Холодная сталь мушкета, резко сократившиеся до булавочных головок от ее поцелуя зрачки У Яня – и … Ба-бах! Вжжжжжж!
Из
призванного в последний момент портала прямо в дуло мушкета посыпалась
металлическая стружка, забивая проход и не выпуская пулю.
Уже праздновавшая победу Куруми Токисаки на мгновение опешила.
Зато
У Янь окончательно и бесповоротно понял, что продержится еще буквально
чуть-чуть – и на этом все будет кончено: против ее восьмого ранга с
поддержкой Зафикеля не выстоять.
Понимая, что даже бегством не
скрыться, он бросился в контратаку: схватил ее прямо за голову и ударил
разрядом максимальной мощности – всем, что смог выдать за раз.
- Ааагрх!
Такого Куруми предвидеть не могла. Задымившись, она забилась в агонии от испепеляющей боли. В воздухе повеяло горелым мясом.
Ее
клоны в это время одновременно выстрелили из всех стволов. Не успевая
уклониться, У Янь принял неизбежное и позволил нашпиговать себя пулями,
после чего, уже весь залитый кровью, стиснул зубы и, превозмогая боль,
оттолкнул Куруми прочь.
Клоны ответили новым градом выстрелов, проделав в нем еще больше отверстий.
Под эхо выстрелов переулок окрасился брызгами крови. Его крови.
Вторая
очередь поставила У Яня на колени. Едва не ослепнув от бешенства и
сильнейшей боли одновременно, он проигнорировал боль и ответил еще одним
разрядом молнии, в этот раз – прямо по земле. Асфальт пошел волнами и
трещинами, куда и попадали потерявшие равновесие клоны, все до единого.
Не теряя времени, он взмыл вверх, достал из одного из порталов Ниетоно но Шана и проорал вниз:
- Девчонки, надеюсь, вам нравится испепеляться!
И низверг на них бушующее пламя. Достигнув земли, оно взревело, выжигая все на своем пути. Раздались крики боли.
Постепенно
огонь начал затухать, а на смену воплям перешли предсмертные стоны.
Пулевые раны У Яня затягивались на глазах, а все еще шедший с него
редкий дождик из капель крови испарялся от жара, не достигая земли.
Несколько мгновений – и его кожа вернулась к первозданному состоянию.
И тут раздался знакомый голос, полный маниакального энтузиазма.
- Похоже, я тебя недооценила…
Устало прикрыв глаза, У Янь вздохнул и открыл их только чтобы убедиться, что Куруми Токисаки, а не один из ее клонов.
К
этому моменту его раздражение уже успело выйти на новый уровень. Полный
злобной решимости со всем этим покончить, он с такой силой стиснул в
кулаке Ниетоно но Шана, что костяшки даже не побелели, а посинели. Нет,
он, конечно, догадывался, что с этим персонажем легко не отделаться, но
всему есть предел! Сколько можно, пора бы ей и угомониться.
- Четвертая пуля, Далет! – промурлыкала тем временем Куруми, на глазах восстанавливаясь от ран.
У Янь нервно расхохотался: и кто из них еще бессмертный?!
- Как же мне надоела эта игра…
Наконец-то, наигралась: снова выпустила темную ауру!
-
Эй, а если я вот так тебя обниму и отведу с собой в город поглощения
времени? – зазывно зашептала она, обнимая и лаская себя
мертвенно-бледными руками, – ну же, ты же рад будешь… Даже счастлив! –
после чего расхохоталась как буйнопомешанная.
Ото всего этого кто угодно задрожал бы и покрылся мурашками с головы до пят.
Не
стал исключением и У Янь: передернувшись, он мысленно проклял свою
невезучесть. Надо же так попасть, что и снайперы, и эта ненормальная…
Неужели у него карма такая?
«Ладно, к черту!» – обреченно махнул
он рукой, поднимая сверкающий молнией Ниетоно но Шана и открывая позади
себя готовые выстрелить мечами порталы. Больше сдерживаться он не
собирался.
Пускай в итоге с помощью Зафикеля она победит, но надо же показать, что так просто, «за красивые глазки», он не сдастся!
- Ой-ой-ой, как страшно! – покраснела Куруми – такая силища, и все против одной слабой-беззащитной меня…
У
Янь скривился. Эх, запереть бы ее в камере потемнее да… так, не туда,
не туда! Если это «слабая» и «беззащитная», то он-то тогда какой?
- Ну что ты такой бука, давай знакомиться поближе!
Часы
в ее левом глазу пришли в движение, одновременно с Зафикелем. Окутавшая
Куруми темная аура расползлась на весь переулок, окрасив его в мрачные
тона.
Насторожившись еще сильнее, как будто это возможно, У Янь
уже не сводил с нее взгляда золотых глаз. Ниетоно но Шана разгорелся еще
сильнее, исторгая пламя еще дальше в переулок.
Мир вокруг помрачнел, окрасившись траурными красками.
Настолько, что противники даже не заметили яркого свечения прямо над собой.