Марк шёл к Гренвиллу, и казалось, что его уже никто не остановит. За эти дни он стал сильнее, быстрее, опаснее. Его скорость развития была невероятной — всего несколько недель назад он был слабым авантюристом, который брал задания за медяки, а теперь он был B-рангом, способным уничтожать целые отряды врагов. Тьма внутри него пульсировала, наполняя его тело силой, и он чувствовал, как каждый шаг приближает его к чему-то важному. Солнце стояло высоко, и воздух был наполнен запахом сухой травы и пыли. Гренвилл был уже близко — его шпили виднелись за холмами, и Марк чувствовал, как сердце начинает биться быстрее.
Но когда до города осталось примерно полтора километра, он заметил нечто, от чего его кровь застыла. Над городом поднимался дым.
Чёрный, густой, плотный — он стелился над крышами, смешиваясь с облаками и застилая солнце. Марк остановился, и в груди у него что-то сжалось, будто ледяная рука схватила его сердце. Он почувствовал, как по спине пробежал холод, и его руки, сжимающие Гранд, дрогнули. В голове пронеслась мысль: «Пожар? Бандиты? Или война?» Но что-то подсказывало ему, что это не просто случайность.
Он побежал в сторону Гренивелл.
Скорость была нечеловеческой — он мчался по тракту, перепрыгивая через кочки и камни, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, а сердце колотится о рёбра. Ему казалось, что он бежит целую вечность, хотя прошло всего несколько минут. Вскоре перед ним появились ворота Гренвилла — чёрные, сломанные, покрытые запёкшейся кровью, которая, судя по всему, была там уже несколько часов. Кровь была тёмной, почти чёрной, и она засохла, оставляя бурые разводы на дереве. Где-то внутри Марка проснулась тревога, и он не стал медлить.
Он перешагнул через порог, и картина, которая открылась перед ним, заставила его замереть на месте.
Город был мёртв и уничтожен.
Всё, что он помнил, всё, что знал, превратилось в прах. Узкие улочки, по которым он ходил, стали пустынными, а стены домов обгорели. В его голове проносились воспоминания: вот он идёт по главной улице, а вокруг — счастливые люди, торгующие на рынке, дети, которые играют в свои игры, старики, которые сидят на лавочках и сплетничают. Но теперь вместо них был только пепел и разруха. Стены домов почернели от копоти, окна были выбиты, а улицы покрыты слоем сажи, которая хрустела под ногами.
Марк стоял на месте и смотрел на всё это, чувствуя, как его тело наливается тяжестью. Внутри него что-то сломалось — тихо, как ломается кость, когда на неё наступают. Он вспоминал, как шёл по этой улице в прошлый раз, как слышал смех детей, как пахло свежим хлебом из пекарни, как торговцы зазывали покупателей. Воспоминания смешались с болью, и он понял, что всё это исчезло навсегда.
«Ты видишь это, Марк? — спросила Тьма, и её голос был холодным, почти насмешливым. — Ты хотел вернуться домой. Но дома больше нет. Только пепел и трупы. Ты готов к этому?»
Марк не ответил. Он смотрел вдаль, где всё ещё горел огонь, и чувствовал, как в груди закипает ярость. Он побежал туда, чтобы потушить пламя, но когда подошёл ближе, увидел в огне тела людей. Их было больше двадцати — мужчины, женщины, дети. Трупы лежали в костре, и их обгоревшие лица смотрели в небо. Среди них он разглядел троих маленьких детей — им было не больше восьми-девяти лет. Их тела были изломанными, словно их пытали перед смертью.
«Это сделали люди, — сказала Тьма. — Не монстры. Люди. Они пришли сюда с одной целью — уничтожить всё, что ты любил. И они это сделали».
Марк почувствовал, как его руки сжались в кулаки. Он посмотрел на огонь, и в его глазах загорелась новая, холодная решимость. «Кто они? Где они?»
«Посмотри вокруг, — сказала Тьма. — Культ дьявола не прячется. Они хотят, чтобы их нашли. Они хотят, чтобы ты пришёл к ним».
И тут он заметил его. У стены, около одного из зданий, стояла фигура в чёрном одеянии, которая следила за ним. Её капюшон был откинут, и Марк увидел лицо — молодое, но с пустыми чёрными глазами, в которых не было ни капли жизни. Губы человека изогнулись в безумной улыбке.
«Этот ублюдок», — прошептал Марк с злостью.
Он вытащил Гранд и рванул к нему, не раздумывая. Его движения были быстрыми, как у зверя, и он уже почти настиг жертву, как вдруг из-за угла здания появился второй культист с косой. Он ударил сбоку, и Марк почувствовал, как лезвие косы скользит по его ребрам. Он отпрыгнул назад, увернувшись от удара, и нанёс ответный удар — его клинок с тьмой, блеснувшей в воздухе, разрезал живот культиста, и тот упал на колени, зажимая руками рану. Первый культист напал кинжалом на Марка, Марк с лёгкостью разрубил его на две части.
«Ты слишком медлителен, Марк», — усмехнулась Тьма. — «Они не люди. Они — одержимые. Они не чувствуют боли. Убивай их быстро, без сомнений».
Третий культист — тот, что стоял у стены, — вытащил саблю и бросился на Марка сверху вниз. Марк ловко отбил атаку, ушёл в сторону и одним ударом отрубил ему голову. Та покатилась по пеплу, а тело рухнуло в траву, обагряя землю кровью.
«Они думают, что могут остановить меня? — спросил Марк. — Они не знают, кто я».
«Они знают, Марк, — ответила Тьма. — Они знают о тебе. Они оставили знаки, чтобы ты пришёл. И вот ты здесь. Они хотели показать тебе, что они могут».
Марк стоял над телом культиста, чувствуя, как его руки всё ещё дрожат от напряжения. Он смотрел на чёрное одеяние, на символы, вырезанные на его теле, и понимал, что это только начало.
«Культисты? — повторил он. — Я думал, что их уже не осталось. Я читал о них в книгах, когда был ребёнком. Они поклонялись дьяволу, приносили жертвы, устраивали ритуалы. Я думал, это просто легенды».
«Наивный мальчик, — засмеялась Тьма. — Они всегда были, и они всегда будут. Культ дьявола не истреблён, он просто ждал своего часа. И вот он настал».
«Но где остальные авантюристы? — спросил Марк, оглядываясь по сторонам. — Где стража? Где все те, кто должен был защищать этот город?»
«Я откуда знаю, Марк? Может, они сбежали. Может, они погибли. Или, может, они присоединились к культу. В этом мире никому нельзя доверять».
Марк сжал Гранд и бросился к зданию гильдии авантюристов. Он помнил, что там должна была быть Елена, секретарь, которая всегда выдавала ему задания. Дверь была выбита, и он вбежал внутрь, чувствуя, как его ноги тонут в крови.
Первое, что он увидел, — стойка выдачи заданий. Она была сломана и вся в крови. Свитки валялись на полу, бумаги были разбросаны и пропитаны чёрной, тягучей жижей. Марк перевёл взгляд вправо — там стояли столы, за которыми они когда-то пили с друзьями, празднуя победы. Воспоминания нахлынули на него — смех, громкие тосты, горячие споры о том, как лучше брать задание. Он почти слышал эти голоса.
Но реальность была куда более жестокой.
Когда он посмотрел влево, он увидел труп, висящий на стене. Его руки были прибиты к дереву большими гвоздями, пальцы ног касались рук, и всё тело было раздвинуто до предела. Рёбра были вырваны и раскрыты, как крылья, из которых торчали клочья плоти. Внутренности висели изо рта, касаясь земли. Внизу, на полу, лежало сердце. Вокруг него был нарисован кровавый круг.
Марк подошёл ближе, и в его глазах застыл ужас. Это была Елена.
— Она была тебе как сестра, — сказала Тьма. — Ты ведь знал её много лет, правда? Она всегда была рядом, выдавала тебе задания, верила в тебя. И вот что они с ней сделали. Они надругались над ней, разорвали её на части. Они не пожалели даже её.
Марк не мог отвести взгляда. Он стоял перед телом Елены и чувствовал, как его руки дрожат. Внутри него что-то разрывалось, но вместо боли пришла холодная ярость. Он понял, что не сможет оставить её здесь. Он снял её тело, положил на пол и накрыл обгоревшим плащом.
«Ты не сможешь спасти её, — сказала Тьма. — Ты не можешь вернуть её к жизни. Но ты можешь отомстить за неё. Ты можешь уничтожить культ. Ты можешь сжечь их всех дотла».
Марк повернулся и увидел, что вход в гильдию перекрывают десять культистов. Они стояли молча, сжимая в руках мечи, косы и кинжалы. Их лица были искажены безумными улыбками, а в глазах горела тьма, которая была глубже, чем та, что жила в нём.
«Они ждали тебя, — сказала Тьма. — Они знали, что ты придёшь. Они хотят твоей смерти».
Один из них напал первым, и Марк разрубил его пополам одним ударом. Второй кинулся на него, целясь в голову, но Марк пригнулся, и его клинок с тьмой пронзил сердце врага. Остальные переглянулись — и напали все одновременно.
Марк сделал шаг назад и почувствовал, как тьма внутри него разрастается, заполняя его тело до краёв. Он вонзил Гранд в землю, и из его клинка вырвался тёмный клинок, который разорвал всех культистов на две части, сломав стену за ними.
Тьма засмеялась.
«Вот это сила. Теперь ты видишь, на что способен. Ты — оружие, Марк. Ты — смерть. Ничто не остановит тебя».
Марк стоял в тишине, чувствуя, как его сердце бьётся в бешеном ритме. Он смотрел на разрушенную стену, на кровавые останки культистов и понимал, что его борьба только начинается.
«Кузнец, — вдруг вспомнил он. — Бром. Он был мне как отец. Если он жив…»
«Беги к нему, — сказала Тьма. — Быстро. Пока они не добрались до него».
Марк выбежал из гильдии и бегом направился к кузнице, чувствуя, как ветер бьёт в лицо и холодный воздух обжигает лёгкие. Кузница всё ещё горела, и пламя пожирало стены. Он вбежал в огонь, чувствуя, как жар обжигает его кожу, но ему было всё равно. Ему было страшно не от огня, а от мысли, что Бром мог умереть.
Внутри было пусто. Огонь пожирал всё, что когда-то было его домом — наковальню, горн, инструменты. Но трупа не было. Он обошёл кузницу и, не найдя тела, почувствовал, как на его губах появляется улыбка.
«Жив, — прошептал он. — Он сбежал».
Тьма ничего не сказала, но он чувствовал, как она довольно усмехается.
Марк вышел из кузницы и остановился на пороге. Он посмотрел на пепелище Гренвилла, на трупы, на разрушенные дома, на чёрные стены, покрытые копотью.
«Ты должен уйти, — сказала Тьма. — Они скоро вернутся. Это место станет их ловушкой. Если ты останешься, они убьют тебя».
Марк кивнул. Он знал, что Тьма права. Он развернулся и побежал прочь, оставляя за спиной пепел и мёртвые воспоминания. Но он знал, что вернётся. Он вернётся, чтобы отомстить за Елену, за Гренвилл, за всех, кто погиб. Он найдёт культ дьявола и уничтожит его.