Глава 8. То, что осталось внутри
В тот день я впервые познакомился с братьями. Их звали Лиам и Эдрик.
Они были примерно моего возраста и жили в соседнем доме. До этого я несколько раз видел их на улице, но мы почти не разговаривали. Обычно братья носились по деревне с деревянными мечами, спорили из-за какой-нибудь ерунды и исчезали в лесу раньше, чем матери успевали позвать их домой.
В тот раз всё началось с того, что я сидел возле реки и пытался привести в порядок свою деревянную палку. Она уже давно перестала быть похожей на меч. После нескольких месяцев тренировок на ней появились царапины, небольшие трещины и вмятины. Отец несколько раз говорил, что пора сделать новую, но я всё откладывал.
— Ты опять со своей палкой?
Я поднял голову. Передо мной стоял светловолосый мальчишка примерно моего возраста. Рядом с ним был его брат — такой же светловолосый, но немного ниже и заметно тише.
— Это меч, — поправил я.
Старший мальчик прищурился, разглядывая мою палку.
— Меч? Серьёзно?
— Серьёзно.
— Тогда я король.
— Почему?
— Потому что только король может назвать палку мечом и заставить всех ему поверить.
— А ты уже всех заставил?
Младший мальчик прыснул со смеху. Старший тут же повернулся к нему:
— Чего ты смеёшься?
— Потому что он тебя поймал.
— Ничего он меня не поймал!
— Поймал.
— Не поймал!
— Поймал.
— Хватит повторять!
— Поймал.
Я посмотрел на них обоих.
— Вы всегда так разговариваете?
— Обычно, — ответил младший. — Но сегодня он особенно старается выглядеть умным.
— Я не стараюсь, — возразил старший. — Я и так умный.
— Тогда почему Кайрен сразу нашёл дыру в твоих словах?
Лиам открыл рот, но не сразу нашёлся с ответом.
— Потому что он случайно угадал.
— Конечно, — сказал Эдрик с серьёзным видом. — А я случайно смеюсь уже целую минуту.
Я не удержался от улыбки.
— Я Лиам, — представился старший, ткнув пальцем себе в грудь.
Потом указал на брата:
— А это Эдрик.
— Кайрен.
— Мы знаем, — сказал Лиам.
Я нахмурился.
— Откуда?
— Ты же сын охотника.
— И что?
Лиам пожал плечами.
— Ну… ты часто ходишь с ним. И у тебя ещё палка эта.
— Это меч.
— Да-да, меч.
Эдрик кивнул, будто подтверждая его слова.
— В деревне все всех знают, — добавил Лиам.
В этом была правда. Рейвенхольм был небольшим местом. Если кто-то чихал на одном конце деревни, к вечеру об этом знали на другом.
Лиам сел рядом со мной, а Эдрик остался стоять, разглядывая мою деревянную палку.
— А ты правда хочешь стать рыцарем? — спросил Лиам.
— Да.
— Я тоже.
— И я, — тут же добавил Эдрик.
Лиам резко повернулся к нему:
— Ты вчера говорил, что хочешь стать магом.
— Я и сейчас хочу.
— Но рыцарем и магом одновременно не станешь.
— Почему?
— Потому что это разные вещи.
— А кто сказал, что я обязан выбрать только одну?
— Я сказал.
— А ты у нас кто? Главный по мечтам?
Лиам на секунду задумался.
— Я… будущий королевский рыцарь.
— Тогда ты пока никто, — невозмутимо ответил Эдрик.
Лиам ткнул его пальцем в плечо.
— Не умничай.
— Я не умничаю. Просто ты сам сказал, что можешь решать за всех.
— Я этого не говорил.
— Только что говорил.
— Я говорил, что рыцарем стать лучше.
— Для тебя — может быть.
Лиам фыркнул и скрестил руки на груди.
— Ты даже свечку зажечь не можешь.
— Потому что я ещё маленький.
— А я тоже маленький, но всё равно стану рыцарем.
— А я стану магом.
— Ты вчера говорил, что станешь рыцарем.
— Я передумал.
— Ты каждый день передумываешь.
— Потому что каждый день узнаю что-то новое.
Лиам посмотрел на меня.
— Видишь? Он странный.
— Я не странный, — возмутился Эдрик. — Я просто не хочу выбирать между двумя интересными вещами.
— Так не бывает.
— Почему?
— Потому что магов не бывает.
Эдрик замолчал.
— Но в книжках…
— В книжках много чего бывает, — перебил Лиам. — А в настоящей жизни человек не может использовать ману.
Я невольно посмотрел на Эдрика. Он нахмурился, но спорить не стал.
— Тогда зачем ты хочешь стать магом? — спросил я.
Эдрик пожал плечами.
— Потому что это круто.
Лиам фыркнул.
— Вот и вся причина.
— А что плохого?
— Ничего. Просто это невозможно.
Эдрик немного подумал.
— Тогда я стану первым.
Лиам рассмеялся.
— Удачи.
Я тоже едва заметно улыбнулся, но внутри почувствовал странное напряжение.
В прошлой жизни я знал, что магов не существует. Не потому, что никто не пытался использовать ману, а потому, что человеческое тело просто не способно её проводить. Мана существовала в мире, но для людей оставалась недоступной силой.
Эдрик мечтал о том, чего не могло быть. И почему-то мне не хотелось говорить ему об этом слишком жёстко.
Эдрик наконец сел рядом.
— Я всё равно стану магом.
— Ты даже свечку зажечь не можешь, — снова напомнил Лиам.
— А ты даже меч нормально держать не умеешь.
— Умею!
— Тогда покажи.
Лиам вскочил и вытащил из-за пояса деревянный меч.
— Вот!
Он сделал несколько размашистых ударов по воздуху, чуть не потерял равновесие и едва не упал в траву.
Эдрик захлопал в ладоши.
— Очень страшно.
— Я специально так сделал.
— Конечно.
— Чтобы враг не понял, что я задумал.
— А ты сам понял?
Лиам замолчал.
Я не выдержал и рассмеялся.
Лиам посмотрел на меня, потом тоже засмеялся.
— Ладно, — сказал он. — В следующий раз я покажу нормально.
— Ты это уже вчера говорил, — заметил Эдрик.
— А ты помнишь?
— Я всё помню.
— Тогда запомни ещё вот что: я стану королевским рыцарем.
— А я стану лучшим охотником в деревне.
— Почему не магом?
Эдрик пожал плечами.
— Потому что магов не бывает.
Лиам довольно улыбнулся.
— Вот теперь ты говоришь разумные вещи.
Я посмотрел на них и едва заметно улыбнулся.
Эдрик снова нахмурился, будто вспомнил что-то важное.
— Но если бы маги существовали, я бы всё равно стал магом.
— Конечно, — сказал Лиам уже без насмешки. — А я бы стал рыцарем, который защищает тебя.
Эдрик посмотрел на него и улыбнулся.
— Тогда договорились.
— Только не вздумай сжечь мне плащ огненным шаром.
— Если я стану магом, то сначала научусь целиться.
— А потом?
— Потом буду целиться в монстров.
— Вот это уже полезнее.
— А ты будешь командовать?
— Конечно.
— Даже если я стану сильнее?
— Я старше.
— На семь минут.
— Семь минут — это всё равно опыт.
— Какой именно?
— Старшего брата.
— Такого слова нет.
— Теперь есть.
Я снова улыбнулся.
— А зачем вам вообще становиться рыцарями и охотниками? — спросил я.
Лиам пожал плечами, но почти сразу ответил:
— Я хочу защищать людей.
Он сказал это просто, будто другого ответа и быть не могло.
— От кого? — спросил Эдрик.
— От монстров.
— А если монстры не нападут?
— Тогда буду защищать от разбойников.
— А если и разбойников не будет?
Лиам задумался.
— Тогда… буду защищать от плохих людей.
— А если плохих людей тоже не будет?
— Эдрик, ты можешь хоть один день не задавать столько вопросов?
— Не могу.
— Почему?
— Потому что мне интересно.
Лиам вздохнул и посмотрел на меня.
— Вот видишь, как тяжело быть старшим братом.
— Ты старше всего на семь минут, — сказал Эдрик.
— На целых семь минут.
— Это почти ничего.
— Для тебя — может быть. А для меня это семь минут опыта.
— Какого опыта?
— Старшего.
Эдрик закатил глаза.
— Такого слова нет.
— Теперь есть.
Я снова улыбнулся.
— А ты, Эдрик? Зачем тебе магия?
Эдрик немного подумал.
— Потому что это круто.
Я рассмеялся.
— Хорошая причина.
— А ещё в старых историях маги могли делать вещи, которые никто другой не умеет. Огненные шары, ледяные стены, молнии…
— Но это только истории, — сказал Лиам.
— Я знаю.
— Тогда зачем веришь?
Эдрик пожал плечами.
— Потому что иногда хочется верить в невозможное.
Я замолчал. Эта фраза почему-то зацепила меня сильнее, чем должна была.
В прошлой жизни я тоже считал невозможным многое из того, что теперь происходило со мной. Но я не стал ничего говорить.
Лиам посмотрел на меня.
— А ты? Кем хочешь стать?
Я немного помолчал.
Раньше ответ был очевидным.
Рыцарем.
Я уже был им.
Я служил королю.
Верил в своё государство.
Верил в людей, которых защищал.
А потом меня назвали предателем.
И убили.
Я посмотрел на деревянный меч в своих руках.
— Пока не знаю.
Лиам удивлённо поднял брови.
— Как это?
— Не всё обязательно решать в семь лет.
— Мне уже почти восемь.
— Тогда тебе осталось недолго.
Эдрик засмеялся.
Лиам толкнул его плечом.
— Чего смеёшься?
— Потому что Кайрен сказал, что ты старый.
— Он не это сказал.
— Именно это.
— Я не старый!
— Тогда почему ты всё время говоришь, что у тебя больше опыта?
— Потому что у меня его больше!
— На семь минут.
— Семь минут — это много.
— Тогда через семь минут ты станешь ещё старше.
Лиам замолчал, явно пытаясь придумать ответ.
Я не выдержал и рассмеялся вместе с Эдриком.
— Вы двое неисправимы, — сказал я.
— Это он неисправимый, — одновременно ответили братья.
Они снова переглянулись. На этот раз первым рассмеялся Лиам.
Мы просидели у реки почти до самого вечера. Говорили о рыцарях, монстрах и о том, каким станет мир, когда мы вырастем.
Лиам рассказывал, как однажды победит огромного дракона, хотя никогда его не видел. Эдрик объяснял, что сначала нужно найти дракона, а потом уже побеждать. Они спорили, кто из них будет командовать, если встретится настоящий монстр.
— Я буду командиром, — заявил Лиам.
— Почему ты?
— Потому что я старше.
— На семь минут.
— Всё равно старше.
— Тогда я буду главным охотником.
— Почему?
— Потому что охотники настоящие, а магов не бывает.
Эдрик задумался.
— Ладно. Тогда я буду тем, кто найдёт дракона.
— Зачем?
— Чтобы Лиам мог его победить.
— Вот это уже разумно.
Я слушал их и впервые за долгое время просто наслаждался разговором.
На несколько часов я забыл, что когда-то уже жил взрослую жизнь. Забыл о предательстве. О смерти. О том, что однажды уже потерял всё.
Рядом с ними я снова чувствовал себя ребёнком.
Почти.
Ночью мне приснился сон.
Сначала я снова оказался в белом пространстве. Ни стен, ни пола, ни потолка. Только бесконечная пустота.
Я уже видел это место, но в этот раз не испугался.
— Ты снова пришёл.
Голос прозвучал совсем рядом.
Я повернулся.
Бог стоял там же. Тёмная одежда. Спокойное лицо. Та же странная улыбка.
— Значит, это был не сон.
— Нет.
Я сжал кулаки.
— Почему я ничего не помнил?
Он посмотрел на меня с любопытством.
— Ты помнил.
— Не понимаю. Если я всё помнил, почему не мог вспомнить прошлую жизнь?
— Потому что твой новый разум не мог сразу вместить старую жизнь.
— А сейчас может?
Бог ничего не ответил. Вместо этого щёлкнул пальцами.
Мир вокруг меня изменился.
Я увидел казармы. Услышал голоса. Запахнуло металлом и кожей.
Я увидел Элстона. Услышал смех Марека. Увидел северную дорогу. Заставу. Девятнадцать мертвецов. Алтарь. Могильного Вестника.
Я вспомнил всё.
Не отдельными кусками.
Всё сразу.
Королевский двор. Приказ. Ложный отчёт. Темницу. Нежить. Тёмную ману. Смерть.
Я резко вдохнул.
— Это…
— Твоя жизнь, — спокойно произнёс бог.
Я смотрел на него.
Теперь я помнил.
Каждую тренировку.
Каждую победу.
Каждый разговор.
И самое главное — момент, когда понял, что меня предали.
Я медленно поднял голову.
— Зачем ты это сделал?
— Что именно?
— Вернул меня.
Бог улыбнулся.
— Разве тебе не интересно самому узнать?
— Это не ответ.
— Но он тебе не нравится?
— Не нравится.
— А всё равно хочешь узнать?
Я сжал зубы.
Он снова был прав.
Мне было интересно.
Очень.
Я посмотрел на свои руки. Даже во сне они казались маленькими.
— Ты сказал, что я смогу использовать ману.
— Сможешь.
— Но люди не могут её использовать.
— Верно.
— Тогда почему я могу?
Бог улыбнулся.
— Потому что твоё сердце больше не человеческое.
Я замер.
— Что ты сделал?
— Дал тебе возможность.
— А тело?
— Тело осталось прежним.
Я нахмурился.
— Тогда я всё равно не смогу использовать ману.
— Попробуй.
Я закрыл глаза. Вспомнил ощущение маны. Попытался найти её внутри себя.
Сначала ничего.
Потом где-то глубоко в груди что-то дрогнуло.
Моё сердце.
Оно ответило.
Я почувствовал тепло.
Мана начала двигаться по телу.
Слишком быстро.
Я открыл глаза.
— Я могу…
Но договорить не успел.
В следующую секунду тело пронзила такая боль, что я согнулся пополам.
Я схватился за грудь.
Мана продолжала двигаться.
Слишком много.
Слишком быстро.
Я попытался остановить её.
Не получилось.
Изо рта вырвался кашель.
Я опустился на колени.
На ладони упали тёмные капли.
Я уставился на них.
Кровь.
— Что со мной?!
Бог не двигался. Только смотрел.
— Твоё сердце способно создавать ману.
Я тяжело дышал.
— Тогда почему мне так больно?
— Потому что сердце — не всё тело.
— Я не понимаю.
— Ты человек. Твои органы, мышцы, сосуды и кости не предназначены для того, чтобы проводить ману , если бы ты был в настоящем мире ты бы уже умер от нагрузки.
Я снова попытался вдохнуть. Грудь болела.
— Значит, я не могу использовать ману?
— Не сейчас.
— А потом?
Бог улыбнулся.
— Это уже зависит от тебя.
Я вытер кровь с губ.
— Что мне делать?
— Менять себя.
Я замер.
— Как?
— Ты сам должен понять.
— Если бы я мог сам понять, я бы не спрашивал!
Но он уже начал исчезать.
— Если ты не можешь сам понять, значит, зря я тебе дал второй шанс.
— Подожди!
Я сделал шаг вперёд.
— Что значит «менять себя»?!
Бог посмотрел на меня в последний раз.
— Ты сам хотел стать сильнее.
Пустота вокруг начала рушиться.
— Тогда стань тем, кем человек быть не должен.
Я резко проснулся.
Я лежал в своей кровати. Несколько секунд просто смотрел в потолок.
Сердце бешено колотилось.
Я приложил руку к груди.
Оно было там.
Я чувствовал его.
Своё новое сердце.
Сердце, которое не принадлежало обычному человеку.
Я сел.
В комнате было темно. Все спали.
Я посмотрел на свои руки, потом на дверь.
Мне нужно было проверить. Хотя бы немного. Совсем чуть-чуть.
Я вышел во двор.
Холодный воздух сразу ударил в лицо.
Я остановился возле старого деревянного пня, который использовал для тренировок.
Закрыл глаза.
Вспомнил ощущение из сна.
Мана.
Она была внутри меня.
Я медленно потянулся к ней.
На этот раз совсем немного. Только капля.
Сердце забилось сильнее.
По телу прошла волна тепла.
На кончиках пальцев появилась едва заметная тёмная искра.
Я открыл глаза.
Получилось.
Я улыбнулся.
— Получилось…
И тут же согнулся.
Меня вырвало кровью.
Я упал на колени и упёрся ладонью в землю.
В груди будто что-то разрывало изнутри.
Я пытался дышать. Медленно. Осторожно.
Но боль не проходила.
Я посмотрел на кровь на земле.
Теперь я понял слова бога.
Моё сердце могло создавать ману.
Но моё тело не могло её выдержать.
Я сжал зубы.
Значит, дело было не в том, что я недостаточно силён.
Дело было в самом теле.
Обычное человеческое тело не предназначено для маны.
Я посмотрел на свою руку. Пальцы всё ещё дрожали.
— Значит…
Я тяжело вдохнул.
— Придётся менять не ману.
Я поднял голову.
— Придётся менять меня самого.