Глава 25. Следы прошлого
Я долго не мог заснуть.
В трактире было непривычно шумно. За стеной кто-то разговаривал, на первом этаже время от времени скрипели половицы, а с улицы доносился ветер. В Рейвенхольме я привык к другим звукам. К знакомым голосам соседей, к шагам отца по лестнице, к скрипу старой двери.
Здесь всё было чужим.
Я перевернулся на другой бок и закрыл глаза.
Перед ними снова возник лес.
Сломанный щит.
Рыцари, которые ещё утром казались мне сильными.
И тот Вестник.
Почему он вообще оказался там?
Я уже хотел перевернуться обратно, когда услышал знакомый голос.
— Раз ты так хотел меня увидеть, мог бы хотя бы поздороваться.
Я открыл глаза.
Комната исчезла, уступив место белому пространству. Бог сидел напротив и улыбался, будто давно ждал этой встречи.
— Я как раз собирался тебя позвать.
— Знаю. Хотел посмотреть, сколько времени ты будешь думать сам.
Я вздохнул.
— Тогда не будем терять время. Могильный Вестник. Насколько они сильны?
— Достаточно, чтобы ты перестал считать их обычными мертвецами.
— Это я уже понял.
— Тогда объясню проще. В армии лича Вестник — примерно капитан отряда. Он командует другими видами нежити и ведёт их в бой. В зависимости от качества создания может оказаться намного опаснее обычного командира.
Я нахмурился.
Информацию о Вестниках я уже встречал в академии. В учебниках их относили к сильной нежити, способной управлять целыми группами мертвецов. Но одно дело — прочитать это в книге, и совсем другое — увидеть такого противника самому.
— В прошлой жизни я встретил одного незадолго до смерти, — сказал я. — Но тот отличался от нынешнего. Он разговаривал, понимал происходящее и сам задавал вопросы. Этот же молчал и только управлял нежитью.
— Потому что нынешний, скорее всего, был недоразвитой формой.
— Недоразвитой? Он почти уничтожил отряд.
— Недоразвитый не значит слабый.
Я вспомнил неподвижное лицо мертвеца и сжал кулаки.
— Тогда кто его создал?
— Возможно, уже существующий лич. А может, появился новый.
— Новый лич? Но они ведь возникают очень редко.
— Редко — не значит никогда. Возможно, это была его первая попытка создать Вестника.
— И он учится на людях?
— Для полноценного Вестника нужен подходящий материал: человек, который был достаточно силён при жизни. Из любого тела можно сделать нежить, но хороший Вестник получится далеко не из каждого.
Я сразу вспомнил рыцарей, капитана и всех, кто остался в лесу.
— Значит, тот был первым результатом?
— Неудачным или незавершённым. Но следующая попытка может оказаться лучше.
От этой мысли мне стало неуютно.
— Где-то может быть новый лич, который сейчас учится создавать Вестников, а мы ничего об этом не знаем.
— Ты ничего не знаешь, — поправил бог.
— А ты знаешь?
— Я знаю много вещей.
— Тогда почему не рассказываешь?
— Потому что если я отвечу на всё сразу, тебе станет скучно. Да и ты слишком серьёзный.
— Мне хватает приключений.
— Вот видишь? Уже жалуешься.
Я усмехнулся.
— Хорошо. Тогда следующий вопрос.
Бог уже собирался кивнуть, но вдруг прищурился.
— Кстати, ты ничего не забыл?
— Где?
— В Рейвенхольме.
Я перебрал в памяти оставленные вещи: одежду, тренировочную палку и несколько мелочей.
— Нет.
— Точно?
— Да.
— Даже тринадцать ядер маны, которые ты так старательно собирал?
Я замер.
Бог рассмеялся.
— Я забыл, — признался я.
— Я заметил. Годами прятал их и использовал по одному, а потом просто уехал, оставив всё в старом доме.
— Я думал о нежити, эвакуации и том, что нас чуть не уничтожили.
— Разумеется. О запасах подумать было сложнее.
— Если мы вернёмся, я их заберу.
— Если вернётесь.
Я посмотрел на него с раздражением.
— Ты специально это вспомнил?
— Конечно. Иногда тебе полезно напоминать, что ты не настолько предусмотрителен, как думаешь.
— Ты ужасный бог.
— Зато полезный.
Белое пространство начало растворяться.
— Подожди. У меня ещё вопросы.
— В следующий раз.
— А если я забуду?
— Не переживай. Я напомню.
Мир вокруг меня исчез.
Я открыл глаза.
Потолок трактира.
За окном только начинало светать.
Несколько секунд я лежал неподвижно, пытаясь понять, где нахожусь. Потом вспомнил разговор и сел на кровати.
Ядра.
Бог оказался прав. Тринадцать ядер лежали в Рейвенхольме вместе с остальными вещами, и теперь я не имел ни малейшего представления, когда смогу туда вернуться.
Я быстро оделся и спустился вниз.
В трактире уже начиналась жизнь. Кто-то завтракал, хозяин носил кружки между столами, а у входа стояли несколько местных жителей.
Мне нужно было узнать, что находится вокруг Вальдена. Если мы задержимся здесь надолго, я не собирался сидеть без дела.
Я подошёл к мальчику примерно моего возраста, который сидел за столом вместе с двумя другими ребятами.
— Можно спросить?
Они посмотрели на меня.
— Ты из Рейвенхольма?
— Да.
— А у вас там правда нежить была?
— Да. Поэтому нас и отправили сюда.
— А ты сам её видел?
— Видел.
Мальчик немного помолчал, а потом спросил:
— А она страшная?
— Очень.
Двое других ребят придвинулись ближе.
— А ты с ней дрался?
— Приходилось.
— И не убежал?
— Не успел бы.
Они переглянулись.
— Ты смелый, — сказал один из них.
— Или глупый, — добавил второй.
— Мне часто говорят, что я странный.
— Это потому что ты про нежить спокойно говоришь, — объяснил первый мальчик.
Я решил не продолжать эту тему.
— Лучше скажите, тут есть места, где можно охотиться?
— Охотиться? — переспросил мальчик.
— Ну да. На монстров.
— А зачем?
— Хочу стать сильнее.
— А-а… — протянул он. — Тогда тебе лучше не идти в старый лес.
— Почему?
— Потому что там плохие монстры.
— А какие именно?
Ребята задумались, стараясь вспомнить всё, что слышали от взрослых.
— На севере есть ельник, — сказал первый мальчик. — Там живут лесные крысы.
— Большие?
— Ну… где-то вот такие, — он показал руками размер с небольшую собаку, потом подумал и уменьшил расстояние. — Хотя некоторые говорят, что бывают и больше.
— Они сильные?
— Если одна — не очень. А если их много, то лучше убегать.
— Они кусаются?
— Конечно кусаются! Это же крысы.
— И ещё они из земли выскакивают, — добавил другой мальчик. — Я сам видел. Ну, почти видел. Мне брат рассказывал.
— Они могут прятаться в земле?
— Ага. И потом — прыг! Прямо под ноги.
Я запомнил.
— Ещё что-нибудь есть?
— На каменных холмах живут рогатые зайцы, — сказал первый мальчик.
Я приподнял бровь.
— Зайцы?
— Да. Только не обычные.
— А что они делают?
— Бодаются.
— Зайцы не бодаются.
— Эти бодаются! У них рога на голове.
— И ещё они очень быстро бегают, — добавил его товарищ. — Раз — и уже далеко.
— Они нападают первыми?
— Если их не трогать, вроде нет.
— А если тронуть?
— Тогда лучше не трогать.
Я посмотрел на него.
— Это я уже понял.
Мальчик пожал плечами.
— Я просто предупреждаю.
— Что-нибудь ещё?
На этот раз заговорил третий мальчик, до этого молча ковырявший ложкой кашу.
— Возле ручья есть болотные ящеры.
— Они большие?
— Не очень. Вот примерно с телёнка.
— Это довольно большие.
— Ну да. Но они в воде сидят и почти не двигаются.
— А потом хватают за ногу, — быстро добавил первый мальчик. — Дядя Пётр так чуть сапог не потерял.
— Он сам полез в воду, — возразил второй.
— Потому что хотел достать ведро.
— А ящер его утащил?
— Не утащил. Только сапог стащил.
— Значит, возле воды нужно быть осторожным.
— Ага. И не совать руки в камыши.
— Почему?
— Потому что там может кто-нибудь сидеть.
— Кто?
Мальчик пожал плечами.
— Ну… ящер.
— Или лягушка, — добавил другой.
— Лягушка не съест руку.
— Большая болотная может попробовать.
Я кивнул.
— А что на востоке?
Ребята сразу перестали улыбаться.
— Туда лучше не ходить, — сказал первый.
— Там старый лес, — объяснил второй. — Папа говорит, что там монстры злые.
— Какие?
— Не знаю. Он не рассказывал.
— Наверное, потому что сам не знает, — пробормотал третий.
— Знает!
— Тогда почему не сказал?
— Потому что ты маленький.
— Мы одного возраста!
— Но ты всё равно маленький.
Я едва заметно улыбнулся.
— А где охотятся взрослые?
На этот раз мне ответил мужчина за соседним столом, до этого молча слушавший разговор.
— В основном ходят к северному ельнику. Там водятся лесные кабаны.
— Они сильные?
— Для неопытного охотника — да.
— А они большие?
— С телёнка, а некоторые и побольше.
— И тоже нападают?
— Если разозлить — обязательно.
— А если не злить?
— Тогда могут просто пройти мимо.
— А если случайно разозлить?
Мужчина усмехнулся.
— Тогда лучше бежать прямо и не оглядываться.
— А кабан быстро бегает?
— Быстрее, чем тебе хотелось бы.
— Он может догнать лошадь?
— Если лошадь испугается — может.
Ребята за столом зашептались.
— Я бы на кабана не пошёл.
— А я бы пошёл, если бы у меня был большой топор.
— Ты бы от одного вида кабана на дерево полез.
— Неправда!
— Правда.
— Сам полез бы!
Мужчина покачал головой.
— На каменных холмах ещё встречаются серебристые лисы. Они слабее кабанов, но поймать их трудно.
— Они кусаются?
— Если поймаешь — да.
— А если не поймаешь?
— Тогда не кусаются.
Мальчики засмеялись.
— Они умеют исчезать, — сказал один из них.
— Не исчезать, а прятаться, — поправил мужчина.
— Нет, бабушка говорила, что они прямо пропадают.
— Бабушка любит рассказывать сказки.
— А вдруг правда?
— Тогда поймаешь и проверишь.
Я задумался.
— Простите, а можно ещё кое-что спросить? — обратился я к мужчине.
— Спрашивай.
— К каким типам маны относятся эти монстры?
Мужчина посмотрел на меня внимательнее.
— Ты уже знаешь про типы маны?
— Немного. Глава деревни объяснял основы.
— Тогда объясню, как принято считать у охотников. У каждого монстра есть основной элемент, который проявляется в его теле и способностях. Но это не значит, что любое существо одного вида будет обладать одинаковой силой. У молодых монстров ядро слабее, а у старых или мутировавших могут появиться дополнительные свойства.
Он загнул палец.
— Лесные крысы относятся к земляному типу. Они чувствуют колебания почвы, умеют быстро зарываться и укрепляют маной когти и зубы. Иногда у старых особей встречается вторичный элемент — металл, но возле Вальдена таких пока не замечали.
Я запомнил.
— Рогатые зайцы относятся к воздушному типу. Их тело лёгкое, а мышцы насыщены маной ветра. Благодаря этому они могут резко менять направление, совершать длинные прыжки и наносить сильные удары рогами. Настоящих заклинаний они не используют, но их рывки иногда выглядят именно так.
Он загнул следующий палец.
— Болотные ящеры — водный тип. Они хорошо чувствуют себя в воде, могут долго не дышать и почти бесшумно двигаться под поверхностью. Некоторые способны на короткое время уплотнять воду вокруг пасти или хвоста, поэтому их хватка бывает сильнее, чем можно ожидать от обычного зверя.
— А серебристые лисы?
— Лёд и свет, — ответил мужчина. — Основной у них ледяной элемент, а свет проявляется слабее и отвечает за их скрытность. Они могут приглушать запах, отражать солнечные блики от шерсти и на короткое время становиться почти незаметными на снегу или в тумане. Но настоящего исчезновения у них нет — это просто хорошая маскировка и немного световой маны.
Мальчики разочарованно переглянулись.
— Я же говорил, что бабушка преувеличивает, — сказал мужчина.
— А лесные кабаны? — спросил я.
— У них два элемента: земля и огонь. Земля укрепляет кости, мышцы и копыта, а огонь накапливается в теле во время разгона. Поэтому разъярённый кабан может оставить ожоги даже без прямого контакта с пламенем. Чем дольше он бежит, тем сильнее становится его удар, но тем труднее ему повернуть.
— Значит, нужно не просто убегать, а уходить в сторону?
— Если успеешь заметить атаку — да. Но неопытному охотнику лучше не проверять это на себе. Кабан может резко остановиться, развернуться и снова броситься в атаку.
— А у болотных ящеров точно только вода?
— У местных — в основном вода и немного земли. Я не упомянул это сразу, потому что для охоты важнее их водная природа. Земля помогает им прятаться в грязи и удерживаться на дне. Но если встретишь ящера с чёрными полосами на спине, уходи сразу. Такие особи могут иметь яд или тёмный элемент.
Я кивнул.
— Понятно.
Мужчина посмотрел на меня серьёзнее.
— И ещё запомни: элемент не определяет всю силу монстра. Земляная крыса может быть слабой, а может оказаться старой маткой, которая управляет стаей. Воздушный заяц может просто быстро бегать, а может научиться создавать режущие порывы. Вода у ящера может помочь ему спрятаться, а может превратиться в полноценную атаку. Всегда смотри не только на тип маны, но и на возраст, размер и поведение зверя.
— Спасибо. Я это запомню.
Я задумался.
Лесные крысы — земляной элемент. Слабые, но умеют укреплять тело и нападать из засад.
Рогатые зайцы — воздушный элемент. Быстрые, с резкими рывками и короткими порывами ветра.
Болотные ящеры — водный элемент, иногда с примесью земли. Засадные хищники, способные атаковать из воды и прятаться в грязи.
Серебристые лисы — лёд и свет. Не слишком сильные, зато быстрые, скрытные и хорошо приспособленные к маскировке.
Лесные кабаны — земля и огонь. Медленные на поворотах, но опасные во время разгона и способные обжечь противника.
Большинство из них были значительно слабее существ, с которыми я сталкивался в Рейвенхольме.
Но это даже было хорошо.
Мне нужно было узнать местность и найти новые источники ядер маны.
Если повезёт, ядра слабых монстров можно будет использовать для тренировок или обменять на деньги. Кроме того, сражения с существами разных элементов позволят лучше понять их способности.
Я поблагодарил мужчину и отошёл от стола.
— А ты правда пойдёшь охотиться? — спросил первый мальчик.
— Да.
— На крыс?
— Возможно.
— Тогда возьми палку потолще.
— И не ходи один, — добавил второй.
— А если пойдёшь к ручью, не стой близко к воде.
— И если увидишь кабана — не кричи.
— Почему не кричать?
— Потому что он тоже испугается.
— А если он уже увидел тебя?
Мальчик задумался.
— Тогда… кричи.
За окном постепенно становилось светлее.
Я посмотрел в сторону дороги, по которой мы пришли.
Где-то там, далеко за холмами, остался Рейвенхольм.
И тринадцать ядер, которые я теперь точно не собирался забывать.
Я тихо усмехнулся.
— Сначала охота. Потом всё остальное.
После встречи с Могильным Вестником мне хотелось стать сильнее ещё больше.
И теперь у меня появилось место, где можно было начать.