Интерлюдия 1: Сирота

Заметка от автора: Приам не появляется в этой главе. Если вы не любите смену точек зрения, можете пропустить её. Наш ГГ не единственный, кто живёт в Элизиуме. Другие тоже выживают, и их пути ещё пересекутся.

Краткое содержание главы, если вы решили её пропустить:

Габриэль и её кочевой клан, Гесерты, живут в Элизиуме. Четырнадцатилетняя девушка хочет стать целительницей и помогать своему народу. Клан един и ведёт войну с другим кланом. Открытие портала Приама вызвало бегство ужасных монстров и угрожает создать массовое переселение, которое в конечном итоге уничтожит её клан. Единственное решение: мигрировать к порталу вместе с другими кланами.

Парящие горы возвышались за верхушками деревьев. Не какие-то там холмы, а величественные горы. Их пики пронзали небо и исчезали в облаках. Головокружительные ледяные обрывы мешали лёгкому подъему. Можно ли было их пересечь? Габриэль, даже прищурившись, не видела конца горного архипелага. Она видела лишь вершины, уходящие всё выше и выше. Вечные снега издалека выглядели прекрасно. Девушка знала, что мороз смертельно опасен, но у самых прекрасных роз есть шипы для защиты. Габриэль улыбнулась красоте природы. Она чувствовала себя такой маленькой. Маленькой, но полной надежд.

Позади неё, у подножия холма, находился временный лагерь её клана. Гесерты были кочевниками. Они остановились здесь на неделю, и вскоре снова отправятся в путь. Габриэль закончила собирать цветы для аптекаря и целителя клана. Бросив последний взгляд на величественные горы, она направилась к лагерю.

Спустившись с холма, она кивнула Гаэлю. Подростку скоро исполнится шестнадцать. Он уже был достаточно взрослым, чтобы получать взрослые задания. Такие, которые никто не хотел выполнять, например, бессмысленно стоять на страже у входа в лагерь клана. По словам аптекаря, это был способ занять молодежь, тренировать их и заставлять работать на благо клана. Парень ответил на приветствие, прежде чем снова уставиться на горизонт, приняв уверенную позу и надменный вид. Глупыш, как будто ты способен остановить какую-нибудь угрозу, которую пропустит Шаман.

Габриэль нравился Гаэль. Он считал себя великим воином, хотя ещё не охотился ни на кого страшнее паука, но по крайней мере старался вести себя как взрослый. Он заботился о выживании клана, а не о глупых детских ссорах. Не то что некоторые. Словно в ответ на её мысли, в направлении женских палаток раздались громкие голоса. Габриэль почувствовала неладное и поспешила туда.

За палаткой Серды собралась небольшая толпа. Повар, должно быть, ушла на охоту. Иначе никто из присутствующих детей не посмел бы так шуметь. Быть охотником означало иметь возможность в одиночку покидать лагерь и сталкиваться с монстрами. Только лучшие воины могли стать охотниками. И Серда была лучшим охотником в клане. Все её уважали, а Шаман и Вождь внимательно прислушивались к её советам.

Но когда кота нет, мыши резвятся. Вот только если бы они действительно резвились...

– Что здесь происходит? – спросила она одного из мальчиков. Малыш ахнул и обернулся к ней.

– О, Габриэль, это всего лишь ты! Ты меня до смерти напугала! Я думал, Серда или другой повар вернулись с собрания. Ну, как видишь, ничего особенного не происходит. Очередная драка между Броли и Агатой. Броли скоро отпразднует своё шестнадцатилетие, и церемония состоится завтра вечером. Он хочет выяснить, кто лучший воин до её начала. По-моему, это глупость.

– Конечно, это глупо. Броли будет защитником. Если он до сих пор не понял, что атаковать Агату бесполезно, он в конце концов разовьёт неправильные навыки. Агата не менее глупа, что соглашается. Броли идиот, но она-то нет. Ей следовало отказаться от боя.

– Честь...

– Какую честь можно обрести, сражаясь с членом собственного клана? Какую честь можно потерять, если ты ребёнок, у которого её и так нет? Никто не слушает Шамана...

Габриэль вышла вперёд. В центре круга детей стоял юноша, обильно истекающий кровью, но с огромной улыбкой на лице. Напротив него была молодая девушка – запыхавшаяся, но совершенно невредимая. Телосложение и Живучесть против Ловкости и Восприятия. Агате достаточно допустить одну ошибку, чтобы гарантировать победу Броли, но Гесерты не ошибаются. Иначе нас бы здесь не было.

За последний год их противостояние разыгрывалось уже сотню раз. Не проходило и трёх дней, чтобы Броли не спровоцировал Агату. Агата была лучшей среди девушек, но Габриэль подозревала, что у Броли были и другие другие причины постоянно её провоцировать. В его защиту можно сказать, что он сам наверняка этого не осознавал!

Каковы бы ни были причины, результаты всегда оставался одним и тем же. Агата побеждала. С трудом, ей всегда требовалось больше времени, но побеждала. Девушка должна была быть втрое быстрее его в беге и ускоряться в пять раз быстрее. Броли имел бы все шансы на победу в замкнутом пространстве, но не на открытом воздухе. У обоих была одинаковая сила, но ловкость Агаты превращала эту силу в скорость. Телосложение Броли позволяло ему использовать свою силу, увеличивая мощь ударов. Броли выиграл бы в армреслинге сто раз, а Агата избежала бы этого армреслинга сто раз. Но если бы Броли смог использовать удушающий приём, девушка уже никогда не смогла бы освободиться.

Агата не была глупой и никогда не согласилась бы на бой в невыгодных условиях. Более того, это было правилом клана. Если не можешь победить – беги. Именно это правило позволило Гесертам выжить в Элизиуме. Члены клана были достаточно мудры, чтобы понимать собственную слабость.

От лица Агаты

Агата опустила руку и резко ускорилась. [Вспышка] позволяла ей быстро двигаться, увеличивая расход ресурсов в десять раз. Примерно через двадцать секунд она полностью выдохнется. Но этого более чем достаточно, чтобы победить этого идиота. На более высоких рангах навык позволял преодолевать звуковой барьер, но девушка ещё не достигла такого уровня. Пока что.

Броли поднял щит, чтобы блокировать атаку, но у Агата и не собиралась атаковать щит. [Преследование тени]. Тень Броли превратилась в тёмный бассейн, и Агата выпрыгнула из него. Теперь она находилась позади. Её рука развернулась, как пружина. Всё её тело работало в гармонии, чтобы максимально увеличить силу. Девушка была гением, получившим Микро два года назад. На этом уровне разум идеально понимает тело, а координация между ними становится совершенной. Агата полностью контролировала своё тело и могла задействовать все мышцы для повышения эффективности движений. Её удар был стремительным, а Броули всё ещё стоял к ней спиной. Попался.

– [Всесторонний Парад]!

Агата сморщила нос. Этот идиот до сих пор не научился активировать свои навыки, не оповещая всех вокруг. Девушка развернулась, используя инерцию, и наклонила тело. Вместо руки её нога ударила по эфирному щиту, материализованному юношей. Он всё ещё стоял к ней спиной, но навык позволял ему защищаться на 360°.

Используя щит как опору, Агата прыгнула к земле. Как только её ладонь коснулась земли, девушка развернулась и нанесла размашистый удар ногой, пытаясь сбить противника с ног.

– [Усиление], [Укоренение].

Тело Броли теперь было твёрдым, как алмаз, и она не могла сдвинуть его. Чёрт, если наши голени столкнутся, я врежусь в него.

[Векторизация – Эпический]. Одна из секретных техник женщин-охотниц. Нога Агаты мгновенно изменила направление. [Вспышка], [Укрепление]. Повторная активация навыка, пока его эффект ещё продолжался, увеличила расход выносливости в сто раз. Она могла поддерживать двойное ускорение только полсекунды. Но если она попадёт, бой закончится. Девушка знала, что после этого едва сможет стоять на ногах, однако сила её удара могла расколоть ствол столетнего дуба. Броли не был настолько прочным.

Нога Агаты ударила юношу в торс, пройдя под щитом, почти на звуковой скорости. Броли отлетел примерно на десять метров и едва не раздавил нескольких детей, которые не успели отойти достаточно далеко. Девушка не стала преследовать противника. Раз, два, тр... Не успела она закончить обратный отсчёт, как Броли начал подниматься. Не может быть?!

Парень с трудом встал на ноги. Он улыбнулся. – Я наконец смог выучить [Человека из стали]! И даже активировал его без единого слова! – Броли рассмеялся от души.

Какой идиот. У него, должно быть, уже больше 300 очков Телосложения. У меня не осталось энергии, но если он всё ещё стоит, я не могу сдаться!

Агата сжала кулак и сосредоточилась на ногах. Она едва их чувствовала, но они были нужны ей, чтобы двигаться вперёд. Я иду!

– Достаточно! Агата, у меня не бесконечный запас бинтов и лекарств. Если не хочешь провести ночь, варя зелья вместе со мной и целительницей, иди умойся. А ты, Броли, уходи. Это женские шатры, и если твоя церемония завтра вечером, тебе здесь больше нечего делать. Ты больше не ребёнок? Тогда веди себя как мужчина. Серда не очень терпелива к дуракам, если я правильно помню.

Агата и Броли несколько секунд смотрели друг на друга, прежде чем опустить оружие. У Броли был деревянный щит, а у Агаты – военная вилка. Он открыл рот, но девушка перебила его. Ей нужно было доказывать свою скорость во всём, особенно в самых нелепых вещах. Габриэль однажды видела, как она подавилась рыбными костями, лишь бы первой закончить трапезу.

– Не смотри на нас свысока, Габриэль. Тебе всего четырнадцать, и ты никогда не станешь охотницей! Броли скоро станет мужчиной, и после церемонии такие драки будут запрещены на годы. Но если хочешь знать, никто не будет винить Броли. Он вызвал меня на бой, чтобы сделать предложение.

Когда собравшиеся дети ахнули, Агата повернулась к Броли: – Ты силён. Я не собираюсь становиться женой слабого мужчины. Но мужчины сильнее тебя. Если ты догонишь их, и через два года я всё ещё не смогу тебя победить, тогда... Тогда я соглашусь!

Щёки девушки раскраснелись, и она направилась к тренировочной площадке. Броли глупо улыбался. Габриэль подошла к нему.

– Поздравляю, Броли-диот. Агата серьёзно относится к своим словам, и каким бы идиотом ты ни был, ты забудешь о проигрыше в этом пари. Идём, я обработаю твои раны.

Парень посмотрел на неё, а затем на своё израненное тело. Адреналин боя, а затем и её признание не позволили ему почувствовать раны. Но ничто не отодвигает боль бесконечно, и Габриэль заметила, как он стиснул челюсти. Он покачал головой.

– Нет, я пойду тренироваться. Агата не остановится, и я не хочу отставать!

Когда парень уже собирался развернуться и снова отправиться получать тумаки – или использовать другие глупые техники, которыми мужчины закаляли себя, – Габриэль схватила его за руку.

– Ты никуда не пойдёшь. Ты ранен, и, если рана загноится, ты потеряешь недели тренировок. К тому же, не забывай, что мне нужна практика как ученице целителя. Лечить тебя – значит помогать клану.

Несмотря на шаткость её аргумента, Броли был убеждён. Стоило ей сказать «ради клана», и большинство воинов подчинялись. Их простая преданность была отнюдь не неприятна Габриэль. Честность Гесертов освежала. В отличие от Снахертов, например.

Во время последней встречи кланов Габриэль удалось поговорить с одним из них. Она обменяла все свои сбережения на драгоценный камень, который, как утверждалось, мог исцелить любого Уровня 0, если тот ещё не умер. Камень ничем не помог одному из воинов, которому распороли живот. Мама Апо – целительница – в то время отсутствовала, и Габриэль наблюдала, как тот умирает у неё на руках, с надеждой в глазах. Она предала эту веру. Я больше не предам ни одной надежды. Начну с тебя, Броли.

Оказавшись в шатре целителя, Габриэль начала наносить мазь на раны парня. Несмотря на боль, тот послушно терпел. Когда целитель говорил, остальные слушали. Её слова спасали жизни. Её слова могли убивать… Хотя Габриэль была ещё ученицей, она уже обладала авторитетным тоном аптекаря. Тот самый голос, которым старая целительница приказывала трёхсоткилограммовым бегемотам лечь и стиснуть зубы.

Накладывая повязку на более глубокие раны, она спросила Броли, почему взрослых здесь нет. Гаэль не должен был в одиночку охранять вход, и бой не должен был продолжаться так долго без вмешательства. Но юноша не стал бы легко выдавать секреты своего отца. Прости, Броли...

– Броли... Твой отец – Вождь клана. Хотя ты ещё не взрослый, ты ведь должен знать об этом, верно? Остальные дети не знают, поэтому им не нужно беспокоиться, но ты такой храбрый, твой отец наверняка рассказал тебе, да?

Юноша теребил свои повязки, и Габриэль пришлось шлёпнуть его по руке, чтобы успокоить.

– О? Прости. Твои мази работают. Я уже почти исцелился! – воскликнул парень.

– Спасибо, Броли, я сама их приготовила. Новый и эффективный рецепт для Уровня 0. Даже Мама Апо похвалила меня. Но забудь о том, что я только что сказала. Тебе не нужно об этом знать, это дело воинов...

– Что?! Но конечно, я знаю! Отец не говорил мне, но я всё равно слышал. Открылся новый портал, и Чемпионы прибывают. Самые свирепые звери пока отогнаны Концепциями. Система не хочет, чтобы Чемпионы мгновенно погибали. Отец и Шаман хотят переселиться и обосноваться рядом с порталом. Первый клан, прибывший туда, получит огромное преимущество, ресурсов будет в изобилии и ни один монстр не будет достаточно силён, чтобы уничтожить наших воинов. Целый год нам не будет грозить вымирание!

Портал?! Чемпионы цивилизаций прибывают в Элизиум?! Если дать им достаточно времени, эти чемпионы станут неудержимыми. Основатель их клана сам был одним из таких чемпионов.

– Но ведь мы не единственный клан, который об этом знает, правда?

Броли опустил взгляд.

– Нет, по словам Шамана, об этом знают ещё как минимум два других клана. Аэльбы и Снахерты...

Габриэль задумалась вслух.

– Аэльбы сильны. Сильнее нас. Но они не лишены чести. Они не станут выгонять нас, а один портал может поддерживать два клана. Но три... Снахерты недостойны. Я совершенно не хочу иметь их в качестве соседей.

– Отец тоже, но Шаман говорит, что у нас нет выбора. Портал оттесняет слишком много монстров, и территории переворачиваются с ног на голову. Я слышал, что приближается орда. Тысячи, сотни тысяч монстров могут пройти здесь через несколько дней. Если мы останемся здесь, то умрём. Все охотники сейчас ищут безопасный путь к порталу. Некоторые уже видели разведчиков и охотников Снахертов. Отец хочет отправиться вместе с ними, чтобы сообща сражаться с самыми свирепыми зверями. Но аптекарь этого не хочет.

Юноша опустил взгляд, и едва слышно пробормотал последние слова: – Из-за тебя...

Габриэль подняла голову. – Из-за меня?

Броли поспешно встал. – Мне пора, увидимся, Габриэль! – Девушка схватила его за руку и сжала один из его меридианов, распространяя свой эфир по телу мальчика.

– [Сдерживание].

Эта техника использовалась Мамой Апо, чтобы обездвиживать воинов, обезумевших от боли. Броли рухнул на землю. Габриэль даже не задумалась о том, что целительница клана должна поклясться никогда не причинять вред воину своего клана. Их искусство было искусством исцеления.

– Что ты имел в виду, Броли? Почему из-за меня?.. – Голос девочки становился всё более невнятным, но парень услышал её.

– Я... Не мне говорить тебе об этом, Габ. Спроси Маму Апо.

– Я спрашиваю уже десять лет. Десять лет без ответа. Десять лет откладывания новостей. «Подожди, пока тебе не исполнится десять, Габриэль», «Спроси меня снова, когда научишься сама готовить мазь», «Подожди, пока станешь взрослой, моя дорогая». Мама Апо добра ко мне и хочет защитить. Даже если я никогда не стану воином вроде Агаты, я имею право знать. Пусть я стану целителем, я имею право на месть. Мои родители мертвы, и яд разъедает меня уже десять лет. Перестань быть трусом, Броли. Перестань думать, что ты знаешь лучше меня, что мне нужно знать. Если бы твоего отца и Агату убили, ты захотел бы узнать правду. Так будь воином и скажи мне правду. Лгать не в традициях Гесертов.

Парень долго смотрел на девушку. Наконец, несмотря на технику Габриэль, он поднялся.

– Будь осторожна, я был обездвижен только около десяти секунд. Не мне говорить тебе об этом, но и скрывать незачем. Это Снахерты. Я не знаю кто и не знаю почему, но они убили твоих родителей и пометили тебя.

Габриэль опустила голову. В глубине души она всегда это знала. Весь клан ненавидел Снахертов, но никто не говорил о них в её присутствии. Она закатала левый рукав. На её предплечье пульсировал большой чёрный шрам. Другие дети считали его отвратительным, и она тоже. Она даже думала отрезать себе руку, но её мать пожертвовала собой, чтобы спасти её от яда. Теперь Габриэль была невосприимчива к нему, однако организму потребовались бы годы, чтобы вывести яд. Её [Сопротивление яду] улучшалось в течение десяти лет и успело эволюционировать.

Когда несколько минут спустя она подняла голову, Броли уже ушёл.

Церемония вот-вот должна была начаться. Члены клана собрались возле центрального костра. Шаман помогал Вождю готовить ритуал.

Слева от Габриэль стояли женщины. Гесерты были равноправным кланом. Воины и охотники были равны по силе, но специализировались на разных вещах. Одни защищали благодаря Телосложению и Живучести, другие атаковали Ловкостью, скоростью и точностью. Только работая вместе, они могли пересекать острова Элизиума. Но сегодня вечером церемония касалась мужчин. Габриэль видела, как Мама Апо разговаривает с Сердой. Старая целительница не хотела путешествовать вместе с врагами клана. Это было понятно, ведь целитель должен помогать каждому клану. Лечить Снахертов, тех, кто убил её первую ученицу, было для неё немыслимо. Кроме того, Снахерты специализировались на ядах, дисциплине, хорошо знакомой целителям. «Яд или зелье – разница только в дозировке», – говорила Мама Апо.

Агата стояла позади двух женщин, занятая набиванием живота мясом под раздражённым взглядом своего брата Гаэля. Справа стояли мужские шатры, и Габриэль направилась туда. Она нашла Броли в одиночестве, погружённого в медитацию.

– Привет. Извини за вчерашнее. Я была... в шоке. Но спасибо, что рассказал мне всё это. Я хотела загладить вину. Тебе что-нибудь нужно? У меня есть алкоголь, если хочешь...

Юноша открыл глаза и рассмеялся. Он успокоился, прежде чем ответить.

– Забавно, в любой другой ситуации я бы согласился, но не сегодня. Сегодня я становлюсь взрослым. Знаю, что я не самый умный, но могу быть по крайней мере самым храбрым. Мне не нужен алкоголь. Я хочу с гордостью встретить свою судьбу.

Габриэль кивнула.

– Это храбро. Тебе страшно? Тебя сольют с ядром Уровня 3. После этого ты уже не будешь прежним.

– Это правда. Забавно думать об этом, но я не боюсь. Все мужчины проходят через это, и только самые слабые умирают или меняются. У меня, наверное, вырастут волосы по всему телу, кости станут толще, нос расплющится, но... Я получу силу, чтобы защищать клан. И тебя тоже, Габ.

Что этот идиот несёт?

– Аха-ха, не смотри на меня так, – рассмеялся Броли. – Ты всё правильно услышала. Ты самая умная девушка в клане, но тебе ещё многому предстоит научиться. А пока позволь мне защищать тебя. Со мной и Агатой клан станет сильнее. Ты... ты будешь знать, что делать с нашей силой. Я доверяю тебе. Мама Апо держится в стороне от принятия решений, но будь я Вождём, я бы прислушивался к тебе.

– Спасибо, Броли… Я ценю это. Вообще-то изначально я пришла утешить тебя, но, похоже, тебе это не особенно нужно. Мне кажется, что ты сильно повзрослел в последнее время, и теперь я уже не настолько далеко тебя опережаю. Скоро я не смогу называть тебя Броли-диотом!

– Ха-ха, думаю, я всё ещё идиот, Габ. Но знаешь, ты заставляешь меня чувствовать себя лучше. Быть защитником – вот чего я хочу. Мне нужны люди, которых нужно защищать, и помогать тебе поднимает настроение. Иногда помощь другим – это способ помочь самому себе...

Габриэль была ошеломлена. Казалось, за одну ночь интеллектуальные способности Броли удвоились, раз он смог произнести настолько глубокие и связные слова. Забили барабаны, и молодой человек поднялся. Настал его момент...

– О, и спасибо за вчерашнее. За мазь... Я видел твои шрамы, знаешь? Я знаю, что ты сама наносишь себе раны, чтобы лучше научиться лечить. Чтобы лучше лечить нас. Ты не единственная, кто хочет сделать клан сильнее. Ты можешь рассчитывать на нас, Габ. Мы – Гесерты. Твоя месть – моя месть. Снахерты заплатят.

С этими словами молодой человек исчез. Девушка улыбнулась, потому что он был прав. Она была Гесертом. Она жертвовала собой ради них, а они жертвовали собой ради неё.