Вечер опускался на арену, но солнце словно отказывалось скрываться за горизонтом, освещая площадь мягким золотистым светом. Над ареной парили сияющие флагштоки всех рас, участвовавших в турнире. Толпа не утихала — каждый зритель чувствовал, что станет свидетелем не просто награждения, а чего-то большего. Оркестры заиграли торжественную мелодию. Над трибунами развернулись голографические экраны, демонстрируя повторы величайших боёв.
В центре арены на возвышении стояли трое победителей. Клейн — сдержанный, но с лёгкой улыбкой на лице. Алагей — гордый, но в этот раз без обычной ухмылки. Алекс — с руками в карманах и привычной полунасмешливой позой.
Высший магистр турнира, облачённый в ритуальные одежды, вышел вперёд. Его голос усилился магией и эхом прокатился по арене:
— Турнир рас завершён. Мы стали свидетелями чести, силы и воли. Позвольте представить тех, кто вошёл в историю.
Он сделал шаг к Алексу:
— Третье место — Алекс, представитель человечества. Против всех ожиданий ты доказал, что даже в мире мифических рас человеческая решимость способна сиять ярче стали.
Из парящей сферы перед магистром всплыл древний артефакт — Ковчег Славы. Он переливался янтарным светом, будто в нём мерцали три искры.
— Этот духовный инструмент — одно из величайших наследий мира. Сливаясь с владельцем, он способен трижды в день защитить его или его союзников от смертельной атаки.
Алекс молча принял артефакт, взглянув на него с долей уважения.
Магистр шагнул к Алагею:
— Второе место — Алагей, наследник архангелов. Твоя сила вышла за пределы звёзд, и ты показал, на что способен тот, кто пересёк границы невозможного.
В воздухе вспыхнул свет, и перед ним появился Меч Звёзд — выкованный из двух тысяч ядер древних светил, переплавленных богом кузнечного пламени. Клинок переливался небесными цветами — то синим, то белым, то багровым.
Алагей, взяв его, слегка улыбнулся.
— Как будто он знал, что я приду, — прошептал он, держа меч с благоговением.
Наконец, магистр обернулся к Клейну:
— Первое место — Клейн, представитель демонов и… хаоса. Ты не только сразил сильнейших, но и не сломался, когда сила звезд нависла над тобою. Ты — победитель этого турнира.
Из безмолвия пространства появилась Мантия Невидимости. Её невозможно было описать — она будто и не существовала, тень внутри света, ткань, сотканная из пустоты. Единственная в своём роде. Невидимая — не только глазу, но и концептам.
Клейн принял её молча. Но едва магистр отошёл, тот сделал шаг вперёд, и толпа сразу притихла.
— У меня есть пара слов, — начал он.
Тишина. Тысячи глаз — на нём.
— Этот турнир был испытанием. Не только силы, но и духа. Я сражался за тех, кто верил в меня. За друзей. За свою расу. За будущее. Но больше всего — за ту, кто сделала меня сильнее, чем время. И сильнее самого себя.
Он повернулся к трибунам и поднял руку.
— Миравель Альтезар. Принцесса крови. Любимая моего сердца. Прошу, подойди ко мне.
Из глубины трибуны появилась она — в алом платье, в котором сражалась, с лёгкой улыбкой и глазами, полными предчувствия.
Клейн опустился на одно колено. Из кармана плаща он достал кольцо с тёмным камнем, в центре которого пульсировала миниатюрная звезда.
— Я хочу, чтобы это услышал весь мир. Через четыре дня состоится наша свадьба. И если ты примешь мою руку, я обещаю, что даже само время не посмеет нас разлучить.
Миравель сделала шаг. И ещё один. Затем — протянула руку и с гордой улыбкой ответила:
— Да, Клейн.
Взрыв аплодисментов сотряс воздух. Даже звёзды, казалось, дрогнули от грома оваций.
И в этот миг, среди тысяч лиц, только четверо знали: впереди не только свадьба, но и война, о которой ещё никто не догадывался.
Высоко над ареной, в тени парящего купола, где ни свет магических ламп, ни глаза охраны не могли заглянуть, что-то двигалось. Человеческий силуэт, скрытый под мантией невидимости, смотрел вниз, сквозь кристаллические линзы.
— …Он сделал это, — голос наблюдателя был глухим, почти шепотом, — он действительно осмелился.
Внутри его капюшона блеснули глаза — не гневные, нет. Полные непонимания. Вопросов. И опасения.
Скользнув вглубь тени, фигура прикоснулась к медальону на груди — древнему передатчику, работающему даже вне времени. Несколько импульсов — и связь установлена.
— Докладываю. Клейн. Сделал предложение Миравель Альтезар. Она согласилась. Через четыре дня свадьба.
Секунда молчания.
Затем — голос. Тихий, искажённый, будто идущий сразу из тысяч измерений одновременно:
— …Значит, всё идёт именно по этому пути. Не важно, как. Сорвать эту свадьбу. Это приказ.
Передатчик затих. Сила исчезла, как волна от прошедшего цунами.
Фигура в тени осталась неподвижной ещё минуту, прежде чем раствориться в воздухе — как будто её и не было.
Праздник продолжался внизу. Музыка, свет, поцелуи и смех.