Глава 10 "Бестиарий"

Полукровка приоткрыл глаза, сдул с носа ручеек пота.

Его сковали и подвесили на цепях, да так крепко, что железо давило на ребра, не давая сделать нормальный вдох. Из одежды на парне остался лишь его килт.

В треклятой обсидиановой пещере, под самым сердцем острова, стояла такая жара, что кровь едва не кипела в жилах. А вокруг - лишь тени, плясавшие на сводах пещеры.

Вдруг пещеру залил синий свет.

Свет биотики - яркий и чистый, пропитанный силой, яростью и гневом.

Он ощущал это каждым сантиметром кожи, кончиками пальцев, губами.

Ранма посмотрел вниз.

Он был подвешен прямо над бездной, искрящейся и переливающейся тысячей оттенков и отливов синего, фиолетового и лазурного.

Ему показалось что он видит в этой бездне лица.

И древний полуразрушенный замок на одинокой скале.

К нему двинулась одна из теней - оказавшаяся старым хозяином гладиатора. Другие тени, поначалу приятные им за игры разума, тоже были ящерами. В старинных тканных одеждах, украшенные перьями. Рекса среди них не было. Никто на острове не носил подобного. Ощущение было, что они собрались на какое-то таинство.

С Ранмой в главной роли...

"Доигрался, блядь..." - Пронеслось в мыслях парня. - "Этот проеб братишка мне точно не простит."

"Меня же не собираются принести в жертву?"

"НЕ СОБИРАЮТСЯ ЖЕ?!!"

Хозяин залепил ему звонкую пощечину - когти оставили на лице глубокие борозды.

Из губы Ранмы закапал ручеек крови, с шипением испаряясь на каменном полу пещеры.

- Ты не представляешь, какому унижению подверг меня, человечишка, - зарычал старый ящер. - Мне пришлось выложить крупную неустойку за сорванный бой. Какие демоны в тебя вселились?!

"Ты не справишься, просто пусти ей кровь." - Ядом въелись в душу слова хозяина, сказанные перед схваткой. - "Надейся, что Рина не спустит с тебя шкуру."

- Вы сами приказали, чтобы я пустил кошке кровь! - Прохрипел Ранма.

Каждое слово давалось с трудом.

Жара сводила с ума.

- Я не приказывал тебе вцепиться в нее и рвать, подобно дикой твари Рубежа.

- Эта девчонка оскорбила мою кровь и честь моего отца! - Яростно закричал полугном. - Мой клинок - это единственная память о нем! Мои узы! Цепь, что я поклялся носить!

- Ашдра не терпит бесчестной битвы!

- Ашдра говорит, что нет уз крепче крови! - Возразил Ранма.

- МОЛЧАТЬ!!!

Глаза старого ящера вспыхнули пламенем. Он с силой топнул когтистой ногой, раскалывая камень в щепки. По своду пещеры разнеслось глухое эхо.

Послышались тихие перешептывания. Ящеры вокруг обсуждали его слова.

- Он прав.

- Этот жалкий раб прав.

- Он - зверь, а зверю - не место на арене. Ашдра не терпит бесчестия.

- Верно! Ракшир - это святой ритуал, а не грязная потасовка.

- Рашкир - это то, что проводят между равными! А Скарлет - выше его по мастерству.

- Тогда почему же ваша чемпионка хрипела, заливаясь кровавой пеной, когда он душил ее?

- Она не знала, что узы этого раба настолько сильны!

- Принц разрушений не терпит, когда рвутся узы.

- Нет уз, крепче тех, что связывают кровью.

- Кошка слишком заигралась, когда оскорбила его кровь и его пращура.

- Этот звереныш укусил Скарлет заслуженно!

- ДОВОЛЬНО!!!

Старик вновь окинул взглядом изможденного гладиатора.

Он планировал наказать нахального и своевольного раба, но в груди парня билось сердце, зверя. Но не простой дикой твари. Настоящего дракона, как сердца ящеров.

"Он сражался не за себя. Он бился за честь отца и рода."

- Я... - старик осекся, - я не могу тебя осуждать, человек...

- Но...

- Но ты бился как зверь, а не как воин! - Прервал его ящер. - Ашдра - это бог воинов, Принц разрушений, что правит своим чертогом в Шибальбе!

Ящер нахмурился, словно обдумывая сказанное.

- Зверями и тварями ночи правит Йорр - первая тень. - Но выход есть. - У стариков этого острова еще остались силы для того, чтобы показать что они чтят узы, скованные Ашдрой!

Он кивнул кому-то из ящеров.

- Если ты хочешь биться, как зверь, я дам тебе клыки зверя!

Цепи пришли в движение, поднимая его над землей.

Ранма зашипел, чувствуя, как выкручиваются суставы и натягиваются жилы, а металл жжет кожу.

- Можешь считать это своим наказанием! И моим подарком тебе, в знак доброй воли. - Прошипел ящер. - Пусть и грязно и бесчестно, но ты избил Скарлет, как никто другой.

Старый хозяин зашелся булькающим смехом.

Ранма никогда раньше не слышал как смеется старик.

- Мне были приятны ее хрипы и крики боли. - Продолжил старик. - Ты - зверь, но зверь полезный. Богиня удачи сегодня на твоей стороне.

Минуту спустя к нему подошел другой ящер с серебряной чешуей, худой и измученный.

Чешую его украшал странный узор, с плеч спадала дорогая накидка, все тело сгорбилось под тяжестью украшений и золотых амулетов. На голове у него красовалась необычная шляпа из перьев, что делала его похожим толи на птицу, толи на дракона.

В руках он держал двух змей.

У Васара затряслись поджилки.

Он не из благородных, как Крид - яд убьет его за минуты, даже наномашины тут не помогут.

К горлу подкатил едкий, жгучий комок, голос пропал.

Впервые за восемнадцать лет его объял настолько всепоглощающий, липкий, противный страх.

Он умрет здесь, точно умрет.

"Я... я не хочу умирать..." - Пронеслись мысли в голове Ранмы. - "Только не здесь! Только не так!"

- Сжальтесь, - едва слышно прошептал он, проклиная себя за то, что скатился до мольбы. - Хозяин. Не убивайте.

Старик лишь фыркнул и кивнул магу.

Тот молча поклонился и поднес змей к рукам Ранмы.

Твари с чавкающим звуком впились в предплечья.

Боль пронзила разум, стирая все мысли, кроме первобытного ужаса. Полукровка бился в агонии, а маг накручивал змей на его руки, не обращая внимания на крики. Потом распростер руки, и в них вспыхнул биотический огонь. Синее пламя кольцом окружило их, змеи загорелись тем же огнем.

Маг зашипел, читая заклинание на древнем языке:

- अपनी महिमा

के लिए नई

विसंगतिय,

वर्णन की हे प्रधानता!!!

Ранма запрокинул голову и зверем взвыл от боли, расползавшейся по телу сотнями игл. Слезы текли по щекам и тут же испарялись от невыносимого жара.

Чародей танцевал, читал и творил странные пассы. Змеи горели, и в один миг их цвет изменился с синего на алый, внезапно и для полукровки и для самого мага.

Но жрец не прервал танца.

Голос полукровки пропал.

Теперь изо рта выходил лишь глухой хрип.

Змеи вспыхнули в десять раз ярче, сгорая до костей, впечатываясь в кожу. Скелеты извивались, с неописуемой болью впиваясь ребрами в мышцы и нервы, в сами кости, становясь частью тела полукровки.

Загадочными татуировками, проводниками силы самого Ашдры.

Немногие из смертных владели подобными. И еще меньше - получили их в подобном ритуале. От тех, кто знал все мудрости и тайны биотического огня Принца разрушений.

Маг, наконец, прервал танец.

Смотрел на пламя с трепетом, словно сам Ашдра спустился в эту темную пещеру.

Старый мастер удивленно приподнял бровь, но сохранил внешнее спокойствие.

Оковы треснули, рухнули наземь. Ранма медленно опустился, левитируя над полом. Из его рук рвалось биотическое пламя, алые глаза светились, словно две звезды.

Он коснулся земли.

И в тот же миг бросился на мага.

Ящер едва успел поставить щит. Ранма рвал его, истошно рыча, пока поле не рухнуло. Биотический клинок рассек бедро чародея - тот чудом устоял.

Полукровка занес кулак для нового удара, усиленный пламенем.

Маг остановил его в последний миг, перехватил руку и начал новую молитву.

Другие ящеры подхватили слова чародея:

- न हमारे बच्चे, न हमारा जीवन,

न हमारी आत्माएँ, नुकसान पहचाती ह। हे रुद्र,

हमारी भयंकर महानता म हम मत मारो।

लेकिन अगर आप तय करते ह,

तो हम आपकी महिमा के लिए

बलिदान के लिए तैयार ह,

हे विनाश के राजकुमार!

За спиной чародея треснул пол - столь велика была мощь, дарованная ритуалом.

Ранма давил, давил и давил. Шел вперед, не думая ни о чем. Из глаз градом катились слезы, а изо рта шла пена. В этот миг он был лишь сосудом для Великой силы.

Ценным сосудом.

Маг с большим трудом вывел его из равновесия и изо всех сил ударил в болевую точку.

Ранма рухнул на землю.

Перешептывания вокруг разразились с новой силой:

- Принц разрушений отметил раба!

- Крысеныш оказался драконом!

- Я никогда не видел подобного!

Его хозяин, наблюдавший за всем из теней, подошел к израненному магу. Старый рептилоид перешел на родной язык - шипящий и гортанный.

- Слишком проблемный? - Он подставил плечо чародею, помогая тому удержать равновесие.

Маг оперся, переставляя ноги поудобнее и довольно булькнул.

Даже раненый, он выглядел счастливым.

- Весьма. Но зато очень сильный. - Он удовлетворенно кивнул на распростертое тело Ранмы. - Подчинил себе пламя, поменял его цвет. На моем веку такое случается лишь во второй раз.

Хозяин удовлетворенно кивнул. Это было больше, чем он ожидал.

- Первым был Митра?

- О да. Бог биотики с черным огнем, цветом чистой энтропии, любимец Принца разрушений. - Маг посмотрел на свои когтистые лапы, которые все еще лизали остатки пламени. - Но этот овладел алым. Цветом самого Ашдры. Такого не рассказывал даже мой учитель. У Ямы и Индры пламя белое, чистое.

- Почему это случилось?

- Возможно у него какая-то мутация. Или он - не чистокровный человек. Я не разбираюсь в расах внешнего мира. С самого начала его внешность показалась странной.

- Как думаешь, насколько сильным он станет?

Чародей покачал головой, оступился - рана на ноге все еще кровоточила.

Хозяин поддержал его крепче.

- Не знаю. - Признался маг. - Явно слабее наших богов. Жизнь людей слишком коротка, чтобы освоить биотику на должном уровне. Но возможно... Возможно Принц разрушений не просто так оказался благосклонен к этому смертному. Его узы действительно сильны.

- Все же он не врал.

- Чтить отца и кровь - это то, чему учит наш бог. И этот человек оказался хорошим учеником. Получше некоторых из нас.

Они оба посмотрели на Ранму.

Парень лежал без сознания, и только татуировки в виде скелетов змей на руках слабо светились в полумраке.

- Прими мою благодарность, - прошипел хозяин. - И прости за раны, что нанес мой раб.

- Пустяки. - Маг усмехнулся. - Митра в свое время убил моего учителя. Радости моей тогда не было предела - я ходил в подмастерьях уже пару веков, а мастер все никак не уступал мне должность заклинателя пламени.

Хозяин издал короткий булькающий смешок.

- Теперь ты сам мастер.

- И у меня появился зверь, чей огонь однажды может сравниться с богами! - Маг кивнул на Ранму. - Моя гордость!

- Если доживет. - Заметил хозяин.

- Если... - Согласился маг.

Они стояли над бессознательным полукровкой, и в свете догорающей биотики их тени сливались в одну, падая на горячие стены пещеры.

Старики Бродячего острова начали расходится.

Сегодня они видели касание бога.

Жизнь прожита не зря.

***

В себя полугном приходил долго.

Очень долго для его расы.

Он провалялся в беспамятстве неделю, а на то, чтобы встать на ноги и вернуться к тренировкам ушла пара месяцев.

После этого Рекс принялся гонять его так, что времени на отдых совсем не осталось. Татуировки, что получил Ранма, со слов мастера были катализаторами, проводниками его воли. Напрямую связывали его с Ашдрой, Принцем разрушений.

Испытаешь страх - и возникнет щит.

Сконцентрируешься - получишь клинок из чистой энергии.

Разозлишься - увеличишь силу удара.

Испытаешь тягу - станешь быстрее.

Утонешь в ярости - и пламя превратит тебя в неудержимое чудовище.

Чем искреннее, чем чище твоя эмоция, чем тверже воля - тем сильнее биотика, что течет сквозь тело.

- Почему хозяин поступил так?

- Узы крови, что ты носишь сделали это, человек. То была воля Ашдры, а не моего отца. - Отвечал Рекс.

Ранма лишь кивал, делая вид, что понимает.

Старый ящер практически не разговаривал с Ранмой, все еще держа дистанцию.

Неудивительно

О том, что они со Скарлет устроили судачил весь остров. Даже немногочисленные знакомые Ранмы старались держаться от него подальше, побаиваясь татуировок.

"Все, как всегда. Я привык." - Повторял про себя гладиатор.

Явно пытаясь убедить в этом себя самого больше, чем кого-либо другого.

Эти мысли назойливыми паразитами грызли душу полукровки.

Поначалу любая сильная эмоция, любое желание вызывало неконтролируемый взрыв пламени вокруг Васара.

Рекс неустанно повторял, чтобы он контролировал свои эмоции как это делали сами ящеры, чтобы не спалить все вокруг, но поначалу это было жутко тяжело. Ранма даже был рад, что его оставили жить в той лачуге - каждый раз, когда он давал волю гневу или видел кошмар - поджигал все внутри. Даже скромная коллекция комиксов не избежала участи быть спаленной тотла. Удивительно, но следов на нем самом почти не оставалось, что не мог объяснить даже его учитель.

Хозяин заговорил с ним впервые лишь тогда, когда Ранма смог применить биотику в спарринге против Рекса и сам ужаснуться от того, сколько силы дает этот огонь.

Ящер тогда едва с ним справился.

Словно он сам стал тем клинком, что носил в ножнах.

- Доволен своими новыми клыками, человек? - Спросил тогда его старый хозяин.

- Благодарю вас. - Низко поклонился в ответ Васар.

Поначалу он воспринял тот ритуал, как наказание. Но видимо, все же он оказался более ценным, чем считал.

Животный страх, что испытал Ранма тогда, еще долго сидел в груди едким червем.

С людьми он больше не сражался.

Его сделали бестиарием - тем, кто выходит против монстров на потеху толпе. Но полугном не жаловался. Вряд ли бы смог контролировать свою силу против людей, а убивать таких же бедолаг, как он сам, только потому, что не мог удержать себя в руках...

"Я бы не смог." - Признавался он себе.

***

Тренировки. Бои. Сон.

Тренировки. Бои. Сон.

Тренировки. Бои. Сон.

Год на арене.

Он прожил его, словно в тумане.

Калейдоскоп из насилия, крови и ярости.

Ведмеди, нежить, мегаарахниды, дикие завры, твари Рубежа.

Монстры, у которых даже имен не было.

Только клыки, когти и жажда убивать.

Стиль воина изменился до неузнаваемости. Он почти перестал полагаться на катану. Биотические щиты вошли в привычку, а вот клинки и огненные заклятья так и не дались, несмотря на сотни попыток. Рекс вечно ворчал, что полугному не хватает концентрации, что он слишком юн и полон низменных страстей, что его пламени не хватает уз в виде самоконтроля, что только больше злило Ранму.

Он то считал себя эталоном невозмутимости.

Пусть и напускной.

Но биотику было не обмануть.

Принц разрушений видел его душу насквозь и весь "самоконтроль" и уловки Ранмы были ничем перед всевидящим оком бога энтропии.

Но зрители полюбили его не за это.

Они обожали, когда он крошил чудищ огненными кулаками. Когда скользил по арене, оставляя за собой пылающие борозды. Когда сжигал тварей пламенем, что следовало за взмахом меча и било дальше лезвия.

Эффектно.

Опасно.

И абсолютно безумно.

Хозяин был доволен. Бестиарий, который приносит деньги и славу, - это не тот раб, которого держат на хлебе и воде. К концу этого, слипшегося в один бесконечный комок битв, года Ранме снова разрешили свободно ходить по нижним ярусам.

Он пользовался этим постоянно.

Не столько затем, чтобы увильнуть от занятий, а чтобы просто взять передышку.

Боль от татуировок после боев не утихала.

Скелеты змей, вплавленные в мышцы и кости, ныли, горели, напоминали о себе при каждом использовании. Чем сильнее он безумствовал на арене - тем сильнее страдал потом. Ощущение было, что на его нервах играли балладу. Далеко не сразу он научился давать ровно столько эмоций, сколько нужно.

Когда Ранма ходил к Криду на перевязки после очередного буйства - тот вечно ворчал, что братишка совсем не бережет себя.

Обезболивающие, который Дамаск выменял у одного раба на колоду карт, помогало ненадолго. Но Ранма все равно пристрастился - не столько к таблеткам, сколько к тишине, в которой они сидели вдвоем, пока боль отступала.

Иногда к ним присоединялась Вайлет.

Но так и не сказала ни слова на счет его тату.

Уже после братишка поведал Ранме, что сестрица долго ревела в пустой палате и благодарила богов за то, что он остался жив.

Сам полугном готов был провалиться от стыда за то, что не смог показаться ей лично раньше.

Она приходила не больше чем на полчаса.

Садилась в углу, уткнувшись в планшет, и молчала. Или отчитывала их - за то, что не делают работу, что развели бардак, за то, что вообще существуют.

Ранма не узнавал ее.

Та девчонка, с которой они играли в детстве, которая смеялась над его шутками исчезла. Вместо нее выросла эта дикая роза - надменная и колючая, спрятавшаяся за золотом, дорогими платьями и духами.

Она не сразу начала просто разговаривать. Первые месяцы - только критика. Потом - короткие фразы, брошенные между делом. Крид пытался шутить, и она сначала взрывалась, отвешивала им пару тумаков, а потом… потом просто уходила, оставляя их одних. Только поправляла серьгу в ухе напоследок, оставляя после себя запах духов, машинного масла и тишину.

Однажды они попытались отпраздновать день рождения Дамаска.

Все закончилось сгоревшим пирогом и залпом шокера, который блондинка как-то умудрилась поместить в свой наруч. Вернулась она лишь спустя месяц. С новым пирогом и криво выведенными цифрами "20" на нем.

Который, спустя пять минут, полетел прямиком в ехидную морду Крида.

- Я, блядь, зарекусь праздновать свой день рождения навеки! - Фырнул он, вытирая лицо от начинки.

- Да ладно тебе, - Ранма обмакнул палец в остатки пирога и облизнул его, - готовит-то она все так же вкусно.

- Только вот с обслуживанием беда!

- Почему она такая? - Спросил Васар.

- А ты не понимаешь?

- Нет.

Крид аж опешил от тупости братишки. Он понимал, что Ранма - тот еще пень, но не сложить два и два...

- Тогда дождись, пока сестрица сама расскажет, - закурил Дамаск, - она расскажет. Рано или поздно.

- Братишка, ты хоть намек дай?

- Не, ты у нас главный герой, вот и жди развития арки персонажа. А я так - на подхвате. В пекло добровольно не полезу. Это у тебя гномья черепушка, а не у меня.

Ранма на это лишь вскинул руки и с матами оставил его одного.

***

Он продолжал ждать. Каждый раз, когда Вайлет появлялась на пороге, Ранма чувствовал, как внутри что-то сжимается - и надеялся что однажды все станет как прежде. Как тогда, когда отец был еще жив, а все они жили вместе.

Как одна семья.

"Что же с тобой стало, Монетка?" - Задавался вопросом полукровка.

Однажды он просто не выдержал. Набрал воздуха, открыл рот, чтобы спросить - и она перебила его, даже не подняв головы от планшета.

- Ранма, ты будешь биться вместе с Риной. Я слышала от слуг дома Скарлет.

Он замер.

- Опять?! - Полукровка дернулся этой новости, будто обжегся. Змеи на руках отреагировали на воспоминания о пещере и ритуале алым светом. - Снова с этой сумасшедшей?!

- Поверь, я тоже не в восторге.

- Но я думал, что меня отстранили от битв с гладиаторами и перевели в бестиарии.

- Нет. В этот раз вас выпустят против какого-то монстра. - В ее голосе скользнуло что-то еще.

"Волнение?"

"Страх?"

"За меня?"

- Видимо, хотят, чтобы вы нашли общий язык, кромсая чудовище. Ну или скормить ему вас обоих. - Она загадочно помолчала. - Я слышала краем уха, что драная кошка пыталась дать деру с острова.

Вайлет сжала кулаки и закусила губу.

Топнула каблуком так, что было слышно на весь этаж.

Со стола напротив упали скальпели.

- Дура! Глупая, драная кошка. Я же предлагала, я звала... - Она осеклась и сделала вид, что ничего не говорила.

Лишь прижала ладонь к груди, словно пытаясь заткнуть дыру, что зияла там.

Парни переглянулись и поняли - Вайлет проговорилась.

Причем крупно.

- Разве это возможно? Мы же посреди океана лавы. - Крид складывал медицинские инструменты, но голос звучал напряженно.

- Кладбище кораблей никто не отменял. - Вайлет пожала плечами. - Если немного пошаманить, можно восстановить себе неплохой дредноут из тех, что на краю острова.

Она замолчала, и в этой паузе было что-то опасное.

Внезапно глаза блондинки стали величиной с блюдце, словно она только что осознала, что ляпнула.

- Нет-нет-нет. Даже не думайте! Вы же не хотите удрать отсюда вместе с этой блохастой мандой?! Вы же не такие придурки, как Марин... эта хвостатая дрянь?

- С ней? - Ранма усмехнулся, хотя внутри все сжалось. В голове всплыла схватка с Риной. - Навряд ли она захочет меня видеть после той свары на арене. Но если бы вышло замириться… - Он потер гладкий подбородок. - Это не самый плохой вариант.

- Согласен с братишкой. Почему бы и нет? Заебало тут торчать.

Ранма и Крид переглянулись.

Отбили пятерню.

У Вайлет задергалась бровь.

- Братец, какого хрена?!

- Знала бы ты, как я хочу свалить с этого куска скалы, сестрица. Пусть даже и с той, кто чуть не порезала братишку. - Крид ухмыльнулся. - Все равно у него с бабами одни проблемы. Просто конкретно эта чуть его не убила, бывает.

- Эй!

- Ну извини, говорю как есть. - Он развел руками. - В любом случае, это всяко лучше, чем влачить здесь жизнь раба. Рабом быть еще хуже, чем сидеть за прилавком в кузне. Мне даже не платят!

Вайлет гневно цыкнула и наступила каблуком ему на ступню.

Крид взвыл от боли.

- Ты придурок, братец! - Процедила она сквозь зубы. - Катаешься здесь, как сыр в масле, ешь от пуза и почти не работаешь. И еще смеешь жаловаться? Хочешь, чтобы нас скормили тварям Рубежа за попытку побега?!

- А, если попытка будет удачной? - Крид с трудом вытащил ногу из-под шпильки. - И да, почему бы тебе не вписаться и не починить нам какой-нибудь корабль? Ты ж, типа, механик дома Скарлет.

- ИДИОТ!!! - Вайлет ткнула планшетом ему в грудь. - Почему я должна отказываться от нормальной работы ради сомнительной заварушки с вами? МНЕ ЗДЕСЬ НРАВИТСЯ!!! Работы всегда непочатый край. Глянь. - Она указала на запястья, унизанные браслетами. - Золото, камни, у меня все есть. Кто знает, может быть, кошка - засланный шпион и собирается не бежать, а выманить дурачков вроде вас, чтобы потом сдать ящерам?

Она сжала кулачки.

Пурпурная ткань перчаток жалобно скрипнула.

- Ей нельзя верить. Драной кошке никогда нельзя было верить. - Прошипела она, глядя в пол.

- Если она хочет сбежать, то дело может выгореть, она же жутко сильная, - отрезал Крид.

Вайлет отвесила ему звонкий подзатыльник.

- Я соглашусь с ним, Вайлет. - Ранма подал голос, и девушка мгновенно повернулась к нему. На лице ее была смесь злости и обиды. Непонятно почему. - Неприятно признавать, но эта кошка... - он запнулся, - очень сильная. Если она будет на нашей стороне, есть шанс что все получится.

- А как же твое обучение? - Не унималась Вайлет. - Ты же учишься у Рекса мастерству биотики!

- Одно дело - научиться драться. Но не оставаться же здесь навсегда? - Он посмотрел ей в глаза. - Так что бежать вместе с Риной - не самый плохой вариант. Даже если она меня ненавидит. Не обязательно же потом оставаться с ней. Поверь, я тоже не в восторге от хвостатой.

Вайлет скрежетала зубами.

Ноздри девушки дрожали.

Он видел, как в ней борются страх и злость.

И...

Что-то еще, чему названия не смог подобрать.

- Хорошо! - Выдохнула она наконец. - ЛАДНО!!! Будет вам корабль. - Она ткнула пальцем в Крида. - Но ни слова этой хвостатой сучке, не хочу чтобы она нас сдала ящерам.

Девушка встала, поправила платье и двинулась к двери. Но остановилась на пороге, шкрябая носком сапога дверной косяк.

- Эм… Вайлет? - Позвал Ранма. - Ты... злишься?

Она не оборачивалась.

Лишь сосредоточенно шкрябала дверной косяк, что-то обдумывая.

- Вы возьмете меня с собой? - Спросила она наконец.

Тихо.

Почти неслышно.

Ранма и Крид вновь переглянулись.

В ее голосе - в этом коротком вопросе - вдруг проступило что-то от той девчонки, которую они знали все детство. Которая смеялась над их шутками и называла себя Монеткой.

- Конечно! - Ответили они хором.

Вайлет резко обернулась.

Попыталась скрыть улыбку, но не смогла.

- Только если эта кошка хоть что-то выкинет…

- Не выкинет, - перебил Ранма. - Я сам ей хвост подпалю, если попытается!

Она пристально посмотрела на него. Словно взвешивала что-то у себя в голове. Показалось что прошла вечность. Потом кивнула и вышла, не проронив ни слова.

Дверь закрылась, тихо скрипнув.

Послышался стук каблуков, все тише и тише.

Ранма и Крид смотрели на закрывшуюся дверь, и оба чувствовали одно и то же:

Может быть, впервые за долгое время, - все будет хорошо?