Крепость «Чжулун».
Как только Ван Хао и остальные ушли, Чэнь Чаншэн, до этого сохранявший суровый вид, обессиленно рухнул обратно в воды пятицветного пруда.
В тот же миг к нему шагнула марионетка «Бессмертная Кость».
— Хозяин, продолжать ли выполнение плана?
— Продолжайте, — выдохнул Чэнь Чаншэн. — Действуйте по первоначальному замыслу. Любой ценой очистите всё Царство Эпох от живых существ. А высокоуровневых культиваторов из Четырех Небес Брахмы и Трех Миров постарайтесь сдерживать как можно дольше. Я разберусь с ними, когда покончу с остальными.
— Слушаюсь!
Получив приказ, обе гигантские марионетки исчезли.
В огромной пустой крепости остался лишь Чэнь Чаншэн.
— Система, — мысленно обратился он, — тебе было страшно, когда я противостоял аватарам всех Небесных Императоров?
В ответ раздался давно не звучавший электронный голос:
«Отвечаю Носителю. У данной Системы нет такой эмоции, как страх. Однако ваш поступок, с моей точки зрения, был бессмысленным. Даже если бы вы погибли, это не изменило бы судьбу Ху Тудоу».
Услышав это, Чэнь Чаншэн, паря в воде, тупо уставился в потолок.
— Ты права. Даже моя смерть ничего бы не изменила. Но в тот момент… я действительно хотел умереть. Хотел положить конец этой бесконечной, безрадостной жизни. Я проявил малодушие, струсил. Я не осмелился взглянуть в лицо вечности. Я так и не смог постичь суть жизни и смерти в этом мире. Я помог бесчисленному множеству людей выбраться из отчаяния, преодолеть слабость, но так и не смог научить самого себя.
«Но, Носитель, в конечном итоге вы не выбрали смерть, не так ли?»
Эти слова Системы заставили Чэнь Чаншэна замолчать.
После долгой паузы он наконец ответил:
— Ты права. В последний момент я все-таки не выбрал смерть. Я многое потерял, но и многое меня до сих пор держит в этом мире. Если бы я умер, те, кто остался в живых, тоже горевали бы. И последствие этой нерешительности — я каждую секунду живу в муках.
— Система, скажи мне, как мне все это закончить?
«Простите, Носитель. Я не могу ответить на этот вопрос, — бесстрастно произнесла Система. — Все, что я могу дать вам, — это время. Вы должны найти ответ в самом времени».
Чэнь Чаншэн глубоко вздохнул и медленно выдохнул.
— Ты права. Свой ответ я могу найти лишь во времени.
— Тогда скажи, разве это неправильно, что человек, терзаемый такой болью, как я, хочет дать волю своим чувствам?
«Отвечаю Носителю. Что бы вы ни сделали, для меня не существует понятий «правильно» или «неправильно». Но с теоретической точки зрения, выплеск подавленных эмоций помогает стабилизировать душевное состояние».
— А если способ, которым я хочу выплеснуть эмоции, — это уничтожение всего Царства Эпох?
«Вы — мой Носитель. Остальные живые существа меня не касаются».
Услышав это, Чэнь Чаншэн усмехнулся.
— Хорошо. Твоих слов мне достаточно. Пора и мне разок дать себе волю без всяких оглядок.
Сказав это, он выпустил из руки сияющий шар света, который медленно влился в его живот. Это был Истинный Облик Неба и Земли, который Ху Тудоу добыла для него ценой собственной жизни.
***
Поле битвы на Небесах Таймин.
Глядя на поле, залитое реками крови, Маленький Деревяшка на мгновение впал в ступор. Великая битва закончилась, но он, очевидно, все еще не мог прийти в себя.
В этот момент в его сознании раздался голос:
«Возвращайся. Найди место, где твое сердце обретет покой».
Услышав эти слова, Маленький Деревяшка словно что-то вспомнил и, не оборачиваясь, полетел в сторону столицы Небес Таймин.
Его полет длился трое суток без сна и отдыха.
Наконец он добрался до императорского дворца и увидел ту, о ком так долго тосковало его сердце.
— Маленький Деревяшка, это ты? — с сомнением спросила Сяо Цин, глядя на стоящего перед ней мужчину, с ног до головы покрытого запекшейся кровью и выглядевшего совершенно измученным.
— Это я.
При этих словах глаза Сяо Цин тут же покраснели.
— Маленький Деревяшка, что с тобой случилось? Скорее садись, я залечу твои раны!
С этими словами Сяо Цин достала флакон с эликсирами и уже хотела дать ему выпить. Но Маленький Деревяшка остановил ее, взяв за руку, и отвел в укромный уголок.
Фух!
Он положил голову ей на колени и глубоко вздохнул с облегчением. В этот миг он почувствовал небывалое умиротворение.
Глядя на него, Сяо Цин не могла сдержать слез, ее сердце разрывалось от жалости. Засохшая кровь, жуткие рваные отметины на доспехах — все говорило о том, через какую чудовищную бойню он прошел. Она даже представить не могла, как ему удалось выжить в таких условиях.
Так, в тишине, прошло немало времени. Наконец Маленький Деревяшка пришел в себя.
— Сяо Цин, — тихо спросил он, — можно я задам тебе один вопрос?
— Говори, я слушаю.
— Если однажды я совершу что-то очень плохое, ты простишь меня?
— Конечно, прощу. Что бы ты ни сделал, я всегда тебя прощу.
— А если эта ошибка будет очень, очень большой?
Сяо Цин на мгновение замерла, а потом ответила:
— Если совершил ошибку, ее нужно исправить. Никогда не поздно наверстать упущенное.
— Но для меня уже нет пути назад. Я не смог устоять перед искушением славы и власти… и заключил сделку с дьяволом. Недавно я еще не знал, что он заберет у меня взамен, но теперь знаю.
— Ничего страшного! Даже если возникнет проблема, которую мы не сможем решить, мы всегда можем пойти к Императору! Он нам обязательно поможет.
Глядя на серьезное лицо Сяо Цин, Маленький Деревяшка ничего не ответил, лишь молча смотрел на нее.
Прошло еще немного времени. Он поднялся, взял ее за руку и полетел. Вскоре они приземлились в небольшом, но очень уютном дворике. Почувствовав колебания энергии, из дома вышла пожилая женщина с невысоким уровнем развития.
Увидев Маленького Деревяшку, ее глаза тут же покраснели, но она заставила себя улыбнуться.
— Сынок мой, Чаншэн, вернулся. Тяжело тебе пришлось все эти годы. Проходи скорее, умойся.
Но Маленький Деревяшка не вошел в дом. Вместо этого он потянул Сяо Цин за собой и опустился на колени перед женщиной.
— Непочтительный сын Чэнь Чаншэн привел жену свою, Сяо Цин, чтобы поклониться матушке!
Сказав это, он трижды низко поклонился, коснувшись лбом земли.
Сяо Цин, хоть и была сбита с толку таким внезапным поступком, все же с почтением повторила за ним и тоже трижды поклонилась.
— Невестка Сяо Цин приветствует свекровь!
— Хорошо, хорошо!
Увидев милое и послушное личико Сяо Цин, старушка расцвела и поспешила поднять их с колен.
— Наверное, устали в пути? Проходите скорее в дом, я приготовлю вам поесть.
С этими словами она потянула их во двор.
Вскоре на стол был накрыт скромный, но по-домашнему вкусный ужин. Они втроем поели в теплой и счастливой атмосфере.
Однако когда наступил вечер, в скромной комнате, приготовленной для новобрачных, жениха не оказалось.
— Что-то тревожит твою душу?
Голос матери застал Маленького Деревяшку врасплох. Он стоял на веранде и в одиночестве смотрел в темноту.