Гяру с самого начала врубили максимальную скорость

Следующее утро.

Добравшись до своего места в классе 2-Д, я собирался привычно убить время до начала уроков, собирая бонусы за вход в мобильных играх.

И тут меня плотным кольцом обступили девчонки — преданные фанатки Файвс.

— Эй-эй, Кидзуки-кун! Ты ведь вчера после уроков ходил с Файвс в фамирэсу[1]? О чём вы там говорили?

В их глазах сверкало любопытство, а вопрос прозвучал прямо в лоб.

— …От кого вы узнали?

— Да нам тут скинули инфу очевидцы.

Жуткое дело — информационная сеть неофициального фан-клуба «Астрономических наблюдений»!

Впрочем, это ближайший к школе фамирэсу, туда постоянно ходят наши ученики. Если хочешь остаться незамеченным, нужно выбирать места подальше.

— Это личное, так что без комментариев.

Я обещал держать язык за зубами. Рассказывать ничего не буду.

— Да ладно тебе, поделись по секрету!

— Мы не обсуждали ничего особенного.

— Не увиливай! Файвс вообще впервые общались с парнем за пределами школы. Нам жутко интересно! Ну пожа-а-алуйста! Расскажи! — девчонки умоляли меня чуть ли не в отчаянии.

— Если вам так интересно — идите и спросите их самих.

— Мы так не можем, поэтому и просим тебя, Кидзуки-кун. С тобой-то общаться проще-е-е.

Девушка, воркующая со мной таким елейным голоском, по общепринятым меркам была весьма симпатичной. Не окажись в нашем классе всех четверых Файвс — именно она с подругами наверняка была бы в центре внимания.

— Мы просто обсуждали то, что у меня нет девушки.

Они оказались слишком настырными, поэтому пришлось отвлечь их внимание выдумкой.

— Ну, это и так понятно. От тебя, Кидзуки-кун, совершенно не веет какими-то пошлыми мыслями.

— Просто я умело их прячу.

— А?

Я намеренно произнёс это с многозначительной интонацией. На мгновение на ее лице мелькнуло выражение явного удовольствия. Щеки покраснели, глаза блестнули.

— Так что не стоит использовать меня как удобный справочник.

Сменив темп разговора и выдержав нужную паузу, я блестяще увёл тему в сторону и, пока она не успела осознать, что нафантазировала лишнего, подкинул встречный вопрос:

— Лучше вы мне скажите. У этой четвёрки вообще есть парни? Кто-нибудь их видел?

Девчонки переглянулись и восторженно захихикали.

— Они же все такие красотки! Конечно, есть!

— Лично я их не видела, но это сто процентов какие-то супер-красавчики!

— Наверное, какие-нибудь студенты или парни постарше!

— Ещё бы, иначе им не ровня! Ровесники-то сплошь дети!

Их ожидания были какими-то заоблачными. Похоже, из-за выдающейся внешности Файвс люди строили вокруг них абсолютно оторванные от реальности фантазии.

В итоге, фанатки так и не выдали мне ни единого достоверного факта. Вспоминая вчерашние сбивчивые показания самой четвёрки, полные дыр и нестыковок, я пришел к единственному логичному выводу: они врут.

Забыв обо мне, девчонки вдоволь наобсуждали свои теории и, полностью удовлетворённые, наконец отошли от моей парты.

— Ико-о-и, что, период расцвета популярности настал?

Мне на плечи внезапно опустились чьи-то руки. Я оглянулся: позади стояла Хиватари Хинава.

Слишком близко.

Судя по всему, она выжидала момент, когда девчонки разойдутся.

— Если уж взялась делать массаж плеч, то делай на совесть.

— Я могу, конечно, но тебе же ногти воткнутся!

Хинава с улыбкой продемонстрировала свой маникюр. Выглядело заранее больно, так что я решил вежливо отказаться.

— Кто-то видел, как мы вчера сидели в фамирэсу.

— А-а, ну, мы были рядом со школой, так что ничего не попишешь, — Хинава привычным жестом уперла руки в бока.

— У вас всегда так?

— Ну, мы же всё-таки довольно приметные.

— Тяжело быть популярными.

— А ты не любишь выделяться, Икои?

— Кому приятно, когда в его личную жизнь заглядывают без спроса?

— Просто у людей плохо с эмпатией, вот и всё. — Хинава произнесла это так, словно давно с этим смирилась.

— О вчерашнем я, разумеется, промолчал. Можете не волноваться.

— Икои, ты просто супер! Будем и дальше на тебя рассчитывать!

Поддавшись эмоциям, она бросилась мне на шею. Её грудь прижалась к моей спине.

— Стой, отпусти. Так мы привлекаем еще больше внимания.

Я поспешно отлепил её от себя.

С появлением Хинавы моё обычно тихое утро превратилось в шумный балаган. Но на этом веселье принудительно закончилось: в класс вошел классный руководитель.

— Хиватари-сан, вернись на место.

Этого авторитетного приказа хватило, чтобы отправить Хинаву за свою парту перед началом утреннего классного часа.

Принято считать, что гяру, живущие исключительно на драйве и эмоциях, не дружат с учебой. Но с Хинавой всё было не так однозначно. По какой-то причине она была настоящим гением английского: на проверочных всегда набирала максимум, читала тексты из учебника с беглостью и произношением, которым позавидовал бы любой носитель, а на экзаменах стабильно выбивала почти сто баллов.

Внешность бывает обманчива — никогда не знаешь, какие таланты скрывает человек.

☆☆☆☆☆

Обеденный перерыв.

Я сидел за партой и как раз выкладывал обед, купленный по пути в школу в комбини. Я уже собирался вгрызться в дынную булочку (отличный баланс цены и калорий!), как вдруг на стул передо мной кто-то плюхнулся.

— Эй-эй, Икои, а у тебя сейчас есть девушка? — Хиватари Хинава снова начала разговор без всяких предисловий.

— …Действительно, с места в карьер.

Спрашивать о наличии пары у человека, с которым вы едва знакомы — это надо иметь смелость.

— Это называется «лю-бо-пыт-ство»! ☆

— Английским ты владеешь блестяще, а вот родной японский тебе даётся с трудом.

— Хе-хе, просто я глобальная девушка!

Она показала жест «V». Из-за длинных ногтей её пальцы казались ещё длиннее.

И почему, когда люди сами про себя вворачивают такие модные словечки, это всегда звучит так по-дурацки?

— Я же вчера говорил, что у меня нет никакого опыта в отношениях. Вот тебе и ответ.

— А, точно-точно. Вылетело из головы.

Она беззаботно рассмеялась, сводя всё в шутку.

— Хиватари-сан, а ты сама обедать не будешь?

— Я забыла купить! Икои, ну поделись, а? Я кушать хочу-у-у!

Хинава тут же открыла рот, произнеся «А-а-ам».

— Тогда мне самому не хватит.

— Ну бли-и-ин, я же умру от голода.

Хинава умоляюще потянула меня за край пиджака.

— У меня нет привычки радостно делиться своей едой.

— Жаль. Но в буфете сейчас не протолкнуться, так что дай мне просто посидеть тут и убить время. Хоть это-то можно?

То, что она не стала дуться и обзывать меня жадиной, лишний раз доказывало: за внешностью типичной гяру скрывается действительно хороший человек. Хиватари Хинава обладала потрясающим чувством баланса в общении.

— Я не смогу тебя как следует развлечь.

— И не надо. Мне просто хочется узнать тебя получше.

На меня снизу вверх пристально смотрели большие глаза. Даже без цветных линз они казались огромными и отличались по оттенку от глаз остальных.

— А ты напористая.

— Если стесняешься, время твоей жизни продолжает утекать!

И снова эта самодовольная улыбка. Что это за ослепительное выражение абсолютной уверенности в себе? Как ни стыдно признать, я проникся к ней уважением.

— То есть ты предпочитаешь тратить жизнь с пользой.

— Ага! Если тебе весело — значит, всё не зря!

Хинава стояла на своем.

Когда девушка подходит настолько близко, можно по ошибке решить, что ты ей нравишься. Но с чего бы вдруг девушке, с которой мы до вчерашнего дня толком и не разговаривали, и с которой у нас нет почти ничего общего, испытывать ко мне симпатию? Вывод: если принять это за чистую монету, останешься в дураках. Она просто из тех девчонок, которые не чувствуют личных границ.

— Ну так что? Девушки нет, а кто-нибудь нравится?

Она заглянула мне в глаза, сияя от предвкушения. От её легкомысленного поведения моё сердце забилось быстрее. Я и так это знал, но она была привлекательна ничуть не меньше Хари.

— Хорошо бы, если бы кто-то был.

— Значит, ты в активном поиске!

Она подняла указательный палец, словно великий детектив, сделавший гениальный вывод. Идеально подпиленный ноготь блеснул на свету.

— И как это автоматически вытекает из моих слов?

— Молодость и любовь — это же Хэппи Мил для любого старшеклассника!

Да ладно. А я и не знал. Выходит, так думает большинство?

Я чуть было не ляпнул душную фразу в духе «с таким подходом, повзрослев, ты потеряешь к этому интерес», но сдержался. В конце концов, все эти бонусные игрушки, которые нам постоянно покупали в детстве, тоже куда-то бесследно исчезают.

— А какой типаж тебе нравится? Например, если брать нас четверых, кого бы ты выбрал?

Спрашивать у парня в лоб, кто в твоей компании в его вкусе — это мощно. В этой подавляющей прямолинейности вся Хиватари Хинава.

— Хиватари-сан, а тебе-то зачем это знать?

— Затем! Очень даже нужно! И вообще, можешь звать меня просто Хинавой, без всяких там суффиксов.

У Хинавы напрочь отсутствовали тормоза. Она перла вперед в своем ритме, не сбавляя скорости. Одобрение вызывала и её бешеная энергетика, и пулеметная скорость речи. Но настоящая магия заключалась в том, что всё это ничуть не раздражало.

— Как-нибудь потом, если будет настроение.

— Пусть оно появится прям сейчас! Давай!

— Если подождать, удовольствие от результата будет только сильнее.

— О, решил меня подразнить? Икои, ну ты и извращенец!

— Значит, вообще никогда так тебя не назову.

— Не-не-не! Я просто пошутила!

— Хиватари-сан, ты, я погляжу, очень любишь поболтать.

— Правда? Да все девчонки такие. Это ты у нас скорее молчун. Слушай, если у тебя стресс накопился, ты скажи, я выслушаю. — Она вдруг сделала серьезное лицо, проявляя искреннюю заботу.

— Если бы все говорили столько же, сколько я, на Земле было бы куда тише.

— Ой, прикольно сказал!

Она рассмеялась совершенно искренне.

И тут я понял, почему она так популярна. Дело не только во внешности или темах для разговора. Дело в том, что она всегда искренне и звонко смеется в ответ на любые слова. Даже если ты не сказал ничего особенного, она заставит тебя поверить, что ты отличный шутник. Именно это дарит собеседнику чувство удовлетворения и рождает симпатию.

— Слушай, я тут болтаю без умолку. Икои, расскажи и ты что-нибудь!

Ну вот, приехали. Типичная просьба из разряда «сделай то, не знаю что».

У меня отродясь не было таланта легко и изящно развлекать человека, с которым я едва знаком и который сам ко мне подсел. К тому же я понятия не имел, чем Хинава вообще интересуется.

— Да нечего мне рассказывать.

Я без малейших колебаний выбросил белый флаг. Мой принцип: не умеешь — не берись.

— Слушай, Икои…а ты от меня не устаешь? — Она, до этого не сводившая с меня глаз, вдруг отвела взгляд.

— Нет, всё нормально. Тебя интересно слушать.

— Слава богу! Просто я иногда бываю слишком уж энергичной. И некоторых это напрягает.

Их не напрягает, они просто не справляются с таким бешеным напором.

За постоянной болтовней скрывалась тонкая натура Хинавы, умеющая чувствовать атмосферу и заботиться об окружающих.

— Хиватари-сан, ты наверняка пользуешься популярностью.

Я не особо следил за романтической обстановкой в классе, но парней, которым она нравилась, явно хватало.

— Ну, если на то пошло, то мы все четверо популярны.

Она констатировала это как факт, без гордыни, но и без ложной скромности. Для Пятизвёздочных гяру мужское внимание было делом обыденным.

— Я к тому, что с тобой парням общаться проще всего. — Я попытался перефразировать.

Хинава всегда давала реакцию, за которую было легко зацепиться в разговоре. На втором месте была Мию, но, судя по её поведению, она побаивалась парней. Так что, прежде чем завязать с ней диалог, нужно было для начала ей понравиться. Хари же постоянно излучала ауру «даже не думай ко мне подходить» и находилась в состоянии коммуникационной изоляции от всех, кроме подруг. Ну а Конгодзи Платина казалась просто непредсказуемой.

— Но для меня парни — это просто друзья.

Она сказала это так легко, что я даже не понял: это игра или искренняя наивность?

— И в этом разрыве восприятия кроется твой главный грех. — Я озвучил коллективное мнение всех парней пубертатного периода.

В конце концов, парни так устроены: вместо далекого, недосягаемого идеала они влюбляются в девушек, которые рядом, с которыми легко общаться и разговор течет сам собой. К такому выводу я пришел, выслушав бесчисленные любовные жалобы от одноклассников. Почему-то парни постоянно изливали душу именно мне.

— Икои, в смысле?

Ясно, всё-таки наивность. Она реально не понимает.

Чем больше люди общались с Хинавой, тем сильнее влюблялись, тогда как для неё это была просто болтовня. Естественный процесс, в котором нет ни капли романтики. В итоге получался конвейер по производству парней с разбитым сердцем. Да эта гяру — настоящая похитительница сердец!

— Твое очарование в том, что ты не делаешь различий между людьми. Поэтому ты всем и нравишься.

— Тебе тоже, Икои?

— Я же сказал: всем.

В моих словах не было лжи. Её жизнерадостность была заразительна — стоило оказаться рядом, как настроение само ползло вверх.

— О, класс, я так рада!

— Какой позитив.

— А как иначе, ты ведь тоже улыбнулся!

Ослепительно. Её улыбка сияла слишком ярко.

Глядя на то, как она расцветает, словно пышный цветок, я, сам того не замечая, тоже улыбнулся. Невольно поднёс руку к лицу, чтобы проверить.

— У меня было настолько кислое лицо?

— Ну, у тебя вообще с реакциями туго. У тебя лицевые мышцы вообще живые?

Хинава обхватила мое лицо обеими руками и принялась бесцеремонно его мять.

— Эй, эй, не трогай!

— Я просто разминаю твою зажатость!

— Я об этом не просил…Ай, больно-больно-больно! Ты слишком сильно давишь! Ногти впиваются! Прямо возле глаза! По ресницам скребешь!

Я извернулся изо всех сил и вырвался. А Хинава хохотала в голос, явно забавляясь.

— Икои, если не будешь нормально улыбаться, станешь совсем букой.

— Просто в жизни поводов для веселья маловато.

— Значит, буду болтать с тобой чаще, чтобы ты снова улыбался! Улыбка — это важно!

Её беззаботная улыбка — это точно талант от природы. Уровень, недостижимый для таких, как я. Почти дьявольское обаяние. А эту гяру вообще безопасно оставлять без присмотра? Да любой парень поплывет, если она улыбнется ему так же.

— А твой парень не волнуется?

— А-а-а… Ну-у-у… ты об этом не переживай! Никаких проблем!

Я внимательно посмотрел на неё. Хинава попыталась выкрутиться с помощью дежурной улыбки, но вышло слишком уж натянуто.

— Э-эй, не смотри на меня так пристально.

— Ты такая инициативная, а вот когда давят на тебя — сразу теряешься, да?

Она почему-то вдруг смутилась.

Чем сильнее контраст с её внешностью, тем ярче раскрывалось очарование Хиватари Хинавы. Неунывающий характер, раскованность, выдающиеся формы — и при этом абсолютная наивность внутри. Какая хитрая комбинация. Просто не придерешься.

— Когда ты говоришь об этом так спокойно, мне становится жутко неловко!

Значит, парень — это сто процентов ложь. Теперь я был в этом абсолютно уверен. Слишком уж невинная реакция. С другой стороны, зная Хинаву, она вполне могла воспринимать любовь и дружбу с одинаковым накалом эмоций. Отношения, похожие на дружбу — звучит неплохо, никаких тебе лишних заморочек.

И когда это я начал размышлять об отношениях? Похоже, разговор с Хинавой всё-таки сбил меня с толку.

— Ладненько, я пойду. Надеюсь, там еще осталась еда.

— Ага.

— Икои.

— Что?

— В следующий раз жду, что ты назовешь меня Хинавой.

Снова взяв себя в руки, она одарила меня ослепительной улыбкой, выстрелила в сердце из пальца с громким «Ба-бах!» и упорхнула прочь.

Вот оно, чувство, когда тебе не хочется отпускать человека. Сам того не замечая, я провожал её взглядом.

— Только не напридумывай себе лишнего.

И снова гяру за моей спиной. Суйтэнгу Хари, подкравшаяся совершенно бесшумно, выдала холодное предупреждение.

Хоть бы кашлянула для приличия. Внезапные появления Хари вредят моему сердцу.

— У меня нет мании величия, — парировал я, но она и не думала уходить. Видимо, ей было что мне высказать.

— Хинава просто добра ко всем.

Она произнесла это тоном, каким говорят очевидные вещи: например, что на Земле существует гравитация.

— Значит, гяру-святые всё-таки существуют.

— Издеваешься?

— Хвалю. И можешь не переживать — в твою подругу я не влюбился. Я прекрасно понимаю, что для неё это естественный стиль общения.

Я решил сразу объясниться, чтобы не было недопониманий.

— Какой догадливый. А я-то уж решила, что ты поплыл и готовишь признание.

Колючие формулировки. Она всё так же держится со мной настороже.

— Суйтэнгу-сан, ты всегда так тщательно контролируешь круг общения своих подруг?

— Просто не хочу, чтобы какой-нибудь странный тип причинил им боль.

*Какая гиперопекающая подруга.*

— Обижать её я не планирую, да и с чего бы ей влюбляться в меня настолько сильно?

— У Хинавы плохо с тормозами. Если попадет в аварию, будет поздно.

Вполне логичное сравнение. Видимо, Хари хотела сказать, что у её жесткого поведения есть законные основания.

— Говорят, женская дружба на удивление хрупкая, но у вас всё иначе.

— Еще бы. Мы вчетвером лучшие подруги на всю жизнь.

— Ну и отлично, я за вас рад.

Иметь человека, которого можно назвать лучшим другом — настоящее сокровище.

— …Бесит твоя невозмутимость, — Хари скривила тонкие губы.

— А бывает так, что Суйтэнгу-сан нравится кто-то из парней?

— Нет, — отрезала она.

— Мужененавистница?

— Просто не выношу грубость и шум. От суеты у меня голова болит.

— Тонкая творческая натура.

— Это сарказм?

— Это мое мнение.

— Издеваешься надо мной?

— Вовсе нет. Такая восприимчивость — это настоящий талант. Не каждому дано.

— Не звучит как комплимент.

— А ты сама считаешь эту чуткость своей слабостью?

Хари замолчала. Похоже, я попал в яблочко — на её лице снова отразилась досада.

— Эй…только не плачь, ладно?

— Да не собираюсь я!

— Ну, мне бы не хотелось снова доводить тебя до слез.

— В прошлый раз это была просто случайность!

*Раз уж она так настаивает, пусть будет случайность.*

— Твой парень, наверное, гораздо лучше меня умеет делать комплименты.

На самом деле, из всей четверки именно про Хари мне было сложнее всего понять, есть у неё кто-то или нет. Мне было плевать на их вранье, но почему-то хотелось проверить.

— С чего такие выводы?

— Просто не могу представить тебя в хорошем настроении рядом с парнем.

— Это мерзко, когда кто-то фантазирует о моей личной жизни.

— …И то верно. Виноват.

Стоило мне извиниться, как морщинка между её бровей исчезла.

— Слушай, откуда у тебя эта железобетонная непрошибаемость?

Колючий тон Хари был для меня привычным делом, так что, несмотря на прошедшие годы, меня он не цеплял.

— Просто я тебя не боюсь.

— …

Хари замерла, будто пораженная молнией. Она стояла как вкопанная и пристально сверлила меня взглядом.

— Ты всё-таки со странностями.

— Думаешь?

Мне-то казалось, что я веду себя абсолютно нормально. Взгляд Хари немного изменился. Совсем чуть-чуть. Не сказать, что её мнение обо мне перевернулось на 180 градусов.

— Хари. Хватит издеваться над Кидзуки-си.

К нам подошли Конгодзи Платина и Тигира Мию.

— Никто над ним не издевается. Мы просто разговаривали, — насупившись, Хари бросила на Платину недовольный взгляд. И правда, стоило ей слегка нахмуриться, как казалось, что она в ярости.

Но на Платину, как на лучшую подругу, эти убийственные взгляды не действовали совершенно — она воспринимала их с абсолютным спокойствием.

— Кидзуки-кун, Хари-тян просто иногда не умеет подбирать слова. Она не плохая, так что, пожалуйста, не сердись на нее! — Мию тоже бросилась выгораживать подругу.

Похоже, увидев нас вдвоем, они решили, что Хари меня прессует.

— Девчонки, всё в порядке. Мы и правда просто общались. — Я выступил свидетелем защиты Хари.

— Хари заставила тебя это сказать, да? Не бойся, говори правду, — сказала Платина.

— Ага, не нужно притворяться, — добавила Мию.

Самое смешное, что лучшие подруги ей не верили от слова «совсем». Разговаривали как с закоренелой преступницей.

— …Суйтэнгу-сан, как же сильно ты обычно кошмаришь окружающих? — Я ошарашенно посмотрел на неё.

— Что-о-о?! Я ни в чём не виновата! Люди сами себе вечно что-то напридумывают и боятся! — с серьезным лицом и резким тоном принялась оправдываться Хари.

Платина и Мию рассмеялись, словно говоря: «вот-вот, мы об этом и говорили».

Эта королева льда совершенно не осознавала, какое влияние оказывает на окружающих. Именно поэтому Мию и Платина в панике примчались спасать репутацию подруги. Я окинул её снисходительным взглядом.

— Ты чего на меня так смотришь?

— Просто подумал, как же тебе повезло с друзьями.

— Еще бы.

То, что она произнесла это без капли стеснения, лишний раз доказывало: Суйтэнгу Хари доверяет им всем сердцем.

А потом она надулась, скрестила руки на груди и отвернулась.

— В общем, как видите, мы тут в таком режиме общаемся, так что всё в порядке. — Я ещё раз дал понять, что никто не пострадал.

— Кидзуки-кун! Спасибо, что подружился с Хари-тян! Я так счастлива видеть, что она вот так весело общается с мальчиком! — Мию радовалась так искренне, будто дело касалось её самой.

Какая же она все-таки чистая и невинная душа.

— Да ни капли мне не весело! — тут же огрызнулась Хари.

— Кидзуки-си, не мучают ли тебя боли в желудке или тахикардия? Если почувствуешь недомогание, сразу обращайся. Мию обязательно что-нибудь придумает. У неё просто невероятный запас заботы, — посоветовала Платина.

— Э-э, я?! Но Платина-тян, ты же умнее!

— Я предпочитаю людей не лечить, а калечить.

— Идеальное определение скверного характера.

По сути, она только что призналась, что обожает злословить.

— А мне нравится, как быстро ты реагируешь, — Платина дерзко усмехнулась, поправляя очки.

— Так, всё, время обеда заканчивается, пошли! — Хари явно не хотела, чтобы мы продолжали болтать.

— А может, Кидзуки-кун пообедает с нами? — предложила Мию.

— Спасибо за приглашение, но не буду вам мешать.

— Ну вот, нам отказали. У Кидзуки ведь есть своя компания, — проворчала Хари.

— Кстати, а кто у Кидзуки-си лучший друг? — спросила Платина, пока Хари толкала её в спину.

— Пожалуй, у меня сейчас нет никого, с кем бы я общался особенно близко.

Мне было с кем поговорить, но глубоких связей я ни с кем не заводил. Я просто не смог вспомнить человека, которого мог бы с уверенностью назвать другом.

— А тебе не тревожно, когда нет друга, на которого можно опереться? — Хари, казалось, искренне не поняла моего ответа. Она спросила об этом с абсолютно серьезным лицом.

— Как-то не задумывался…

Я жил, не выделяя никого из толпы. Считал, что это нормально. Но её брошенная вскользь фраза подняла в моей душе легкую рябь.

— Понятно. Значит, тебе нормально и одному. Какой ты сильный.

Возникло чувство, будто она ударила по самому больному месту.

— Я — сильный?

— В школьной жизни друзья — это страховочный трос. Разве нет?

Я не нашелся с ответом. Для меня воплощением сильного человека всегда была именно Суйтэнгу Хари. И всё же она изменилась. Я оказался в заложниках у её образа из прошлого, и поэтому сейчас чувствовал диссонанс.

— … Для меня настоящий друг — это нечто особенное. Нельзя так просто разбрасываться этим словом.

— Вот как. Высокие стандарты — это тяжело, — Хари, не уловив сути, пропустила мои слова мимо ушей.

Решив, что на этом разговор исчерпан, они ушли.

— Фу-у-ух, вернулась на околосветовой! — Хинава, пулей примчавшаяся из буфета, присоединилась к остальным.

Четверка Файвс, как обычно, сдвинула парты в конце класса и приступила к обеду.

А я какое-то время просто смотрел на эту картину.

---

Примечание:

[1] Фамирэсу (ファミレス) — сокращение от family restaurant (ファミリーレストラン). Это не название конкретной сети, а целый формат недорогих семейных ресторанов японского типа. Изначально формат создавался для семей с детьми (отдельные детские меню с игрушками, просторные кабинки-диваны, удобные парковки). Но из-за круглосуточного режима и дешевизны ночью туда подтягиваются одиночки, а днём — школьники.

Меню огромное и всеядное — от гамбургеров и пиццы до рамэна, карри и традиционных японских завтраков; цены низкие. Круглосуточный режим (или работа допоздна), дешевизна и терпимость персонала к долгому сидению сделали фамирэсу излюбленным местом посиделок японских школьников и студентов: можно заказать один напиток из «дринк-бара» и сидеть часами — болтать, делать уроки или ждать первый утренний поезд.