Полгода пролетели незаметно, словно миг. Духовные растения вокруг усадьбы Цзюньюй разрослись с невероятной силой, а во Дворе Цзинсинь концентрация ци стала настолько плотной, что казалось, её можно резать ножом. Су Линвэй вынашивала ребенка все десять месяцев, и вот настал день родов.
К этому моменту У Цзюньюй сбросил с себя любые маски беспечного мажора. Забыв о показушном легкомыслии, он с нахмуренными бротями шагал из угла в угол перед дверями родовой комнаты, а кончики его пальцев слегка подрагивали от напряжения и вполне искреннего волнения. Теперь, когда поблизости не было посторонних, ему не нужно было изображать никчемного повесу: всё его существо было сосредоточено лишь на той, что находилась за закрытой дверью.
─ Молодой господин, госпожа Су находится в родильной палате уже два часа, повитухи говорят, всё идет по плану, не переживайте так сильно, ─ приближаясь с пиалой целебной воды, мягко успокаивала его служанка Сяоюань.
У Цзюньюй слегка кивнул, не отрывая взгляда от тяжелых дверей, и отдал приказ глухим голосом: ─ Передай остальным: объявить наивысший уровень тревоги внутри и снаружи усадьбы. Ни единой посторонней души не подпускать на пушечный выстрел. Даже если прибудет старейшина святого места, без моего личного разрешения не сметь переступать порог!
─ Слушаюсь, молодой господин! ─ Сяоюань тут же удалилась исполнять приказ.
Стоило её шагам затихнуть, как невидимое доселе давление мягко накрыло всю усадьбу Цзюньюй. Эта аура, глубокая и бездонная, как океан, далеко превосходила уровни Зарождающегося Младенца и Трансформации Духа – это было присутствие, доступное лишь эксперту стадий Преодоления Скорби. Бесшумно опустившись во двор, старейшина Мо в серых одеждах с абсолютно седыми волосами и бородой почтительно поклонился У Цзюньюю:
─ Подчиненный Мо старик, по приказу главы клана У Сюаньлина, прибыл охранять молодую госпожу и будущего юного господина. Я буду стоять здесь на стадии Преодоления Скорби, не отходя ни на шаг, и гарантирую безопасность матери и ребенка ценой собственной жизни!
В глазах У Цзюньюя мелькнуло тепло. Отец всё-таки понял его без слов: зная, что в этот день неминуемо проявятся небесные знамения, он прислал лично стража стадии Преодоления Скорби. Он поддержал старика за локоть, произнеся искренне и весомо: ─ Благодарю вас, старейшина Мо, сегодня вам придется потрудиться.
─ Молодой господин излишне вежлив, это мой долг, ─ старейшина Мо застыл изваянием, а его духовное восприятие накрыло окрестности на десятки ли вокруг, не позволяя ни единой живой душе пересечь невидимую черту.
Изнутри донесся сдержанный стон боли Су Линвэй. Сердце У Цзюньюя сжалось в тиски, он подбежал к самой двери и проговорил через дерево: ─ Линвэй, потерпи еще немного, я здесь, старейшина Мо охраняет нас лично, никаких непредвиденных бед не будет, вы с малышом обязательно будете в безопасности! —
─ Цзюньюй… со мной всё хорошо… ─ слабый голос донесся изнутри, полный той удивительной материнской стойкости. ─ Я чувствую, что ребенок невероятно крепок… —
В этот самый миг чистое голубое небо над усадьбой в один миг заволокло свинцовыми тучами, а налетевший штормовой ветер взвыл лютым зверем! Вся духовная энергия святого места Пимяо сошла с ума, устремляясь к усадьбе Цзюньюй бушующими валами, которые уплотнились до такой степени, что превратились в видимую невооруженным глазом реку ци, хлынувшую прямо внутрь родильных покоев!
─ Грохнуло! —
Раскат грома прорезал небосвод, хотя с неба не упало ни единой капли дождя. Среди густых туч медленно формировался сгусток золотой духовной энергии, принявший форму идеального меча. Застыв над усадьбой Цзюньюй, он источал ослепительное сияние и одновременно – необъятную ауру благословения!
Это колоссальное знамение в виде меча пронзило небеса и землю, мгновенно взбудоражив всё святое место Пимяо!
В Зале старейшин на главном пике несколько стариков, прервавших многолетнюю медитацию, резко распахнули глаза. В ужасе они выскочили на крыльцо и уставились в сторону усадьбы Цзюньюй, задыхаясь от изумления.
─ Что… что это за знамение?! Духовная энергия собралась в форме клинка, это же врожденное чудо... Это предвестник рождения ребенка с костями Меча! ─ Первый старейшина дрожащей рукой оглаживал бороду.
─ Врожденные кости Меча? Да это же один на миллион дар владения мечом, который не рождается и за тысячелетия! Откуда ему взяться в усадьбе Цзюньюй?! ─ третий старейшина отказывался верить собственным глазам.
─ Усадьба Цзюньюй? Резиденция этого бесполезного мажора?! Невозможно! Абсолютно невозможно!
В Обители Цинсюэ Линь Цинсюэ, вцепившись побелевшими пальцами в резные перила балкона, смотрела на парящий в небе золотой меч. Её лицо выцвело до синевы, а зрачки сузились до точек.
─ Знамение клинка… Врожденные кости Меча… И всё это из владений У Цзюньюя?! ─ сердце Линь Цинсюэ забилось в истерике. В её воспоминаниях о прошлой жизни подобного чуда никогда не было, временная шкала трещала по швам!
─ Неужели… это дитя Су Линвэй? Но как?! У Цзюньюй – ничтожный никчема, как он мог зачать потомка с врожденными костями Меча?!
В старом особняке клана У Сюаньлин стоял сложа руки за спиной и созерцал небесное чудо. На его губах играла улыбка человека, который знал всё заранее. Он пробормотал себе под нос: ─ Ай да парень, и вправду спрятал козыри глубоко. Врожденные кости Меча… В нашем клане У наконец-то появится истинный гений меча! —
За пределами усадьбы толпы учеников святого места застыли с открытыми ртами, указывая на небо пальцами.
─ О небеса! Знамение в виде меча! Говорят, такое бывает только при рождении обладателя врожденных костей Меча! —
─ И это прямо над усадьбой У Цзюньюя? Как у этого пустого мажора мог появиться такой ребенок? —
─ Наверное, совпадение! Просто сокровище какое-то проснулось рядом, вот и всё! —
Пока толпа шумела, из родильных покоев внезапно раздался звонкий, чистый плач новорожденного младенца!
Этот крик звучал подобно звону небесных колоколов или чистейшему звону клинка, разрезающего воздух. Он мгновенно разогнал черные тучи над головой, заставил бушующую ци вернуться на свои места, а парящий в небе золотой меч рассыпался мириадами светящихся искр, опустившихся прямо на крышу палат!
Мир вернулся в состояние покоя, но воздух вокруг усадьбы сделался мягким и благодатным.
─ Уа-а! Уа-а! —
Плач малыша перешел в уверенный ритм. Деревянная дверь отворилась, и повитуха, прижимая к груди сверток, вылетела наружу с лицом, залитым счастливыми слезами, трясясь от переполнявших её эмоций.
─ Молодой господин! Свершилось! Госпожа родила! У вас сын! Мать и ребенок здоровы! ─ повитуха протянула сверток У Цзюньюю, всхлипывая: ─ Посмотрите на него, молодой господин! У маленького господина врожденные кости Меча! Самые настоящие врожденные кости Меча! Его косточки отливают золотом, сама судьба меча благословила его, в будущем он станет величайшим владыкой клинка! —
У Цзюньюй дрожащими руками принял младенца. Мальчик в пеленках обладал чертами лица, так напоминавшими Су Линвэй, а вокруг его крошечного тела вилась тончайшая аура в форме меча, в то время как под кожей проступал золотистый отлив – неоспоримый признак истинных костей Меча. Почувствовав тепло отца, малыш внезапно умолк, распахнул чистые, ясные глазки и легко ухватился пальчиком за палец У Цзюньюя.
В этот самый момент в голове У Цзюньюя прогремел самый отчетливый и звонкий системный сигнал:
[Динь! Обнаружено успешное появление на свет первого потомка хозяина. Имя ребенка: У Цзяньсинь!]
[Талант потомка: Врожденные кости Меча, Высшее Сердце Меча, непревзойденный дар меча сквозь века!]
[Поздравляем хозяина с получением наград: талант потомка – Высшее Сердце Меча, Врожденные кости Меча! Полное абсолютное постижение меча во всех категориях!]
Мощный, но мягкий поток острой и чистой силы хлынул во все каналы тела У Цзюньюя. Позвоночник закололо приятным теплом, новые кости меча бесшумно сформировались внутри, Высшее Сердце Меча слилось с душой, а бесконечные озарения в искусстве владения клинком от базовых ударов до самой сути меча наполнили его разум, превратившись в единое целое!
У Цзюньюй ликовал внутри, но внешне оставался бесконечно нежным. Опустив взгляд на сына, он быстро шагнул в родильную комнату к Су Линвэй.
Линьвэй, бледная, но с сияющей от счастья улыбкой, смотрела на ребенка на руках мужа и прошептала: ─ Цзюньюй, глянь… наш малыш родился с костями Меча.
У Цзюньюй присел на край кровати, мягко сжав ладонь Су Линвэй, и в его голосе не осталось ни грамма фальши, только искренняя нежность и радость: ─ Ты отлично справилась, Линвэй. Ради Цзяньсиня все эти тяготы стоили того. Отныне я буду оберегать вас двоих, и никто в этом мире больше не посмеет вас обидеть.
Старейшина Мо вошел следом в комнату, с благоговейным трепетом глядя на сверток, и низко поклонился: ─ Поздравляю молодого господина и молодую госпожу! Маленький господин обладает врожденными костями Меча, его будущее безгранично, а расцвет клана У теперь не за горами! —