Едва первые лучи солнца коснулись земли, Чэнь Хаоюй вышел из состояния глубокой медитации.
Накануне он засиделся над «Бэн цао ган му» почти до двух часов ночи, осилив трактат от корки до корки.
Конечно, дело было не в какой-то его сверхъестественной гениальности: мастер Сяояо уже обладал исчерпывающими знаниями о девяти десятках целебных трав, а оставшиеся десять процентов Чэнь Хаоюю достаточно было просмотреть единожды, чтобы навсегда запечатлеть в памяти их внешний вид, свойства и назначение.
Самым поразительным оказалось то, что даже после беглого прочтения он легко проводил аналогии и свободно оперировал рецептурами, составляя собственные сборы с точностью прирожденного фармацевта.
Бросив взгляд на экран телефона, парень убедился, что на часах ровно пять утра.
Выходит, на медитативную практику ушло всего три часа.
Однако эффект превзошел любые десятичасовые ночные сны.
Впору было почувствовать себя ожившим супергероем.
Натянув футболку, спортивные шорты и кроссовки, Чэнь Хаоюй отворил дверь и вышел на утреннюю пробежку.
Минуту спустя из своей спальни появилась Су Юйяо.
Она тоже облачилась в спортивный костюм, а иссиня-черные волосы собрала на затылке в небрежный хвост, выглядя при этом непринужденно и потрясающе красиво.
Бесшумно заглянув в комнату соседа и заметив оставленные на столе «Бэн цао ган му» и «Чжоу И», она пробормотала себе под нос: «А парень-то, оказывается, усидчив».
Убедившись, что в комнате нет ничего подозрительного, Су Юйяо успокоилась.
Вместо пробежки Чэнь Хаоюй направился к тому самому утреннему скверу.
На площадке уже разминались с десяток пожилых людей; все они пыхали здоровьем и излучали солидность, явно принадлежа к обеспеченному сословию.
Впрочем, ничего удивительного – обитатели этого престижного жилого комплекса не испытывали недостатка в средствах.
Отыскав укромный уголок, Чэнь Хаоюй расслабил тело, закрыл глаза, расставил ноги на ширине плеч и округлил руки, словно обнимая необъятный шар.
Так выглядела начальная стойка столба Уцзи.
Мастер Сяояо слыл не только непревзойденным магом, но и величайшим мастером боевых искусств.
Объединив накопленные за века знания о единоборствах и положив в основу внутреннюю энергию ци, он создал уникальный комплекс «Кулак Уцзи», название которого символизировало безграничность и неисчерпаемость.
Этот стиль сочетал в себе внутреннюю и внешнюю работу: он не просто укреплял ци, мышцы и кости подобно традиционному гуошу, но и обладал разрушительной мощью, превосходя по жестокости и эффективности такие школы, как Бацзи и Синьи.
Столетия назад мастер Сяояо с помощью этого стиля прошел весь цзяньхуа, не зная поражений, и даже сражался в войнах против монгольских захватчиков.
Жаль только, что тогдашний двор прогнил насквозь, и, осознав безнадежность ситуации, великий наставник удалился в горы постигать путь бессмертия.
Как и тайцзицюань, кулак Уцзи состоял из статических столбовых упражнений и динамических комплексов.
Первые насчитывали двенадцать форм, вторые – тридцать шесть.
На выполнение лишь базовой стойки у Чэнь Хаоюя ушло больше получаса.
Со стороны его застывшая фигура выглядела довольно нелепо – ну замер человек в странной позе на пару минут, простофиля простофилей.
Несколько пожилых людей с любопытством покосились на него.
─ Старик Чжоу, чем это занимается тот парень? – поинтересовался один.
─ Похоже на столбовую работу. Старая истина гласит: «Занимаешься боевыми искусствами без работы у столба – в старости останешься ни с чем». Говорят, мастера боевых стилей каждый день стоят столбом.
─ Выходит, перед нами крутой мастер?
─ Судя по его нелепому виду, скорее новичок-неудачник.
......
Под шуршание утренних разговоров Чэнь Хаоюй наконец сдвинулся с места.
Каждое его движение казалось плавным и текучим, но выполнялось настолько медленно и тяжело, словно он тащил на себе гору, напрочь лишаясь внешней грации.
Увидев пару пассов из его арсенала, старики разом потеряли интерес и отвернулись с разочарованием на лицах.
Ишь ты, возомнил себя мастером кунг-фу, а на деле обычная показуха.
С такими вялыми движениями до оздоровительной гимнастики тайцзи для пенсионеров ему далеко.
Откуда им было знать, что подобно традиционному тайцзи, в кулаке Уцзи работает правило: чем мягче движения в практике, тем сокрушительнее удар в бою.
Каждое движение наполнялось мощнейшим внутренним усилием, и чем медленнее шла рука, тем колоссальнее накапливалась разрушительная сила.
Вот только знатоков в этих краях почти не осталось.
Чтобы разглядеть истинную суть кулака Уцзи, нужен как минимум мастер уровня Хуацзинь.
Завершив третий круг упражнений, Чэнь Хаоюй опустил ладони и глубоко выдохнул.
Выдох вышел удивительно долгим и ровным – избавляться от скопившегося воздуха он продолжал целых три минуты.
Вернувшись домой, он застал Су Юйяо, которая уже закончила пробежку и хозяйничала на кухне, готовя завтрак.
Заглянув в дверь, Чэнь Хаоюй спросил напрямую: ─ На меня тоже хватит?
Переложив пару жареных яиц на тарелку, доктор бросила коротко: ─ Ешь.
С ухмылкой отозвался он: ─ Большое спасибо. Но знаешь, приготовь-ка мне еще порцию лапши, этой малышке не наесться.
Отреагировала Су Юйяо: ─ На столе есть хлеб и молоко.
Щелкнув пальцами, бросил Чэнь Хаоюй: ─ Ладно, сойдет.
Переодевшись и вымыв руки, он уселся за стол напротив девушки.
Оба молчали.
Закончив трапезу, Чэнь Хаоюй вдруг усмехнулся: ─ Су Юйяо, тебе не кажется, что мы ведем себя как поссорившиеся супруги?
Слегка нахмурив брони, ответила она: ─ Терпеть не могу подобные шуточки.
Заметил парень: ─ Тогда прекрати использовать меня в роли щита от назойливых ухажеров. Вчерашний цирк в больнице мне совсем не по душе.
Поднявшись из-за стола, бросила Су Юйяо: ─ По обстоятельствам.
Приподняв бровь, парировал он: ─ Ну тогда и я буду действовать по обстоятельствам.
Черт побери, возомнила себя красавицей, которой позволено всё?
Как бы не так!
Не собираюсь потакать твоим капризам!
Взглянув на часы и убедившись, что стрелка перевалила за восемь утра, Чэнь Хаоюй кашлянул и с ухмылкой осведомился: ─ Прекрасная Су, вы сегодня планируете выезжать на машине?
Ответила она: ─ Утром нет, а после обеда поеду в спа-салон. Если хочешь взять машину, с тебя мытье всей грязной посуды.
Услышав это, Чэнь Хаоюй тут же хлопнул себя в грудь: ─ Заметано, побежал мыть тарелки. До двенадцати я обязательно верну тачку на место.
Разобравшись с посудой, Чэнь Хаоюй сел за руль «Рэндж-Ровера» и отправился в центр госуслуг.
Отстояв получасовую очередь, он получил на руки свидетельство о регистрации бизнеса.
По дороге в клинику он заехал в банк и перевел триста тысяч на счет приюта «Янгуан».
После смерти наставника Чэнь Хаоюй прожил в приюте еще два года.
Лишь достигнув совершеннолетия, он отправился зарабатывать на жизнь самостоятельно.
Причиной тому служили три десятка ребятишек в приюте, ведь тех крох, что выделяло государство и благотворители, едва хватало на еду.
Чэнь Хаоюй страстно желал разбогатеть, чтобы малыши ни в чем не нуждались.
Только вот легких денег не бывает.
У парня не было ни диплома, ни стартового капитала, а навыки в кунг-фу, предсказаниях и медицине оставались на зачаточном уровне.
Словом, он не умел ровным счетом ничего.
Потому и приходилось браться за любую низкоквалифицированную работу.
Массовка на съемках, стройка, охрана, доставка, уличная торговля, гадание на картах...
За прошедшие годы он сменил больше двух десятков профессий.
Был период, когда ему приходилось тянуть три подработки одновременно.
Но как бы тяжело ни приходилось, каждый месяц он исправно перечислял пять тысяч юаней на счет приюта «Янгуан».
Теперь же, когда у него появились деньги – и, судя по всему, бедствовать больше не придется, – он просто обязан обеспечить матушке У и малышам сытую жизнь.