— Ого! Мистер Мердок?!
Когда Ларри бросился за таинственным мужчиной в коридор, он заметил преподавателя, упавшего примерно посредине здания.
На мистере Мердоке были коричневые брюки и синяя рубашка поло. Ларри видел его много раз на уроках рокшанского языка и однажды — как раз тем же утром — в учительской.
— Угх!
Мистер Мердок вскочил на ноги и обернулся. Заметив Ларри в конце коридора, он покрылся холодным потом.
— Д-держись от меня подальше!
— Боюсь, не могу, сэр. Мы бы хотели с вами хорошенько, обстоятельно поговорить, — сказал Ларри, медленно продвигаясь по коридору.
— Н-насилие над преподавателем — это основание для исключения! Ты понимаешь? — пригрозил мистер Мердок.
— Едва ли. В отличие от меня, Ларри тут просто идиот, — произнесла Дженни, заходя в коридор.
Ларри замер на месте, сузив глаза.
— Нам нужно поговорить, Дженни.
— Сначала я помогу тебе поймать злодея. Думаю, я заслужила благодарность, Ларри.
— Верно. И подумать не мог, что ты вообще помнишь моё имя.
— Я просто гадала. Так ты и правда Ларри, надо же.
— Красивое имя, правда? Смотри не забывай. А теперь...
Ларри возобновил движение.
— Аргх… — мистер Мёрдок резко развернулся и выбежал в распахнутую настежь дверь.
— Стоять!
Ларри бросился в погоню. Дженни последовала за ним. Ларри пробежал весь коридор, выскочил за дверь и спустился по лестнице. Оглядевшись, он заметил, как мистер Мердок скрылся направо.
— Вон он! — крикнул он, устремляясь вперёд.
***
— Когда ты успел заподозрить его, Серон?
— И правда. С самого начала у нас было всего двое подозреваемых, но, кажется, не было никаких конкретных доказательств, указывающих на него.
Наталия и Ник задали вопросы по очереди.
— Это произошло, когда мы разговаривали с ним в учительской. Наверное, это похоже на то, что чувствовала Мегмика, судя по её словам. Я пропустил это мимо ушей, когда Ларри спросил, потому что посчитал, что упоминать об этом ещё рано, — сказал Серон. — Думаю... окажись я на месте мистера Мердока, я бы рассердился на учеников.
Наталия, Ник и Мег, которая всё ещё сидела на полу, одарили его недоумевающими взглядами. Серон продолжил:
— Представьте, что вы вздремнули в учительской, как вдруг врывается группа учеников с нелепой фотографией и на полном серьёзе заявляет, что в подвале склада объявился таинственный незнакомец. Как бы вы отреагировали?
— Ага... Понимаю, — кивнула Наталия.
Ник приложил руку к губам.
— Теперь понятно. В обычных обстоятельствах учитель просто разозлился бы на учеников. К тому же, если предположить, что за заточением этого человека стоит преподаватель, всё встает на свои места. Учитель вполне естественно знает о подвале и может легко обеспечить регулярную доставку еды. Должно быть, он украл плёнку, когда мы приходили к складу, чтобы всё осмотреть. На самом же деле именно мистер Мердок с самого начала предложил нам осмотреть склад.
Серон кивнул.
— Да. Но это лишь косвенные доказательства. Именно поэтому мистер Мердок изо всех сил старался украсть плёнку. Я думал, что этот человек может оказаться нашим единственным источником информации, но мистер Мердок в итоге сам выдал себя своими же действиями.
— Но почему? Зачем ему это делать? — спросила Мег.
— Пока не знаю, — прямо ответил Серон девочке, с которой накануне едва мог связать и пару слов. — Мы не узнаем, пока не выясним, кем является этот мужчина. Всё, что нам остается, — допрашивать мистера Мердока, пока мы не получим ответы. Пойдёшь с нами?
— Да, я пойду с вами. Пожалуйста, позвольте мне тоже задать вопросы.
Наталия сузила глаза и улыбнулась. Обернувшись, она увидела, что Ник тоже улыбается. Он заметил её взгляд.
— Ревнуешь? — спросила Наталия.
— Ни капли, — ответил Ник.
***
— Стоять!
Ларри бегал быстро; он с лёгкостью догнал мистера Мердока, отчаянно пытавшегося пересечь школьный двор.
— Простите, сэр! — сказал Ларри, слегка толкнув его в спину.
— Агх!
Этого оказалось достаточно, чтобы вывести мистера Мердока из равновесия. Он едва сумел смягчить удар, прокатился по земле и наконец приземлился на задницу.
— Мистер Мердок... у нас к вам накопилось много вопросов, — произнёс Ларри, ударяя кулаком по открытой ладони.
— К-конечно. Давайте только обойдёмся без насилия, — ответил мистер Мердок, тяжело дыша, а по его покрытому грязью лицу катился пот.
Дженни догнала их и остановилась рядом с Ларри.
— Мистер Мёрдок, пожалуйста, верните плёнку.
— О-о чём вы говорите?
— Не прикидывайтесь дурачком, сэр. Знаете, всё начинает складываться воедино. Вор украл только тот единственный кадр. Остальная часть комнаты осталась нетронутой. Вор точно знал, где искать, а значит, он разбирается в камерах и фотографии. Мистер Мёрдок не мог возразить. Ларри бросил взгляд на него, а затем на Дженни.
— А ты неплоха.
— Я-я понятия не имею, о чём вы говорите. И то, что я разбираюсь в фотоаппаратах, вовсе не доказывает, что я ваш вор. И вообще, почему вы за мной гоняетесь? Я зашёл на склад, потому что увидел открытую дверь. Я побежал только потому, что Ларри бросился на меня, — с натянутой улыбкой произнёс учитель.
— Серьезно... будьте мужиком, мистер Мердок, — нахмурился Ларри.
— Вы не можете арестовать меня без доказательств. Вы же понимаете это, верно? Я ничего не знаю ни о какой плёнке.
— Разве так должен вести себя взрослый, сэр?
— Как вы думаете, кому люди поверят? Взрослому или подростку?
Мистер Мердок улыбнулся и медленно поднялся. Он отряхнулся и гордо вскинул голову.
— Безосновательные обвинения и насилие по отношению к преподавателю — это повод для наказания. Средняя школа — место строгое, Ларри Хепберн. Считай, что ты уже исключен. Только представь, как будут убиты горем твои уважаемые родственники.
— Но... — Ларри осекся. Ему нечего было возразить.
— Забудь, Ларри. Слушай, пытаться разговаривать с мистером Мердоком — пустая трата времени. Просто скрути его или сделай что-нибудь в таком духе, даже если придется действовать грубо, — сказала Дженни, доставая камеру и наводя объектив на его лицо.
— Ладно... но что потом? — спросил Ларри. Дженни нажала на спуск и сделала снимок. Затем она подняла взгляд и пожала плечами.
— Кто знает? В любом случае...
— Да?
— В худшем случае исключат только тебя.
— ...Нам придется с тобой хорошенько, долго поговорить на днях, Дженни.
— Ты пытаешься со мной флиртовать?
— Мечтай дальше.
Ларри снова перевел взгляд на мистера Мердока.
— Послушайте, сэр. Я ничего не смыслю в доказательствах и прочем. Я просто хочу, чтобы вы пошли с нами и поговорили с Сероном. Вы же знаете, что он как минимум раз в сто умнее меня. Попробуйте оправдаться перед ним, — произнёс он, делая шаг вперед.
— Ч-что вы такое говорите? Я должен патрулировать кампус. У меня нет времени на ваши игры.
— У вас совсем нет стыда, мистер Мердок?
— З-заткнись! Не смей смотреть на учителя свысока!
— Послушайте, сэр. Пусть я тупица, но ваши уроки мне очень нравились, — сказал Ларри, протягивая руку, чтобы схватить мистера Мердока.
— У-уберите руки! — завопил мистер Мердок, отчаянно отмахиваясь. Но Ларри с легкостью увернулся от атаки.
— Вы только зря тратите силы, сэр.
— З-заткнись! Назад! Аргх!
Полубезумный мистер Мердок замахнулся на Ларри левой рукой. Он двигался гораздо медленнее, чем тот мужчина в подвале.
— Фух...
Со вздохом Ларри отклонился назад, уходя от удара...
— Стоять!
— А?
— ...но рефлекторно отреагировал на неожиданный приказ. И получил мощный удар в лицо.
— Угх!
Кулак мистера Мердока угодил Ларри в правую щеку и кончик носа. Ларри отшатнулся на несколько шагов, прежде чем потерять равновесие и рухнуть на задницу. Дженни защёлкала фотоаппаратом.
— Чёрт побери! — выругался Ларри. Из его носа шла кровь. Дженни снова нажала на спуск.
Мистер Мердок замер на полуударе, словно не веря, что его атака достигла цели. Но он быстро опомнился и ухмыльнулся.
— Т-так тебе и надо! Вот что бывает, когда пытаешься напасть на преподавателя!
Ларри бросил на мистера Мердока свирепый взгляд, игнорируя кровь, струящуюся по подбородку. Затем...
— Что здесь происходит? — раздался мужской голос.
Мистер Мердок вздрогнул и повернулся. Ларри медленно поднялся. Дженни тоже обернулась. И в тот момент, когда она заметила обладателя голоса, она вскрикнула:
— Это он!
У дверей ближайшего здания стоял мужчина в синей рабочей спецодежде. Это был Хартнетт. Он направился к троице, стоявшей на школьном дворе.
— Что здесь произошло, мистер Мердок?
— ...Небольшая проблема с дисциплиной учеников. Ничего особенного.
— Вот как?
Взрослые звучали предельно деловито.
— Эй! Никакая это не мелочь! — громко вмешалась Дженни. — Человек в подвале действительно существует, мистер Хартнетт. Мы видели его своими глазами. И мистер Мердок пытался заставить этого человека убить нас. А ещё я хочу обвинить мистера Мердока в краже моей плёнки.
Хартнетт повернулся к Мердоку.
— Это правда, сэр?
— Я-я понятия не имею, о чём она говорит! Вы же знаете подростков: они просто несут чушь. К тому же эта ученица славится своими фальшивыми газетками!
— О?
Взгляд Хартнетта вернулся к Дженни. Затем он посмотрел на Ларри, который стоял в трёх метрах от них с кровоточащим носом.
— А теперь извините, у меня работа! — объявил мистер Мердок, круто разворачиваясь на каблуках...
— Почему у этого ученика идёт кровь? — спросил Хартнетт.
— Ну... э-э...
Мистер Мердок осёкся. Вместо него заговорил Ларри, по лицу которого капала кровь.
— Потому что мистер Мердок только что врезал мне.
Ларри медленно приблизился к мистеру Мёрдоку, готовый схватить его, если тот попытается сбежать.
— Это правда, мистер Мердок?
— Что? Я...
— Полагаю, что да. Кто-то должен был ударить парня, а здесь находятся только вы да эта девчонка с камерой. И что-то я сомневаюсь, что при таких тощих руках можно вырубить кого-то с такой силой.
— Не попробуешь — не узнаешь, — вставила Дженни.
— Давай лучше без этого, — отозвался Ларри из-за спины мистера Мердока.
Дженни подняла камеру.
— У меня прямо здесь есть доказательства, мистер Хартнетт. Я предоставлю фотографии, как только закончу их проявку.
Мистер Мёрдок заметно побледнел. Хартнетт бросил на него суровый взгляд.
— Это неприемлемо, сэр. Что за учитель бьёт своего драгоценного ученика?
— Вообще-то, драгоценным его не назовёшь.
— Не могла бы ты помолчать хоть минуту, Дженни? — пожаловался Ларри.
— Мне придётся задать вам пару вопросов по поводу применения силы к ученику, мистер Мердок. Пойдёмте со мной. Свои дела придётся отложить на потом.
— Да что с вами не так, Хартнетт? Вы посторонний! Это школьные дела!
— Мистер Мердок, вы ударили этого ученика так сильно, что пошла кровь. Это явное нападение.
Хартнетт запустил руку под рубашку и вытащил удостоверение, которое прятал на шнурке под одеждой. Он раскрыл сложенный чехол и привычным движением показал его мистеру Мёрдоку.
— Что...?!
— Учитывая мою работу, боюсь, я не могу спустить это на тормозах. Вам придётся пойти со мной, мистер Мердок. Мы подробно выслушаем вашу версию в другом месте.
Мистер Мердок застыл; прошло несколько секунд, прежде чем он наконец выдавил нечто вроде стона:
— А... аргх... быть не может...
Он упал на колени, обхватив голову руками. А Ларри (прижимавший к разбитому носу носовой платок) наконец смог отчётливо рассмотреть предмет в руке Хартнетта. В удостоверении красовалась фотография Хартнетта в чёрной форме. Над ней виднелась надпись: «Конфедеративная полиция».
— Оу, — Ларри застыл в оцепенении.
И пока Хартнетт убирал удостоверение, Ларри сильнее сжал окровавленный платок, а по его лицу тонкой струйкой продолжала течь кровь.
— Вы же позволили мне получить по лицу специально, да?!
***
— Вы всё ещё там? — раздался мужской голос.
— Да, мы здесь, — ответил Серон.
Серон, Наталия и Ник прислонились к стене в подвальном помещении. В центре комнаты, на холодном полу, лежал мужчина. Он спал, как измотанный ребёнок. А рядом с ним сидела Мег, обхватив колени руками. Казалось, она охраняла его сон.
— Я вхожу, — произнёс голос, и в комнату вошёл Хартнетт.
— А? — ахнула Наталия. Ник и Мег тоже выглядели удивлёнными.
— Где Ларри и Дженни? — спросил Ник.
— Мы идём.
— Вот же мы.
Ларри и Дженни отозвались откуда-то из глубины прохода. Вскоре они появились рядом с Хартнеттом. Футболка Ларри была испачкана капельками крови. Кровь из носа у него остановилась.
— Ты в порядке, Ларри? — спросил Серон.
— Получил в морду от толстяка, но я в норме. Считайте это боевым знаком отличия. Извините, что заставил вас ждать здесь, внизу.
— Значит, это действительно был мистер Мердок.
— Ещё как! Отличная догадка, Серон. Ты подозревал его с самого начала?
— Ага. Извините, что не сказал раньше.
— Ничего страшного. Всё хорошо, что хорошо кончается.
— Что там наверху произошло? — спросила Наталия.
— Ой, столько всего... Я толком не могу объяснить, так что спросите мистера Хартнетта, — уклонился от ответа Ларри.
— Хм.
Хартнетт оглядел подвал, его глаза полностью привыкли к темноте. Он заметил мужчину, лежавшего на полу со связанными куртками запястьями и ногами. Девушка, сидевшая рядом, сердито посмотрела на Хартнетта.
— С чего бы начать... — вздохнул Хартнетт, когда к нему подошёл Серон.
— Куда вы отвели мистера Мердока?
— Он с моей командой. Не волнуйтесь, за ним следят.
— Погодите, это ваша команда его скрутила? Вы вообще кто такой? — спросила Наталия.
— Люди, привыкшие к подобной работе, — прямо ответил Серон. — Вы ведь отвезёте его в полицейский участок, верно?
— Что?
— Простите?
Наталия, Ник и Мег отреагировали на это. Хартнетт моргнул, а затем произнёс:
— А ты сообразительный. Именно это мы и делаем.
— Что здесь происходит? — спросила Наталия. Ларри ответил без церемоний:
— Мистер Хартнетт и его команда — сотрудники полиции. Точнее, Конфедеративной полиции.
— Быть не может.
— Поразительно.
Наталия и Ник были шокированы.
— Что такое Конфедеративная полиция? — спросила Мег. Серон ответил:
— В Рокшанской конфедерации очень сложная правоохранительная система. У каждого государства-члена есть своя полиция, и у Столичного округа тоже. А у военного ведомства Конфедерации есть собственная военная полиция. Конфедеративная полиция специализируется на делах, затрагивающих несколько государств-членов. Они обладают огромными полномочиями и обычно занимаются терроризмом, организованной преступностью и похищениями людей.
— О... понимаю. Это невероятно, — кивнула Мег, хотя было неясно, сколько именно из этого объяснения она поняла.
— Как давно вы меня подозреваете, Серон? — спросил Хартнетт.
— Ну, поначалу я полностью купился. Но после того, как я увидел фотографию Дженни и заметил странное поведение мистера Мердока, я подумал, что вы можете иметь какое-то отношение к человеку в подвале. Во-первых, было странно, что министерство образования вдруг решило заложить окно, которое простояло открытым три столетия.
— Признаю, оправдание было немного притянутым за уши.
— Я понял, что вы можете быть здесь для расследования в подвале, когда вы аккуратно свернули фотографию Дженни, вместо того чтобы порвать или скомкать её, и когда с лёгкостью одолели Ларри, который обучался рукопашному бою в армии Конфедерации. Хотя окончательно я убедился только тогда, когда увидел, как Ларри ведёт себя в вашем присутствии секунду назад.
— Понятно.
— Но я никак не ожидал встретить здесь Конфедеративную полицию, — сказал Серон, а затем указал на мужчину на полу. — Вы здесь, чтобы арестовать этого человека и мистера Мердока?
Плечи Мег задрожали при слове «арестовать».
— Вы теперь арестуете этого человека? Это правда? Разве нам нельзя помочь ему?
Хартнетт покачал головой:
— Нет, Серон. Мы здесь, чтобы защитить его.
— Правда? — Серон поднял голову, широко раскрыв глаза.
— Да. Он не сделал ничего плохого. Вам от этого полегчало, юная леди?
— О? Д-да. Мне полегчало, — ответила Мег, умиротворённо прищурив глаза.
Прошло несколько секунд молчания, прежде чем Серон заговорил снова:
— Вы с самого начала знали, что вытворял мистер Мердок.
Хартнетт твёрдо кивнул:
— Верно. Мы следили за Марком Мердоком и держали его дом под наблюдением ещё до летних каникул. Мы ждали наступления праздников, чтобы проникнуть на территорию школы и собрать конкретные доказательства. Хотя я никак не думал, что окажусь в такой ситуации, — сказал Хартнетт.
— Почему вы сегодня не работали?
— Нам поступили жалобы от школы, поэтому пришлось свернуться. Наверное, это Марк Мердок рассылал жалобы. Вчера он вёл себя точно так же — придумывал отговорки и не хотел отдавать ключ. Так что я следил за ним в одиночку, а когда увидел, что он вошёл на склад, вызвал свою команду. Мы собирались штурмовать это место вместе. Но кто знал, что вы, дети, окажетесь здесь первыми? К тому времени, как я вернулся, Ларри уже гонял Марка Мердока по двору.
— А потом он подождал, пока мне дадут в морду, и арестовал его на месте, — изумлённо добавил Ларри.
— В общем... — Хартнетт умолк, переводя взгляд на мужчину на полу. — Это он, верно?
— Тогда кто этот человек? — отчаянно спросила Мег. — Кто этот бедняга? Если вы знаете, кто он, пожалуйста, расскажите. Умоляю вас!
— Что, если я скажу, что это секретная информация? ...Хотя ладно, пожалуй, не стоит так говорить. Я расскажу.
Шесть пар глаз уставились на Хартнетта. Он начал объяснять:
— Этот человек — Берт Мердок. Младший брат Марка Мердока, последний старше его на два года.
— Э-это правда? — спросила Мег.
— Да. Вы, ребята, слышали о конфликте на острове Лестки? За рекой его называют конфликтом на Зелёном острове. Он произошёл около 30 лет назад, с 3277 по 3278 год. Это был последний вооружённый конфликт между Востоком и Западом.
— Да, но боюсь, никто из нас не присутствовал там лично, мистер Хартнетт, — с сарказмом произнёс Серон. — Зато мы проходили это на уроках истории.
— И что же вы узнали? — спросил Хартнетт.
— Это была худшая война в современной памяти: позиционная война и развитие оружейных технологий привели к беспрецедентному числу жертв с обеих сторон, — небрежно бросил Ник.
— Верно, — кивнул Хартнетт. — Оба брата Мердока участвовали в той войне. Марк Мердок вернулся и стал учителем, а Берт Мердок так и не пришёл домой. Если бы на этом всё закончилось, это была бы просто очередная трагедия.
— Но этот человек живет даже сейчас. Ага, понятно! Значит, всё это время после войны он жил в Су Бель-Иле, да? Да?
— Да. Берт Мердок был ранен и попал в плен. И он отказался возвращаться в Рокше.
— Почему? — спросил Ларри. — То есть, Великая война была таким хаосом, что обмен пленных давался с трудом, но после конфликта на острове Лестки состоялся как минимум один обмен.
Хартнетт кивнул:
— Официально все военнопленные были отправлены на родину. Но Берт Мердок так и не вернулся. Вероятно... нет, определённо потому, что хотел уступить дорогу брату.
Ученики недоумевающе посмотрели на Хартнетта. Он продолжил объяснение:
— Братья Мердок росли сиротами. Так вышло, что в их родной деревне была общая подруга — девочка. Они росли втроём, и оба брата влюбились в неё. Ни один из них так и не смог признаться ей в чувствах, а она не могла выбрать кого-то одного. Поэтому, когда началась война, они втроём дали обещание: если оба брата вернутся живыми, она сделает свой выбор; а если кто-то из них не вернётся...
— То она выйдет замуж за того, кто выжил... — закончила Дженни, звуча на удивление подавлено.
— Именно. Марк Мердок вернулся живым. Но его брат числился пропавшим без вести, и он не вернулся ни во время обменов пленными. Поэтому все решили, что он погиб. И двое выживших друзей детства поженились.
— Вот почему он решил остаться, да, — пробормотал Ларри.
— Наверное, он думал, что только помешает, раз его брат и подруга детства уже поженились, — предположила Наталия. Дженни нахмурилась:
— Глупости. На его месте я бы примчалась обратно и высказала брату всё, что о нём думаю!
— Никто точно не знает почему. Может быть, Берт Мердок просто полюбил Су Бель-Иль, — сказал Хартнетт.
Мег посмотрела на мужчину на полу:
— Но, но почему этот человек... почему этот человек сейчас здесь? Он плакал. Он говорил, что хочет вернуться, так почему же он оказался в этом месте? Пожалуйста, скажите мне!
Хартнетт проследил за взглядом Мег на спящего мужчину:
— Предупреждаю сразу: счастливого конца тут не ждите.
— Для меня это не имеет значения!
Серон посмотрел на профиль Мег. Она излучала решимость.
Он ничего не ответил.
— Ну что ж, — сказал Хартнетт. — Три года назад Марк Мердок услышал невероятную новость от друга, побывавшего в Су Бель-Иле. Похоже, этот друг видел, как Берт Мердок живёт на другом берегу реки. Друг был абсолютно уверен, что это он, и настаивал на том, чтобы заявить властям для полноценного расследования. Но Марк Мердок отказался и лично отправился в Су Бель-Иль, чтобы во всём разобраться.
— И он нашёл его? — спросил Серон.
— Да. Берт Мердок действительно был жив. Я не знаю, что тогда между ними произошло, но Марк Мердок заставил своего брата, который к тому времени уже стал подданым Су Бель-Иля, пересечь Лутони обратно в Рокше. Иммиграция сейчас не такая уж большая проблема, так что сама по себе она трудностью не стала.
Мег подняла голову.
— Он привёз своего младшего брата сюда... и запер в таком месте, чтобы его никто не увидел? Старший брат — по отношению к младшему?
— Боюсь, что так. По какой-то причине Марк Мердок не отвёл брата домой. Как только они вернулись в Рокше, он тайком провёл брата в этот кампус во время каникул и укрыл здесь. Но, чтобы прояснить ситуацию, это была не тюрьма. Разве эта комната не выглядит удивительно уютной? Марк Мердок преподавал годами и со временем обустроил это помещение под свои нужды. Это была его личная комната прямо на территории кампуса. Как видите, Берт Мердок в хорошей физической форме и вовсе не выглядит больным.
— Но... даже при этом...
Мег закрыла глаза и покачала головой, не в силах вымолвить больше ни слова.
— Захват государственной собственности — не тяжкое преступление, но всё же нарушение закона. На тайном убежище Марка Мердока можно ставить крест, — сказал Хартнетт.
— Ага. Нужно во всём разобраться, — согласилась Дженни.
— Уж тебе-то точно не стоит об этом говорить, — язвительно бросил Ларри.
— Удивлен, что полиция вообще раскрыла этот заговор, — произнёс Ник. — Никто в школе ничего не замечал, пока Дженни вчера не засняла Берта Мердока на камеру.
— Да. Об этом даже в школьной стенгазете не писали, — сказала Наталия.
— Я ведь думала написать что-то вроде: «Таинственный мужчина в школьном подвале?». Вы даже не представляете, как я жалею, что не опубликовала это, пока была возможность, — проворчала Дженни.
— Это потому, что налоги твоих родителей идут на благое дело. Замолви за нас словечко перед ними насчёт Конфедеративной полиции — мы всегда рады частным пожертвованиям, — пошутил Хартнетт.
— Дело не в этом, — сухо произнёс Серон. Все, кроме Хартнетта, недоумённо склонили головы.
Хартнетт выглядел обеспокоенным.
— Слишком умный на свою голову, да?
— Значит, вас натолкнуло на след что-то другое? — спросила Наталия.
— К сожалению, да, — признал Хартнетт. Наталия посмотрела на Серона.
— Тогда что же? Как полиция узнала?
Серон ответил бесстрастно:
— Кто-то сообщил в полицию и подтолкнул их к действиям. Я понял это по одежде мистера Хартнетта.
Хартнетт в своей рабочей одежде пожал плечами.
— Полиция ждала летних каникул и лишь недавно смогла проникнуть в кампус, замаскировавшись под строителей. Было бы странно, если бы у них уже имелось столько подробной информации.
— Понимаю, — кивнула Наталия.
— Верно, — сказал Хартнетт. — Кто-то отправил в нашу штаб-квартиру письмо с описанием истории, которую я только что вам рассказал. Информатор сообщил, что чувствует себя ужасно из-за доноса на Марка Мердока, но умолял нас остановить его и вызволить Берта Мердока из подвала. Они живут не в Столичном округе, поэтому дело передали нам во избежание конфликта юрисдикций. Но прежде чем предпринимать какие-либо действия, нам нужно было проверить эту информацию.
— Кто был информатором? — спросил Ник.
— Это мог быть только один человек, — не задумываясь ответил Серон.
— А...
Мег сразу всё поняла. Она в ужасе прижала руки к лицу.
— Нет... как такое ужасное...
Она замотала головой, и её хвостики зашевелились.
— А! Поняла. Теперь дошло, — тоже сообразила Дженни.
— Верно. Она была не просто сторонним наблюдателем в этой истории.
— Теперь я всё понял. Какая трагедия, — добавил Ник, наконец осознав истину.
— Хм... Сдаюсь, Серон. И кто же это, чёрт возьми? — спросил Ларри.
— Третий Мердок.
— А? О! Чёрт...
Ларри повесил голову.
— Да. Миссис Мердок.
— Это вкратце всё? — спросил Хартнетт.
— Погодите, — остановила его Дженни. — У нас до сих пор нет мотива поступков мистера Мердока.
— В письме миссис Мердок о мотиве не было ни слова. Мы и сами над этим ломаем голову, — ответил Хартнетт.
— Этого не может быть. Я просто не понимаю. Миссис Мердок вряд ли стала бы бросать мужа ради брата в текущих обстоятельствах — по идее, это должно было стать счастливым воссоединением, — сказал Ник. Наталия продолжила:
— И если он не собирался возвращать брата домой, зачем вообще привозил его в Рокше? Мог бы оставить брата жить на том берегу. Нет никаких причин запирать его здесь и рисковать быть пойманным. Есть идеи, Серон?
Серон покачал головой:
— Нет. Я думал всё это время, но так и не смог придумать объяснения, — признал поражение Серон.
— Узнаем, как только выбьем из него признание, — с облегчением на лице произнёс Хартнетт.
Затем...
— Он хотел, чтобы тот умер.
Этот тяжёлый, унылый голос принадлежал не кому иному, как Ларри.
Все взгляды устремились на него.
— Что это значит? — тут же спросила Наталия.
Ларри грустно прищурился.
— Мистер Мердок хотел, чтобы его брат умер. Потому что, если бы правительство узнало, что Берт Мердок жив, это поставило бы мистера Мердока в крайне тяжёлое положение. Чёрт побери! Это слишком жестоко.
— Закончи объяснение, прежде чем разреветься, парень. Могу одолжить тебе носовой платок.
— Я больше не плакса, Лия. Послушайте, мистер Мердок — единственный живой родственник Берта Мердока, верно, мистер Хартнетт?
— Да, это так.
— Значит, мистер Мердок получал его военную пенсию.
— Понимаю.
Хартнетт первым сообразил, к чему клонит Ларри. Мег же выглядела растерянной. Серон решил пояснить:
— Военная пенсия — это деньги, которые правительство выплачивает отставным солдатам или семьям военнослужащих, погибших при исполнении служебных обязанностей.
— Теперь понятно. Спасибо за объяснение, Серон.
Ларри продолжил:
— Конфликт на острове Лестки географически ограничивался самим островом, поэтому спустя год после окончания войны все пропавшие без вести были признаны погибшими в бою. Так что мистер Мердок последние 30 лет получал пенсию брата в дополнение к своей собственной. Мало кто знает об этом, но в Рокше военную пенсию могут получать даже братья и сестры. Но если министерство обороны узнает, что Берт Мердок был жив — и что он дезертировал, как и многие другие солдаты, сбежавшие на Запад...
— Мистеру Мёрдоку придется вернуть пенсию? — закончил Серон. Ларри кивнул.
— Ага. До последнего рокса. За тридцать лет набегает огромная сумма.
— А ты неплохо разбираешься в пенсиях, блондинчик, — заметила Дженни.
— Всё потому, что дед вечно рассказывал мне эту историю. У него был хороший друг — капитан, во время конфликта на острове Лестки, служивший штабистом в Столичном округе. Тот друг как-то отправился на остров Лестки с инспекцией, попал под внезапное наступление и пропал без вести. Майор, который поехал с ним из Столичного округа, был убит выстрелами в голову из рокшанского оружия. Военные пришли к выводу, что капитан убил своего командира и дезертировал, чтобы спастись.
Ларри на мгновение замолк, а затем продолжил:
— У капитана была жена. Они поженились втайне. Но она так и не получила пенсию, потому что её муж дезертировал. Дед знал её лично и утверждал, что его друг никогда бы не дезертировал, раз жена ждет его в Рокше. Но военные были непреклонны.
Ларри протяжно выдохнул. Он посмотрел на мужчину, лежавшего перед Мег, и глубоко вздохнул.
— Мистер Мердок, должно быть, был потрясён, когда услышал о своём брате. А когда он лично отправился в Су Бель-Иль, то понял, что Берт Мердок действительно жив. Мистер Мердок, вероятно, испугался, что министерство обороны может всё узнать, — именно поэтому он заставил брата вернуться через границу и спрятал его здесь. Берт Мердок, должно быть, понимал, что ставит брата в трудное положение, поэтому и согласился на этот план.
— Понимаю. Всё встает на свои места, — кивнул Серон.
— Отлично! Это всё проясняет. Вы значительно облегчили нам расследование, ребята, — с улыбкой сказал Хартнетт.
— Серьезно? Тебя волнует только это? — Наталия бросила на него косой взгляд. Хартнетт казался невозмутимым.
— Я рад, раз это дело раскрыто.
— Тц. — Наталия пожала плечами.
— Мистера Мердока, наверное, арестуют за растрату. Берт Мердок сможет выбраться из подвала, но до конца жизни будет считаться дезертиром. Наверное, поэтому он ранее и сказал, что в Рокше для него нет места. И миссис Мердок в итоге тоже не будет счастлива. Это...
Ларри осёкся, но Ник подхватил его мысль:
— Это трагический конец для всех участников. На данный момент мы ничего не можем поделать.
Наталия сузила глаза.
— Может, нам вообще не стоило выяснять правду... С другой стороны, думаю, полиция всё равно бы во всём разобралась в течение недели.
— Да, — грустно добавила Дженни. — Вопрос был лишь в том, кто именно сделает выводы. Мы в этом не виноваты. И нет смысла чувствовать себя виноватыми.
Ларри посмотрел на Дженни так, будто хотел возразить, но в конце концов промолчал.
Мег подняла взгляд на Хартнетта.
— О... но это же слишком грустно. Разве мы теперь действительно ничего не можем сделать?
Хартнетт встретился взглядом с Мег.
— Боюсь, что нет. Оставьте остальное полиции.
Мег закрыла глаза.
— Разве мы теперь ничего не можем сделать? — повторила она про себя.
— Можем! — воскликнул Серон.
Голос Серона разнёсся эхом по подвалу. Все взгляды устремились на него.
— У нас всё ещё есть выход!
И это было поистине редкое зрелище — на лице Серона проступили эмоции. Его глаза сузились, а на губах играла улыбка.
— Мы всё ещё можем кое-что сделать, Мегмика!
— Д-да! Это я! Я Мегмика! — Мег подняла руку, широко раскрыв глаза.
— Ты ведь говорила раньше, что у твоего отца есть связи в посольстве, верно?
— Да! Он очень влиятельный человек. Я слышала, что он полковник Королевской армии. Я несколько раз встречалась с ним на вечеринках, где собираются выходцы из Су Бель-Иля.
— Я читал в книге, что между выходцами из Су Бель-Иля, живущими в Рокше, существует глубокое чувство товарищества. Особенно в Столичном округе.
— Д-да, это так. Мы, выходцы из Су Бель-Иля, очень дружны между собой. Особенно в Столичном округе.
— Тогда попроси отца немедленно связаться с полковником. Пусть он скажет: «Мы нашли здесь человека из Су Бель-Иля, которому нужна наша помощь. Какой-то глупый рокшанец принял его за своего давно потерянного брата и притащил сюда, в Рокше». Скажи ему, чтобы он прислал твоего водителя забрать этого человека и немедленно отвезти в посольство. Если нужно, мы тоже поедем — в конце концов, именно мы его нашли.
— ...Да! Я поняла! Теперь мне всё ясно, Серон!
Серые глаза Серона сузились, а Мег лучезарно засияла.
— Отлично придумано, Серон! Ха-ха! Это великолепно! — сквозь смех произнёс Ларри.
Серон кивнул.
— Если бы этот человек совершил преступление и прятался здесь, спасаясь бегством, я бы сдал его полиции. Но... он не сделал ничего плохого.
— Верно. Мы должны отвезти этого бедного, ни в чём не повинного жителя Запада прямо в посольство для защиты. Здание посольства юридически является территорией Су Бель-Иля, верно? Как только он переступит порог, всё будет кончено, — добавила Наталия.
— Эх, я хотела осветить все сочные детали... но, пожалуй, отпущу эту историю, — с улыбкой сказала Дженни.
— Я с самого начала знал, что этот мужчина и мистер Мердок — совершенно чужие люди. Видите? Никакого сходства и в помине нет. Как жестоко с вашей стороны так долго подыгрывать этой шутке, — полумонотонно закончил Ник.
— Да... ты прав, Ник. Они действительно ни капли не похожи. А теперь извините нас, мистер Хартнетт.
Хартнетт наконец вышел из оцепенения.
— С-стойте! Вы думаете, кто-то в это поверит?
— Мы позаботимся о том, чтобы поверили.
— Вы хотите, чтобы я притворился, будто ничего этого не было? Я же говорил, я здесь, чтобы помочь защитить Берта Мердока.
— Я уже некоторое время задаюсь этим вопросом, мистер Хартнетт. Кто вы такой? — бесстрастно спросил Серон. Наталия фыркнула, сдерживая смех. Мег улыбнулась.
Хартнетт упер руки в бока и сурово ответил:
— Хватит играть в игры, Серон. Я из Конфедеративной полиции, и я не могу просто так спустить это на тормозах — как офицер полиции и как ответственный взрослый.
— Что-то я не вижу здесь никаких офицеров полиции.
— Я прямо здесь, — сказал Хартнетт, положив руку себе на грудь. Но Серон покачал головой.
— Полноте, мистер Хартнетт. Вы из строительной компании, прибыли сюда для ремонта склада. Директор школы и министерство образования никогда бы не позволили Конфедеративной полиции проводить тайную операцию на территории кампуса без разрешения. Это просто невозможно.
— Грк! Ты собираешься им рассказать...? — сквозь зубы процедил Хартнетт.
Серон ответил:
— Я не могу никому рассказать о том, чего никогда не было, мистер Хартнетт.