Мяо Ши, выслушав «Пана Туна», произнес:
— Неудивительно, что ты всегда на шаг впереди. Так вот в чем дело. Ты так просто раскрыл мне эту тайну, не боишься, что я расскажу всем?
— Нисколько не боюсь. Потому что это уже давно не тайна. Утечка информации происходит не первый день. В Четырех Небесах Брахмы и Трех Мирах тоже есть толковые люди. Они давно разгадали секрет коммуникаторов, просто молчали. Если я не ошибаюсь, они хотели использовать это, чтобы нанести мне сокрушительный удар. Но их расчеты, скорее всего, не оправдаются. Я не попадусь на эту удочку.
Слушая слегка самодовольный тон «Пана Туна», Мяо Ши поджал губы.
— Высокоуровневые культиваторы обычно чувствуют, когда за ними следят. Неужели какой-то коммуникатор может обойти восприятие абсолютно всех?
— Сам по себе коммуникатор, конечно, не может. Но дело в том, что он и не следит за ними. Он просто записывает ваши разговоры. А когда вы заканчиваете, он постепенно передает мне диалоги. Способ передачи тоже прост – через сигнал самого коммуникатора. Все эти зашифрованные беседы циркулируют в огромной сети, сотканной из сигналов. И я могу прослушать все, что захочу.
Услышав это, Мяо Ши коротко кивнул.
— Хитроумный ход. Признаю, до такого я бы не додумался. Так когда ты собираешься начать генеральное наступление на Небеса Таймин?
— Конечно же, когда вы вернетесь туда. Будь спокоен, пока вас четверых там не будет, штурм не начнется.
— Как мило с твоей стороны.
— А как же иначе? Во всем мире никто не заботится о вас так, как я. Даже твой родной отец на такое не способен.
После этих слов оба на какое-то время замолчали.
Первым тишину нарушил Мяо Ши:
— У меня теперь есть хоть какой-то шанс победить тебя?
— Абсолютно никакого.
— Тогда что мне делать?
— Просто жди. Жди, пока время не преобразит тебя.
— То есть я могу лишь беспомощно наблюдать за всем, что происходит?
— Да. Ты ничего не можешь сделать. В такой великой игре даже просто остаться в стороне – уже непростая задача, а ты хочешь сам стать ее участником. Без ясного понимания ситуации ты не разглядишь всей картины, а без огромной силы у тебя нет права быть игроком. Чтобы достичь и того, и другого, тебе нужно время.
— Могу ли я тогда воспользоваться чужой силой? Как когда-то ты.
— Не можешь.
— Почему? В то время у тебя было не намного больше, чем у меня сейчас.
— У меня действительно было немного, но у меня была решимость пойти на все и достаточно времени. Ты должен понимать, что время – величайшая ценность. Оно способно творить чудеса. Именно потому, что у меня было время, я мог раз за разом одерживать верх. У тебя же сейчас времени нет. Я не дам тебе его.
Услышав это, Мяо Ши мог ответить лишь молчанием.
— Хочешь сотворить чудо – поверь в него, – продолжил «Пан Тун» на том конце коммуникатора. – Карт у тебя на руках немного. Как использовать их, чтобы отыграться, – решай сам.
Разговор закончился. Мяо Ши неподвижно стоял на месте. О чем он думал в тот момент, было известно лишь небесам.
***
Императорский дворец на Небесах Пинъюй.
Главы четырех великих кланов стояли на коленях, пока придворный зачитывал список их преступлений. Любопытно было то, что кланы Кун, Сун и Чжао приговорили к ссылке и отправке в армию, и лишь клану Ли наказанием была назначена конфискация всего имущества.
Услышав это, главы трех кланов с ненавистью уставились на главу клана Ли. Но тот не обращал на их взгляды ни малейшего внимания. Мнение «мертвецов» его не волновало.
В то же самое время миллионная армия Небес Пинъюй выступила в поход. Возглавил ее лично Небесный Император Тянь Сюань.
**
В расположении армии.
— Ты уверен, что это сработает? – спросил Пан Тун.
— Скорее всего, сработает, но стопроцентной гарантии нет, – ответил Маленький Деревяшка.
Пан Тун закатил глаза и приступил к лечению. Под действием особого эликсира и специальных техник девушка, в которой уже не было ни капли жизни, медленно открыла глаза.
Увидев это, Пан Тун и остальные тактично удалились, оставив Пана Хуна одного.
— Госпожа Янь, цветы могут расцвести вновь, но молодость не вернется. Раз уж вам даровали вторую жизнь, дорожите ею.
Услышав слова Пана Хуна, Чай Янь на мгновение замерла, а затем тихо спросила:
— Какова участь клана Кун?
— Более девяноста процентов членов клана отправлены в ссылку в армию, без права на амнистию.
— Значит, уничтожение до последнего?
— Да. Но тебя в списках нет. Потому что ты уже мертва.
— Ха-ха-ха! Наследник императора воистину всемогущ. Сумел вычеркнуть меня, приговоренную к смерти, из списка. Но я не понимаю, зачем ты меня спас. Ты уничтожил всю мою семью. Неужели ты ждешь, что я буду тебе благодарна? Если тебе нужно мое тело – бери. У меня все равно нет сил сопротивляться.
Глядя в ее полные отчаяния глаза, Пан Хун спокойно ответил:
— Я спас тебя, потому что тогда, в поместье клана Кун, только ты проявила ко мне доброту. У меня нет никаких грязных помыслов, и мои устремления лежат совсем в другой плоскости. Если хочешь отомстить – я готов в любой момент. Если хочешь разделить судьбу своего клана – можешь прямо сейчас выйти и назвать свое имя.
Услышав это, Чай Янь холодно усмехнулась.
— Благодарю наследника за предоставленную возможность. Я, Чай Янь, желаю разделить участь своего клана.
С этими словами она решительно встала и направилась к выходу.
Но стоило ей открыть дверь, как перед ней предстали четыре смущенные физиономии.
— Э-э-э… мы только что подошли, ничего не слышали, – неловко пробормотал Пан Тун.
Чай Янь поклонилась.
— Вероятно, это вы, старший, спасли меня. Если я останусь в живых, то никогда не забуду вашей доброты.
Сказав это, она упрямо вышла за дверь.
Когда она ушла, Пан Тун возмущенно повернулся к Пан Хуну:
— Ты что, серьезно ее отпустил?! Девушка-то неплохая, можно было бы и жениться. Проблему клана Кун можно было решить, попросив твоего отца вмешаться. Сохранить им жизнь – не такая уж большая проблема. Почему ты такой непробиваемый?
Пан Хун в ответ лишь закатил глаза.
— Небесному Императору не подобает вмешиваться в дела других миров. К тому же, разделить судьбу клана – это ее выбор. Зачем мне ей мешать?