопнуло.

— Эй, ты, я с самого начала хотел сказать: ты чертовски шумный.

— …Ши… ши-ши-ши…

— Хватит шикать. Мы не для того сюда притащились, чтобы быть твоими собеседниками. Ты ведь получил деньги и работаешь проводником, так? Вот и относись к этому как к бизнесу.

— Слышал?

Хомура сказал это с усмешкой в голосе, но если он думал, что его это не касается, то сильно ошибался.

— Какое еще «слышал»? Это ты ему потакаешь, вот он и расходится.

— Не будь таким занудой.

— Дело не в занудстве. И вообще, мы уже прилично прошли, когда мы придем? Мы ведь успеем к назначенному времени?

— Ну, даже если мы будем действовать по графику, если те, кто наверху, облажаются, всё пойдет прахом.

— И какой смысл об этом думать? Нам остается только делать то, что в наших силах.

По плану пятьдесят один Страж под командованием «Солнечного Демона» Дениса Санрайза и «Жнеца» Расы должны были атаковать «Соску-Куклу» с фронта. Одновременно с этим 7-й штурмовой отряд Хомуры и шестеро из ZOO должны были ударить из канализации по убежищу SIX, которое, как предполагалось, находилось в глубине «Соски-Куклы».

Естественно, они хотели максимально синхронизировать свои действия. Это должно было вызвать большую панику в рядах противника.

Поэтому заместитель командира Фол, основываясь на информации, полученной от Сидео, назначила время штурма на 23:55 9-го числа 9-го цикла луны.

«Солнечный Демон» немедленно утвердил это, и Хомура вместе с Марией Розой и остальными членами ZOO спустились в канализацию через люк в 9-м районе в 22:27 вместе с Сидео, но…

— То, что в наших силах, значит…

Хомура был без шлема. Остальные Стражи прикрепили к забралам шлемов опциональные приборы ночного видения, но Хомура, сверкая растрепанными черными волосами, не надел даже его. По его словам, он, как и Тома-кун с Пимпернелом, хорошо видел в темноте, и такая освещенность не доставляла ему неудобств.

— Да уж. В конце концов, наверное, только это нам и остается.

Хомура почему-то пробормотал это со вздохом и сделал движение, словно вытаскивая что-то из-за пазухи. С позиции Марии Розы было не разглядеть, что это, но, вероятно, какое-то ожерелье. А может, он привязал туда карманные часы. Хомура тут же убрал предмет обратно.

— Двадцать три тридцать шесть. Осталось десять… около двадцати минут.

— …Ты ведь сейчас не смог посчитать, да?

— Не придирайся к мелочам.

Хомура не смутился от полупрезрительного замечания Марии Розы и пробормотал голосом, в котором звучали какие-то мрачные нотки:

— Я сделаю всё, что нужно. Раз уж до этого дошло, я спасу эту дурочку Риче во что бы то ни стало. Когда умирают женщины, это не самое приятное зрелище.

Кстати, кажется, именно Хомура в прошлом спас Беатриче, когда её собирались продать. В рассказах Беатриче имя Хомуры всплывало довольно часто, так что они, должно быть, были весьма близки. Если подумать, в тоне Беатриче проскальзывало нечто такое, словно она воспринимала Хомуру не просто как спасителя.

Впрочем, учитывая разницу в возрасте, вряд ли между ними были романтические отношения. К тому же Беатриче упоминала что-то о жене Хомуры. Хомура должен быть женат.

Сколько ему лет? Он выходец с востока, да и небритая щетина с прической сбивали с толку, но, наверное, ему еще нет тридцати.

Они только познакомились, так что это естественно, но он казался совершенно неуловимым человеком.

И при этом в нем чувствовалась какая-то странная весомость, аура присутствия.

Похоже, его обожала не только Беатриче, но и подчиненные, так что в нем наверняка было что-то располагающее к себе. В этом смысле Мария Роза тоже мог его понять. Короче говоря, он казался человеком без лишних заморочек, с которым легко заговорить. Мария Роза и сам был не прочь поболтать, так что, будь сейчас другое время и другое место, он, возможно, поговорил бы с Хомурой подольше.

Но ситуация обязывала. К тому же Мария Роза только что отчитал Сидео за пустую болтовню, так что сам не мог завести светскую беседу.

— Ши… ши-ши-ши… еще, д-десять минут, и придем.

Сидео, видимо, осознав свою вину, наконец-то по собственной инициативе заговорил о деле.

— Я сдержу обещание. Мы не нарушаем обещаний. Люди наверху куда большие лжецы. Так что, если я сказал, что придем через десять минут, значит, точно придем.

— Да, я тебе верю.

Ответил Хомура и погладил по голове Сидео, который был намного ниже его. Это был совершенно искренний, естественный жест, в котором не чувствовалось ни капли фальши. Увидев эту сцену, Мария Роза почему-то подумал: а может, этот парень… Хомура, для Стража, да и вообще для человека, весьма неплохой парень.

Как и сказал Сидео, этот человек тоже не нарушает обещаний. Наверняка он тот, кому можно доверять. В нем была атмосфера, которая не позволяла отмахнуться от этого интуитивного впечатления.

Возможно, именно поэтому «Солнечный Демон» поручил спасение Беатриче этому человеку.

Да, что бы там ни говорили, этот отряд был не чем иным, как отрядом по спасению Беатриче.

Атака на «Соску-Куклу» с фронта — это отвлекающий маневр, а главная цель операции — спасение Беатриче.

Возможно, это слишком оптимистичная трактовка.

Но если не думать так, то Беатриче становится слишком жаль.

— Жди.

Тихо пробормотал Хомура. Словно обращаясь к Беатриче, которой здесь не было, но которая должна была быть впереди.

После этого Сидео тоже замолчал, и отряд шел в тишине.

Мария Роза тоже молча переставлял ноги, просто считая про себя. С каждым прибавленным в уме числом они должны были приближаться к Беатриче, но почему-то он этого не чувствовал. Не было ощущения реальности происходящего. Если подумать, единственным реальным ощущением была неуверенность от того, что он даже точно не знал, где они находятся.

Но когда Мария Роза досчитал до четырехсот двадцати четырех…

Сидео остановился и обернулся, прижавшись спиной к стене.

Хомура последовал его примеру, остановился и, подняв руку, коротко скомандовал идущим позади: «Стой».

— Ши… ши-ши-ши… з-здесь. За этим.

Сидео указал вперед.

— П-пройдете метров што, и можно будет повернуть налево и направо. Там повернете налево и пройдете еще што метров прямо. И тогда, ши… ши-ши-ши… там будет. С левой стороны дыра, которую они сами пробили. К-как я уже говорил, в глубине дыры есть охрана. Оттуда, ш-шикс выходил, многие наши видели. Я тоже видел, нескольких наших убили. Ненавижу их.

— Вот как.

Хомура пошарил под плащом, достал увесистый тканевый мешочек и бросил его Сидео.

— Сидео, на этом твоя работа закончена.

— Н-но, я…

Сидео, едва поймав мешочек, в растерянности замотал головой.

— Д-деньги, половина — после того, как выведу обратно. Я обещал госпоже Ф-Фол. Еще рано. Моя работа не закончена.

— Это так. Было бы здорово, если бы ты подождал нас где-нибудь здесь. Но если через какое-то время — скажем, через часок — мы не вернемся, бери деньги и беги в безопасное место, я не против. В зависимости от обстоятельств, мы можем выйти на поверхность прямо через парадный вход, да и нет гарантии, что мы вообще вернемся живыми. Я могу точно отдать тебе деньги только сейчас.

— Н-но…

— Твои рассказы были довольно интересными. Большинство людей и представить себе не могут, что под Эльденом есть такое место, и это не Андерграунд. В следующий раз, если будет возможность, давай выпьем вместе, и ты расскажешь мне продолжение.

— …У-угу…

— Только угощаешь ты. У меня зарплата не ахти какая.

— Х-хорошо. Я угощу. Обещаю. Я обещаний не нарушаю. Ты тоже пообещай. Что потом выпьешь со мной. Ты тоже не должен нарушать обещание.

— Договорились.

Сидео, настойчиво кивая, обеими руками крепко пожал протянутую правую руку Хомуры.

— Угу. Ты не нарушишь обещание. Угу. Точно. Я знаю.

— Вот как.

— Ши-ши-ши.

Сидео удовлетворенно рассмеялся, покачивая плечами, отпустил руку Хомуры и с неожиданной легкостью перепрыгнул через сточную канаву на противоположный тротуар.

— Я буду здесь. Буду ждать вас.

— Ага.

Хомура легко ответил Сидео и обернулся назад.

— С этого момента пустая болтовня строго запрещена.

— Болтали в основном только ты и Сидео.

— А ведь и правда.

Хомура почесал голову левой рукой, а правой вытащил что-то из-за пазухи. Поскольку Сидео ушел, а Тома-кун вышел вперед, теперь Мария Роза смог хорошенько это разглядеть. Через прибор ночного видения мелкие детали дизайна были не видны, но это был кольцеобразный предмет на цепочке, к которому крепился маленький круглый циферблат. Цифры и две стрелки тускло светились.

Часы.

— Двадцать три сорок пять… М? Что такое?

— А? Нет, ничего.

— Я тебе их не отдам.

— Никто и не просил.

— Вот как. Ну, это память о жене. По правде говоря, такая вещь больше подошла бы такой девушке, как ты, чем мужику.

— Кого ты назвал девушкой?

— Кого? Ту, что стоит прямо передо мной…

Хомура, увидев перекошенную от гнева улыбку Марии Розы, кажется, осознал свою ошибку.

Хотя ошибся он еще сильнее.

— Вот оно как… Ну, у всех свои вкусы. Особенно в этом городе…

— В-вкусы? В каком смысле?! Не издевайся! Кто бы стал по своей воле так…

— Заткнишя уже, ты шам.

Голос Ката-ри, прилетевший сзади, произвел синергетический эффект, и Мария Роза был готов сорваться по-настоящему. Но, учитывая время и место, здесь следовало сдержаться.

Мария Роза попытался хоть как-то успокоиться, несколько раз глубоко вдохнув через нос, но в итоге его гнев развеял вопрос Тома-куна, обращенный к Хомуре.

— Случайно, твоя жена — это не…

Та самая Сякуна?

Услышав этот вопрос от Тома-куна, Хомура молчал секунды три.

Сякуна.

Это имя знал даже Мария Роза. «Демоница» Сякуна из «Стражей Порядка» — воительница, которую, несмотря на то что она женщина, порой ставили в один ряд с «Солнечным Демоном» и «Жнецом».

Жена Хомуры — та самая Сякуна?

Но Беатриче говорила, что с женой Хомуры что-то случилось, а сам Хомура объяснил, что эти часы — память о жене. Кстати, теперь он вспомнил: когда они были в плену в убежище рюсюсцев, он смутно припоминал разговоры о том, что «Демоницу» выставили напоказ или что-то в этом роде. Значит, Сякуна мертва?

Честно говоря, для Марии Розы, знавшего лишь её имя и репутацию, это не вызывало особых эмоций.

Кроме того факта, что прямо рядом с ним стоял мужчина, потерявший супругу.

Хомура медленно погладил подбородок, словно потирая небритую щетину.

— Ну да.

— Вот как.

Тома-кун вздохнул.

— Не спеши умирать. Если дойдет до стычки с SIX, предоставь его мне. Он не тот противник, ради убийства которого такому человеку, как ты, стоит рисковать жизнью.

— Ты слишком много надумываешь. У меня и в мыслях такого нет.

Хомура повернулся к Марии Розе и остальным спиной.

— Просто… она тоже довольно сильно любила Риче. По правде говоря, мне хотелось хоть как-то ей помочь. На самом деле, вы пришли как раз после того, как я подал рапорт об этом, а этот ублюдок Йохан его с легкостью отклонил. У него язык хорошо подвешен. Мне с ним не тягаться. Но, каков бы ни был результат, благодаря вам мне хотя бы дали шанс. Так что я вам благодарен.

Вероятно, Тома-кун знал то, чего не знал Мария Роза. В разговоре Тома-куна и Хомуры были моменты, которые Мария Роза не до конца понимал.

Однако, если уж на то пошло, от Хомуры действительно исходило какое-то ощущение, будто он спешит умереть.

Впрочем, то же самое касалось и Беатриче, так что это можно было воспринять как общую для Стражей идеологию самопожертвования.

Или же нет?

— Идем?

Хомура зашагал вперед.

Следуя за ним по диагонали, Мария Роза начал ощущать легкое напряжение.

Почему-то их собственные шаги и малейшие шорохи казались неестественно громкими. Все эти звуки еще недавно не так уж сильно его беспокоили. На самом деле, из-за шума воды и тех самых криков звуки такой громкости вряд ли разнесутся далеко. Наверное, всё должно быть в порядке.

Он так думал, но всегда есть вероятность непредвиденного.

Который час?

Достав часы и проверив время, он увидел, что было 23:50. Осталось пять минут. Угол, где канализация расходится влево и вправо, уже близко, так что они должны успеть.

И всё же, как ранее сказал Хомура, те, кто наверху, в силу каких-то обстоятельств могли быть вынуждены начать штурм раньше.

А кроме того, совершенно неизвестно, как устроен потайной проход и какова структура самого убежища.

Если так подумать, неопределенных факторов слишком много. Вернее, определенных факторов почти нет. Если бы это был поиск сокровищ, то спекулятивный элемент никак не исключить, с этим ничего не поделаешь, можно и потерпеть, но когда речь идет о спасении человеческой жизни — дело другое.

Голова… желудок начинает болеть.

Остановив идущих позади перед поворотом, Хомура один прошел вперед, выглянул из-за угла и осмотрел путь налево. Он тут же махнул рукой, сделав жест в духе «идите сюда», и когда все остальные подошли к углу, Хомура еще раз взглянул на часы на ожерелье. Затем он кивнул, правой рукой вытащил из-за пояса большой меч, а в левую взял щит, который нес на спине.

— Обнажить мечи.

Приказ был отдан вполголоса, но Стражи один за другим вытащили оружие и приготовили щиты. Члены ZOO, включая Марию Розу, тоже взяли в руки свое оружие, готовые выскочить в любой момент.

Мария Роза проверил свои часы.

23:53. Осталось две минуты.

Хомура стоял прямо перед углом, прижавшись спиной к стене, и не шевелился.

7-й штурмовой отряд «Стражей Порядка» насчитывал шестнадцать человек, включая Хомуру, плюс шестеро из ZOO — итого двадцать два человека.

Все вместе, за одну минуту до времени штурма, они должны были как можно тише и максимально быстро завернуть за угол, пробежать сто метров одним рывком и ворваться внутрь.

Они договорились об этом заранее, но ему казалось, что следовало бы проявить больше осторожности. Надо было продумать план получше. Его не покидало чувство, что чего-то не хватает. Не забыли ли они что-нибудь? Что еще нужно было сделать?

В безопасности ли Беатриче?

Именно в тот момент, когда это беспокойство, эта самая главная проблема, о которой он сознательно старался не думать, вдруг всплыла в голове…

— В атаку.

Как только Хомура произнес это низким, сдавленным голосом, он выскочил из-за угла.

У Марии Розы чуть сердце из груди не выпрыгнуло, но он не отстал.

Спина Тома-куна была примерно в семидесяти сантиметрах впереди.

Раздавались многочисленные, яростные звуки шагов — его собственные, Тома-куна, Хомуры, товарищей из ZOO, Стражей. Шум воды. Даже доспехи серии «Провиденс» при беге на такой скорости немного шумели.

Вдруг позади раздался звук падения чего-то в воду. Послышался вскрик: «Ах!». Какой-то недотепа свалился в сточную канаву?

Но этот голос не принадлежал никому из ZOO. Мария Роза почувствовал облегчение, затем подумал, что сейчас не время для облегчения, и, не оглядываясь, просто следовал за Тома-куном и Хомурой. Казалось, его голова постепенно пустеет. Он стал больше чувствовать, чем думать. Раздавались различные звуки, впереди показался свет. Он почувствовал воздух на щеках. Под ногами был тротуар. В руке — «Фальшивое Огненное бедствие». На какое-то мгновение это было всем.

Однако предчувствие было всегда.

Предчувствие того, что всё в корне изменится.

Свет впереди оказался светом от осветительных приборов, пробивающимся из пробитой в стене дыры.

Предвидел ли Хомура, что оттуда кто-то выйдет? Или у него тоже было предчувствие?

Так или иначе, Хомура без труда снес ему голову прямо на ходу. Большой меч по инерции слегка задел край дыры, высекая искры, но этот могучий мечник, казалось, совершенно не обратил на это внимания. Мужчина в костюме, лишившийся головы, был сброшен пинком в сточную воду. Хомура без колебаний запрыгнул в дыру. Мария Роза, последовавший за Тома-куном, понял, что прибор ночного видения теперь только мешает. Впереди было достаточно светло — пусть и не идеально, но прибор ночного видения уже не требовался.

— Вы еще кто такие…!

Ширина около пяти метров, глубина — около десяти. На стенах прохода, пробитого в стене канализации, были установлены осветительные приборы, а в конце виднелась железная решетчатая ставня, и в этой зоне находились мужчины в костюмах. «Вы еще кто такие» — крикнул кто-то из них.

Сколько их всего?

Семь или восемь. Они уже обнажили оружие. Несмотря на замешательство от внезапности, они не выглядели испуганными.

Хомура ворвался туда, первым делом отбросив одного щитом, и одновременно вонзил большой меч в грудь другому.

Этот безрассудный натиск оказал немалое влияние как на врагов, так и на союзников.

На врагов — вероятно, вселил страх.

На союзников — безумную храбрость.

Поле зрения Марии Розы тоже сузилось до предела, словно в лихорадке. Слух почти парализовало.

Беги. Убивай. Разметай. Раздави.

Он мог думать только об этом, и, всем телом врезавшись в случайно попавшегося на глаза мужчину в костюме, глубоко вонзил «Фальшивое Огненное бедствие» ему в живот.

А затем…

Нет, если быть точнее, в тот момент, когда Мария Роза в панике попытался вытащить «Фальшивое Огненное бедствие» и отступить, его талию намертво обхватила левая рука противника. Именно в этот момент.

Он подумал, что умрет.

В правой руке противник обратным хватом сжимал однолезвийный меч без гарды.

Люди не настолько хрупкие, чтобы умереть мгновенно от меча, вонзенного в живот.

— У-ублюдок…!

Он забыл, в какой момент сдвинул прибор ночного видения наверх, поэтому лицо мужчины было хорошо видно.

У мужчины были короткие серые волосы, тонко выщипанные брови и пирсинг в правом уголке губ. В носу тоже был пирсинг. И возле правого глаза. На левой щеке виднелась небольшая татуировка. «SmC», а под ней иероглиф «Убийство» и число «29». На вид он был еще молод. Одет в стильный костюм идеального кроя, довольно высокий, с узким лицом, которое наверняка пришлось бы по вкусу молодым девицам из квартала развлечений.

Сейчас это лицо исказилось и побагровело.

В широко распахнутых глазах отражались страх, отчаяние, гнев, жажда убийства и Мария Роза.

Неужели, без всяких «может быть», этот парень убьет меня?

Но ведь он тоже после этого умрет, разве нет?

В любом случае, если умереть «чисто», можно будет воскреснуть. Главное, чтобы голова…

— Мария…!

Услышав свое имя, он пришел в себя. К тому моменту огромный меч Тома-куна, обрушившийся сбоку, уже раздробил голову парня с татуировкой «Убийство 29».

— Слишком неосторожно, это на тебя не похоже!

Тома-кун был прав. Мария Роза потерял голову, бросился в безрассудную атаку и едва не погиб.

Нужно быть хладнокровнее.

Смотреть шире. Прислушиваться. Думать головой. Всё то, что он обычно делал в Андерграунде, сейчас у него не получалось. С таким подходом никаких жизней не хватит.

Брызнувшая на лицо чужая кровь вызывала отвращение.

Мария Роза быстро стер её левой рукой и, выдернув «Фальшивое Огненное бедствие», оттолкнул ногой труп парня «Убийство 29». Восстанавливая дыхание, он огляделся: все мужчины в костюмах, а вместе с ними и несколько Стражей, уже лежали на полу, а решетчатая ставня в конце прохода была поднята примерно на треть. Кажется, изначально она была полностью опущена, так что, возможно, тот труп, что валялся прямо возле неё, при жизни пытался открыть её и сбежать на ту сторону.

— Доложить о потерях!

Рявкнул Хомура, пригибаясь и пролезая под ставней.

— Чесс! Живее!

— Есть!

Из-за шлема было не разобрать, но, вероятно, это был заместитель командира Чесс Пид. Один довольно невысокий Страж быстро проверил состояние тех Стражей, что лежали в лужах крови и не поднимались, и доложил: двое убитых, трое легкораненых.

— Ясно, мертвых оставляем. Простите, парни, заберем вас позже.

— Ранеными займусь я…

Хомура, находившийся по ту сторону ставни, бросил взгляд на тут же вызвавшуюся Юрику и коротко покачал головой.

— Раны вроде несерьезные, так что это тоже потом. Время дорого.

Время, должно быть, уже перевалило за 23:55. Юрика, как целительница, возможно, не могла бросить раненых, но решение Хомуры, скорее всего, было правильным.

— Выдвигаемся.

Хомура подал знак рукой, и Стражи молча один за другим пролезли под ставней. ZOO во главе с Тома-куном последовали за ними быстрым бегом.

По ту сторону ставни оказался такой же проход, и примерно через десять метров виднелась еще одна железная решетчатая ставня. Судя по всему, за ней проход продолжался, но из-за темноты было не разобрать. По крайней мере, пока чужого присутствия не ощущалось. Шум воды в канализации отдалился, и стало жутко тихо.

Но когда Страж, похожий на Чесса Пида, вручную покрутил механизм, установленный на полу у стены, и наполовину поднял следующую ставню…

— Враг.

Сказал Тома-кун, вскидывая свой огромный меч на плечо.

Вскоре после этого вдалеке послышался звук открывающейся ставни. Поскольку следующая ставня оставалась закрытой, звук, должно быть, исходил от той, что находилась еще дальше.

Обладающий острым зрением Пимпернел резко крикнул:

— Арбалеты! Дальнобойное оружие!

— Отряд Хомуры, впере-е-ед! Щиты к бо-о-ою!

Реакция Хомуры была молниеносной, и Стражи отлично на нее отреагировали. В мгновение ока оттеснив ZOO и рассредоточившись в ширину, Стражи синхронно присели и выставили щиты перед собой, слегка наклонив их вверх.

И всё же двое, а затем и трое бойцов, чуть запоздавших с движением, упали. Стоявшие позади Стражи попытались закрыть образовавшуюся брешь, но звук стрел, рассекающих воздух, всё не прекращался. На самом деле, возможно, прошло не так уж много времени, но этот горизонтальный обстрел по площади длился так долго, что вызывал тошноту.

Оттесненные в задние ряды Мария Роза и остальные члены ZOO распластались по полу. К счастью, все они остались невредимы, но… это количество стрел.

В конечном итоге пронзившие пятерых Стражей, непрерывно звенящие о щиты и порой пробивающие их насквозь стрелы — сколько же их было всего? Сколько там стрелков?

— Ублюдки, это же многозарядные арбалеты барабанного типа «Ранинг Файр» отряда «Дженосайд Макс»…!

Хомура, отбросив на пол утыканный стрелами щит, выплюнул эти слова, хотя вряд ли он отвечал на мысленный вопрос Марии Розы.

Многозарядный арбалет барабанного типа «Ранинг Файр». Он слышал о нем. Это многоствольный арбалет, разработанный известным отступником-техномагом по прозвищу «Пинк Шот». Армия какой-то страны хотела принять его на вооружение, но из-за слишком высокой стоимости отказалась по бюджетным соображениям. После этого «Пинк Шот» пропал без вести, так что вещица эта была с историей.

Но раз это арбалет, на перезарядку стрел должно уйти время. Судя по тому, что обстрел прекратился, можно смело предположить, что боезапас иссяк.

Хомура, видимо, пришедший к тому же выводу, вскинул свой большой меч и взревел:

— Этот ублюдок Джей может вылезти! Парни, затяните пояса потуже! К атаке гото-о-о-овьсь…!

— Есть! — Есть! — Есть! — Есть! — Есть! — Есть! — Есть! — Есть…!

Боеспособных Стражей, включая Хомуру, осталось девять. Вместе с шестью членами ZOO — пятнадцать человек. Они уже потеряли семерых, но боевой дух Стражей, казалось, ничуть не угас.

Тома-кун, не желая уступать Хомуре, тоже закричал во весь голос:

— Мы тоже идем! Сафиния, прикрывай магией, Пимп, убивай как хочешь!

— …Да…!

— Д-а.

Сафиния и Пимпернел были самыми преданными Тома-куну членами ZOO. Если Тома-кун прикажет им умереть, эти двое, вероятно, с радостью умрут. Впрочем, что касается Пимпернела, приказ убивать наверняка обрадовал его в десятки раз больше, чем приказ умереть.

Тома-кун продолжил раздавать указания:

— Мария и Ката-ри, не отходите от меня! Юрика, защищай Сафинию!

— Поняла.

— Я и так это жнаю!

— Есть!

— В атаку!

И когда Хомура отдал приказ голосом, отдающимся в самом нутре, Стражи из переднего ряда лавиной хлынули под ставню.

Мария Роза и остальные члены ZOO во главе с Тома-куном последовали за ними, но Пимпернел был исключением. Как-никак, этот бывший убийца бегал невероятно быстро, поэтому в мгновение ока поравнялся со Стражами, обогнал их и оказался в самом авангарде.

Но дальше он не вырывался.

Пимпернел, должно быть, понимал.

Если он уйдет слишком далеко вперед, в одиночку столкнется с врагом и завяжется ближний бой, то возможности Сафинии для прикрытия сильно сузятся.

А враги…

Дело было не только в расстоянии. Железная решетчатая ставня, хоть и с крупными ячейками, служила своеобразной ширмой, да и освещение играло свою роль. К тому же с позиции Марии Розы обзор загораживали Стражи, но из-за поднятой наполовину ставни, находившейся через одну от них, один за другим появлялись враги.

Впрочем, появлялись они или нет, учитывая их взаимное расположение, следующая ставня неизбежно должна была стать местом столкновения.

Десять метров. Всего десять метров.

А значит, через несколько секунд они окажутся лицом к лицу по разные стороны ставни, и что тогда?

По логике вещей, пока кто-то не поднимет ставню, ничего не поделаешь. Механизмы для открытия и закрытия, похоже, были с обеих сторон, так что технически это могли сделать и те, и другие, но, по возможности, обе стороны предпочли бы спихнуть эту работу на противника.

Решится ли кто-то поднять ставню? Будут ли они сверлить друг друга взглядами? Придется ли им убивать друг друга сквозь решетку? Или их ждет какое-то иное развитие событий?

В итоге события пошли по иному сценарию.

Сафиния начала читать заклинание на Высшем Древнем Языке.

— Кандзи Дзайбосацу РэуЛа Гай НауРа Хоко Джудас Он Хёкэцу Коккан Рэйгоку.

Позаимствовав силу духа воды Хайды и духа времени Ксео, призванных из НЭП, она использовала «Ледяную Тюрьму» — магию, которая в лучшем случае останавливала жизненные процессы цели и убивала её, а в худшем — на некоторое время лишала способности двигаться. Можно сказать, это была коронная магия Сафинии, которую она часто применяла.

Сафиния завершила заклинание «Ледяной Тюрьмы» и активировала его по ту сторону ставни.

Разумеется, целью был противник, который собирался хлынуть к ставне.

По ту сторону ставни влага, нагретая воздухом и превратившаяся в пар, расползлась белоснежной дымкой, и этот холод почувствовал даже Мария Роза. Грубо говоря, это было сродни мгновенной заморозке заживо, так что, если на тебе нет экипировки для экстремальных полярных условий, вынести такое невозможно.

В этом смысле хорошо, что враги не отличались эксцентричностью. Они были одеты по погоде, вполне подходящей для начала осени в Эльдене.

Однако Мария Роза не мог не вытаращить глаза. В просветы между Стражами он увидел по ту сторону ставни покрытых инеем врагов, и их одежда показалась ему знакомой.

Не все, были и те, кто носил костюмы, как парень «Убийство 29», но те… увешанные ожерельями, кольцами и браслетами в форме черепов, это же…

— Чесс…! Давай, открывай!

Невысокий Страж, похожий на Чесса Пида, вцепился в механизм на полу у стены еще до того, как Хомура отдал приказ. Он покрутил рычаг. Ставня поползла вверх.

Десять сантиметров.

Тридцать сантиметров.

Мария Роза еще раз убедился, что это аксессуары в виде черепов, и крикнул:

— Там рюсюсцы!

Не то чтобы это что-то меняло. Просто он почувствовал, что об этом стоит сказать.

Тома-кун и Хомура, видимо, тоже о чем-то догадавшись, мельком взглянули на Марию Розу, но ставня поднялась уже сантиметров на семьдесят. Высота, под которую тяжело вооруженные Стражи могли пролезть, если немного постараются.

— Врыва-а-аемся!

В такой ситуации уже неважно, рюсюсцы там, мерикулы или демоны — это отходит на второй, а то и на третий план. Мария Роза тоже постепенно начал понимать: в бою между отрядами такой численности, если упустить момент, ситуация в мгновение ока обернется не в твою пользу. В каком-то смысле здесь меньше места для тактических уловок, чем в поединке один на один, и исход решается за долю секунды.

Именно поэтому, особенно когда они перехватывают инициативу, массированная атака Стражей обладает невероятной мощью.

Они отбрасывают врагов щитами и насаживают на мечи, без колебаний реализуя принцип «один удар — один труп». Иногда это заканчивается обоюдным убийством, но есть и такие выдающиеся мечники, как Хомура, которые убивают не по одному, а по двое или трое за раз. Ничего сложного. Вернее, это тактика, намеренно лишенная всяких сложностей. В результате банального сокращения численности противника Стражи могут получить преимущество.

Впрочем, в данной ситуации задачей Стражей было не столько сокращение численности, сколько расчистка пути — им нужно было растолкать врагов, обездвиженных «Ледяной Тюрьмой» Сафинии.

Мария Роза пролез под ставней, держась слева и чуть позади Тома-куна. Передний ряд врагов уже был смят Стражами. Хомура и несколько Стражей продвинулись еще дальше, а Пимпернел, опережая их, рванул вперед, словно выпущенная стрела. Враги еще оставались. Десять человек. Нет, пожалуй, вдвое больше.

Вероятно, враги на мгновение даже не поняли, что произошло с их передним рядом. И всё же, когда этот живой щит был сметен, до них, похоже, дошло. Им волей-неволей пришлось это осознать.

Пимпернел, возглавив атаку, небрежно искромсал рюсюсца с черепами — члена «Костяного Дракона».

Чуть погодя Хомура разрубил своим большим мечом одного из людей в костюмах.

Тома-кун взмахнул огромным мечом и одним ударом разрубил надвое двоих из «Костяного Дракона».

После этого враги должны были всё понять.

Численный перевес, вероятно, был на стороне врага. Вплоть до того момента, как они в одностороннем порядке обрушили на них залп из многозарядных арбалетов барабанного типа «Ранинг Файр», преимущество было за ними. Однако «Ледяная Тюрьма» Сафинии переломила ход боя в нашу пользу, а решающая индивидуальная сила поставила победную точку.

Мария Роза тоже всадил стрелу из правого наруча в одного из «Костяного Дракона», спихнул привязавшегося к нему типа в костюме на Ката-ри и всадил еще одну стрелу из правого наруча в другого типа в костюме, который пытался приблизиться к Юрике и Сафинии. Через несколько секунд на этих двоих подействует яд P9 Доутер+, у них начнутся судороги по всему телу, и они выйдут из строя.

Началась настоящая свалка, где враги и союзники были повсюду, но рядом с Марией Розой находились Тома-кун и Ката-ри. Юрика и Сафиния тоже, хоть и немного отстали, кое-как поспевали за ними. А Пимпернел был не из тех, кому нужна чужая помощь.

Всё будет хорошо.

Точное количество сосчитать было невозможно, но врагов явно становилось всё меньше, и они победят… думать так было еще слишком рано.

— …Ого!

Внезапно идущий впереди Тома-кун — нет, Тома-кун, который должен был идти впереди, — кубарем прокатился мимо Марии Розы и тут же вскочил на ноги.

Мария Роза увидел.

Мужчину, который нанес Тома-куну мощный удар всем телом из низкой стойки и сбил его с ног.

Одним словом, это была гора мышц.

И дело было не только в покрытых татуировками руках, выглядывающих из-под синей одежды без рукавов с узором из белых человеческих костей. Казалось, всё его тело, даже лицо, состояло из одних мышц. По цвету кожи, волос и глаз было понятно, что он выходец с востока, но черты лица, честно говоря, разобрать было трудно.

Это был тот самый мужчина, который повсюду следовал за Мэйлу — женщиной-лидером «Костяного Дракона», использующей злую магию с помощью своих дьявольских глаз.

Кажется, Уцзе.

Мария Роза помнил, что именно так его называла Мэйлу.

Уцзе обеими руками вытащил из-за пояса слева и справа два оружия. Это были толстые заостренные дубинки с боковыми крюками, рукояти которых были обмотаны кожей или чем-то подобным. Они напоминали рюсюсское оружие под названием «дзюттэ», но у дзюттэ нет острия, и они гораздо меньше. В общем, это были эдакие гигантские дзюттэ.

Уцзе, небрежно опустивший эти два гигантских дзюттэ в обеих руках, выглядел крайне опасным противником.

Ведь Мария Роза почему-то смог предвидеть дальнейшее развитие событий.

И всё произошло именно так, как он и предполагал.

Из-за спины Уцзе вышел кто-то и вплотную прижался к нему.

Женщина.

С дредами, в рюсюсском платье с глубокими разрезами по бокам и узором из красных черепов на черном фоне, с черной помадой на губах, сбритыми бровями, а её глаза…

Нет, нельзя.

Если посмотреть в эти глаза, украшенные жуткой татуировкой, наверняка случится беда.

Мария Роза сознательно опустил взгляд и закричал:

— Не смотрите этой женщине в глаза!

Но ответа не последовало.

Хотелось бы верить, что все молча, без слов, послушно последовали совету Марии Розы, но, как правило, желаемое редко совпадает с действительностью.

Поэтому он сначала мельком взглянул на Ката-ри. У него даже вздохнуть не получилось.

С надеждой он посмотрел на Тома-куна. Лицо Марии Розы перекосило. Тома-кун, всё так же держа огромный меч на плече, мелко дрожал всем телом.

Обернувшись назад, он увидел Юрику, которая застыла, словно парализованная, но при этом всё равно оставалась непревзойденной красавицей.

Только Сафиния.

Более того, Сафиния обеими руками сжимала свой серебряный посох и с суровым выражением лица смотрела вперед. Она не отводила взгляд. Сафиния прямо смотрела в дьявольские глаза Мэйлу, словно сопротивляясь её магической силе.

Мария Роза не очень понимал, в чем дело, но, возможно, у Сафинии, как у мага, был иммунитет к дьявольским глазам.

— …На меня… твоя злая магия… не подействует…!

Выдавила из себя Сафиния и выставила вперед обе руки, держа посох горизонтально. Вряд ли это движение, словно отталкивающее какой-то невидимый объект, подействовало напрямую.

Из глаз, рта, носа и пор Мэйлу вырвался слегка зеленоватый свет. Этот свет и был магической энергией. Обычно магическая энергия невидима, но когда она не концентрируется в теле, а работает вхолостую и рассеивается, то становится видимой в форме такого света.

Ментальная атака.

Созданное Сафинией атакующее сознание сейчас атаковало Мэйлу через общую накопительную область бессознательного, которую могут ощутить лишь те, кто познал бездну магии. Подробный механизм этого процесса был совершенно непостижим для такого человека, как Мария Роза, знающего лишь азы магии. Наверное, чтобы просто понять книги, в которых описан этот принцип, пришлось бы потратить уйму времени.

Но то, что Сафиния что-то сделала, и именно из-за этого Мэйлу оказалась в таком состоянии, было очевидно.

Поэтому то, что Уцзе бросился к Сафинии, было вполне естественно.

Разумеется, Мария Роза должен был защитить Сафинию. Уцзе, казалось, мог с легкостью забить Сафинию до смерти голыми руками, даже не пуская в ход свои гигантские дзюттэ. Впрочем, это касалось не только Сафинии. Перед этой горой мышц Мария Роза тоже мало чем отличался.

И всё же его нужно было остановить.

Несмотря на то, что Мэйлу находилась в таком состоянии, ни Тома-кун, ни Ката-ри, ни Юрика, похоже, еще не освободились от проклятия. Оставался только Мария Роза. Но как?

Стрелы из наручей не годятся. Даже если он попадет, потребуется время, чтобы яд P9 Доутер+ подействовал. Если противник — обычный взрослый мужчина, это займет от нескольких секунд до десяти максимум, но за это время Уцзе может убить Сафинию.

Бомбы «Гарем Гордона» тоже использовать нельзя. Слишком близко, высока вероятность зацепить не только себя, но и окружающих.

Любимый меч, «Фальшивое Огненное бедствие»… что ж, похоже, ситуация такова, что остается только положиться на него и рискнуть собой, но, честно говоря, он не думал, что из этого выйдет что-то путное.

И всё же выбора не было.

Мария Роза вклинился на прямую линию между Уцзе и Сафинией. То, что он встретил несущегося на него Уцзе лицом к лицу, было еще полбеды, но напор был просто невероятным. Дело было не только в психологическом давлении, скорость тоже превзошла все ожидания, и возможно ли вообще физически остановить такую махину?

Ноги подкашивались. Он был на грани того, чтобы закричать. Хотелось сбежать. Уйти куда-нибудь подальше. И всё же Мария Роза, почти в отчаянии, прицелился в лицо Уцзе и сделал выпад «Фальшивым Огненным бедствием», а в следующее мгновение почему-то взмыл в воздух.

Почему, что, как это произошло?

Кажется, его «Фальшивое Огненное бедствие» отбили гигантским дзюттэ, а затем… он принял на себя прямой таранный удар Уцзе и отлетел, как бумажный мусор. И сейчас он смотрел на спину Уцзе вверх тормашками. Вскоре он рухнет головой на пол.

Боли или чего-то подобного он совершенно не чувствовал.

Только мысль: «Чёрт».

Насколько же он беспомощен — Мария Роза лишь упивался этой горечью. Потому что он слаб.

Однако, едва успев сгруппироваться и упав на пол плечом, он вспомнил, что в ZOO есть еще один надежный человек.

Его звали Пимпернел.

Это имя, означающее на языке континента Рахан «очный цвет», не то что не отражало его суть, оно не передавало и сотой доли его сущности.

Бывший убийца песочного цвета мчался подобно урагану или раскату грома. Прыгая, словно выпущенная стрела, он орудовал парными кинжалами — правым Глеаде и левым Лилезой, жестоко, безжалостно и виртуозно расчленяя людей.

Внезапно прилетевший сбоку Пимпернел ударил Уцзе обеими ногами в висок.

В самый последний момент.

Уцзе оставался всего шаг или два, чтобы достать Сафинию своими гигантскими дзюттэ.

Впрочем, на этом всё не закончилось.

Уцзе пошатнулся, но тут же восстановил равновесие. И в этом проявилась вся ненормальность этого похожего на скалу человека. Уцзе даже не взглянул на Пимпернела, который тут же бросился в атаку, а упрямо продолжал надвигаться на Сафинию.

Разумеется, Пимпернел, сделав сальто и чисто приземлившись, попытался остановить его, заставив свои кинжалы танцевать резко, свирепо и без единого лишнего движения.

Но вот в чем дело.

Уцзе отразил серию ударов Пимпернела поразительным способом защиты… хотя так сказать нельзя. На самом деле кинжалы Пимпернела рвали плоть Уцзе, перерезали сухожилия и крошили кости.

Но даже это не остановило Уцзе. Вернее, Уцзе намеренно принял атаки Пимпернела на одну лишь правую руку, которая казалась толще талии Марии Розы.

Чтобы прикончить Сафинию.

Чтобы убить Сафинию, которая проводила ментальную атаку на Мэйлу, Уцзе сознательно пожертвовал своей правой рукой.

И всё же, будь у него еще одна секунда, Пимпернел, возможно, нанес бы Уцзе смертельный удар.

Но, к сожалению, расстояние между Уцзе и Сафинией было слишком мало. Каким бы искусным ни был Пимпернел, невозможное остается невозможным.

Левая рука Уцзе со свистом взметнулась, и зажатый в ней гигантский дзюттэ был готов раздробить хрупкое тело Сафинии. Сафиния не двигалась. Не могла пошевелиться из-за концентрации? Или ноги отнялись от страха? Мария Роза понял, что с того момента, как Уцзе отшвырнул его, и до сих пор он почти не дышал. В тот момент, когда он, распластавшись на полу, судорожно вдохнул, он почувствовал сильную боль в области груди и живота. И, наверное, одновременно с этой болью…

— …Гха-а-а-а…!

Одного Пимпернела действительно было недостаточно, чтобы успеть.

Но рядом с Сафинией и Юрикой, всё так же держа огромный меч на плече, Мастер клана ZOO, который еще недавно был в плену злой магии Мэйлу… Было ли это упрямство, сила воли, или просто проклятие спало в удачный момент?

Позиционно Уцзе надвигался прямо на Сафинию, и получилось так, что Пимпернел атаковал его справа, а Тома-кун — слева, взяв в клещи.

Огромный меч, который Тома-кун обрушил по диагонали сверху, Уцзе, похоже, инстинктивно попытался заблокировать гигантским дзюттэ. В такой ситуации это было уже рефлекторное защитное движение, но физическая сила Тома-куна тоже была не из обычных. К тому же Уцзе действовал одной рукой, а Тома-кун — двумя. Даже Уцзе не выдержал напора, и огромный меч Тома-куна разрубил его невероятно толстую левую руку вместе с гигантским дзюттэ.

Впрочем, то, что он не издал ни единого стона, получив такие раны, заслуживало уважения.

А то, что он, лишившись обеих рук, ловко сделал серию кувырков назад и отступил к Мэйлу, было еще более впечатляющим.

И всё же его раны казались настолько тяжелыми, что было удивительно, как он вообще стоит на ногах, а кровотечение было обильным. С точки зрения боевой мощи преимущество было явно на нашей стороне, и Тома-кун с Пимпернелом уже собирались одним махом прикончить Уцзе.

У Марии Розы темнело в глазах от боли в груди и животе, но, возможно, ему и не нужно было заставлять себя вставать. Бой вокруг тоже, казалось, затихал благодаря преимуществу Стражей, и уж на этот раз всё точно решено?

Он думал, что всё решено.

Хотел, чтобы всё было решено.

И тем не менее, Тома-кун, который должен был нанести решающий удар, внезапно остановился, присел, выгнул спину, как кот, и его волосы встали дыбом.

— …SIX…!

Тома-кун произнес это имя с досадой, с проклятием, словно выплевывая рвоту.

Но это было понятно и без слов. Мария Роза тоже это почувствовал. Даже Пимпернел перевел взгляд с Уцзе в ту сторону и приготовился к бою. Сафиния, похоже, тоже прервала ментальную атаку.

Бой прекратился.

И враги, и союзники остановились и уставились на того, кто медленно приближался из глубины прохода. Словно инородное тело в этом мире, словно омерзительный монстр, возмущающий окружающий воздух зловещей аурой, он не столько шел, сколько постепенно увеличивался в размерах. В его уродливом присутствии была сила, заставляющая людей так поступать.

На нем были лишь штаны кричащих цветов и узоров, сделанные из кожи или чего-то подобного, и ботинки, а верхняя часть тела была обнажена.

Вроде бы он имел человекоподобную форму. Однако фигура с экстремально узкой талией и неестественно длинными руками, ногами и шеей явно не могла принадлежать обычному человеку. Из-за такого телосложения слово «гигант» не совсем подходило, но ростом он был около двух метров.

Его кожа — странно белая, гладкая, как фарфор высшего качества, без единой царапины — почему-то вызывала ассоциации скорее с мясом, чем с кожей.

Черты его лица были злыми.

Если бы спросили, что такое зло, ответить было бы трудно, но он был именно злым.

И очень тонкие губы, широко растянутые в стороны. И острые зубы, не похожие на человеческие. И глаза, таящие в себе зловещее сияние, подобное блуждающим огням.

Он вызывал лишь отвращение.

Нет, не отвращение, а скорее омерзение и страх. Он чем-то напоминал змею-альбиноса, но всё же был совершенно иным. Сказать так было бы оскорблением для змеи. Красивые, блестящие, словно влажные черные волосы, спадающие на плечи, создавали диссонанс, словно насмехаясь над людьми, и лишь добавляли жути.

На его левом плече была вытатуирована цифра «6».

6.

SIX.

Или же С.И.К.С.

Среди жителей Эльдена имя лидера Клуба любителей садистских убийств SIX не знали разве что новички, дети, да, пожалуй, Корона.

К тому же SIX был не один: его сопровождал мужчина, который появился вместе с Азианом, когда Мария Роза был в плену в убежище рюсюсцев. С зачесанными назад серыми волосами, острым взглядом, лицом, напоминающим старого орла, одетый в полосатый костюм, этот щеголеватый изверг — фактический номер два в SmC, человек по имени Джей.

Выходит, два главных босса SmC вместе отдыхали в убежище, а когда отряды Дениса Санрайза и «Жнеца» атаковали «Соску-Куклу», они сбежали через черный ход?

Хотя их наглое и невозмутимое поведение никак не вязалось с образом тех, кто сбежал, поджав хвост.

И вообще, что это такое?

То, что висело на шее у SIX… Слишком большое для ожерелья, может, назвать это воротником? Однако назвать это так было бы вызовом здравому смыслу и языковому чутью.

Да и называть это «вещью» тоже неправильно, ведь изначально у этого совсем другое предназначение.

Это не должно использоваться в таких целях.

Человека.

Полностью обнаженную женщину.

Обе руки, закованные в наручники, и обе ноги, стянутые кандалами, были соединены цепью… Повесить на шею женское тело, свернутое кольцом, — это, этот поступок, это просто возмутительно и в корне неправильно.

Хотелось бы верить, что это ошибка.

Пусть это будет кто-то другой.

Даже если это кто-то другой, зрелище, конечно, было невыносимым, но Мария Роза всё равно не мог не молиться. И это при том, что с тех пор, как злодеи растоптали его родителей, он стал неверующим и у него даже не было бога, которому он мог бы молиться.

Но он понял это с первого же взгляда.

Эти тусклые светлые волосы принадлежали ей.

С завязанными глазами и кляпом во рту её лицо было почти не разглядеть, но, как это ни печально, не было никаких оснований отрицать, что это она.

— …Беатриче…

Мария Роза, держась за тупо ноющий живот, встал и попытался отвести взгляд, но не смог.

Потому что лицо Беатриче, находившееся примерно на уровне правой груди SIX, повернулось в сторону Марии Розы.

Затем Беатриче что-то простонала и попыталась вырваться, но когда SIX погладил её по спине, она обмякла и затихла.

Услышала ли она, как он позвал её по имени?

Мария Роза прошептал это едва слышно, но такое вполне возможно. Проход был окутан липкой тишиной. У Беатриче с завязанными глазами слух наверняка обострился.

Однако Беатриче, разумеется, должна была в какой-то мере осознавать, в каком положении она сейчас находится.

То ли из-за неустанных тренировок, то ли просто из-за молодости, её фигуру трудно было назвать женственно зрелой, но всё же её обнаженное тело, ничуть не похожее на мужское, было выставлено на всеобщее обозрение.

Возможно, она даже поняла, что по имени её позвал именно Мария Роза.

Должно быть, это невыносимый позор.

Принуждать её к такому — несомненно, непростительный грех.

Нужно спасти её.

Хотя бы вытащить её оттуда.

Но она находится там. До остановившегося SIX было метров семь-восемь, но дело не в расстоянии.

Далеко. Слишком далеко.

Казалось, что до неё абсолютно невозможно добраться, что бы они ни делали.

— Ну и дела…

Голос заговорившего SIX был глубоким басом, отдающимся в самом нутре, но в нем присутствовала какая-то странная, женственная интонация, которая действовала Марии Розе на нервы.

— Сколько же их тут полегло, а? Я ведь даже над названиями заморочился, собрал более-менее полезных ребят и поручил их тебе, а тут такое. Джей, ты их плохо воспитал. Посмотри, даже мои дорогие друзья пострадали.

— Приношу свои извинения, мой господин.

Джей слегка поклонился, а затем бесстрастными серыми глазами мельком взглянул на Уцзе и Мэйлу, которая стояла, вцепившись в него.

— Соберите выживших и идите вперед. Если не можете идти, я прикажу кому-нибудь вас понести.

— …Нет.

Мэйлу покачала головой. Она выглядела сильно изможденной, да и раны Уцзе казались серьезными, но её тон был твердым.

— Всё в порядке. Но я бы хотела, чтобы нам дали одного проводника.

— Разумеется. Кто-нибудь, проводите госпожу из «Костяного Дракона» в подходящее место.

По приказу Джея один из мужчин в костюмах, косясь на Марию Розу и Стражей, подошел к Мэйлу и Уцзе. Большинство из более чем десятка членов «Костяного Дракона» были мертвы, но трое еще могли ходить. Опираясь на них, Мэйлу и Уцзе под предводительством мужчины в костюме направились в сторону канализации. По пути они прошли прямо перед носом у Марии Розы, остальных членов ZOO и Стражей, но никто даже не попытался их остановить.

И не мог попытаться.

У них был заложник.

Ни SIX, ни Джей не говорили об этом вслух, но в зависимости от их действий было неизвестно, что они сделают с Беатриче.

— Итак.

Проводив взглядом компанию из «Костяного Дракона», SIX обвел проход глазами.

— Стражей я еще могу понять. Оставим в стороне то, как они вообще нашли это место, но причина их присутствия здесь мне ясна. Но… почему? Почему ты здесь? Или я обознался? Ну, мы уже давненько не виделись, так что я помню только, что у тебя была примерно такая рожа, но чутье подсказывает мне, что я не ошибся.

Мария Роза на мгновение не понял, о чем говорит SIX.

Неужели такие уродливые личности и говорят всякую нелепицу?

Проследив за взглядом SIX и увидев там фигуру одного мужчины, он всё равно не мог понять ситуацию и ничего не мог предположить, но почему-то испытал странное, необъяснимое чувство согласия.

— Давненько не виделись.

SIX пробормотал слова, похожие на Высший Древний Язык, и прищурил глаза, в которых горели блуждающие огни.

— Наверное, так следует поздороваться? Или между нами приветствия ни к чему?

— Скорее второе.

Ответил Тома-кун сухим голосом, но с необычно искаженным от ненависти лицом. Не только выражение лица, но и его речь была гораздо грубее обычного.

— Я и видеть не хотел твою грязную рожу, но по какому-то стечению обстоятельств всё обернулось так. Наша цель — та девчонка, что висит у тебя на шее. Молча оставь её и проваливай. Об такой мусор, как ты, только меч марать. Я даже рубить тебя не хочу.

— Ку-ку-ку-ку-ку… А ты всё такой же сквернослов.

SIX издал жуткий смех, от которого, казалось, у него сводило диафрагму, и прищурился, словно забавляясь, указывая на недостатки старого приятеля. Марии Розе показалось, что SIX сказал что-то странное, но в следующее мгновение эти мысли напрочь вылетели у него из головы.

Потому что SIX правой рукой схватил цепь, связывающую руки и ноги Беатриче, и одной левой рукой с легкостью поднял её тело.

Беатриче повисла в руке SIX, согнувшись пополам, словно пойманная добыча.

— Раз так хочешь, забирай.

SIX мерзко улыбнулся, растянув свои широкие губы.

У него было такое лицо, словно он что-то замышлял, и доверять ему было совершенно невозможно.

Верить ему нельзя, но Беатриче нужно было как-то вернуть.

Приходилось колебаться.

Честно говоря, Мария Роза предполагал даже худший сценарий.

Разумеется, в смысле худшего способа вернуть Беатриче. Если не ставить целью её спасение, то ничего сложного нет. Бросить её и вшестером из ZOO вместе с выжившими Стражами напасть на SIX, Джея и горстку людей в костюмах. Но тогда не было бы смысла приходить в такое место.

Поэтому худший сценарий, который предполагал Мария Роза, заключался в следующем:

Забрать труп Беатриче, провести ритуал воскрешения и вернуть её к жизни.

Нет.

Слишком ненадежно. Ритуал воскрешения не всемогущ. Мария Роза никогда не умирал, поэтому не знал, но, по словам маньяка смерти Ката-ри, чтобы удачно умереть, нужна сноровка.

Проще говоря, нужно умереть «чисто». Если умереть так, что повредится мозг, шансов почти нет. Смерть от огня тоже плоха. Например, если SIX со всей силы швырнет Беатриче из этого положения на пол. Умрет ли она от этого мгновенно — вопрос спорный, но если она сильно ударится головой об пол, это вполне может привести к не самой удачной смерти.

В итоге, на данный момент оставалось только наблюдать за ситуацией. Пусть их назовут оппортунистами, но если они сейчас неосторожно дернутся и потерпят неудачу, всё будет кончено.

Мария Роза принял такое решение, и все члены ZOO, включая Тома-куна, а также Стражи, которых осталось всего пятеро, сделали тот же выбор.

Только Хомура поступил иначе.

— Верни её.

Хомура бросил свой большой меч на пол и неспешным шагом направился к SIX.

— Верни её. Да и вообще, хоть она и девчонка, но еще совсем соплячка, как игрушка для развлечений она неинтересна. SIX, ты ведь вроде как суперкрутой садист, так? Если хочешь, я могу стать её заменой. Я живучий. Сколько бы ты меня ни мучил, я буду терпеть, терпеть и вытерплю всё. Хоть я и чувствителен к боли. Даже если буду плакать, кричать и вырываться, я здоров как бык, так что продержусь долго. Ну как, неплохое предложение, а?

— О как.

SIX слегка расширил глаза.

Затем SIX внезапно ускорился и продвинулся на несколько метров вперед, но Мария Роза не смог четко уловить его движения взглядом. Дело было не только в скорости. Движения SIX были настолько своеобразными, что закрадывалось подозрение, будто его скелет и мышцы устроены иначе, чем у обычного человека. В них не было неуклюжести, но для человека они казались неестественными.

Поэтому их было трудно предсказать и трудно за ними уследить.

Ритм был совершенно иным.

Хомура тоже не смог сделать ни шагу.

Раздался тяжелый, сильный звук.

Хомура просто получил удар и рухнул на пол… получил удар?

Ударил? Чем ударил? Что именно SIX с огромной скоростью обрушил по диагонали и впечатал в Хомуру?

Излишне говорить.

Это была Беатриче.

SIX использовал тело Беатриче как оружие и безжалостно ударил Хомуру — её спасителя и человека, посвятившего свой меч тому же долгу, что и она.

Разумеется, эта безжалостность была направлена не только на Хомуру, но и на Беатриче. Вряд ли Беатриче осталась невредимой после такого удара. На самом деле, в тот момент, когда поясница Беатриче столкнулась с лицом Хомуры, раздался какой-то неприятный звук, и, кажется, послышался её стон боли.

— Ты ничего не понимаешь…!

И SIX, расплывшись в улыбке, снова замахнулся Беатриче.

Чтобы ударить.

Чтобы причинить боль и сломать обоих — и Хомуру, и Беатриче.

Да, Хомура наверняка не понимал.

Если SIX — истинный садист, он не удовлетворится тем, что будет мучить Хомуру вместо Беатриче.

Мария Роза, знавший извращенца-садиста по имени виконт Иштар Агамемнон Гордон, мог это немного представить.

Они прикрываются красивыми словами о любви и прочем, выдумывают оправдания, но всё это сплошная ложь. Возможно, они сами верят, что это правда, но в итоге всё оказывается ложью.

Они делают свое удовольствие единственным и неповторимым королем, служат ему, подчиняются и готовы на всё, чтобы угодить этому королю. От них нельзя ожидать так называемых человеческих чувств. Не то чтобы у них вообще не было чувств, просто они отдают всё без остатка королю по имени «удовольствие».

Следовательно, то, что SIX пытался причинить боль, горе, безысходность и отчаяние обоим — и Беатриче, и Хомуре, — было, так сказать, закономерным итогом.

Двое лучше, чем один.

Даже если рассуждать с точки зрения простой арифметики, вероятность того, что SIX выберет вариант с меньшим удовольствием, равна нулю.

Хомура был наивен. Настолько наивен, что это даже вызывало симпатию. Мария Роза, едва сдерживая крик, мог думать только об этом. Впрочем, на самом деле ничего не понимал именно Мария Роза.

Тома-кун был тем, кто заметил многозначительный взгляд, который Хомура бросил за мгновение до того, как его снова ударили Беатриче.

Тома-кун за мгновение до того, как сорваться с места, окликнул своего верного пса: «Пимп!». Слишком уж идеально, чтобы одного этого слова хватило для передачи всего смысла. На самом деле всё было, наверное, не так.

Пимпернел всегда и везде следит за действиями своего хозяина. По крайней мере, находясь рядом, он постоянно ждет приказов Тома-куна. Но даже без приказа храбрый пес аристократа Раффлезии по собственной воле спасет хозяина, оказавшегося в опасности. Точно так же Пимпернел, увидев движения Тома-куна и то, куда направлен его взгляд, понял, чего от него ждет хозяин, что нужно хозяину и что он должен сделать ради хозяина, и немедленно приступил к действиям.

Пимпернел последовал за Тома-куном, словно прячась за его широкой спиной.

— Хи-хя-ха-ха-ха-ха-ха-ха…!

Что произошло раньше: SIX с явным удовольствием обрушил Беатриче вниз, или Джей бесшумно преградил путь Тома-куну?

Джей с почти невидимой скоростью взмахнул обеими руками снизу вверх.

Что-то полетело в их сторону.

Что именно, было непонятно.

Но казалось, что этого чего-то было много. Почувствовав серьезную опасность, Мария Роза инстинктивно пригнулся.

Послышался болезненный вскрик Ката-ри: «Гх!».

Послышалось, как Юрика с криком «Шафиния!» повалила Сафинию на пол.

Тома-кун, должно быть, принял на себя огромное количество этого «чего-то» — на огромный меч, которым он прикрывал лицо, и на другие части тела, но, видимо, доспехи и меч всё отразили. Его продвижение не остановилось. Пимпернел, использовавший Тома-куна как щит, вероятно, остался невредим.

Тем временем SIX на мгновение замер.

Это было делом рук Хомуры.

Марии Розе, пожалуй, стоило бы устыдиться своей недальновидности и поспешных выводов.

В конце концов, Хомура, как командир 7-го штурмового отряда «Стражей Порядка», до сих пор имел дело с бесчисленным множеством злодеев, включая SmC. Несмотря на кажущуюся грубоватость, он наверняка досконально знал повадки злодеев.

Поэтому он знал, как отреагирует SIX и что он сделает, если сделать ему такое предложение.

Что SIX использует Беатриче, чьи руки и ноги скованы цепью, как оружие и нападет на него.

Вероятно, Хомура предвидел, что всё обернется именно так — что этот извращенец SIX решит разом причинить боль и союзникам, и девушке, и мужчине.

И, понимая это, он пошел на риск.

В первый раз не вышло, но во второй раз Хомура выиграл пари.

— Твоя грязная душонка для меня как на ладони…!

Хомура, лежа на полу, крепко поймал Беатриче.

Обе руки Хомуры обхватили Беатриче за талию. Уродливый SIX тоже казался сильным, но, судя по тому, как легко Хомура обращался с большим мечом, он тоже был не из слабаков. SIX попытался потянуть за цепь, но Хомура, изменив положение тела, кое-как удержался. Беатриче, должно быть, было очень больно, но ей оставалось только немного потерпеть.

Время терпения скоро закончится.

Есть те, кто действует, чтобы положить этому конец.

Один из них попытался нанести Джею сокрушительный удар огромным мечом с волнистым лезвием янтарного цвета.

Идеальный по скорости, таймингу и резкости горизонтальный взмах, однако, даже не задел Джея. Джей присел, великолепно уклонившись от огромного меча Тома-куна, и, откуда ни возьмись, в обеих его руках появились заостренные с двух концов палки длиной около тридцати сантиметров. Странным движением, словно скрещивая руки, он попытался вонзить эти палки в левое колено Тома-куна.

В этот момент вес Тома-куна приходился на выставленную вперед левую ногу.

Если он оторвет опорную ногу от земли, то потеряет равновесие, но и мгновенно перенести вес на правую ногу он не мог, так как был слегка наклонен вперед.

Джей, вероятно, предвидел это и поэтому целился в левое колено Тома-куна. Движения самого Джея были минимальны и не отличались эффектностью, но это была весьма подлая атака.

Однако, честно говоря, Мария Роза где-то в глубине души был спокоен.

Полный доспех с огненным узором, в который был облачен Тома-кун, был слегка теплым, даже упругим на ощупь и не походил ни на один другой материал, но при этом обладал невероятной прочностью. До сих пор он ни разу не видел, чтобы этот доспех был поврежден, так что и в этот раз всё обойдется. Даже если палки Джея попадут в цель, они не пробьют эту броню. Где-то в глубине души у него была такая мысль.

Его ожидания не оправдались.

С виду это были просто заостренные с двух концов палки, но, возможно, это было какое-то невероятное оружие?

Две палки глубоко вонзились в левое колено Тома-куна, словно зажимая его с двух сторон.

И всё же, как и следовало ожидать. Тома-кун, не выказав ни малейшего страха, тут же выставил вперед здоровую правую ногу и оперся на нее. В этот самый момент.

Что-то с божественной скоростью проскользнуло мимо Тома-куна.

Это был ветер.

Пронзительный песочный ветер, живое оружие, которое без лишних слов разрубает людей на куски.

Бывший убийца с континента Рахан, сжимая в руках парные кинжалы, которыми он до сих пор расчленил бесчисленное множество врагов, стремительно приближался к SIX.

Без всяких метафор, это заняло лишь мгновение ока.

SIX, позволив Пимпернелу приблизиться, должен был принять решение.

Упорно держаться за цепь и Беатриче и встретить атаку Пимпернела в неустойчивом положении? Или отпустить цепь и расширить спектр возможностей для противостояния Пимпернелу?

Если бы SIX был мазохистом, он, возможно, выбрал бы первый вариант.

Для нас это было бы удобнее, но, к сожалению, SIX, как и подобает лидеру Клуба любителей садистских убийств, оказался лишь садистом.

— Ку…!

SIX выпустил цепь из рук и одним прыжком отступил на три-четыре метра, уклонившись от первой атаки Пимпернела.

В результате Беатриче оказалась в объятиях Хомуры. Тома-кун взмахнул огромным мечом почти на одной силе рук, и Джей, скорее не для того, чтобы уклониться, а чтобы последовать за SIX, отступил, вытаскивая палки.

— Сейчас!

Видимо, сражаясь со злодеями, она действительно воодушевлялась — первой это выкрикнула Юрика.

Разумеется, не говоря уже о ZOO, у Юрики не было ни квалификации, ни права указывать Стражам. Но не было и причин не откликнуться на голос Юрики, и не было никого, кто не захотел бы этого сделать.

Ведь благодаря точному расчету и решительным действиям Хомуры, а также хорошей интуиции Тома-куна и Пимпернела, им удалось спасти заложницу, которая была главной проблемой. На ногах оставалось человек пять в костюмах. Врагов было не так уж много. Прямо перед ними находился и главнокомандующий врага — SIX. Если не переходить в наступление сейчас, то когда? Ситуация была именно такой.

Что касается наших сил, то Хомура, держащий Беатриче, вряд ли сможет сразу вступить в бой, но заместитель командира Чесс Пид и еще пятеро Стражей были в строю. По команде Чесса Пида они собирались броситься в атаку на SIX и Джея.

В ZOO Пимпернел уже собирался напасть на SIX, но ему преградил путь Джей. Ката-ри, который, похоже, повредил левую руку чем-то, что метнул Джей, тоже приготовился бросить вызов ближайшему типу в костюме, используя только Иноити в правой руке. Юрика и Сафиния бросились было к Тома-куну, но он остановил их криком: «Я в порядке!». Юрика, охраняя Сафинию, которая начала подготовку к магии, вероятно, будет раскидывать людей в костюмах своим Посохом Девяти Рук. Тома-кун, хоть и приволакивая левую ногу, тоже сокращал дистанцию с SIX и остальными.

И, разумеется, Мария Роза тоже должен был сыграть какую-то роль на этом не таком уж и просторном поле боя.

Но, возможно, дело было в характере. Не то чтобы у него было много свободного времени. Он испытал облегчение от того, что Беатриче оказалась в руках Хомуры, и был взволнован, но тот пыл, который поначалу разожгли в нем Стражи, совершенно остыл. Теперь он, оценивая свои пределы и окидывая взглядом всё поле боя, с максимальной осторожностью пытался выбрать, как ему действовать.

И что же делать?

На самом деле, причин для сомнений было немного.

Потому что ситуация в бою, осложненная тем, что Беатриче была в плену, после её спасения стала простой и ясной.

SIX.

Если он умрет или сбежит, исчезнув с глаз долой, этот бой фактически закончится. Необязательно его убивать. Достаточно просто прогнать. Более того, мы сами можем отступить. Если, конечно, они позволят нам уйти.

Однако для Стражей SIX — заклятый враг. К тому же то, как он обошелся с Беатриче. Не только Стражи, но и Юрика, похоже, были весьма на взводе, так что вариант с нашим отступлением можно было смело отбросить.

Остается только убить SIX.

Или хотя бы обратить его в бегство.

Неужели отряды Дениса Санрайза и «Жнеца» еще не захватили «Соску-Куклу»?

Он отбросил этот внезапно промелькнувший в голове вопрос. Полагаться на них бессмысленно. И тогда он задумался, что может сделать сам, и пришел к ответу, который показался ему жалким.

Но, наверное, это было лучшим решением.

Мария Роза побежал с проворством мелкого зверька и… подобрал.

Большой меч Хомуры.

И, не сбавляя шага, рванул прямо к нему.

К владельцу большого меча.

— Вот, держи!

— М? А, да.

Хомура, не выказав особого удивления, опустил Беатриче на пол и принял большой меч из рук Марии Розы. Судя по всему, кроме крови, текущей из уголка губ, и начинающей краснеть и опухать левой половины лица, заметных травм у него не было. В таком состоянии он наверняка будет стоить нескольких Марий Роз в бою.

Поднявшись, Хомура легко перерубил большим мечом цепь, связывающую руки и ноги Беатриче, и накинул на нее свой темный плащ.

— Позаботься о ней.

— …Угу.

В глубине души Мария Роза тоже чувствовал себя неловко.

И всё же, если говорить о чистой боевой мощи, Мария Роза, вероятно, был самым слабым среди всех присутствующих, как врагов, так и союзников. Начиналась свалка, так что применять мелкие хитрости было сложно, и он не был уверен, что сможет быть полезнее Хомуры. Со стороны тоже было очевидно, что если Мария Роза будет защищать Беатриче, а Хомура сможет сражаться в полную силу, это будет самым правильным распределением ролей.

— Теперь всё хорошо.

Мария Роза сказал это Беатриче, закутанной в плащ Хомуры, и кое-как поднял её на руки. Беатриче пошевелилась и что-то сказала, но он не смог разобрать слов. Ему хотелось снять с неё кляп и повязку с глаз, но это потом. Сейчас главное — хоть немного отойти от этого места.

На самом деле, если не отойти, неизвестно, когда они попадут под горячую руку.

Пимпернел втянул Джея в поединок один на один, и эти двое обменивались ударами и техниками на совершенно ином уровне, но проблема была в SIX.

У него не было при себе ничего похожего на оружие. Свое оружие он добывал на месте.

Людей.

Он нечеловеческим движением схватил за правую лодыжку одного из пятерых Стражей, бросившихся в атаку.

И, сметая этим Стражем остальных четверых, выбрал своей следующей целью Тома-куна.

— Я понял, почему не сразу узнал тебя…! Ты друго-о-ой! Нынешний ты не внушаешь страха! Да еще и ранен, У-У-У!

— …Для такого, как ты, хватит и этого!

Но Тома-кун не мог заблокировать огромным мечом Стража, который на огромной скорости летел на него слева. Если он это сделает, то просто разрубит Стража.

С другой стороны, Тома-кун с серьезно поврежденным левым коленом не мог двигаться как обычно. Если бы он бросился на пол, то, возможно, смог бы уклониться, но из-за раны, если он полностью потеряет равновесие, ему будет трудно подняться.

Поэтому Тома-кун взял огромный меч в одну правую руку и принял Стража на левое плечо, словно идя на таран.

Разумеется, поскольку это была атака SIX, по сути, это ничем не отличалось от прямого попадания.

В лучшем случае, поскольку он был готов, удар оказался чуть слабее.

— Этого достаточно!

И всё же Тома-кун лишь слегка потерял равновесие и кое-как устоял.

Без промедления, сделав выставленную вперед правую ногу опорной, он с разворота взмахнул огромным мечом, но, вопреки его словам, для Тома-куна это был далеко не идеальный удар. SIX, казалось, даже с запасом отпрыгнул назад, уклонившись от меча, а затем обрушил Стража сверху вниз.

Это был удар, подобный падающему водопаду.

Не уйти.

Тем более что оружием был человек. Слишком большая площадь. Простым поворотом тела тут не спасешься.

Мария Роза подумал, что уже хватит. Хватит. Можно защититься огромным мечом. С ним так обращаются. В любом случае, этот Страж уже мертв. Наверняка мертв, но… возможно, еще есть надежда на воскрешение.

Неизвестно, о чем думал Тома-кун.

Так или иначе, Тома-кун принял обрушившегося сверху Стража прямо на затылок, который он инстинктивно прикрыл левой рукой, и на спину. От такого удара он, как и следовало ожидать, не устоял на ногах. Тома-кун опустился на колени. Именно в этот момент Хомура выкрикнул имя SIX и бросился вперед с большим мечом в руках.

На самом деле, еще до этого Сафиния начала читать заклинание, и одновременно с активацией магии миниатюрная фигурка вылетела вперед, словно стрела.

— НиЛЛНумМоЛСеЛЗеЛ Бара Мосуго Дзёка Эмма Я ДагелисФонВон Син Ранрэн Окан Нехан О СевенНевенХ+X Со — Кэй — Сю — Си — Ма — Эй.

Говорят, что дух огня Ниг — один из самых свирепых и трудноуправляемых для магов элементалей среди обитателей НЭП.

Когда эти капризные духи откликаются на зов заклинателя в обмен на чрезвычайно редкий кроваво-звездный обсидиан (Джигневия), явление, которое они вызывают в этом мире, — это бушующее пламя характерного синего цвета.

Ниг в одно мгновение воспламенил его.

Полуголого, уродливого мужчину.

— А-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-й-й-й-й-й-й-й-х…!

SIX, превратившийся в столб бушующего пламени, переливающегося оттенками синего, не выдержал, отбросил Стража, которого держал в руках, попятился и обхватил голову обеими руками.

— Чёёёёёрт! Чёёёёёрт! Чёёёёёрт! Чёёёёёёёёёёёёрт! Да боооооожжжжжееее мооооооооййййййй…!

И он корчился, изрыгая ругательства, похожие на крики.

И это естественно.

Синее пламя, созданное при содействии духа огня Нига, — это не та магия, которую может использовать любой заурядный маг. Дух огня Ниг одалживает свою силу только Сафинии, потому что она одарена настолько, что её признала сама «Ведьма Молнии» Матильда. В противном случае, даже если подготовить правильный катализатор и выполнить все шаги верно, дух не просто проигнорирует призыв. В худшем случае разгневанный Ниг может сжечь самого заклинателя. Чем выше уровень магии, тем сильнее отдача при неудаче и тем она опаснее.

Неужели найдется человек, который останется невредимым, приняв на себя синее пламя Сафинии?

Выжившие люди в костюмах засуетились. Джей тоже крикнул: «Мой господин!» и посмотрел в сторону SIX, но Пимпернел воспользовался этой заминкой, и Джею пришлось перейти в оборону.

Более того, нашелся тот, кто добил охваченного синим пламенем SIX.

— Ха-а-а-а-а…!

Это была Юрика.

Наконечник Посоха Девяти Рук, зажатого в её маленьких руках, разделился на несколько частей, каждая из которых имела свою форму.

Говорят, что этот посох сделан из костей магического зверя с изменяющимся скелетом, называемого Нюэ, и при идеальном владении им можно выполнять все атакующие и защитные действия: рубить, дробить, цеплять, выкалывать, колоть, сметать, бить, отводить и отражать.

— Ха-та-та-та-та-та-та-та-та…!

Не боясь пламени, Юрика прыгнула прямо к SIX и ударила своим Посохом Девяти Рук.

Ударила SIX в солнечное сплетение, ударила в бок, рубанула по другому боку и выколола.

Колола, колола, колола без остановки и снова била.

Затем, описав круг всем телом, она зацепила посохом ногу SIX и с силой подбросила его вверх.

Это было великолепное, захватывающее зрелище.

Маленькая Юрика чисто опрокинула огромное, уродливое тело SIX.

Если бы вокруг была толпа зрителей, наверняка раздались бы бурные аплодисменты.

На самом деле, Хомура и остальные стояли как вкопанные, словно зрители, завороженные этой сценой, но аплодисменты наверняка бы тут же смолкли.

— Юрика!

Почему-то Тома-кун, опираясь на огромный меч в правой руке и правую ногу, прыгнул, левой рукой обхватил Юрику и повалил её на пол.

Причина этого выяснилась мгновенно, но в то же время возник другой вопрос.

Почему он в порядке?

Как он может так быстро встать?

Сила огня слабела, но пламя духа огня Нига всё ещё окутывало его, и в воздухе даже витал запах горелого мяса.

SIX, вскочив по инерции, попытался зажать Юрику между левой и правой рукой. Возможно, он хотел сжать её в объятиях.

Если бы Тома-кун не среагировал в самый последний момент, Юрика сейчас горела бы в синем пламени в руках SIX.

— …Горячо-о-о-о… Но и только. Горячо так, что кишки варятся! Может, и правда варятся… Ку-ку-ку-ку-ку… Но всё равно горячо, А-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-ДЖ-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-Й-й-й-й-й-й-й-й-х!

— Гх…!

Тома-кун попытался заблокировать огромным мечом длинную правую руку, которую выбросил вперед SIX.

Однако он всё ещё находился в процессе подъема, стоя на одном колене на полу, да и ранение наверняка сказывалось. Огромный меч немного запоздал, и правая рука SIX с силой ударила Тома-куна в левое плечо. Из-за этого Тома-кун оказался повален на пол, но на последовавшую за этим яростную атаку левой рукой SIX он всё же как-то сумел среагировать.

Тем не менее, это выглядело как жест отчаяния. Вряд ли Тома-кун прицелился и намеренно всадил огромный меч в левое запястье SIX.

Так или иначе, левая кисть SIX отлетела прочь.

Но SIX не дрогнул.

Только, кажется, ещё больше взбесился.

В синем пламени глаза SIX зловеще и жутко сверкнули, его чудовищное тело изогнулось, как лук, и…

Он ударил ногой.

Подбросив Тома-куна ударом правой ноги, он тут же отшвырнул его ударом левой.

Ударом правой ноги впечатал в пол.

А затем левая нога SIX, обрушившаяся пяткой вниз, словно для добивания, остановилась.

— Не зазнавайся…!

Тома-кун обеими руками обхватил левую ногу SIX.

— Мелкая сошка…!

Лицо Тома-куна уже было залито кровью, и было совершенно непонятно, где и как он ранен. Он явно был не в том состоянии, чтобы бросаться такими словами, но Тома-кун отнюдь не из тех, кто только болтает. Хоть он и выронил огромный меч, когда на него обрушилась серия ударов ногами, у него оставались способы атаковать и без оружия.

Тома-кун зажал левую ногу SIX между правой рукой и туловищем, то есть под правой мышкой.

Без промедления приподняв таз, Тома-кун обвил своей длинной правой ногой левое колено SIX, и в этот самый момент…

— …………!

SIX, которому провели болевой прием на сустав, издал беззвучный крик. Вероятно, это было не только от сильной боли, но и рефлекторное, инстинктивное движение, чтобы избежать разрушения сустава. SIX сам упал на спину. Словно это послужило толчком, и остановившееся время вновь пришло в движение.

Находившийся неподалеку от них Хомура, словно придя в себя, занес большой меч и попытался зарубить беззащитного SIX. Левая рука Джея, невольно посмотревшего в их сторону, была отсечена Лилезой Пимпернела.

Как ни ломай голову, связать эту череду событий с тем, что произошло дальше, было невозможно.

В этом не было абсолютно никакой логики.

Они поднялись.

Стражи.

Люди в костюмах.

Члены «Костяного Дракона».

Они, которые уже должны были превратиться в безмолвные трупы, почему?

— Чт…

Мария Роза был не единственным, кто опешил. Пимпернел упустил Джея, а Хомура на мгновение замер — несомненно, потому что они тоже были ошарашены. Тома-кун тоже получил сильный удар в челюсть свободной ногой SIX, и его захват был разорван.

К тому же трупы не просто поднялись и напугали Марию Розу и остальных.

Они взяли в руки мечи Мотроли. Приготовили щиты. Сжали однолезвийные мечи без гарды. Оружие они выбирали как попало. Кто-то взял то, чем пользовался при жизни, кто-то — нет. Но их дальнейшие действия были одинаковыми.

Не так проворно, как живые дышащие люди, а неуклюжими движениями, но они бросились в атаку.

На выживших Стражей, которые, хоть и были однажды сметены SIX, всё ещё могли сражаться.

На Ката-ри. На Сафинию. На Юрику. На Пимпернела. На Хомуру. На Тома-куна.

И на Марию Розу, который держал на руках Беатриче.

А значит, они, судя по всему, враги. Но ничего не понятно. Что, почему и каким образом привело к этому?

Нет, важнее было то, как с этим справиться, но, честно говоря, это было жутко. Полумёртвые существа из Города Потерянных Душ Орестро тоже были бывшими трупами, но там хотя бы была понятна логика. Здесь же всё было неизвестно. И оттого гораздо страшнее.

К тому же их было просто много. Как-никак, не десять и не двадцать. Тридцать или сорок. Количество трупов в проходе достигало этой цифры, а нас, даже включая раненых и Беатриче, которая вряд ли могла сражаться, было всего двенадцать.

А ведь они почти прикончили SIX, да и Пимпернел, возможно, разобрался бы с Джеем, и тогда с оставшимися людьми в костюмах можно было бы легко справиться — они смогли довести ситуацию до этого момента.

Казалось, ситуация в одночасье перевернулась с ног на голову.

Вернее, это была безвыходная, смертельная опасность.

Марии Розе захотелось заныть. Он был готов потерять надежду. Но внезапно Беатриче крепко вцепилась в него. «Нельзя», — подумал он. Нельзя сдаваться. Сдашься — проиграешь. Проиграешь — умрешь. Если умрешь здесь, всё будет кончено.

Он не хотел, чтобы всё заканчивалось. Не хотел позволить этому закончиться. У нынешнего Марии Розы была причина цепляться за эту крошечную жизнь.

Широко открой глаза и осмотрись. Прислушайся. Думай. Думай быстро.

Подсказку дала Сафиния.

— …Некромантия…!

Так сказала Сафиния.

Его осенило. Некромантия. Он помнил, что читал об этом в какой-то книге. Подробностей он не знал, но это был вид магии, позволяющий управлять мертвецами по своей воле. Впрочем, там также упоминалось, что строго говоря, это не магия, а разновидность сверхъестественных способностей.

Как бы то ни было, если это некромантия, должен быть заклинатель. Вероятно, это не кто-то из тех, кто до сих пор находился здесь, а значит — в глубине. В том направлении, откуда пришли SIX и остальные.

Посмотрев туда, он нашел его.

Он там.

С каких пор он там находился? Он был высоким, худым, одетым в странную серо-черную одежду и держал в руке черный посох. Лицо у него было плоским, невыразительным, а совершенно белые волосы колыхались и развевались, хотя ветра не было. Глаза, кажется, синие. Он не выглядел молодым, но определить его возраст было совершенно невозможно.

Он был уверен. Это заклинатель. Судя по всему, он находился в состоянии глубокой ментальной концентрации. Или же прямо сейчас применял некромантию.

Если так — я ему помешаю. А если повезет, прикончу. Средство для этого есть. То, что он стоит один в отдалении, — его беда.

Мария Роза, держа Беатриче одной левой рукой, правой нащупал держатель на поясе и снял крышку.

Маленькие бутылочки, наполненные «Гаремом Гордона» — бомбы.

Он зажал одну между указательным и средним пальцами правой руки, а вторую — между средним и безымянным, взяв сразу две. Он не колебался. Бросил обе. Какое было расстояние? Они находились за ставней, так что больше десяти метров. Поскольку он держал Беатриче, его поза была неустойчивой, но почему-то у него была безосновательная уверенность. Он не промахнется. Ни за что не промахнется.

Вряд ли это было самоуверенностью.

Ошибкой было то, что это заметил именно Джей.

Джей, разумеется, не знал, что именно метнул Мария Роза. Если бы знал, возможно, заколебался бы, но Джей без промедления взмахнул обеими руками и что-то выпустил. Наверняка он собирался сбить их. Однако всё вышло иначе.

Вслед за вспышкой раздался довольно приличный, громкий звук.

Когда бутылки разбились и «Гарем Гордона» вступил в контакт с воздухом, он выделил определенный газ, объем которого мгновенно увеличился до колоссальных размеров. Проще говоря, произошел взрыв. При этом одновременно выделялся горючий газ, поэтому возникло и пламя. И дым.

Взрыв произошел на линии, где находились Пимпернел, Джей, SIX, Хомура и Тома-кун, примерно между Джеем и SIX, по диагонали над ними.

Поэтому, к счастью или к несчастью, Джей и SIX пострадали от взрыва больше всего.

Тем не менее, все от Пимпернела до Тома-куна находились в радиусе шести-семи метров. Никто из них не мог остаться совершенно невредимым. Невредимыми они не остались, но изначально мощность бомб была не такой впечатляющей, как их внешний вид. Поскольку возникал огонь, они были опасны в зданиях с большим количеством горючих материалов, но здесь место было похоже на вырубленное в скале. Прямого попадания никто не получил, так что умереть не должны.

Однако взрыв ослепил их, и на какое-то время понять ситуацию было невозможно.

Сколько времени прошло после взрыва, прежде чем стали отчетливо видны две сцепившиеся фигуры?

Секунда?

Несколько секунд?

Десять секунд?

Неизвестно.

Но в клубящемся черном дыму было видно, что сверху находится Хомура, а снизу — SIX.

Послышался крик.

— Это за жену…!

Это был голос Хомуры.

Вонзив большой меч примерно в центр груди SIX, Хомура выхватил вакидзаси, занес его и отчаянно закричал:

— Сдохни, ублюдок…!

— Вот оно что.

«За жену», — сказал Хомура SIX. Беатриче говорила, что с женой Хомуры что-то случилось. «Твоя жена — это, случайно, не та самая Сякуна? Не спеши умирать», — со знающим видом сказал Тома-кун Хомуре. Часы Хомуры были памятью о жене. Значит, тем, кто убил жену Хомуры, Сякуну, также известную как «Демоница», был SIX. Вот в чем дело.

Возможно, во время взрыва именно жажда мести двигала Хомурой и позволила ему ухватиться за идеальную возможность.

Поэтому, вонзив вакидзаси в пол, а затем одним махом перерезав горло SIX, Хомура, наверное, смеялся.

Свершив месть, человек всё-таки смеется. Так было и с Марией Розой. Когда ему удалось загнать виконта в ловушку, Мария Роза тоже смеялся.

Это был мрачный смех. Улыбка, которую не хотелось бы показывать другим. Но не смеяться было невозможно.

Наверное, с Хомурой было то же самое. Чувства, которые Хомура загнал в самую глубину души и спрессовал там, вероятно, не могли найти иного выхода, кроме этого. Даже если утраченное не вернуть, дыру в груди нужно было чем-то заполнить.

Например, ненавистью, интригами, мечом или кровью.

Наверняка у людей бывают моменты, когда без этого невозможно двигаться дальше.

Но порой находятся те, кто преграждает путь.

— …Сдохни… говоришь…

Голос был низким.

И всё же в нем была какая-то женственная интонация, от которой становилось жутко.

Но почему.

Почему он говорит?

— К сожалению, у меня такое тело, что от подобного я не умру.

Тело SIX с перерезанным горлом пошевелилось.

Это было слишком просто.

Хомура был в оцепенении?

Тело SIX с легкостью отшвырнуло Хомуру, правой рукой вытащило большой меч, торчащий в собственной груди, и обрушило его вниз.

Прямо на макушку Хомуры.

— А…

Хомура, с собственным любимым мечом, вонзившимся ему в голову вплоть до переносицы, издал лишь этот звук и медленно рухнул на пол.

Он умер.

Большой меч достал до мозга. Бесполезно. Он уже не сможет воскреснуть.

Это окончательная смерть.

Хомура умер.

— Ку-ку-ку-ку… Бил почти наугад, но, кажется, попал удачно. Но так жутко неудобно. И болит всё. Даже для меня это реально за пять секунд до смерти.

Сказав это, SIX подобрал свою отрубленную голову и приставил её к шее, но, видимо, она не очень хорошо держалась. Словно сдавшись, он пожал плечами, взял её под мышку и повернулся к Джею.

— Пора закругляться. Отступаем.

— …Слушаюсь.

Джей, лишившийся левой руки и валявшийся на полу в изодранной взрывом одежде, тем не менее, как ни в чем не бывало встал, подобрав свою левую руку.

Они убегают.

Они уйдут.

Он это понимал. Но тело не двигалось. Честно говоря, он даже не знал, что делать.

— Мария Роза!

Внезапно отброшенный Ката-ри, он наконец вспомнил.

Трупы.

Движущиеся трупы, управляемые некромантией, десятки трупов бросаются в атаку.

Но Мария Роза ничего не мог сделать. Марию Розу, который мог лишь держать Беатриче, Ката-ри защищал, рискуя собой. Юрика, казалось, изо всех сил старалась лишь прикрыть Сафинию. Пимпернел правым Глеаде и левым Лилезой один за другим расчленял трупы, роящиеся вокруг Тома-куна. Тома-кун, поднявшийся, опираясь на огромный меч, тоже явно был не в том состоянии, чтобы преследовать SIX или Джея.

— SIX, ах ты ж ублюдок…!

— Бывай.

Кажется, он услышал такой голос, но не был уверен.

Ему также показалось, что тот седоволосый некромант прошел совсем рядом, но он не помнил этого отчетливо.

Вскоре он перестал что-либо слышать. Он лишь смотрел на спину Ката-ри. И крепко-крепко держал Беатриче. Он решил, что ни за что её не отпустит. Он не мог её отпустить. Беатриче — её одну он должен был обязательно вернуть живой.

Ведь иначе, ради чего.

Ради чего он умер.

Вскоре, когда в проходе не осталось движущихся трупов, от SIX не осталось и следа. Джея тоже не было. Как и седоволосого некроманта. Из Стражей выжили только трое, включая Чесса Пида. В ZOO, не считая тяжелых ранений Тома-куна в левое колено и Ката-ри в левое плечо, все отделались легкими травмами, но все были настолько измотаны, что никто не хотел открывать рот.

Тело Марии Розы тоже было невыносимо тяжелым.

В его руках Беатриче мелко дрожала. То, что она время от времени судорожно напрягалась всем телом, возможно, означало, что от какого-то движения ей становилось очень больно. Закутав свое молодое обнаженное тело в плащ Хомуры, словно цепляясь за него, она, вероятно, до сих пор точно не понимала, что произошло вокруг неё и что было сделано. Хотя, возможно, смутно догадывалась.

Что, наверное, случилось то-то. Что кто-то, возможно, умер.

Представляла, но тут же отгоняла эти мысли, убеждая себя, что это не точно.

Возможно, это было даже более жестоко.

Может, лучше прямо сейчас четко всё ей рассказать?

Но сможет ли она вынести эту реальность?

Стражи, наверное, не скажут, что это жертва, принесенная ради её спасения. Они наверняка объяснят, что главной целью была внезапная атака на убежище заклятых врагов SmC, а её спасение было лишь бонусом. На самом деле, если бы речь шла только о её спасении, возможно, были те, кому не обязательно было умирать.

Однако, сможет ли она с этим смириться — это уже другой вопрос.

Если бы он был на её месте…

Мария Роза осторожно, медленно опустил Беатриче на пол.

Немного подумав, он сначала снял с неё кляп.

— …Ма… ри, а…

Беатриче тяжело, прерывисто дышала и, закашлявшись, выдавила из себя:

— …Ма, риа… Роза…?

— …Угу.

— В… вот… как…

Беатриче дрожащими руками обхватила себя за плечи. Интервалы между её вдохами были неестественно короткими. Она дышала, но казалось, что она вот-вот испустит дух.

Нужно остановить эту дрожь.

Поэтому Мария Роза крепко обнял Беатриче.

Но когда он обнял Беатриче, которая сама обнимала себя за плечи, ему почему-то показалось, что его решительно отвергают, и стало грустно. Всё, что он делал, казалось бессмысленным. Даже когда дрожь Беатриче начала понемногу утихать, это не принесло ему особого утешения.

Потому что он смутно догадывался, о чем Беатриче хочет спросить.

Он не хотел отвечать на этот вопрос.

Хорошо, что он не снял повязку с глаз первой. Он не хотел показывать Беатриче его изуродованное тело. Если внезапно показать ей его в таком виде, не сломается ли психика Беатриче? Нет — а сам он, сможет ли он это вынести?

Ведь это Мария Роза отдал Хомуре большой меч и отправил его в бой.

Тогда Мария Роза сказал Беатриче, что теперь всё хорошо.

Какое там «всё хорошо».

— Хо… Хомуры…

И наконец Беатриче произнесла его имя.

— …Я слышала… голос Хомуры… Хомура…

Мария Роза ничего не смог ответить.

Нет.

Он не ответил.

Мария Роза лишь молча обнимал Беатриче, словно пытаясь уйти от ответа, уклониться от него.

Он даже не замечал, что само это действие уже было ясным ответом.