Спустившись с башни, я пошёл в сторону амбара, возле которого уже стояли мои друзья.
— (Эрик.) О, вот ты где, а мы гадаем, куда ты пропал.
— (Роланд.) Как себя чувствуешь хоть? Ты вчера достаточно сильно приложился, куда соскочил-то вообще? Лежал бы дальше.
Элеонора выбежала из амбара, посмотрела на меня удивлёнными, но огромными, словно от злости, глазами и ударила меня влажным полотенцем, которое держала в руках, пока спала.
Я чуть отшагнул, удивившись её поведению.
— (Кен.) (С усмешкой.) Ааа, за что?
Эрик и Роланд начали смеяться, а Элеонора лишь продолжала махать у меня перед лицом полотенцем и тыкать в меня пальцем, словно мать отчитывала сына. Роланд, почёсывая затылок, наблюдал за этой ситуацией и не знал, останавливать ли сестру или смотреть дальше на её попытки меня избить.
Элеонора хоть и вроде бы злилась, но была очень милой и забавной, от этого улыбка сама по себе натягивалась на щёки, а смех вырывался наружу.
— (Роланд.) (Смеясь.) Она вчера так за тебя беспокоилась, пол ночи над тобой сидела, а ты просто встал и ушёл, даже не поблагодарив, вот и злится.
— (Кен.) Но вы ведь все спали! Когда я успел бы!?
Элеонора перестала размахивать полотенцем, надула щёки и пошла в сторону столов, за которыми уже завтракали некоторые новобранцы.
Я чуть нагнулся к Элеоноре и негромко произнёс:
— (Кен.) Не злись, я благодарен, что ты была рядом всё это время, спасибо.
Легонько похлопав её по плечу, я понадеялся на то, что она не так сильно обижена на меня, хоть и не до конца понимал, на что именно она обиделась.
— (Кен.) А, кстати, а что за приз-то в итоге был?
Эрик окинул меня недовольным взглядом после заданного мной вопроса.
— (Роланд.) (С усмешкой.) Это была утренняя порция. Вечером все снова едят кашу, а тот, кто поднялся на башню первым, получил целую тарелку мяса.
— (Эрик.) (С недовольством.) Это скорее не награда, а издевательство над остальными.
— (Кен.) (Смеясь.) Да ладно тебе, я вчера вообще не ужинал.
— (Эрик.) (Возмущаясь.) Так и я тоже! Как эту хрень вообще есть можно?
— (Роланд.) Ты такими темпами с голоду помрёшь, если каждый второй приём пищи пропускать будешь.
— (Эрик.) Может тогда они задумаются о подаче нормальной еды?
Пока все смеялись и обсуждали вчерашний ужин, перед нами уже накладывали новые порции еды. Офицеры расставляли по столам тарелки с мутной жижой, слабо похожей на суп. Взяв ложку и зачерпнув это тёмно-зелёное нечто, я засомневался в том, еда ли это вообще.
Пока я рассматривал суп, находящийся в ложке, Эрик уже попробовал его и выплюнул всё на землю.
— (Эрик.) Боже, это вообще что?
— (Роланд.) Ты хоть что-то кроме мяса ешь? Хватит привередничать.
Эрик сидел с недовольным лицом и смотрел за тем, как мы пробуем то, от чего его чуть не вырвало. Попробовав совсем немного мутного бульона, я, Роланд и Элеонора так же, как и Эрик, выплюнули всё на землю.
Кисловатый, невероятно солёный и жирный бульон, который отдавал мерзким горьким послевкусием. Сложно было это назвать чем-то съедобным. Помимо нас, почти каждый из бойцов отказался завтракать.
— (Роланд.) (Сплёвывая.) В этот раз соглашусь, это есть невозможно.
— (Кен.) Что это вообще такое? Кто это приготовил…
— (Роланд.) Каша вчера тоже была не лучшего качества. Надеюсь, хотя бы сегодня поужинаем нормально.
— (Кен.) А мясо вкусное было…
— (Эрик.) (С недовольством.) И только мясо.
После неудачного завтрака все отправились на площадь за попытками покорить башню. Элеонора с ещё большим недовольством пошла в амбар. Роланд с Эриком вместе с остальными пошли в сторону площади. Я, не зная, чем мне заняться, решил понаблюдать за тем, как остальные будут взбираться на башню.
— (Кен.) А чего Элеонора ушла?
— (Роланд.) (Огорчённо.) Думаю, от такого завтрака её настроение испортилось ещё больше. Да и вчера она не смогла даже зацепиться за башню, не знаю даже, как её уговорить попробовать снова…
— (Эрик.) Слушай, Роланд, а зачем ты её вообще потащил за собой? Какой из неё боец-то получится?
— (Роланд.) Я не позволю ей попасть на поле боя. После армии есть и другие должности, на которые она может попасть, не обязательно же сразу с гигантами сражаться…
— (Эрик.) А как же миграция через три месяца? Думаешь, Рон позволит оставить её за стенами, пока остальные сражаются?
— (Роланд.) (Тяжело вздыхая.) Я думаю, у него не останется выбора, в ином случае ничем хорошим это не кончится. Он это сам прекрасно понимает.
— (Эрик.) (Недовольно.) Я тебя не совсем прекрасно понимаю…
— (Кен.) Слушайте, давайте не будем забивать себе этим голову сейчас, а? Всё с Элеонорой будет хорошо, мы ведь все её в обиду не дадим, верно? Она для нас ведь тоже не чужая, уговорим инструктора оставить её за стенами во время миграции, не волнуйся, Роланд.
После нашего разговора ещё какое-то время все сидели молча и наблюдали за тем, как остальные пытаются взобраться на башню. Эрик выглядел слегка раздражённым после разговора об Элеоноре. Казалось, что ему совершенно не нравится то, что Роланд ведёт её за собой.
— (Роланд.) А кстати, Кен, а куда ты утром-то ушёл? Тебя ведь не было в амбаре.
— (Кен.) Аа… Я на башню взбираться пытался.
— (Роланд.) После того как упал? Совсем больной?
— (Кен.) Да я прогулялся сначала, сейчас уже лучше себя чувствую.
— (Эрик.) Взобрался хоть?
— (Кен.) Нет… Снова на половине чуть не свалился и решил пока не пытаться.
— (Эрик.) Я бы после такого падения вообще к этой башне не подходил, да и сейчас, если честно, желания нет.
По какой-то причине я не хотел рассказывать о том, что смог взобраться на башню, и о том, что говорил ночью с инструктором. Это казалось мне чем-то личным, что никогда не хотелось бы вскрывать. Да и, зная, что никто из моих друзей так и не поднялся на верхушку, расстраивать их тоже не хотелось.
— (Эрик.) А где Рон-то? Он же должен нас тренировать, а самого даже не видно.
— (Кен.) Я его утром видел, он говорил, что сегодня его не будет.
— (Эрик.) Выходной получается?
— (Роланд.) Скорее, время потренироваться без его грозного взгляда.
— (Эрик.) Может, это из-за его отсутствия нам этот ужас утром в тарелки положили?
— (Кен.) Сомневаюсь, что он как-то влияет на готовку.
— (Эрик.) Да если бы такому мужику дали это дерьмо и назвали это едой, он бы их всех на верхушку башни закинул голыми руками.
— (Кен.) (Смеясь.) Я смотрю, тебе совсем еда не понравилась?
— (Эрик.) «Не понравилась» — ещё мягко сказано…
— (Роланд.) Эрик, а чем ты вообще помимо еды увлекаешься? Может, о себе хоть расскажешь?
— (Эрик.) Мы с папой раньше охотились. У нас недалеко от дома был лес, в котором было много оленей и кабанов. Поэтому у нас всегда было мясо, а не какая-то каша.
— (Роланд.) Так чего ты не пойдёшь тогда нам кабана не поймаешь? Хочешь же вкусно поесть.
— (Эрик.) Конечно! Я поймаю, а есть все будут? Ещё чего? Ты посмотри, сколько тут людей, одним кабаном не обойдёшься!
— (Роланд.) Жадный ты.
— (Эрик.) И ничего я не жадный. Просто охота много сил требует, а на каше сил не наберёшься, нужно мясо есть!
— (Роланд.) (Улыбаясь и вздыхая.) Всё с тобой понятно. Пойдём лучше сестру из амбара вытащим, что-то она там засиделась.
Пока все были отвлечены на тренировку, мы пошли обратно за Элеонорой, которая так и не вышла из амбара. Дойдя до амбара и войдя внутрь, Элеонору мы не нашли. Сумка с её вещами так и лежала на соломе, а она сама словно пропала.
Роланд осмотрелся, и было видно, что он растерян.
— (Кен.) Может, мы с ней разминулись и она сейчас у башни?
— (Роланд.) Мы ведь по мосту шли, какой там ещё путь может быть?
Эрик с долей презрения смотрел на Роланда, который метался по амбару, заглядывая везде и пытаясь найти Элеонору.
— (Эрик.) (Недовольно.) Вы пока тут ищите, я всё-таки до башни сбегаю, вдруг она там.
Эрик убежал обратно в деревню. Роланд остался осматривать амбар, а я вышел и решил осмотреть ближайшие постройки.
Куда она вообще могла пропасть? Может, просто отошла куда-то в туалет? Куда-то на край леса, ей было бы неудобно делать это на поляне возле амбара…
Походив вокруг амбара, заглянув в разрушенные неподалёку здания и присмотревшись в глубь леса, я так никого и не нашёл. Роланд вышел из амбара и окинул меня обеспокоенным взглядом. Я покачал головой, показывая, что никого не нашёл. Он осмотрелся по сторонам, к нам уже подбегал Эрик.
— (Эрик.) (Отдышка.) Нет её там, и не было. Никто её не видел.
— (Роланд.) (Тихо.) Как не видел…
— (Эрик.) (Агрессивно.) Ну вот так — не видели. Может, мы уже пойдём дальше её искать, а не тут стоять!? Что встали!?
Мы с Роландом переглянулись и посмотрели в сторону леса. Понимая, что единственное место, куда она могла пойти кроме деревни, — это туда, мы побежали вглубь леса и начали искать Элеонору. Заходя всё глубже, я понимал, что это займёт достаточно много времени. Лес был усеян различными кустами и огромными деревьями. Было сложно разглядеть что-то дальше десятка метров.
Мы разделились. Все втроём кричали с разных уголков леса. Я шёл по тропе, по которой мы добирались до деревни. На тропе было множество разных следов. Я старался найти среди них те, которые были оставлены совсем недавно. Но таких следов не нашлось. Прошло уже несколько часов. В лесу становилось всё темнее, и было ощущение, что ещё через пару часов потеряемся уже мы.
Собравшись спустя час поисков на тропе, ведущей в деревню, мы делились результатами.
— (Кен.) (Отдышка.) Ничего не нашёл. Даже следов на тропе новых не было…
— (Эрик.) (Отдышка.) Я тоже ничего не нашёл, только животные рядом по кустам бегали, отвлекали.
— (Роланд.) (Сквозь лёгкие слёзы.) И я ничего…
Я стоял чуть в стороне и наблюдал, как Роланд опирается на дерево и спускается на землю. Эрик смотрел на него, переводя дыхание. Отдышавшись, Эрик подошёл к Роланду, схватил его за воротник и поднял с земли.
— (Эрик.) (Агрессивно.) Ты издеваешься!? Как ты можешь сидеть вообще, пока её не нашёл!?
— (Роланд.) (Тихо.) Я… Я не знаю.
— (Эрик.) (Агрессивно.) Чего ты, твою мать, не знаешь!? Зачем ты тащишь её на войну, если не способен её оберегать даже тут!?
Роланд схватил руку Эрика, державшую его за воротник, отцепил её и оттолкнул Эрика от себя.
— (Роланд.) Да заткнись ты уже, что ты на меня взъелся-то?
— (Эрик.) Я взъелся? Я за твою сестру переживаю больше, чем ты сам, придурок!
— (Роланд.) (Тихо.) Это не так…
Эрик резко замахнулся рукой и почти сразу опустил её обратно. Посмотрев на Роланда в слезах, он отвернулся, посмотрел на небо и протёр глаза.
— (Эрик.) Ладно, сейчас не до этого. Через пару часов тут будет вообще ни черта не видно, нужно торопиться.
— (Кен.) Слушайте, может, она уже вернулась? Вдруг мы просто раньше времени побеспокоились, а она просто куда-то отходила?
— (Эрик.) Может быть, и так. Чёрт, нам ведь ещё и до деревни надо добраться, пока не стемнело.
Эрик ходил на месте, думая о том, как лучше поступить, пока Роланд держался обеими руками за голову, сидя на земле.
— (Эрик.) Ладно, пойдём обратно в деревню. Пока назад будем идти, нужно будет внимательно по сторонам смотреть и звать её, вдруг что.
— (Кен.) Хорошо, тогда идём в деревню.
Эрик подошёл к Роланду и, подхватив его за руки, поднял на ноги.
— (Эрик.) Давай пошли, тебя ещё не хватало в лесу оставить.
По пути в деревню мы так же никого не нашли. Уже виднелся амбар и огонь печи рядом. В нас питалась последняя вера в то, что Элеонора сейчас будет в амбаре ждать нас.
Возле печи стоял один из новобранцев и подкидывал дрова. Я решил спросить, видел ли он Элеонору. А Эрик и Роланд пошли в амбар проверять, там ли она.
— (Кен.) Привет, ты не видел случайно Элеонору?
— (???.) Здарова, Элеонору? Девчонку-то, которая с вами всё ходит? Вот где-то с час назад видел: с Заком из леса с корзинами ягод выходили, в амбаре вроде сейчас должна быть.
— (Кен.) (Выдохнув с облегчением.) В амбаре значит, спасибо!
— (???.) Да не за что, ты её, кстати, позови, всё уже почти готово.
Не вдаваясь в детали о том, что именно уже готово, я отправился в амбар. На подходе я слышал крики и звуки ударов о стену.
— (Роланд.) (Крича.) Урод! Кого-то другого не мог найти!?
— (Зак.) (Отдышка.) Да успокойся, друг, она сама!
— (Роланд.) (Крича.) Что — сама!? Тебя в лесу позвала гулять!? Идиот!
Зайдя в амбар, я увидел, как Элеонора пытается оттащить Роланда, который чуть ли не душил какого-то парня, прижатого к стене. Эрик же стоял в стороне и ещё с парой человек наблюдал за происходящим.
— (Зак.) (Задыхаясь.) Она мне корзинку протянула, на лес показала!
— (Роланд.) (Крича.) А нельзя было предупредить, что вы уходите!? Мы весь день вас по лесу искали! Мог бы сам свои ягоды собрать, зачем её туда вести!?
Я, недолго думая, бросился к Роланду и начал его отталкивать от Зака.
— (Кен.) Успокойся! Роланд!
Эрик, огорчённо вздохнув, тоже подошёл и начал их разнимать. Зак, чуть ли не падая, пошёл в сторону выхода, пока мы держали Роланда.
— (Эрик.) Ну всё, давай успокаивайся, тут сестра твоя, всё хорошо.
Роланд перестал вырываться вслед за Заком и постепенно начал успокаиваться.
— (Кен.) И что это было? За что ты его так?
— (Роланд.) (Отдышка.) Этот урод пошёл с ней в лес, видите ли, ягоды собирать.
— (Кен.) Но они ведь вернулись, всё же хорошо, ты чего??
— (Эрик.) (Огорчённо.) А мне было интересно, что он с ним сделает.
— (Кен.) С тобой-то что сегодня!?
— (Эрик.) Со мной всё нормально, просто сам не уследил, ещё и парня за это чуть не убил.
Элеонора обняла Роланда и вцепилась в него, словно просила прощения за то, что ушла, не предупредив. Роланд крепко обнял её в ответ и лёг на солому.
— (Роланд.) (Тихо.) Больше так не делай…
Эрик пошёл на улицу. Я, учуяв сладковатый аромат выпечки и ягод, пошёл вслед за ним.
На выходе стоял Зак, который разминал свою шею. Эрик молча встал напротив него.
— (Зак.) (Вздыхая.) Ну, я же всё уже сказал. Никуда я её не звал. Она просто принесла мне корзину и показала в сторону леса. Мы и пошли за ягодами.
— (Эрик.) Да ладно, поняли мы уже. Ты-то чего не на тренировке был, что она тебя за ягодами позвала?
— (Зак.) Я остатки после завтрака убирал, почти никто не съел, пришлось сливать в лес.
— (Кен.) А почему ты этим занимался?
— (Зак.) (Неловко.) Ну… Я это приготовил, мне и убирать.
Глаза Эрика наполнились удивлением и яростью.
— (Эрик.) Ах, ты это значит приготовил, да… И кашу тоже ты готовил вчера?
— (Зак.) Ну да… Мы как сюда приехали, мне сказали готовить. Только мясо офицеры жарили, а не я, я не умею.
— (Эрик.) Советую тебе бежать, пока я новую отметину на шее не оставил…
Зак неуверенно сделал шаг назад.
— (Зак.) А? Я же уже сто раз за девочку извинился.
— (Эрик.) Да я не про это…
Зак с недоумением смотрел на Эрика. Кулак Эрика сжимался всё сильнее, и он медленно начал приближаться к нему. Зак, понимая, что его тут видеть не особо рады, поспешил уйти куда подальше, а именно на самый крайний стол. Постоянно оглядываясь на Эрика, который провожал его злобным взглядом.
— (Кен.) Это ты его так из-за супа запугал?
— (Эрик.) Ты это ещё супом называешь!? Это даже мочой назвать комплиментом будет. Травит людей тут, ещё и не стесняется говорить об этом!
После небольшого недоразумения с нашим нынешним поваром мы пошли к столам, от которых веяло приятным ягодным ароматом. Усевшись за стол, мы увидели перед собой тарелки с кусками ягодного пирога.
— (Эрик.) Ооо, вот это я понимаю — ужин! Не то, что вчера этот идиот приготовил!
— (Кен.) Вот видишь, хотя бы печь он умеет.
— (Эрик.) Остальному бы ему научиться.
Роланд с Элеонорой тоже подошли к нам и сели за стол. Все начали пробовать ягодный пирог. Сладкое, слегка суховатое тесто и кисло-сладкая ягодная начинка были превосходным окончанием сегодняшнего дня.
— (Эрик.) Почему, когда вкусно, так мало?
— (Кен.) Согласен, всего один кусок, но такой вкусный!
Съев всего за несколько минут свои куски, все начали вставать из-за столов и проходить мимо нас, благодаря Элеонору.
— (Кен.) Это её за ягоды, что ли, благодарят?
Элеонора улыбается и машет каждому, кто её поблагодарил.
— (???.) Спасибо, Элеонора, вкусный пирог получился. Не знал, что она у вас готовить так вкусно умеет!
— (Эрик.) Это что, она приготовила?
— (???.) Ну да, я же говорил вот ему, чтобы он её позвал. Она его и слепила, и в печь поставила. Только я вытащил и разрезал. Даже несколько их сделала, чтобы на всех хватило. Даже на утро по куску останется.
Все удивлённо посмотрели на улыбающуюся Элеонору, которая смотрела и ждала, когда же её похвалят. Роланд погладил её по голове и приобнял.
— (Роланд.) Молодееец.
— (Эрик.) То есть это ещё и не тот парень приготовил?
— (Роланд.) Какой парень?
— (Эрик.) Который нас утром отравить пытался.
— (Кен.) Слушай, а ты умеешь что-то ещё готовить?
Элеонора одобрительно покачала головой и стала улыбаться ещё сильнее и ярче.
— (Кен.) Роланд, может, тогда договоримся с инструктором, чтобы она нам готовила?
— (Эрик.) Отличная идея! Первым приготовим Зака!
Элеонора нахмурилась.
— (Эрик.) Ну ладно… Можно его просто уволить.
— (Роланд.) Хм… А почему бы и нет? Если инструктор будет не против, то это очень даже хорошая идея. Ты согласна?
Элеонора кивнула и снова обняла брата.
— (Роланд.) (Смеясь.) Вот и договорились.
Закончив ужинать, мы пошли в уже привычное нам место для отдыха. Все легли на солому и ждали с нетерпением завтрашний день. В частности — из-за оставшихся на утро кусков ягодного пирога, приготовленного Элеонорой.