С самого утра шел затяжной, как в сезон дождей, ливень.
Мало того что понедельник сам по себе навевал тоску, так ещё и тяжёлый, сырой дождь давил на настроение. Чувствуя себя так, будто каждый удар капли по зонту — это упрек в мой адрес, я брел в школу.
«По крайней мере, Файвс больше не станут окликать меня в классе».
Я не жалел о своем решении. Теперь моя жизнь наконец-то вернется в привычное русло.
На звезды нужно смотреть издалека, а не стоять с ними рядом.
Именно так я думал. Как же я был наивен.
— Я вообще ничего не поняла! О чем ты? Что значит «понимаешь неправильно»?!
Стоило мне зайти в класс, как на меня тут же налетела Хари. Она ждала меня, и её недовольство ощущалось за версту.
— Честно говоря, ты меня удивила.
Я расслабился, будучи абсолютно уверенным, что меня теперь ненавидят и будут тотально игнорировать.
— Это ты вчера начал нести какую-то непонятную чушь! А ну объясни!
— Мне нечего тебе сказать.
— Кидзуки, ты же сам мне говорил: «Нужно четко проговаривать свои мысли словами, чтобы избежать недопонимания». Вот давай, применяй свои же советы на практике!
— В этом случае нет никакого смысла, пока ты сама всё не вспомнишь.
Я отрезал жестко и безжалостно.
— Пока я сама не вспомню...
Хари повторила мои слова, словно пытаясь разжевать их смысл.
— В общем, я всё сказал.
— Дай хотя бы подсказку!
— Я и так уже дал их слишком много.
— И где же?!
— ...Ответ всегда был прямо перед твоими глазами.
Мои слова не вызвали у неё ни малейшего понимания.
После этого каждую перемену она устраивала мне допросы, а я отчаянно пытался от неё сбежать. В какой-то момент мне даже пришлось прятаться в мужском туалете сразу после звонка.
Но она разгадала и эту тактику. Когда я вышел, Хари уже ждала меня в коридоре прямо у двери.
— Поджидать людей у выхода — это перебор. Тем более у туалета!
— Нет такого правила!
— Тебе самой-то не стыдно?
— Конечно, стыдно!!
Из-за того, что Хари с раздраженным видом застыла в грозной позе прямо перед дверью, другие парни вообще боялись заходить в туалет.
— Я и забыл, какой прилипчивой ты бываешь.
— Да когда это я вообще была такой прилипчивой при тебе?!
Плохо дело. Если мы продолжим болтать, я рано или поздно проколюсь.
И тогда это будет выглядеть так, будто я сам умоляю её вспомнить меня.
Эта погоня не прекращалась. Дойдя до ручки, я чуть было не взмолился о помощи остальным троим, которые наблюдали за нами со стороны, но вовремя остановился.
Это я сам решил разорвать с ними связи. Просить их о помощи теперь, когда мне стало неудобно — это верх наглости.
☆☆☆☆☆
Как только закончились уроки, я пулей вылетел из класса 2-Д.
Хари, разумеется, рванула следом, но я сделал вид, что спускаюсь к шкафчикам, а сам взлетел по лестнице наверх, сбросив её с хвоста. Спрятавшись, я дождался, пока стихнут её легкие шаги. Уличную обувь я прихватил заранее, так что можно было спокойно уйти через другой выход.
— Яху-у! Весь день от красавицы убегал? Тяжело быть популярным, да?
Из-за угла вдруг выскочила Хинава. Она мальчишески широко ухмыльнулась, блеснув зубами.
— Я ведь сам отказался с вами общаться. И после этого ты всё равно со мной заговариваешь?
— Так ты отказался от нашей четверки. А если я одна — это уже другая история~
Пятизвёздочная гяру выдала это с такой ослепительной улыбкой, что у меня не нашлось аргументов.
— Это просто игра слов.
— Если можно потусить с Икои, то ноу проблем!
Хинава пристроилась рядом, будто ничего и не произошло. Она, как всегда, держалась слишком близко. То, что она вела себя совсем как обычно, сбивало меня с толку.
— Ты сдашь меня Суйтэнгу-сан?
— Наоборот. Сегодня я на стороне Икои.
— Правда?
— Реально! Смотри, Хари уже выбежала искать тебя за школьные ворота.
Она показала мне экран телефона с сообщением от Хари — в качестве доказательства.
— И ты так легко предаёшь лучшую подругу?
— Эй, дружба не значит, что ты обязан на сто процентов исполнять все желания другого человека! Даже обещания иногда нарушаются! Все мы люди!
Она сказала это с таким видом, будто процитировала мудрый афоризм, и почему-то эта наивная философия помогла мне немного расслабиться.
— Наверное, ты права.
— Разве настоящая дружба не в том, чтобы прощать друг другу косяки?
— У вас четверых всё именно так?
— Я в это верю!
А, вот оно что. Теперь я понял, почему Файвс казались мне такими ослепительными.
Дело было не только в их красоте или в том, что они весело проводили время. За этой поверхностной картинкой чувствовалось абсолютное, непоколебимое взаимное доверие.
Хари дорожит их четверкой больше всего на свете.
Хинава уверена, что даже после ссоры они смогут помириться.
Мию свято верит, что подруги искренне порадуются за неё, что бы ни случилось.
А Платина готова пожертвовать своим образом и стать злодейкой, чтобы защитить их от боли.
Они заботились друг о друге по-разному, каждая в своем стиле.
Пятизвёздочные гяру были связаны крепчайшими узами настоящей дружбы.
И не только Хари — теперь все четыре девушки казались мне по-особенному яркими.
— Поэтому, даже если бы нам понравился один и тот же парень, я бы ни за что не стала отступать и уступать его подруге!
— Это было бы финальное испытание для вашей дружбы.
В тесном мирке школьной юности любовные треугольники между друзьями — обычное дело. И, похоже, Пятизвёздочные гяру не были исключением.
— И я сама, и мои подруги, и парень, который мне понравится — все они одинаково важны! Поэтому я бы играла честно и открыто, чтобы всё решить!
— А тебе не страшно?
— Страшно, конечно! Но люди меняются, и отношения тоже. С этим ничего не поделаешь.
Искренность и прямота Хиватари Хинавы всегда ослепляли.
Она никогда не относилась к соперничеству как к легкой игре или шутке, типичной для гяру.
Она уважала не только соперников, но и саму себя, никем не пренебрегая. И именно благодаря этой непоколебимой позиции она не боялась проигрывать и начинать всё сначала, пока не будет довольна результатом.
— Знаешь, я тебя уважаю.
— Спасибо! А ты мне нравишься тем, что всегда слушаешь меня всерьёз!
Выдает такие вещи без малейшего стеснения. Но, врать не буду — слышать это было чертовски приятно.
— Так вот почему ты решила мне помочь?
— В тот раз ты вел себя совсем не как Икои. Я забеспокоилась. Если тебе реально противно быть с нами, я не стану тебя заставлять. Но, пожалуйста, поговори хотя бы с Хари. После таких слов она, конечно же, места себе не находит!
Понятно.
В итоге она выследила меня именно ради Хари.
— Так, ну а теперь пошли на свидание! Заодно и план действий обсудим! И на этот раз — только вдвоем! Это секрет от девчонок!
Хинава крепко обхватила меня за руку и прижалась всем телом.
— Хиватари-сан?!
— Пока не скажешь «да», буду висеть на тебе. Ну что? Согласен? А?
Её веселая, бесцеремонная наглость была как нельзя кстати. В такие моменты хотелось просто расслабиться и плыть по течению.
— Это вообще не угроза. Скорее награда.
— Если ты так считаешь, я только рада, — она застенчиво улыбнулась, оказавшись совсем близко.
— ...Ну, в принципе, можем так и идти. Я не против.
— Да ладно?! — Хинава вдруг запаниковала и отскочила.
— Шучу. Пошли.
— Блин, не пугай так!
— Ты же совсем не привыкла к парням. Не заставляй себя.
— Э-э, но я же хочу, чтобы всё было как у настоящей парочки!
Хинава храбрилась и делала вид, что всё нормально, но по тому, как напряглась её рука, я чувствовал: она тоже нервничает.
Стоило ученикам, знавшим Файвс, увидеть нас под руку, как они ошарашенно застывали.
☆☆☆☆☆
Мы с Хинавой поехали в Икэбукуро.
Хотя у неё был свой зонт, она настояла на том, чтобы мы шли под моим.
— Так же больше похоже на свидание! Блин, ветер просто жесть!
Ветер завывал так, что нам приходилось идти, тесно прижавшись друг к другу и перекрикивая непогоду.
— Идти невозможно. Давай спрячемся куда-нибудь под крышу!
— Тогда идём в караоке! Там хоть поболтаем нормально!
Она взяла на себя оформление, и мы прошли в кабинку.
— Когда всё бесит, лучше всего орать песни во всю глотку!
Привычным движением она начала вбивать песни одну за другой и петь на разрыв. Я тоже иногда брал микрофон, и Хинава поддерживала меня, активно звеня тамбурином.
— Ого, а ты неплохо поешь! Супер!
Так мы проорали несколько песен подряд, пока не опустошили первые стаканы.
— Слушай, Икои, сгоняешь за напитками? Я пока в туалет отойду.
— Без проблем. Тебе то же самое?
— Ты запомнил? Красавчик! Наблюдательный!
Я сходил к дринк-бару[1] и вернулся с двумя стаканами. Хинава тоже уже вернулась. У нас выдалась небольшая пауза: заказанные песни закончились, и она сидела, уткнувшись в телефон
— Держи.
— О, пасиб огромное!
Она положила телефон на стол экраном вниз.
Внезапно наступившая тишина без музыки заставила меня остро ощутить, что мы находимся в закрытой кабинке одни.
— Слушай, Икои. Хочу тебя кое о чем спросить.
С необычайно серьезным лицом Хинава начала медленно надвигаться на меня.
— Что такое? Обязательно подходить так близко?
— Чтобы ты не сбежал.
С грацией хищной кошки она поползла по дивану на четвереньках, загоняя меня в самый угол.
— Хиватари-сан?
— Ты до сих пор не называешь меня Хинавой. Икои, ты такой упрямый.
Она обреченно опустила голову. Я увидел её макушку — волосы были идеально светлыми от самых корней.
— Если я назову тебя по имени в такой ситуации, это будет звучать слишком двусмысленно.
— Это потому, что ты вечно тормозишь!
— Опять я виноват?!
— Если будешь заставлять девушку так долго ждать, она может и передумать.
Эта гяру улыбалась с явным садистским удовольствием, находясь на расстоянии выдоха.
Ох, черт. Мое сердце стучало так, будто собиралось пробить грудную клетку.
Это что, прелюдия к признанию? Или дело зайдет еще дальше?
Она что, реально решила пойти ва-банк прямо сейчас?!
Но зная Хинаву... от неё можно было ожидать чего угодно.
А я был абсолютно не готов.
— Я... запомню.
Её лицо оказалось невыносимо близко.
И впервые разглядев её глаза на таком расстоянии, я вдруг почувствовал странное дежавю. Она не носила цветные линзы. И в её чертах промелькнуло что-то удивительно знакомое.
— ........
Ответ на мой немой вопрос уже почти сформировался в голове, но сладкий шепот Хинавы сбил меня с мысли.
— Икои. Если хочешь, чтобы тебя отпустили, отвечай честно.
— ...
— Эй, Икои.
— Что?
— Кем ты хочешь быть для Хари?
— Что?
— Я спрашиваю, ты Хари ненавидишь? Или она тебе нравится?
— Ты реально спрашиваешь это именно сейчас?!
— А когда еще?!
— Я уж думал, ты меня съесть собираешься!
— Ого, так Икои предпочитает более агрессивный подход? Значит, соблазнение сработало на ура!
Она победно ухмыльнулась, явно наслаждаясь эффектом.
Не делай вид, что тебе это не нравится.
— Естественно. Когда такая красивая девушка, как ты, Хинава, загоняет парня в угол в закрытой кабинке, любой бы поплыл.
Я попытался сделать вид, что всё под контролем, и впервые назвал её по имени.
— …!! Блин, называть по имени именно сейчас — это читерство! Я ж чуть не решила, что ты милашка!
Хинава резко отпрянула и вернулась на безопасное расстояние.
И как это понимать? Когда дело доходит до откровенных провокаций, она держится уверенно, а стоит назвать её по имени — смущается как ребенок. Я совершенно не улавливал логику её триггеров.
— Так, перезапуск! Короче, выкладывай всё, что думаешь о Хари! Признавайся! Расскажи всю правду, хватит врать, и тебе сразу станет легче!
Хинава с красными щеками отчаянно пыталась вернуть разговор в прежнее русло.
— Какая ещё ложь?
— Икои, ты ведь знаешь Хари намного дольше, да?
Я не ожидал, что Хинава догадалась.
— С чего ты взяла?
— Вы общаетесь совсем недавно, а ты понимаешь её с полуслова. Но, если вы знакомы с детства, тогда всё сходится.
Похоже, она давно раскусила мою игру.
— Умеешь хранить секреты?
— Я никому не скажу, клянусь.
— Даже если это означает обманывать твою лучшую подругу?
— Я же сказала, что сегодня я на твоей стороне.
Раз уж она создала для меня такие идеальные условия, молчать дальше было бессмысленно. Да и бегать от Хари каждый день — тоже не вариант.
Я опустил взгляд на стол, собираясь с мыслями.
— Впервые я встретил Хари в балетной студии.
— А почему ты тогда притворился, что вы не знакомы? Надо было просто сказать правду.
— Я не хочу марать её воспоминания.
— Но это решать Хари, а не тебе!
— Хари думает, что тот «Коичан» из прошлого — девочка. В детстве мама любила отращивать мне волосы, да и одевала меня не особо по-мальчишески. Я был мелким, щуплым и выглядел очень андрогинно.
— Сейчас ты здоровый парень. Естественно, она тебя не узнала!
За стеной что-то громко бухнуло, и перегородку ощутимо тряхнуло. Похоже, в соседней комнате веселье было в самом разгаре.
— Перед тем, как мы пошли в кино, я попытался намекнуть. Думал, может, она узнает меня по каким-то старым чертам. Но она решила, что это шутка, и просто рассмеялась. Вот я и решил, что лучше исчезнуть.
— ...Никто бы не догадался. Внешность меняется, прошло десять лет. Пятилетний ребенок и старшеклассник — для постороннего это вообще два разных человека.
Хинава тяжело вздохнула.
— Погоди, я разве говорил тебе, что нам было по пять лет?
— А? Ну да, Хари же рассказывала мне про Коичан, так что я знала! И вообще, Икои, ты реально собираешься скрывать от неё правду?
— Я не хочу, чтобы она вспоминала о балете, который ей пришлось бросить. Пусть забудет всё плохое и просто наслаждается жизнью сейчас.
— Вы же наконец-то встретились снова! Почему Хари для тебя настолько особенная? — искренне не понимала Хинава.
— Можно я скажу немного абстрактно?
— Давай.
— Наверное... для меня Суйтэнгу Хари — это сияющая звезда в ночном небе.
Этот образ до сих пор горел в моей памяти. То, как она танцевала — она действительно сияла.
— Она как драгоценный камень. Прекрасная, но недосягаемая. Как ни тянись, до неё не достать. Даже если кажется, что она близко, сама звезда сияет где-то далеко-далеко в космосе. И я понятия не имею, как преодолеть это расстояние.
Смотреть на то, как Хари тренируется, было сродни поиску созвездий в ночном небе. Тонкая, хрупкая девочка с длинными руками и ногами двигалась вопреки гравитации, превращая танец в чистое искусство. В этом теле было нечто неземное, выходящее за рамки обыденности. В зале с зеркалами, держась одной рукой за станок, она словно отрывалась от земли и грациозно взмывала в небеса.
Когда-то я был пленен этой красотой. Это чувство сродни обожанию фаната, который с благоговением смотрит на своего айдола из другого мира.
Сидя в углу балетного класса, я увидел этуаль — звезду, спустившуюся на землю. Меня это настолько поразило, что я даже боялся с ней заговорить.
— Да ты прям фанатеешь по ней.
— Да, я фанат Суйтэнгу Хари со стажем.
Наконец-то я смог это признать. Еще до того, как появилась группа Файвс, я был искренним поклонником девочки по имени Суйтэнгу Хари. Я сам запечатал это прошлое, заставляя себя вести себя с ней как обычный одноклассник.
— Но для фаната ведь естественно хотеть, чтобы кумир его заметил! — Хинава ни на секунду не усомнилась в моих чувствах.
— В том-то и проблема. Я застрял в её образе из прошлого.
— ...Это как-то связано с тем, что Хари бросила балет?
Хинава сегодня была невероятно проницательна.
Кто для меня Суйтэнгу Хари? Это нельзя было описать простым словом «нравится». Мои чувства были слишком сложными.
Чистая, невинная привязанность из тех времен, когда мы еще не сформировались как личности.
Детская симпатия, лишенная гендерных предрассудков.
Абсолютная дружба до осознания разницы полов.
И благоговение перед красотой, не испорченное подростковым вожделением.
Как бы она ни похорошела, как бы ни изменился её характер — всё это не могло превзойти те эмоции, которые я испытал тогда.
— Когда эта прекрасная Стеклянная кукла разбилась, для меня это тоже стало ударом.
Даже если это звучит эгоистично, это была моя правда. Радость от нашей встречи померкла на фоне осознания того жестокого факта, что того особенного чуда больше не существует. Эта боль так и не прошла, не давая мне принять Хари такой, какая она сейчас.
— Икои, ты ничего не мог с этим поделать.
— Знаю. Но всё равно думаю: если бы я был рядом, может, смог бы её поддержать.
Это я не мог отпустить прошлое. Вместо того чтобы пассивно ждать дня, когда мы сможем исполнить наше обещание, я, наверное, должен был действовать.
— Но ведь ты не смог её забыть, Икои! Не смог от неё отвернуться! Ты до сих пор её настоящий фанат! Нельзя отрицать то, что ты чувствуешь прямо сейчас!
— Но это не значит, что я могу вот так запросто стать ей другом или воспринимать её как реальную девушку!
Для меня она была слишком неземной, чтобы испытывать к ней физическое влечение, и слишком недосягаемой для обычной школьной влюбленности. Если ты возводишь кого-то на пьедестал и поклоняешься ему, вы никогда не сможете быть на равных. Это то, что я чувствовал. Короче говоря, она мне слишком нравилась, чтобы я мог это вынести.
Я даже не мог спокойно отойти в сторону и утешаться мыслью, будто я особенный фанат, который понимает её лучше остальных.
Когда я начал критиковать её в школе, я втайне надеялся, что если я сделаю то же самое, о чем она просила меня в детстве, что-то изменится. Но, как и ожидалось, ничего не вышло.
— Но в последнее время Хари выглядела такой счастливой! — горячо возразила Хинава, словно говоря за подругу.
— Для всех будет лучше, если я просто уйду.
— Мне нравится твоя рассудительность, Икои. Но когда её слишком много — уже нет.
Хинава не скрывала своего разочарования.
— Хватит жить прошлым. Посмотри на ту Хари, которая перед тобой сейчас.
Её слова ударили по самому больному, и я лишь вымученно улыбнулся.
— После того, как мы с Хари перестали видеться, я ни к кому не привязывался. Жить без ожиданий было намного проще.
Дни без Суйтэнгу Хари были пресными. После того как она перешла в другую студию, я перестал ходить туда с мамой. В младшей и средней школе у меня так и не появилось друзей, которые значили бы для меня столько же, сколько она. Поняв, что это нормально, я перестал чего-либо ждать от людей. Так и сформировался мой нынешний характер. Я перестал зависеть от эмоций и привык воспринимать скучную рутину как должное. Это было спокойно и удобно. Но...
— И всё-таки, Икои, ты до последнего надеялся, что Хари тебя узнает, да?
— !...
Она озвучила то, в чем я сам себе боялся признаться.
Мое самое сокровенное желание, обращённое к той самой звезде.
— Какой же я жалкий. Хотел, чтобы человек, которым я восхищался, меня заметил; держал лицо, врал, а когда не выдержал этой лжи — сбежал. И всё равно продолжал надеяться.
Головой я всё понимал, но сердце отказывалось принимать реальность. Лишь выложив всё Хинаве, я наконец перестал врать самому себе и принял свои настоящие чувства.
— Ты молодец, долго держался.
Хинава произнесла это невероятно мягким голосом и нежно погладила меня по голове.
— Умница, Икои. Мой хороший.
Меня так не гладили с самого детства. От неожиданности я застыл как вкопанный.
— Это уже нечестный прием.
Люди, способные дарить такую безусловную поддержку, обладают пугающей притягательностью.
— О чем ты?
Как всегда, Хинава совершенно не чувствовала личных границ между парнем и девушкой. Но благодаря тому, что я показал ей свою самую уязвимую сторону, хаос в моей душе наконец улегся.
— Если будешь вот так запросто проявлять к парням доброту, они же всё неправильно поймут.
— Если это ты, Икои, то я не против~
— Хинава. Насчет тебя...
Воспользовавшись моментом, я решил вернуться к теме её лжи, о которой узнал совсем недавно.
Но в этот момент дверь кабинки распахнулась.
— Не смейте тут вдвоём красиво всё завершать! Мне-то вообще ни капли легче не стало!
На пороге стояла Суйтэнгу Хари.
☆☆☆☆☆
— Почему Хари... то есть Суйтэнгу-сан здесь?!
Не успел я толком удивиться, в комнату протиснулись и Мию с Платиной.
— Хинава заранее позвонила и не положила трубку — я всё слышала из соседней комнаты, весь твой рассказ, Икои! Как ты мог всё это время скрывать, кто ты такой на самом деле?!
Казалось, за спиной Хари полыхает синее пламя ярости.
А, так вот что это были за звуки из-за стены. Они там сидели в засаде! Выходит, я по полной программе купился на провокацию Хинавы.
— Прости-прости, Икои! Просто я реально хотела, чтобы вы помирились!
Хинава отключила звонок на лежащем на столе телефоне и виновато сложила руки в извиняющемся жесте.
— Ну ты даешь. Идеальная подруга.
Я сделал ей абсолютно искренний комплимент.
— Естественно! Не вздумай недооценивать женскую дружбу!
Хинава гордо выпятила грудь. Её пацанская прямота сейчас казалась невероятно крутой.
Осознав, как глупо я попался, я не удержался и рассмеялся.
— Теперь понятно, почему ты выбрала караоке.
— Тут можно орать и плакать сколько влезет, и никто слова не скажет! Ну всё, начинайте!
Хинава, как обычно, взяла на себя роль ведущей. Она словно говорила: «Хватит бегать, разбирайтесь здесь и сейчас».
— Кидзуки-кун, я понимаю, что у тебя были свои причины, но я не хочу, чтобы всё закончилось вот так! — Мию смотрела на меня с неподдельной искренностью.
— Я тоже была неправа. Но если ты уйдёшь вот так, пока никто толком ничего не понял и не принял, останется паршивый осадок. Так что хотя бы разберитесь как следует — без недомолвок и взаимных обид, — сказала Платина на редкость смиренно.
Дверь закрылась, отрезав нас пятерых от остального мира.
— Давай, Икои! — Хинава подтолкнула меня в спину.
— Суйтэнгу-сан, послушай, я...
— Стой! Сначала дай извиниться мне! Коичан! Прости, что я до сих пор тебя не узнала!
Она назвала меня моим старым именем.
— Нет, это я должен извиняться за то, что молчал.
Хари выставила руку, останавливая меня.
— Нет, выслушай. Коичан всегда был для меня особенным другом. Честно говоря, я была в шоке, когда осознала, что всё это время дружила с мальчиком, а не с девочкой...
— Ничего страшного.
— Я сама жаловалась тебе, как «тяжело, когда тебя неправильно понимают», а сама сделала с тобой то же самое. Это просто дно. Какая же я лицемерка.
— Меня тогда все путали. Это нормально.
Ожидать, что она узнает меня — это просто мой эгоизм. Но и действовать напролом я не хотел. Тяжела жизнь фаната.
— Я так злилась на себя, когда поняла, что не узнала тебя. Только благодаря твоей поддержке я полюбила балет. Даже когда мне пришлось сменить студию, только наше обещание заставляло меня выдерживать те тяжелые тренировки. Можешь не верить, но не было ни одного дня, чтобы я не вспоминала о тебе.
Она выпалила всё это на одном дыхании.
— ........
Она всегда помнила обо мне.
Услышать это было огромным облегчением.
— Коичан... прости, что не смогла сдержать обещание.
— Всё в порядке. Я счастлив, что снова встретил тебя, Хари.
Обещание больше не имело значения. Мы встретились, и это главное.
— Наверное, это звучит эгоистично, но... мы можем начать всё сначала? Я очень этого хочу!
Она смотрела на меня всё тем же серьезным взглядом, что и в детстве.
— Значит, это я так и не изменился.
Она больше не Стеклянная кукла. Даже разбившись, она давно смогла собрать себя заново и подняться. Если бы я не спасовал и с самого начала заговорил с ней — с той самой Хари, которая, как оказалось, всё это время мной дорожила, — наша школьная жизнь могла бы начаться совсем по-другому.
На самом деле трусил всё это время именно я.
Я просто оробел перед невероятно похорошевшей девочкой по имени Суйтэнгу Хари и не нашёл в себе смелости подойти к ней. Это была самая обычная реакция робкого подростка.
— Я говорил, что мне плевать на касты, но, видимо, сам мыслил теми же категориями. Я решил, что мы живем в разных мирах, и я тебе не пара.
Я думал, что звездное небо — это другой мир, куда мне никогда не добраться.
Кидзуки Икои просто застрял в том старом чувстве.
— Глупости какие! Мы же одноклассники! — Хари легко отмахнулась от моих сомнений.
Прошлое не вернуть и не изменить. В реальности нет респаунов и временных петель. Вопрос в том, что мы будем делать сейчас.
В школьные годы выбор друзей во многом определяет то, какими красками заиграют твои воспоминания. Но нужны ли мне пустые воспоминания, созданные ради чужого одобрения? Нет. Я просто хочу проводить время так, чтобы мне было хорошо.
Не нужно полностью игнорировать чувства других, но и прогибаться под них тоже нельзя. Надо просто действовать так, как подсказывает сердце.
Ведь она такой же подросток, как и я, обычная одноклассница. Даже если в школе её считают айдолом, она вовсе не звезда шоу-бизнеса. Это не работа и не профессия, так что она не обязана всегда держать образ и оправдывать чужие ожидания.
Она может говорить одно, а делать другое. Может врать. Может ошибаться.
Но настоящие друзья всегда смогут помириться.
— Мы не можем просто взять и вернуться в прошлое, — четко произнес я.
— Да... ты прав...
Правая рука Хари крепко сжала левое предплечье. Её привычка сдерживать эмоции.
— Но я хочу проводить время весело прямо сейчас. Ты согласна, Хари?
Как и много лет назад, я назвал её по имени.
— ...Я тоже очень рада, что мы встретились. Давно не виделись, Коичан.
Так Кидзуки Икои и Суйтэнгу Хари наконец-то встретились по-настоящему.
— И я рад, что ты меня не забыла.
— Спасибо, что всё это время помнил обо мне...
Хари была готова расплакаться от переполнявших её эмоций.
— Ну что ж, будем дружить и дальше, — с улыбкой сказал я, чувствуя, как с души спал огромный камень. Ложь закончилась, и можно было начинать с чистого листа.
— ...В смысле, дружить?! — Хари вдруг резко повысила голос.
— А что не так?
— Ну... технически ты прав, но... я ожидала чего-то другого... — Она начала заикаться, не находя слов.
— Хари, если что-то не так, говори прямо! Мы же только-только снова стали друзьями! Я хочу и дальше общаться с тобой как друг!
— Хватит талдычить слово «друг» в каждом предложении!! — абсолютно нелогично взбесилась она.
— Извини, я просто обрадовался.
— Коичан, так я тебе не нравлюсь?
— Нравишься, конечно.
— Ну тогда...
— Ты мой глубоко уважаемый друг и артистка, за которую я искренне болел. Мои чувства к тебе — это нечто гораздо более чистое, чем банальная школьная влюбленность!
Тут, как её самый старый фанат, я не собирался уступать. Я озвучил свои чувства к Суйтэнгу Хари не как пятилетний ребенок, а как старшеклассник, используя весь свой словарный запас.
— Да ну тебя! Я, как дура, размечталась! Думала, Коичан ко мне...
— Что ты думала?
— Забудь! Отстань!
Хари покраснела до корней волос и отвернулась.
— Я так понимаю, твоему парню не понравится, если мы будем общаться?
Я так и не понял, помирились мы или нет.
— Э... парень... — Хари замерла. — А-А-А! ТОЧНО!
Она издала странный, сдавленный вопль и разом сдулась.
Я стоял в недоумении, глядя на её панику, а троица девчонок на фоне обменялась обреченными взглядами, словно на похоронах. Реакция Файвс была для меня абсолютной загадкой.
Вдруг Хари схватила микрофон и изо всех сил заорала на всю кабинку:
— ДА НЕТ У МЕНЯ НИКАКОГО ПАРНЯ-Я-Я-Я-Я-Я!!!
Её крик эхом отскочил от стен. У меня отпала челюсть.
Хари вытащила из кармана платок и швырнула им в меня. Это был тот самый платок, который я дал ей в кино — она, видимо, его постирала.
Хинава тут же перехватила микрофон и закричала:
— Ага! У меня тоже никого не-е-ет! Как же тяжело было каждый раз врать!
Мию, поддавшись общей волне, тоже взяла микрофон:
— Эм, в общем... у меня то же самое! Ни с кем я не встречаюсь!
Как само собой разумеющееся, микрофон перешел к Конгодзи Платине.
— Я просто ляпнула от балды, чтобы отмазаться от вас, а вы все вдруг решили подхватить. Сама в шоке была, — произнесла она тоном стороннего наблюдателя.
Главная виновница этой лавины лжи, из-за которой все Пятизвёздочные гяру притворялись занятыми, говорила об этом так, словно вообще ни при чем. Ну и язва.
— ЭТО ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ!!! — хором завопили Хари, Хинава и Мию, наступая на Платину.
— Платина-а-а! Как ты могла так нагло врать с таким серьезным лицом?!
— Жесть, а я реально поверила! Платина, тебе Оскар надо дать!
— Платина-тян! Я так мучилась, придумывая оправдания! Это так подло!
В кабинке начался настоящий хаос из-за этого массового разоблачения, а про моё существование все благополучно забыли.
— Кидзуки-си, бросай спасательный круг.
— Как говорится, эта ржавчина — с твоего же меча. Сама виновата, так что смирись и сделай выводы.
— Платина — нержавеющий металл, между прочим.
— Это касается только металла высокой пробы. А ты, Платина, всего лишь человек.
Вот так и вскрылась великая тайна: ни у кого из Пятизвёздочных гяру не было парней. Теперь им больше не нужно было выпендриваться и лгать.
— Хари, скажи мне спасибо. Это я заставила Икои расколоться!
— С чего бы это? Мы с Коичан и так были лучшими друзьями, ничего не изменилось!
— Ой, да ладно! Сама-то губу раскатала, думала, что он тебе в любви признается!
— А ты чего вообще его по голове гладила?!
Хари и Хинава снова сцепились, отвечая ударом на удар.
— На самом деле, именно благодаря Хинаве я смог во всём признаться. Спасибо тебе.
Не пытаясь влезать в их спор, я просто честно признал заслугу Хинавы.
— Ого, ты так плавно перешел на «Хинаву»! — содрогнулась Хари.
— Девочки, хватит ругаться. Кидзуки-кун, ну скажи им, — Мию потянула меня за край пиджака. Стоило ей подойти так близко, как спор Хари и Хинавы мгновенно прекратился.
— Конгодзи, ты бы тоже помогла.
— Пусть шумят, сколько влезет. Только не делайте резких движений, а то макияж испортится.
Её спокойная, отстраненная реплика моментально сменила атмосферу. Я вдруг вспомнил, что сегодня Платина пришла при полном параде. Без своих привычных очков-нулёвок, с аккуратной укладкой и безупречным макияжем, который подчеркивал её красоту, но не нарушал школьных правил. Она больше не прятала свою невероятную внешность.
— Кстати, Платина-тян, ты сегодня даже в школу пришла такая нарядная. С чего вдруг? — невинно поинтересовалась Мию.
— Меня Кидзуки-си заставил.
— Эй, не говори так, будто я тебя принуждал!
— Но ведь именно твои слова стали причиной, не так ли?
В её многозначительном ответе было столько скрытого подтекста, что остальные три девушки заметно напряглись.
— В общем, раз выяснилось, что парней ни у кого нет, соревнование объявляется закрытым. Всем спасибо за участие, — как бывший судья, я решил принудительно завершить этот цирк, пока из искр не разгорелся новый пожар.
— Окей! Тогда давайте устроим гонку: кто первой заведет парня! — тут же выдала Хинава очередную безумную идею.
— Меня в судьи больше не зовите! — я поспешил заранее отказаться от участия в этом безумии.
— Не переживай. Тебе не придется судить.
— Вот и славно.
— Потому что ты, Икои, тоже вполне кандидат в парни! — Хинава сказала это так, словно обращалась и к остальным троим.
— Чего?
— А чему ты удивляешься? Никто не знает, с кем в итоге начнёт встречаться. А ты, Икои, наш одноклассник и друг — так что с тобой тем более всё возможно!
Она улыбалась, говоря это так, словно озвучивала самую очевидную вещь на свете, но мой мозг почему-то отказывался это переваривать. Все четыре пары глаз уставились на меня.
Словно гонг на ринге, в комнате зазвонил телефон, сообщая, что наше время вышло.
— Ну, что делаем дальше? — Хари первой поднялась на ноги.
— Раз уж мы тут все вместе, давайте на память снимемся в пурикура[2]! — Хинава переключилась так, словно предыдущего разговора и не было.
— О, давайте! А потом поедим. А то в прошлый раз мы так и разошлись голодными, — радостно поддержала Мию.
— Возражений нет. Идем, Кидзуки-си. — Платина приглашающе махнула рукой в сторону двери.
— И я тоже?
— Коичан, а ты куда собрался уходить?
— Икои, не будь таким занудой!
— Кидзуки-кун, у тебя какие-то планы?
— Кидзуки-си, мог бы уже и догадаться.
Пятизвёздочные гяру обступили меня, не принимая отказов.
— Точно можно?
— Мы же друзья!!!! — хором возмутились все четверо.
Похоже, мне и правда можно быть рядом с ними. И я поймал себя на том, что от этой мысли на душе становится спокойно.
---
Примечания:
[1] Дринк-бар — зона безлимитных напитков в японских кафе, караоке и семейных ресторанах.
[2] Пурикура — японские фотобудки с автоматической обработкой снимков, украшениями и стикерами; популярное развлечение молодежи.