Услышав слова Чэнь Чаншэна, Маленький Деревяшка, который уже было отчаялся, снова почувствовал прилив уверенности.
«Так что мне теперь делать?»
«Конечно же, испытать все на себе! — раздался в его голове голос Чэнь Чаншэна. — В конце концов, практика — единственный критерий истины.
— И еще. Мяо Ши, когда использовал «Золотой Свет», немного схитрил. Он специально заблокировал часть своих меридианов, чтобы использовать лишь малую толику божественной силы для активации техники.
— Как только эта сила в его меридианах иссякла, он смог мгновенно остановиться. Именно поэтому он, в отличие от Цзян Боюэ, не врезался в камень».
«Я понял!»
Вооружившись таким количеством «маленьких хитростей», Маленький Деревяшка почувствовал, как его уверенность раздувается до невиданных размеров.
Сконцентрировав божественную силу и выбрав маршрут, он обратился в золотую вспышку и исчез.
***
В шести с половиной километрах оттуда.
— А-а-а-а!
Маленький Деревяшка, с вывернутыми руками и ногами и сломанной шеей, катался по земле и выл от боли.
Телесные повреждения были мучительны, а пульсирующая боль в меридианах не давала ему сконцентрировать божественную силу.
Вжух!
Призрачная фигура Чэнь Чаншэна появилась рядом с ним.
— Ц-ц-ц! — цокнул он языком. — Воистину гений, один на миллион. Пролететь шесть с половиной километров за раз — невероятно!
— Ты… ты меня подставил! — прошипел Маленький Деревяшка сквозь стиснутые зубы.
— Эх, — вздохнул Чэнь Чаншэн. — Едой можно разбрасываться, а вот словами — нет.
— Все, чему я тебя учил, — чистая правда. Я никогда тебя не подставлял.
— И у меня есть еще несколько советов по совершенствованию. Если хочешь их услышать, закрой рот. Иначе я ухожу.
Маленький Деревяшка, стиснув зубы, с трудом сел.
Хруст!
Чэнь Чаншэн схватил безвольно болтающуюся голову Маленького Деревяшки и с силой вправил ее на место.
— А-а-а! — от нестерпимой боли тот снова закричал.
— Не ори. Я начинаю лекцию, а твои вопли сбивают меня с мысли, — сказал Чэнь Чаншэн, невозмутимо вправляя ему кости. — Использовать защитный щит во время перемещения — это абсолютно правильно.
— На высокой скорости легко во что-нибудь врезаться. Без щита в лучшем случае отделаешься травмами, в худшем — погибнешь.
— Раз так, — прошипел Маленький Деревяшка, — зачем ты сказал мне не использовать щит?!
— Щит защищает тебя, это правда. Но он также замедляет твою скорость.
— Скажи сам, без щита твой «Золотой Свет» стал ведь быстрее?
— Моя цель — научить тебя летать быстрее и дальше. А что там с тобой случится в процессе — это не в моей компетенции.
От такого ответа Маленький Деревяшка чуть не лишился чувств от возмущения.
— Ладно, оставим щит в покое. А что насчет жжения в меридианах?
— Я сделал все, как ты сказал. Но когда божественная сила в меридианах закончилась, жгучая боль была такой сильной, что я полностью потерял контроль над телом!
— Жжение? Это потому, что твои меридианы опустели.
— Ты что, таких элементарных вещей не знаешь?
— Но…
— Ты остановился или нет? — грубо оборвал его Чэнь Чаншэн.
Маленький Деревяшка не знал, что и ответить. Он действительно остановился в нужном месте, вот только цена за это была слишком высока.
— Нет, что-то не так! Ты меня обманываешь!
— Мяо Ши и Цзян Боюэ не сталкивались с такими проблемами! Ты мне чего-то не договариваешь!
Чэнь Чаншэн прекратил свои манипуляции и, скрестив руки на груди, уставился на него.
— Мальчик, а кто тебе сказал, что гении, осваивая божественные техники, не сталкиваются с проблемами?
— Удар клинка одинаково больно ранит любого. Твой статус не уменьшит боль.
— А то, что они выглядят так, будто у них все в порядке, — это лишь потому, что они упрямые.
Маленький Деревяшка остолбенел.
— Ты хочешь сказать… что все эти гении на самом деле не такие уж и крутые, а просто притворяются?
— Не совсем так. Гении, конечно, сильнее обычных людей.
— Но их слова и поступки заставляют их казаться еще более особенными. В этом и заключается их истинное лицо.
— Я все равно не понимаю, — признался Маленький Деревяшка.
— Ничего, сейчас на примере объясню.
— Как тебе выступление Цзян Боюэ?
— Он сильнее меня. Назвать его гением — не будет преувеличением.
— Справедливая оценка. А ты знаешь, что он только что сломал себе левую руку?
— Что?! Но… он выглядел так, будто ему совсем не больно.
— Это потому, что он упрямый. Если ты будешь таким же упрямым, как он, другие тоже будут считать тебя гением.
Маленький Деревяшка: «…»
У меня просто нет слов.
— А что насчет Мяо Ши?
— У Мяо Ши все еще серьезнее. Резкая остановка путем блокировки меридианов неизбежно их повреждает.
— Не только у него, даже у самого Юйваня после такого будет жжение в меридианах.
— И чем выше уровень силы, тем сильнее жжение, потому что скорость у высших культиваторов выше.
— Судя по той скорости, что он развил, у него как минимум разорвалось пять малых меридианов. Без пилюль он не восстановится и за десять дней.
От этих слов мир Маленького Деревяшки начал рушиться.
— И… все такие?
— Да.
— Но ты говорил, что Император Пустоты с первого раза преодолел пятьдесят километров!
— Верно. Но он остановился, врезавшись в гору.
— У него тогда половина костей была сломана, а два из восьми основных меридианов разорваны.
— Но его упрямство было крепче его костей. Он ходил с таким видом, будто ничего не случилось, вот все и думали, что он не пострадал.
— А ты откуда это знаешь?
— Я его лечил. Как же мне не знать.
После этого ответа мировоззрение Маленького Деревяшки окончательно рассыпалось в прах.
Оказывается, все эти блистательные гении и могущественные мастера на самом деле были просто сборищем упрямцев.
Такой контраст было трудно принять.
— Ты видел много высших культиваторов, — продолжил Чэнь Чаншэн. — Ты не замечал, что, если нет крайней необходимости, они все летают, используя обычные, медленные техники?
— По идее, с их уровнем совершенствования, использовать высшие техники перемещения для них так же просто, как есть и пить. Расход энергии незначителен. Но они этого не делают. Знаешь почему?
— Почему?
— Полет на высокой скорости с последующей мгновенной остановкой всегда вызывает жжение и разрывы в меридианах. Любая техника перемещения, без исключений.
— Высшие культиваторы упрямы, это правда. Но они тоже боятся боли.