Где-то в небе испуганно вскрикнул оставшийся в живых малыш перитон. Сота решил отложить все вопросы касающиеся прокачки и названия меча Гейба на потом. Он посмотрел на труп главы семейства. Увидь он это из прошлого, в жизни бы не поверил, что они сумели его победить.
– Победили... Мы... Победили... – Сота схватился за лицо. На глаза навернулись слёзы. Он сам не знал от чего.
«Хорош Сота! Ну вот! Можешь же когда захочешь!» – Каната в голове похвалил его за хорошую игру.
Сота продолжал плакать, пока не услышал шаги. Перед ним стоял Гейб, протягивающий руку.
– Ты молодец. А теперь помоги мне перенести этих двоих.
Юноша принял руку.
– Как там Сара?.. – спросил он.
– Я остановил ей кровь магией земли, – коротко ответил Гейб. – Из-за того, что перитон не вытаскивал из неё рогов, она потеряла не так много. Но ранения серьёзные.
Он взвалил Клерка себе на спину, а Сота сделал то же самое с Сарой. Они вернулись в амбар, но фермера там уже не было. Тогда они пошли к дому. Сота постучал. Нет ответа. Попытался открыть. Закрыто. Гейбу это надоело, и он одним ударом ноги выбил дверь. Старик вскочил с кровати. Видимо, он спал.
– Мы закончили, – коротко бросил Гейб. – За ущерб выплатишь какую-нибудь компенсацию.
Он посмотрел вначале на Клерка, затем на Сару и испуганно кивнул. Затем, немного порывшись в шкафах, он выудил оттуда золотую монету и протянул её Гейбу.
– Спасибо вам, ребята... – сказал старик. – Если бы не вы... Как компенсацию, могу дать вам какое-нибудь животное с фермы. Кого хотите?
– ...
Гейб хотел было возразить, но Сота прервал его.
– Постой, Гейб. Я хочу взять кого-нибудь.
Парень удивлённо посмотрел на Соту, но промолчал. Они прошли на ферму, к тем самым загонам с изнурёнными животными.
– Единственные, кого я могу дать, – это свиньи и слизи. Остальные животные опасны. Вот, к примеру, – он указал на существ с головами петуха и чёрной дымкой на глазах, – кокатрис. Одним взглядом в камень превратить может. Приходится, как и на катоблепаса, – он указал на стадо быков и коров с опущенными головами, – ослепляющую магию накладывать. Камадхену не могу отдать, – фермер кивнул на истощённую корову с головой женщины, – на ней весь бизнес держится. Её молоко очень дорогое, между прочим...
– А жизни этих людей дешевле твоего тупого молока? – с давящей холодностью спросил Гейб.
Повисла пауза.
– Но ведь вы сами согласи—
Сота схватил за запястье чуть не сорвавшегося с места Гейба.
– Всё нормально, – сказал он, не отпуская его руку. – Мы возьмём слизня.
– С-сейчас... – испуганно попятился старик.
Через пару минут он принёс ведро, в котором плавал слизень с глазами.
– Этот вид безвреден, не то что их зелёные собратья. Некоторые их даже как домашних животных используют.
Сота взял ведро в руки.
– Спасибо. Мы пойдём.
– До свидания, – фермер всё ещё испуганно помахал им на прощание.
---
Они вышли на грунтовую дорогу, всё ещё держа друзей на спине, и, постояв около десяти минут, сели на едущую к городу карету, где сиденья были более удобные. Возничий испуганно провожал эту парочку взглядом. Неудивительно: парень во всём чёрном с мечом за спиной, несущий истощённого парня во всём белом на спине, и юноша в белой рубашке, испачканной кровью, несущий на спине девушку с колотыми ранами на груди. По пути он попытался взаимодействовать со слизнем.
«Если я засуну туда руку, он ведь её не откусит?..» – пытался он отшутиться и поднять себе настроение после сегодняшнего.
В голове всё ещё стояла картина семьи, поедающей свою мать, и то, как яростно Сота вонзал нож в шею перитону. От таких воспоминаний его тошнило и хотелось вывернуться на изнанку на месте. Поэтому он пытался об этом не вспоминать, хотя это давалось ему с трудом.
В очередной раз посмотрев на свою руку в крови перитона и моментально выбросив из головы тошнотворные образы, он сунул руку прямо в центр ведра.
Глазки слизи разъехались в сторону и скосились на руку между ними. Затем они начали весело щекотать руку, от чего Сота невольно, сквозь стеклянный взгляд, улыбнулся и пощекотил его в ответ.
– Что за... – Сота почувствовал внутри массы какой-то плотный бугорок. Когда он пощекотил рядом с ним, слайм нежно заурчал, масса стала теплее, а слайм закатил глаза и окрасился в розовый, будто наслаждаясь этим. – Чего это ты?
Он вытащил руку, и слайм разочарованно пустил пузырьки.
«Открыть статус».
Перед ним открылось синее окно. Он посмотрел на свои очки прокачки и обнаружил, что их было пять!
– Стоп... Когда я... – поглядев на открывшееся окно пару секунд он шлёпнул себя по лицу. – Боже, я что, правда не заметил начальные очки?..
Отчитав себя за невнимательность, он занялся прокачкой. По итогу получив такой результат:
---
Характеристики
(доступно очков прокачки: 0)
СИЛ: 2
ИНТ: 1
ЛОВ: 2
СКО: 2
УДА: 1
HP: 4/11
MP: 11/11
SP: 8/10
---
Он решил вкачать всё, не видя нужды в том, чтобы оставлять на потом.
«Чувствую, прокачиваться мне здесь будет сложно... Это как хардкорное RPG.»
Его УР, как и предполагалось, поднялся до третьего, а опыт составлял 5/30.
«А ещё за помощь в убийстве перитона я получил 35 опыта.»
Он перевёл взгляд на слизь, крутившуюся в ведре по часовой стрелке.
– Надо бы дать тебе имя... А ты мальчик или девочка? Или у слаймов нет пола?
Масса в ведре моргнула, и на ней появился бантик из такой же слизи.
– Значит, девочка... Хм... Гейб, у тебя есть предложения?
– ...
– Понятно. Тогда... Как тебе просто Слайм? Или Лайм?
Она недовольно заурчала. Сота примирительно выставил руки вперёд:
– Понял, понял. Тогда... Может, Мукус? Или Мука?
Жижа закружилась в ведре по часовой стрелке, будто обдумывая. Остановившись, она вновь заурчала.
– Хм-м... Что же тогда? О! Дам тебе имя на своём языке! Если так, то ты будешь... Нэба!
Нэба засияла и от радости начала плескаться. Когда радость прошла, она вытянулась к Соте в форме вопросительного знака.
– Ну... Это на нашем языке. Что-то типа "липкий" или "тягучий".
Нэба медленно откинулась назад, мол, «А-а-а, понятно», и плюхнулась обратно в ведро.
– Кстати, а чего это с тобой произошло, когда я тебя потрогал? – шёпотом поинтересовался Сота. – Всё в порядке?
Нэба замерла. Её глазки-бусинки внезапно округлились, а синий цвет превратился в малиновый. Она вытянулась из ведра, зависнув прямо перед лицом Соты, и начала активно трансформироваться, пытаясь что-то объяснить.
Сначала она приняла форму человеческой ладони, которая… начала совершать характерные, ритмичные движения вверх-вниз в воздухе.
– Э-эм… Чего? – Сота нахмурился, не понимая намёка. – Ты типа… машешь мне?
Нэба разочарованно булькнула. Жидкая ладонь растаяла. Слайм согнала всю свою массу на дно ведра, оставив по центру небольшую, вертикальную, очень чувствительную на вид выпуклость. Затем Нэба разделила часть своего тела на две маленькие «ручки», схватила ими эту выпуклость и начала яростно, от усердия закатив глаза, тереть её, катаясь по ведру, розовея и издавая восторженное, прерывистое урчание.
Сота замер. В его мозгу со скрипом повернулись шестерёнки.
– Погоди... – прошептал он, чувствуя, как лицо заливает краской, и вспоминая, как она розовела и закатывала глаза. – То, что я трогал рукой и щекотал в самом центре... это была твоя... твоя...
Слайм радостно закивала всем телом, остановилась и, растянувшись, с размаху плюхнулась в ведро, подняв фонтан розовых брызг.
Юноша сложился пополам и прикрыл рот рукой, всё ещё сгорая от стыда.
– Боже… я... я... – Сота в ужасе закрыл лицо обеими руками.
«Помастурбировал слайму!!!!!»
– ...Мне не хорошо...